Академия Стихий. Начало.

Глава 14. Теория магических потоков

Аудитория для лекции магистра Торвена была меньше предыдущей, но уютнее. Книжные полки вдоль стен были заставлены древними фолиантами в потрёпанных кожаных переплётах. Портреты великих магов прошлого смотрели со стен строгими взглядами. У каждого портрета на небольшой латунной табличке было выгравировано имя и годы жизни.

Студенты рассаживались, негромко переговариваясь. Девушки снова заняли места в средних рядах. Эльвира достала свежий лист пергамента и обмакнула перо в чернильницу.

На задней парте группа студентов — трое юношей и одна девушка — устроились особенно свободно. Один из них достал колоду карт и начал тасовать, прикрывшись открытым учебником.

Виолетта села, зевнула и потёрла глаза. Тёмные круги под ними стали ещё заметнее. Эльвира нахмурилась, но промолчала. Что-то не так. Виолетта никогда не была такой уставшей.

Дверь открылась.

Вошёл магистр Торвен.

Высокий, почти угловатый в своих тёмных одеждах. Кожа была бледной, почти прозрачной, словно он редко видел солнце. Серебристые волосы аккуратно зачёсаны назад. Глаза — внимательные, проницательные, синие — скользнули по классу, словно считывая каждого студента.

Он двигался плавно, почти бесшумно, словно скользил по полу, а не шёл. Дойдя до кафедры, он положил на неё стопку книг и повернулся к доске.

Взмахом руки — без жезла, без слов — мел взлетел с полки и начал сам чертить на доске. Круги. Стрелки. Символы. Схемы магических потоков формировались сами собой, пока Торвен стоял, скрестив руки, и наблюдал.

Студенты смотрели завороженно.

Когда схема была завершена, мел аккуратно вернулся на полку.

Торвен обернулся.

— Доброе утро. — Голос у него был спокойным, размеренным, но каждое слово звучало чётко. — Я — магистр Торвен. Сегодня мы обсудим теорию магических потоков.

Он сделал паузу, оглядывая класс.

— И начнём с важного вопроса: когда маг может полноценно использовать магию?

Несколько студентов подняли руки. Торвен кивнул юноше в третьем ряду.

— В любом возрасте?

Торвен покачал головой:

— Нет. Магию можно использовать в любом возрасте. Дети иногда проявляют случайную магию — непроизвольные вспышки, когда эмоции сильны. Но полноценно

Он повернулся к доске и написал крупными буквами:

18 ЛЕТ

— Восемнадцать. Возраст магического совершеннолетия.

Студенты начали записывать. Эльвира вывела цифру на своём пергаменте и подчеркнула.

Торвен продолжал, рисуя упрощённую схему мозга:

— Почему именно восемнадцать? Магия связана с сознанием. А сознание созревает постепенно.

Он указал на схему:

— До восемнадцати лет сознание ещё формируется. Нестабильно. Поэтому и магия нестабильна. Ребёнок может случайно поджечь занавеску, испугавшись грозы. Подросток может заморозить воду в стакане, когда сердится. Но контролировать это? Невозможно.

Торвен провёл линии от мозга, обозначая магические каналы:

— После восемнадцати сознание достигает зрелости. Магические каналы окончательно формируются. Стабилизируются. Только тогда маг может раскрыть полный потенциал.

На задней парте студенты продолжали негромко переговариваться. Один положил карту. Другой забрал взятку. Они прикрывались учебниками, но игра шла полным ходом.

Торвен, казалось, не замечал. Он повернулся к классу:

— Поэтому в академию мы принимаем студентов от восемнадцати до двадцати одного. В этом возрасте обучение наиболее эффективно. Сознание гибкое, но уже достаточно зрелое, чтобы принять дисциплину.

Эльвира слушала внимательно, но краем глаза заметила, что Аэрис рядом напряглась. Плечи подались вперёд. Руки, лежавшие на парте, сжались в кулаки. Капюшон она натянула ещё ниже, почти скрывая лицо.

Странно, — подумала Эльвира. Почему упоминание возраста так на неё действует?

Торвен продолжал:

— Конечно, бывают исключения. Некоторые созревают раньше, некоторые…

Он замер на полуслове.

Медленно повернулся.

Посмотрел на заднюю парту.

Студенты там продолжали играть в карты, не замечая его взгляда. Один из них приглушённо фыркнул, глядя на свои карты.

Торвен усмехнулся — тонко, едва заметно:

— …а у некоторых сознание не созревает и в восемнадцать лет.

