Академия Стихий. Начало.

Глава 19 Воздух и тени

На следующий день Эльвира проснулась с тяжёлой головой. Сны были беспокойными — огонь, который не слушался, руки, тянущиеся к пламени и хватающие пустоту.

— Вставай, — Аэрис уже была одета. — Урок Воздуха. У Цирконии.

Эльвира села, потёрла лицо. Виолетта зевала у окна — опять не выспалась. Лили растягивалась, улыбаясь чему-то своему. Умбра молча завязывала косу.

Ещё одна попытка. Может, с воздухом получится.

Учебный зал магии Воздуха

Зал был просторным, светлым. Высокие окна распахнуты настежь — ветер гулял свободно, играя занавесками. Стены покрыты резьбой — птицы, облака, спирали ветра.

Посреди зала стояла магистр Циркония.

Высокая, стройная эльфийка. Серебристые волосы — не седые, а именно белые, как первый снег — длинные, распущенные, развевались на ветру. Доброе лицо, улыбка в уголках губ. Платье серо-белое, цвета облаков, струилось вокруг неё.

Она выглядела лет на сорок, но в глазах — глубина столетий.

Циркония стояла у открытого окна, глядя в небо, что-то бормоча себе под нос. Студенты входили, садились — она не замечала.

Потом резко обернулась — так быстро, будто сама была ветром.

— А, вы пришли! — улыбнулась широко. — Хорошо-хорошо. Садитесь, садитесь.

Голос мягкий, певучий, с эльфийским акцентом.

Студенты сели. Эльвира — рядом с Лили, как обычно.

Циркония прошлась по залу — не шла, а почти летела. Ноги едва касались пола.

— Воздух, — начала она мечтательно, — самая свободная стихия. Не удержишь. Не поймаешь. Попробуешь схватить — ускользнёт между пальцев.

Подняла руку. Ветер в зале закружился, поднимая листья с пола, которых там не было секунду назад.

— Но он везде. — Циркония закрыла глаза, вдохнула глубоко. — В каждом вдохе. В каждом слове. Даже в тишине — он там.

Открыла глаза, посмотрела на студентов:

— Воздух легче огня. Огонь требует силы. Воздух — только внимания.

Прошлась мимо рядов, бормоча:

— Дышите. Чувствуйте. Слушайте. Он говорит… если знаете, как слушать…

Эльвира переглянулась с Лили.

Странная. Но… добрая.

Циркония остановилась в центре, хлопнула в ладоши:

— Практика! Начнём. Я вызову — вы подойдёте. Попробуете создать ветер. Маленький. Не ураган, — засмеялась. — Просто… дыхание воздуха.

Взяла список, посмотрела:

— Светлолист!

Кайлен Светлолист

Из заднего ряда встал эльф — высокий, с серебристыми волосами, заплетёнными в сложную косу. Идеальные черты лица. Изящная осанка. Двигался плавно, как танцор.

Подошёл в центр зала. Даже не выглядел напряжённым.

Протянул руку. Закрыл глаза.

Ветер откликнулся мгновенно. Закружился вокруг его руки — плавно, изящно, формируя идеальную спираль. Листья поднялись, закружились в воздухе, словно танцуя.

Студенты ахнули.

Эльф открыл глаза, опустил руку. Ветер мягко стих.

Циркония улыбнулась:

— Безупречно, мистер Светлолист. Природный дар.

Кайлен кивнул — не скромно, а высокомерно. Конечно, у него получилось. Он эльф. Чистокровный.

Вернулся на место, не глядя ни на кого.

Циркония продолжила вызывать студентов.

— Небесная!

Аэрис встала, прошла в центр. Протянула руки.

Ветер откликнулся легко — плавный, контролируемый, как будто она делала это всю жизнь.

Циркония кивнула одобрительно:

— Отлично, мисс Небесная. Природный талант. Воздух вас любит.

Аэрис кивнула коротко, но выглядела неловко. Не любила внимание.

Вернулась на место, села молча.

— Аркейн.

Виолетта встала, подошла. Выглядела уставшей — снова круги под глазами.

Протянула руки. Закрыла глаза.

Несколько секунд тишины.

Потом — слабый ветерок. Едва заметный. Листья на полу дрогнули, но не поднялись.

Виолетта сосредоточилась сильнее. Лицо напряглось.

Ветерок усилился — чуть-чуть. Один лист поднялся, закружился, упал.

Виолетта выдохнула, открыла глаза.

Циркония подошла, посмотрела добро:

— Устали, дитя?

Виолетта кивнула:

— Немного.

— Воздух чувствует усталость. Он не приходит к тем, кто истощён. Отдохните. Попробуйте завтра.

— Спасибо, магистр.

Виолетта вернулась, села тяжело.

Эльвира тихо коснулась её руки:

— Ты в порядке?

— Просто устала, — прошептала Виолетта. — Расскажу позже.

— Росвейн.

Лили встала, подошла весело. Протянула руки, закрыла глаза.

Ветер вспыхнул — яркий, сильный. Листья закружились, поднялись высоко, танцуя в воздухе.

Студенты смотрели восхищённо.

Но Циркония нахмурилась. Подошла ближе.

Протянула руку, провела сквозь ветер.

Листья не шевельнулись от движения её руки.

— Иллюзия, — сказала Циркония мягко.

Лили покраснела:

— Ой. Извините. Я не специально. Просто… у меня пока не получается настоящий.

Циркония улыбнулась:

— Не извиняйтесь. Иллюзии — тоже искусство. Красивое искусство. Но воздух — не картинка. Он живой. Почувствуйте разницу.

— Постараюсь.

— Хорошо. Садитесь.

Лили вернулась, села с виноватым видом.

Эльвира шепнула:

— Всё нормально. Красиво было.

Лили улыбнулась слабо:

— Ага. Жаль, что не настоящее.

— Умбра.

Дроу встала, прошла молча. Протянула руки.

Ветер откликнулся — средний, не слабый, но и не сильный. Несколько листьев поднялись, закружились.

Циркония кивнула:

— Хорошо. Для дроу воздух сложен. Вы привыкли к тени, к замкнутым пространствам. Но вы справляетесь. Продолжайте.

Умбра кивнула, вернулась на место.

— Светлолистная.

Эльвира встала. Сердце колотилось.

Воздух. Пожалуйста. Хоть один раз получится.

Прошла в центр. Протянула руки. Закрыла глаза.

Вдохнула глубоко.

Воздух. Я чувствую тебя. Ты здесь. Везде.

Она чувствовала его. Лёгкий, живой, играющий вокруг. Он касался кожи, волос, губ.

Он здесь! Я чувствую!

Сосредоточилась. Представила, как воздух движется, как он собирается вокруг её рук, как создаёт ветер.

Пожалуйста. Покажись.

Открыла глаза.

Ладони были пустыми. Воздух не двигался.

Эльвира замерла.

Опять.

Закрыла глаза снова. Попробовала ещё раз.

Воздух. Я знаю, ты слышишь. Пожалуйста.

Тишина.

Открыла глаза. Ничего.

Тишина в зале.

Студенты смотрели. Некоторые — с сочувствием. Другие — с насмешкой.

Циркония подошла, склонила голову набок:

— Вы чувствуете воздух?

— Да, — ответила Эльвира тихо. — Он здесь. Я чувствую. Но не слушается.

Циркония посмотрела внимательно — долго, будто заглядывая внутрь.

— Блок, — прошептала она себе под нос. — Не снаружи. Внутри. Глубоко.

Потом громче:

— Воздух требует свободы. Не только снаружи. Внутри вас. Если вы связаны — он не придёт.

Эльвира не понимала:

— Связаны?

Циркония улыбнулась загадочно:

— Страх связывает. Сомнение связывает. Стыд связывает. Найдите цепи. Разорвите их. Тогда воздух ответит.

Эльвира молчала.

Циркония коснулась её плеча:

— Не сегодня, дитя. Но скоро. Вы почувствуете. Садитесь.

Эльвира опустила руки, пошла обратно.

Снова ничего. Ни огня, ни воздуха.

Я чувствую стихии. Они отвечают. Но не слушаются.

Может, я недостаточно сильна? Недостаточно чиста?

Вспомнила Кайлена — идеальную спираль ветра, высокомерный взгляд.

Полукровка…

Может, поэтому? Потому что я не чистокровная эльфийка?

После занятия

Студенты выходили из зала. Эльвира шла, опустив голову, погружённая в мысли.

У дверей столкнулась с кем-то.

— Ой, извини, — сказала она, отступая.

Подняла взгляд.

Кайлен Светлолист стоял перед ней. Высокий, холодный, идеальный.

Смотрел сверху вниз.

— Смотри, куда идёшь, — сказал он холодно.

Эльвира кивнула:

— Извини.

Кайлен посмотрел на её уши — заострённые, эльфийские, но короче, чем у него.

— А, полукровка, — сказал он с презрением.

Смотрел, как на что-то грязное.

Прошёл мимо, не оглядываясь.

Эльвира стояла, сжав кулаки. Щёки горели.

Что не так с чистокровными эльфами?

Я тоже эльфийка. