Академия Стихий. Начало.

Глава 60. Башня Земли

Вечер пришёл тяжёлый, тревожный.

Ужин прошёл быстро — девушки ели молча, не поднимая глаз от тарелок. Еда казалась безвкусной, комом застревала в горле. Аппетита не было совсем.

Эльвира едва притронулась к супу. Виолетта крошила хлеб на мелкие кусочки, не съев ни одного. Лили пила воду маленькими глотками, часто, нервно. Аэрис сидела неподвижно, глядя в одну точку.

Они вернулись в комнату после ужина.

Умбра должна была остаться в комнате — ещё слабая, ещё бледная. Лекарь запретила напрягаться.

Но Умбра уже стояла у двери — одетая, решительная.

— Я иду с вами, — твёрдо, не терпя возражений.

— Но ты ещё слабая… — начала Виолетта.

— Иду, — повторила Умбра. — Не спорьте. Я могу понадобиться. Чувствую магию лучше вас. Могу заметить то, что вы пропустите.

Эльвира посмотрела на неё — оценивающе, взвешивающе.

Кивнула:

— Хорошо. Но если станет плохо — говори сразу. Мы вернуёмся немедленно.

Умбра благодарно кивнула.

Вечер прохладный, сумрачный. Солнце село за горизонт недавно — небо тёмно-синее с красными полосами на западе. Звёзды только начинали проявляться — первые яркие точки на потемневшем небосводе.

Ветер лёгкий, свежий, пах озером и травой скошенной.

Башня Земли находилась в восточной части — массивная, приземистая, каменная. Построена из серого гранита грубо обработанного — блоки огромные, тяжёлые. Окна узкие, редкие. Крыша плоская с зубцами по краям.

Похожа на крепость.

Подошли к двери массивной дубовой — окованной железом.

Эльвира потянулась к колоколу медному — дёрнула верёвку.

Звон — чистый, звонкий.

Ждали.

Тишина.

Эльвира позвонила снова — громче, настойчивее.

Снова тишина.

— Может, она не слышит? — неуверенно Лили.

— Или не хочет открывать, — мрачно Аэрис.

Эльвира попробовала дверь — толкнула. Не заперта. Открылась легко, бесшумно.

Заглянула внутрь — холл пустой. Факелы горят на стенах, освещают коридор.

— Магистр Терра? — позвала громко. — Мы хотели бы поговорить с вами!

Эхо откликнулось — пустое, одинокое.

Никого.

Вошли внутрь — осторожно, настороженно.

Холл большой, суровый. Стены голые каменные, без украшений. Пол каменный, без ковров. Лестница широкая вела наверх — в личные покои магистра.

— Может, она наверху? — предположила Виолетта.

Поднялись по лестнице — тихо, прислушиваясь.

Второй этаж. Коридор длинный. Двери закрыты.

Постучали в первую — тишина.

Открыли — кабинет. Пустой. Стол завален бумагами, книги на полках. Но самой Терры нет.

Проверили остальные комнаты — спальня, библиотека личная, лаборатория. Везде пусто.

— Её нет здесь, — озадаченно Эльвира.

Спустились обратно.

— Может, в главном здании? — Лили. — В библиотеке большой? Или в классах?

— Проверим, — решила Эльвира.

Библиотека огромная — ряды полок высоких, столы для чтения, тишина абсолютная.

Обошли все залы — никого. Только несколько студентов за книгами. Терры нет.

Классы тоже пустые — занятия давно закончились.

Кабинет Терры в учебном корпусе — заперт, внутри темно.

— Странно, — нахмурилась Аэрис. — Куда она могла уйти вечером?

— Может, в город? — предположила Виолетта.

Пошли к главным воротам Академии — массивным, железным.

Ворота закрыты. Заперты на засовы тяжёлые. Охранник — пожилой мужчина в форме стражи — сидел в будке рядом.

— Магистр Терра выходила? — спросила Эльвира.

Охранник покачал головой:

— Нет. Ворота закрыты с заката. Никто не выходил, никто не входил.

Девушки отошли — озадаченные, встревоженные.

— Она в Академии, — медленно Эльвира. — Ворота закрыты. Но где?

Молчание напряжённое.

Умбра тихо — голос слабый, но уверенный:

— Подземный ход. Тот, которым мы пользовались.

Все посмотрели на неё.

— Она могла уйти через него, — продолжила Умбра. — В город незаметно. Или… или куда-то ещё.

Эльвира нахмурилась:

— Зачем? Зачем магистру Терре тайно покидать Академию? Что она скрывает?

Тишина тяжёлая.

Аэрис медленно:

— Или… или она не ушла в город. Может, она спустилась в подземелье. К залу Демона.

