Академия Стихий. Начало.

Глава 3. Огонёк

Эльвира инстинктивно потянулась к копью за спиной. Пальцы коснулись древка, но она знала — не успеет. Трое бандитов стояли слишком близко, ножи уже наготове.

— Не дёргайся, девка, — Главарь ухмыльнулся, показывая гнилые зубы. — Опусти руку. Медленно.

Лили отступила на шаг, прижимаясь спиной к стене. Её лицо побледнело:

— Я отдам … Все, что осталось. Вот, забирайте…

Она протянула последние серебряные монеты дрожащей рукой.

— Поздно, красотка, — Шрам облизнул губы. — Наш хозяин хочет поговорить. Лично. Ты его обманула, показала товар и не дала потрогать. Это нечестно.

— Я выполнила условия! — голос Лили сорвался. — Он сам сказал — только показать!

— Заткнись, — огрызнулся Дубина, похлопывая дубиной по ладони. — Пойдёшь тихо — не будет больно. Сопротивляться будешь…

Он многозначительно похлопал дубиной по ладони.

Эльвира сжала древко копья сильнее. Страх сковывал горло, но она заставила себя сделать шаг вперёд, загораживая Лили:

— Она никуда не пойдёт.

Главарь рассмеялся:

— Ох, храбрая! Полуэльфийка с копьём. Думаешь, героиней станешь?

— Думаю, вас трое, а мы две, — Эльвира постаралась, чтобы голос звучал увереннее, чем она себя чувствовала. — Но одна из нас вооружена. Кто-то из вас точно не вернётся домой сегодня. Хотите рискнуть?

Блеф. Чистый блеф. Эльвира умела обращаться с копьём — дядя научил основам. Но против троих? С ножами и дубиной? В узком переулке?

Бандиты переглянулись. На мгновение в их глазах мелькнула неуверенность.

Но Главарь сплюнул:

— Берём обеих. Хозяин заплатит. Живыми или мёртвыми — не важно.

Он шагнул вперёд.

И в этот момент серый плащ упал с неба.

Буквально сверху, с крыши соседнего дома, прыгнула фигура — тот самый незнакомец в сером плаще, Эйр. Выхватил меч на лету, замахнулся…

И запутался в собственном плаще.

Ткань обмотала ноги. Эйр грохнулся на булыжники переулка, меч выпал из рук с металлическим звоном.

— Ещё одна баба?! — выдохнул главарь, уставившись на упавшую фигуру.

Капюшон слетел при падении. Длинные платиновые волосы рассыпались по плечам. Лицо — определённо женское, изящное, с высокими скулами. Серо-голубые глаза сверкнули раздражением.

— Проклятый плащ! — выругалась незнакомка явно женским голосом, пытаясь распутаться.

Бандиты на секунду застыли в шоке. Три девчонки? Одна даже не может встать?

Гнилозубый рассмеялся:

— Везёт нам сегодня! Хозяин за троих больше заплатит!

Он шагнул к распутывающейся девушке, занося нож.

И тут из складок плаща вырвалось нечто маленькое, чешуйчатое и очень, очень злое.

Дракончик — размером с кошку, с переливающейся бирюзово-золотистой чешуёй — взлетел в воздух с яростным шипением. Его крошечные крылья взмахнули, глаза вспыхнули оранжевым светом.

— Огонёк, нет! — крикнула девушка, но было поздно.

Дракончик раскрыл пасть. Струя пламени — не огромная, но достаточная — вырвалась наружу, ударив главаря прямо в лицо.

Бандит взвыл, хватаясь за обожжённую физиономию, отступая.

— Дракон! ДРАКОН! — завопил тощий со шрамом.

Огонёк развернулся в воздухе и плюнул огнём в него. Шрам увернулся, но пламя подожгло край его рубахи.

Коренастый с дубиной замахнулся на дракона, но маленькое существо было быстрым. Огонёк пикировал, вцепился когтями в лицо бандита и полоснул. Три кровавые царапины появились на щеке.

Девушка наконец распуталась, вскочила на ноги, схватила меч.

— Эльвира! — крикнула она. — Сейчас!

Эльвира не раздумывала. Копьё в руках, она рванула вперёд. Не целясь убить — она никогда не убивала человека — но отогнать.

Древко ударило Главаря в бок. Тот зашатался. Второй удар — по ногам. Он упал на булыжники.

Аэрис взмахнула мечом. Клинок просвистел в воздухе, оставляя красную линию на руке Дубины. Поверхностная рана, но болезненная.

— Бежим! — заорал Шрам, и трое бандитов бросились прочь.

Главарь вскочил с земли, держась за обожжённое лицо. Шрам дёргал тлеющую рубаху на бегу. Дубина зажимал порезанную руку. Они скрылись за углом, их проклятия эхом разносились по переулку.

Тишина.

Огонёк гордо уселся на плечо девушки, обвив хвостом её шею. Довольное урчание вырвалось из его пасти.