Класс взорвался смехом.

Студенты обернулись, глядя на заднюю парту. Игроки подняли головы, не сразу понимая, что происходит.

— Что? — прошептал один из них.

Торвен взмахнул рукой.

Небрежно. Почти лениво.

Колода карт на задней парте вздрогнула.

Потом медленно поднялась в воздух.

— Хватай! — прошипел один из студентов.

Они рванулись к картам, но было поздно.

Колода поплыла над их головами, карты элегантно раскрылись веером и начали кружиться в воздухе. Они двигались плавно, словно танцуя, переливаясь в свете из окон.

Студенты пригибались, один из них подпрыгнул, пытаясь схватить карты, но промахнулся и налетел на соседа. Оба с грохотом повалились со стульев на пол.

Класс хохотал.

Лили прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать смех. Виолетта давилась, её плечи тряслись. Умбра тихо усмехалась. Даже Аэрис на мгновение отвлеклась от своих мрачных мыслей и улыбнулась под капюшоном.

Колода продолжила свой величественный полёт к кафедре, пролетая над рядами зачарованных студентов.

Торвен даже не смотрел на неё. Он повернулся обратно к доске и продолжил рисовать схему, говоря спокойно:

— Как я и говорил, концентрация — ключ к магии. Без концентрации вы не сможете даже удержать колоду карт в руках.

Колода приземлилась на кафедру с тихим шлепком.

Торвен обернулся, взял колоду и неторопливо осмотрел её:

— Красивые карты.

Он посмотрел на заднюю парту, где студенты поднимались с пола, красные от смущения.

— Жаль, что их владельцы предпочитают играть вместо того, чтобы учиться.

Торвен открыл ящик стола и аккуратно убрал колоду внутрь. Закрыл ящик.

— Заберёте после экзамена.

Пауза.

— Если сдадите.

Ещё пауза.

— Что маловероятно, учитывая ваше внимание к моим лекциям.

Студенты на задней парте опустили головы. Класс всё ещё посмеивался.

Торвен вернулся к доске, словно ничего не произошло:

— Итак, где мы остановились? Ах да. Магическое совершеннолетие. Восемнадцать лет.

Он нарисовал на доске два новых символа:

⚡ — СИЛА

⚪ — ЁМКОСТЬ

— Теперь важный момент. Многие путают два понятия: сила мага и ёмкость мага. Это разные вещи.

Торвен указал на молнию:

— СИЛА — это мощность вашей магии. Насколько разрушительное заклинание вы можете создать. Насколько велик огненный шар, который вы вызываете. Насколько прочен щит, который вы формируете.

Он нарисовал большую молнию.

— Сильный маг может разрушить каменную стену одним ударом. Создать вихрь, который снесёт крышу. Заморозить озеро целиком.

Теперь он указал на круг:

— ЁМКОСТЬ — это запас вашей магии. Сколько заклинаний вы можете сотворить, прежде чем истощитесь.

Он нарисовал большой круг.

— Маг с большой ёмкостью может колдовать долго. Десятки мелких заклинаний. Или несколько крупных. Он не выдохнется быстро.

Торвен посмотрел на класс:

— Это разные характеристики.

Он начертил схему:

МАГ А: Высокая сила + Низкая ёмкость

= Один мощный удар, потом истощение

МАГ Б: Низкая сила + Высокая ёмкость

= Много слабых ударов, долго держится

МАГ В: Высокая сила + Высокая ёмкость

= Идеал (редко встречается)

— Большинство магов где-то посередине. Средняя сила, средняя ёмкость. Ваша задача — определить свой тип и развивать слабые стороны.

Виолетта подняла руку. Торвен кивнул ей.

— Магистр Торвен… — голос её был сонным, но вопрос чёткий, — …а как определить свою силу и ёмкость?

— Отличный вопрос, мисс Аркейн.

Торвен повернулся к доске и нарисовал символ, напоминающий весы:

— СИЛУ мага мы можем определить довольно точно. Существуют магические приборы — артефакты, которые измеряют мощность заклинания. Интенсивность магического потока.

Он постучал мелом по доске:

— Маг создаёт заклинание. Прибор фиксирует силу. Получаем число. Чёткое. Объективное.

Торвен обернулся к классу:

— С ЁМКОСТЬЮ сложнее.

Он скрестил руки.

— Определить ёмкость мы пока не научились. Или, точнее, не придумали безопасного способа.

Студенты переглянулись. Один из них поднял руку:

— А небезопасный способ есть?