Виолетта побледнела:

— Боги… вы думаете… она…

— Не знаю что думать, — отрезала Эльвира. — Но нам нужно проверить.

Посмотрела на подруг — решительно, твёрдо:

— Спускаемся в подземелье. Сами.

Они прошли знакомым путем. Тайный проход в стене, сырой узкий коридор.

Шли гуськом — Эльвира впереди, Умбра позади всех. Дышала тяжело, держалась за стену рукой. Ещё слабая, но упрямая.

Спустились глубже — по скользким ступеням и древним тоннелям.

Наконец — зал Рогатого Демона.

Эльвира остановилась на пороге — память нахлынула резко.

Я здесь уже была. Одна. Ночью.

Зал огромный — колоссальный, подавляющий. Стены каменные высокие, покрыты древними рунами вырезанными глубоко. Пол гладкий полированный, чёрный камень блестящий, отражает свет призрачно.

Освещение тусклое, неровное. Вдоль стен — древние светильники магические. Кристаллы вмонтированные в камень, горят слабо, холодным голубоватым светом. Едва достигают центра зала.

Потолок теряется в темноте высоко — светильники не достают до него.

Виолетта вошла следом — ахнула тихо:

— Боги милостивые… какой огромный…

Лили прижалась к ней — испуганно, инстинктивно ища защиты.

Аэрис остановилась, осматривая зал — взглядом воина опытного, оценивающего территорию. Выходы, укрытия, опасности.

Умбра вошла последней — медленно, тяжело. Но остановилась сразу, замерла. Лицо побледнело ещё сильнее.

— Здесь… — прошептала хрипло. — Здесь магия. Древняя. Мощная. Спящая, но живая…

В центре зала — статуя.

Рогатый Демон.

Огромная каменная фигура — высотой метров пять, может больше. Серый камень, грубо высеченный, но детально прорисованный.

Мускулистое тело искажённое, нечеловеческое. Руки опущены вдоль тела — когти острые длинные, как лезвия. Ноги звериные, с копытами раздвоенными. Лицо — кошмарное, клыкастое, рогатое. Глаза закрыты, веки каменные тяжёлые.

На лбу — руна.

Руна светилась голубым пульсирующим светом — мерцала ритмично, как сердце бьющееся медленно. Холодный мертвенный свет падал на каменное лицо, искажал черты, делал их ещё страшнее.

Печать. Зефира заключила его в камень.

— Это он, — выдохнула Виолетта. — Настоящий. Демон древний.

Не могла оторвать взгляд — завораживало, пугало одновременно.

Эльвира подошла ближе — указала на пол вокруг статуи:

— Смотрите. Следы.

На каменном полу вокруг статуи — рисунки.

Мел белый, яркий в тусклом свете. Круги нарисованы — сложные, многослойные, концентрические. Внутри кругов — руны острые угловатые. Символы непонятные, древние, чужие.

Круги мерцали слабо — золотистым блеском призрачным, едва заметным. Остаточная магия висела в воздухе.

— Здесь был ритуал, — тихо Эльвира. — Недавно. Когда я приходила первый раз — магия ощущалась сильнее. Сейчас слабее. Рассеивается постепенно.

Подошла ближе — осторожно, не наступая на линии меловые.

Рассматривала рисунки внимательно.

Круги не завершены — линии обрывались местами, стёрты частично. Руны нарушены — кто-то наступил на них, размазал мел ногой.

— Ритуал не закончили, — указала Эльвира. — Или прервали специально.

По кругу расставлены свечи — толстые, оплавленные. Воск стёк лужицами на пол, застыл неровно. Фитили обуглены чёрные.

Умбра стояла поодаль — не подходила близко к кругам. Дышала тяжело, лицо напряжённое:

— Я чувствую… остаточную энергию. Плотную. Липкую. Неприятную. Магия была здесь. Сильная.

Эльвира обошла круги — медленно, изучая каждую деталь.

— Но главный ритуал был не здесь, — сказала Умбра неожиданно.

Все посмотрели на неё.

— Тот ритуал некромантии, который я почувствовала ночью, — продолжила она слабым голосом. — Он был где-то рядом. Близко. Но не в этом зале.

Эльвира нахмурилась:

— Можешь найти место?

Умбра колебалась:

— Не знаю… следы магии рассеялись почти… слабые…

Эльвира подумала — вспомнила как нашла этот зал.

Земля откликнулась. Показала путь.

— Постойте, — сказала вслух.

Подошла к Умбре — взяла её за руку. Другую руку протянула к стене каменной — прижала ладонь к холодной поверхности шершавой.

Закрыла глаза — сосредоточилась глубоко. Обратилась к земле мысленно, беззвучно:

Покажи мне. Где была магия смерти? Где нарушили покой каменный?