Эльвира и Лили стояли, тяжело дыша, не веря, что всё кончилось.

Незнакомка опустила меч, обернулась к ним. Без капюшона она выглядела молодо — примерно их возраста, может, на год старше. Красивая, с резкими чертами лица. На ней был кожаный доспех под плащом, перевязь с мечом. Настоящая воительница.

— Вы в порядке? — спросила она.

— Ты… ты девушка, — выдохнула Лили.

— Последний раз, когда проверяла, да, — усмехнулась незнакомка. — Сюрприз?

— Но голос… и поза… — Эльвира всё ещё не могла поверить.

— Магия воздуха, — девушка пожала плечами. — Могу менять тон голоса, управляя вибрациями. И да, я научилась ходить и стоять как мужчина. Полезный навык, когда путешествуешь одна. Женщин-воинов не все воспринимают всерьёз.

Она протянула руку:

— Аэрис Небесная. Можете звать просто Аэрис. "Эйр" — это сокращение. Проще, когда прикидываешься парнем.

Эльвира пожала её руку:

— Эльвира. А это Лили. Спасибо, что помогла. Снова.

— Рада, что успела, — Аэрис оглянулась на крышу, с которой прыгнула. — Видела, как они пошли за вами из таверны. Решила проследить. Хорошо, что рядом была.

Лили смотрела на дракончика с восхищением:

— Ой, какой милый!

Она потянулась погладить.

— Осторожно! — крикнула Аэрис, но было поздно.

Огонёк зашипел, раздувая ноздри. Крылья распахнулись, из пасти вырвалась струйка дыма. Он щёлкнул зубами в опасной близости от пальцев Лили.

Девушка отдёрнула руку:

— Ой!

— Прости, — Аэрис почесала дракона под подбородком, и тот успокоился. — Огонёк… ревнивый. Вступается за меня каждый раз, когда думает, что мне угрожают. А "угрозой" считает почти всех.

— Как ты его нашла? — спросила Эльвира, разглядывая маленькое существо. Она никогда не видела живого дракона — даже такого крошечного.

— Нашла разорённое гнездо в горах, — лицо Аэрис потемнело. — Охотники убили мать ради чешуи. Огонёк был единственным выжившим. Я забрала его, выходила. Он привязался ко мне. Теперь не оторвать.

Дракончик довольно чирикнул и лизнул её щёку раздвоенным язычком.

— Проблема в том, — продолжила Аэрис, — что он реагирует на каждого, кто подходит слишком близко. Или говорит слишком громко. Или смотрит не так. На прошлой неделе чуть не поджёг торговца яблоками, который зазывал покупателей.

Несмотря на напряжение после боя, Лили фыркнула.

— И ты носишь его с собой?

— Куда денусь? — Аэрис погладила дракончика. — Он семья. Единственная, что у меня есть.

Что-то в её тоне заставило Эльвиру посмотреть внимательнее. Одиночество. Она слышала его в собственном голосе слишком часто, чтобы не узнать в чужом.

— Проклятый плащ, — вдруг выругалась Аэрис, поднимая серую ткань с земли. Она была порвана в нескольких местах, испачкана в пыли. — Старый изорвался неделю назад. Пришлось купить новый на рынке. Торговец уверял, что это мой размер. Обманул, паразит. На два размера больше! Вот я и споткнулась.

Она с досадой смотрела на плащ.

Лили шагнула вперёд:

— Могу подшить. У меня есть иголка с ниткой. Единственное, что осталось из… прошлой жизни.

Аэрис посмотрела на неё удивлённо:

— Серьёзно? Ты умеешь?

— Я росла в бедной семье. Уметь шить — это базовое выживание, — Лили пожала плечами. — К утру будет как новый. Ну, почти.

— Буду очень признательна, — искренне сказала Аэрис.

Она сложила плащ и протянула Лили. Затем посмотрела на обеих:

— Говорила же — город опасен. Теперь поверите? Пойдёмте вместе. До академии безопаснее втроём. Вчетвером, если считать Огонька.

Дракончик гордо фыркнул.

Эльвира и Лили переглянулись. После того, что произошло, отказываться было глупо.

— Хорошо, — кивнула Эльвира. — До академии вместе.

— Отлично! — Аэрис улыбнулась. — Тогда первым делом — найти ночлег. Я знаю пару мест в районе подешевле. Пойдём?

Они двинулись по улицам. Огонёк дремал на плече Аэрис, иногда приоткрывая один глаз, чтобы оценить окружающих на предмет угрозы.

— Сколько ему? — спросила Эльвира.

— Около трёх месяцев. Для дракона это младенец, — Аэрис погладила его. — Но растёт быстро. Когда я его нашла, он помещался на ладони. Теперь вот какой.

— А он будет расти дальше? До размеров… настоящего дракона? — неуверенно спросила Лили.