Торвен усмехнулся — на этот раз без тепла:

— Да. Опытный путь. Маг колдует. Снова и снова. Заклинание за заклинанием. Пока не исчерпает полностью свои запасы. До последней капли.

Он сделал паузу.

— Тогда мы знаем: вот его ёмкость. Точная цифра.

Ещё пауза.

— Но это не безопасно.

Торвен посмотрел на класс серьёзно:

— Полное магическое истощение — опасное состояние. Маг теряет сознание. Иногда впадает в кому. В редких случаях…

Он не закончил фразу, но смысл был ясен.

Класс притих.

— Значит… — Виолетта нахмурилась, — …нельзя узнать свою ёмкость?

— Можно, — Торвен покачал головой. — Но приблизительно. Через практику. Наблюдение. Вы колдуете на занятиях. Преподаватели фиксируют: сколько заклинаний вы сотворили до усталости. Как быстро восстанавливаетесь. Постепенно мы составим примерную картину.

Он обвёл класс взглядом:

— Но точную цифру узнать невозможно. Без риска.

Торвен усмехнулся — на этот раз с лёгкой загадочностью:

— Впрочем, есть ещё один ограничитель ёмкости.

Студенты насторожились. По рядам прошёл шёпот.

— Какой? — спросил кто-то.

Торвен посмотрел на расписание, висевшее на стене:

— Об этом вы узнаете на следующем занятии.

Он прищурился:

— Кажется, у вас… практические занятия после обеда?

Студенты закивали.

Торвен улыбнулся — тонко, почти неуловимо:

— Вот там и узнаете.

Он не стал объяснять дальше и вернулся к доске.

Класс зашептался:

— Что он имел в виду?

— Какой ограничитель?

Аэрис сидела неподвижно, зажавшись между Эльвирой и Умброй. Капюшон закрывал половину лица. Руки под плащом были сжаты так крепко, что костяшки пальцев побелели.

Эльвира тихо коснулась её локтя:

— Ты в порядке?

Аэрис вздрогнула:

— Да. Просто… холодно.

Но Эльвира видела: руки Аэрис дрожали.

От холода? Или от чего-то другого? Почему она так отреагировала на разговор о возрасте?

Торвен закончил чертить схему и повернулся к классу:

— Магические каналы формируются по мере взросления. Как кровеносные сосуды, но для магии. К восемнадцати годам они достигают полного развития.

Он нарисовал человеческую фигуру, от которой расходились светящиеся линии:

— У каждого мага свой уникальный узор каналов. Как отпечатки пальцев. Нет двух одинаковых.

Торвен постучал мелом по сердцу нарисованной фигуры:

— Центр находится здесь. В груди. Отсюда магия расходится по всему телу. Именно поэтому, когда вы творите заклинание, вы чувствуете тепло или давление в груди.

Эльвира вспомнила испытание — как огонь пылал у неё внутри, распространяясь из центра груди. Она кивнула сама себе.

— На следующих занятиях, — продолжил Торвен, — мы будем учиться чувствовать свои каналы. Осознавать, как магия течёт через вас. Это основа контроля.

Он отложил мел.

— На этом лекция окончена. Читайте главу вторую: "Магические каналы и их развитие". На следующем занятии — тестирование. Мы определим вашу силу.

Колокол зазвонил, извещая об окончании занятия.

— Свободны.

Студенты начали вставать, собирая вещи. Студенты с задней парты проходили мимо кафедры, опустив головы. Торвен молча смотрел на них. Слов не требовалось — взгляд говорил всё. Они поспешно вышли.

В коридоре девушки собрались вместе, направляясь в столовую на обед.

— Торвен строгий, — сказала Виолетта, зевая, — но справедливый.

— И чувство юмора есть! — Лили всё ещё улыбалась. — Видали, как колода летала? Словно танцевала!

Умбра усмехнулась:

— Те студенты запомнят урок.

Эльвира посмотрела на Аэрис, которая шла молча, глядя в пол:

— Аэрис, ты точно в порядке?

— Да, — ответ прозвучал слишком быстро. — Просто устала. Много информации за утро.

— Хочешь отдохнуть перед обедом?

— Нет. Пойдём вместе.

Эльвира кивнула, но внутри росла тревога. Аэрис что-то скрывает. Что-то связанное с возрастом? Или с чем-то ещё?

Она решила не давить. Если Аэрис захочет — расскажет сама. Им ведь только начали доверять друг другу. Рано требовать всех секретов.

Они направились в столовую. Впереди был обед.

А после — загадочные практические занятия.