Секунда прошла. Две.

И вдруг — свечение появилось.

Слабое, еле заметное. Голубоватое призрачное. В одном из боковых коридоров узких — тёмном, уходящем вглубь.

Как тогда, когда она пришла в этот этот зал впервые.

— Там, — открыла глаза, указала рукой. — Земля показывает. Чувствую.

Пошли за свечением — по коридору узкому низкому. Приходилось нагибаться, идти осторожно. Стены сырые покрыты плесенью зелёной, пол неровный.

Свечение вело дальше — поворот налево резкий, ещё один направо, потом прямо долго.

Вышли в небольшой зал.

Круглый, тесный — диаметром метров пять, не больше. Потолок низкий нависающий — едва над головой, давит психологически. Стены неровные грубо высеченные. Без рун, без украшений, без обработки.

В центре зала — пятно.

Выжженное. Чёрное. Круглое. Диаметром метра два.

Пол обуглился глубоко — камень потрескался паутиной трещин, почернел насквозь, словно огонь жёг долго и нещадно жарко.

Но не огонь обжигал.

Холод.

Умбра подошла ближе — осторожно медленно, с усилием преодолевая отвращение инстинктивное. Присела на корточки тяжело. Протянула руку дрожащую над пятном — не касаясь, на расстоянии ладони.

— Это оно, — прошептала хрипло сорванным голосом. — Ритуал некромантии был здесь. Именно в этом месте.

Голос дрожал — от слабости физической, от страха подсознательного, от отвращения глубокого:

— Энергия смерти выжгла камень прочный. Холод настолько сильный мощный, что обуглил. Парадокс страшный… холод горит как пламя…

Встала тяжело медленно — качнулась опасно. Виолетта подхватила её быстро, поддержала под локоть крепко.

Эльвира смотрела на пятно выжженное — напряжённо, мрачно, с тяжёлым чувством:

— Что здесь произошло? Что они делали конкретно?

Умбра тихо:

— Допрос мёртвого. Культист убитый, которого нашли после нападения на нас. Магистры пытались заставить его говорить. После смерти насильно. Вырвать информацию из мёртвого разума.

Лили задрожала мелко — обняла себя руками:

— Боги милостивые… это же… это запретная магия страшная…

Аэрис мрачно:

— Аквилина возражала против этого. Помните? За дверью Совета магистров. Она кричала что они не должны, что это неправильно. А остальные настояли всё равно.

Молчание тяжёлое давящее опустилось.

Виолетта нагнулась внезапно — что-то увидела на полу рядом с пятном чёрным. У самого края. Подняла осторожно брезгливо.

Волос.

Длинный. Огненно-рыжий яркий. Яркий даже в тусклом свете подземелья.

— Игния, — выдохнула потрясённо. — Она была здесь точно.

Все замерли неподвижно.

Волос лежал на ладони Виолетты — длинный почти до пояса, если бы распрямить. Тот самый, который Игния носила раньше. До того как остригла всё коротко под ёжик мужской.

— Она проводила ритуал некромантии, — медленно понимающе Эльвира. — Или участвовала активно. И волосы её впитали воспоминания мёртвого культиста. Воспоминания, мысли, образы из разума мёртвого.

— Вот почему ей пришлось их срезать немедленно, — закончила Аэрис мрачно. — Они стали заражены. Пропитаны смертью. Нельзя было носить дальше.

Виолетта опустила волос обратно на пол — быстро, брезгливо, как что-то нечистое проклятое.

Вытерла ладонь о мантию — инстинктивно, хотя волос не был грязным физически.

— Уходим, — решила Эльвира твёрдо. — Здесь больше ничего нет полезного. Нужно вернуться наверх. Подумать спокойно. Решить что делать дальше с этой информацией.

Развернулись — пошли к выходу из маленького зала.

По коридору узкому обратно — к залу Демона.

Умбра шла медленно с трудом — держалась за стену обеими руками, дышала тяжело прерывисто. Силы на исходе окончательно.

Нужно было оставить её в комнате, — мысленно упрекнула себя Эльвира виновато.

Наконец Зал Демона.

Статуя возвышалась в центре — молчаливая, неподвижная, страшная. Руна на лбу мерцала ритмично. Круги меловые на полу светились призрачно.

Свернули к выходу основному — к тоннелю ведущему наверх, к подвалу общежития, к безопасности относительной.

Прошли мимо статуи — не глядя на неё, стараясь не думать о том что внутри камня.

И вдруг —

За поворотом коридора —

Фигура появилась.

Все замерли мгновенно.

Женщина.

Стояла неподвижно — в десяти шагах от них. Чёрный силуэт на фоне стены тёмной каменной.

— Черная женщина — ахнула Эльвира