— Не знаю, — честно призналась Аэрис. — Я не эксперт по драконам. Может, это карликовый вид? Или он останется таким? Время покажет.

Они свернули в более бедный квартал. Здесь дома стояли плотнее, улицы были уже, фонарей меньше. Но людей тоже было меньше — а значит, безопаснее от наёмников купца.

Проходя мимо конюшни, они увидели странную сцену.

Девушка в дорогом платье, с рыжими волосами, уложенными в сложную причёску, стояла у ворот. Украшения на шее и запястьях поблёскивали в свете фонарей. Рядом с ней — великолепный гнедой конь.

И два мужчины забирали у неё всё это.

Один уводил коня. Другой принимал из её рук свёрток — платье, украшения.

— Эй! — Лили шагнула вперёд. — Вы её грабите?!

Девушка повернулась. Вблизи она была красивой — изящные черты, зелёные глаза. Но лицо было усталым, смущённым.

— Нет, — тихо сказала она. — Просто взяли своё. Прокат закончился.

— Прокат? — не поняла Аэрис.

Один из мужчин, владелец конюшни, хмыкнул:

— Час аренды. Конь, платье, украшения. Чтобы въехать в город с шиком. Девчонки из обедневших родов любят так делать.

Он забрал коня и скрылся в конюшне. Второй мужчина, торговец одеждой, унёс свёрток.

Девушка осталась в простом платье, без украшений. Она стояла, опустив плечи, и казалось, хотела провалиться сквозь землю от стыда.

Неловкое молчание.

— Виолетта Аркейн, — наконец представилась она с достоинством, несмотря на смущение. — Из рода Аркейн. Когда-то известного.

— Когда-то? — осторожно переспросила Эльвира.

Виолетта отвела взгляд:

— Теперь не очень. Мой отец… вложил всё состояние в алхимический проект. Создание вечного пламени. Не сработало. Мы разорились. — Её голос дрожал. — Но я всё равно иду в академию. Потому что магия огня — единственное, что у меня осталось. И я должна доказать… что род Аркейн ещё чего-то стоит.

Эльвира почувствовала знакомое сочувствие — то же, что заставило её выкупить Лили.

— Мы тоже ищем ночлег, — сказала она. — Может, вместе?

Виолетта посмотрела на них — полуэльфийка с копьём, девушка в потрёпанном платье, воительница с драконом на плече. Такие же изгои, как она сама.

И улыбнулась — первая настоящая улыбка:

— У меня есть место. Чердак над старой мастерской. Владелец сдаёт дёшево. Правда, вместо кроватей там только солома и одеяла. И там уже есть… одна жилица. Но места хватит. Лучше, чем улица.

— Принято, — Лили протянула руку. — Я Лили. А это Эльвира и Аэрис.

Они пожали руки.

И в этот момент рядом с плечом Виолетты материализовалась маленькая светящаяся фигурка — человечек размером с ладонь, в древней магической мантии, с длинной седой бородой.

— НАКОНЕЦ-ТО! — провозгласил он торжественно. — Юная Аркейн обрела союзниц! В МОЁ время мы не ночевали на чердаках, конечно. У рода Аркейн было три башни! Или две? Или вообще замок?

Эльвира, Лили и Аэрис уставились на светящегося человечка. Огонёк заинтересованно принюхался.

— Это Архимедиус Великолепный, — устало представила Виолетта. — Семейный дух. Служит роду Аркейн пятьсот лет. Правда, в последнее время память у него…

— Память ПРЕКРАСНАЯ! — возмутился Архимедиус. — Я помню всё! Например… э-э-э… как вас зовут, милые девушки?

Лили прыснула. Аэрис сдержала улыбку. Эльвира покачала головой.

— Пойдёмте, — сказала Виолетта. — Чердак недалеко.

Они двинулись по тёмным улицам. Виолетта вела их через переулки, явно хорошо изучив район за время поисков жилья.

По пути она рассказала больше:

— Я работала прислугой последние полгода. Тайно от родителей. Копила на вступительный взнос в академию. Они думают, я продала фамильное кольцо. — Она коснулась пустого пальца. — На самом деле заложила. Надеюсь, когда закончу академию, смогу выкупить обратно.

— Почему втайне? — спросила Эльвира.

— Гордость. Род Аркейн не работает прислугой, — горько усмехнулась Виолетта. — Но у рода Аркейн больше нет денег. Так что пришлось выбирать — гордость или мечта.

— Ты выбрала правильно, — сказала Лили тихо.

Виолетта благодарно посмотрела на неё.

Чердак над старой мастерской оказался именно таким, как описывала Виолетта — просторный, но пыльный, с низкой покатой крышей и толстыми балками. Солома вместо кроватей была разложена в углах. Единственное окно в крыше пропускало лунный свет. Старый фонарь в углу давал тусклое, мерцающее освещение.

И в этом свету они увидели пятую жилицу.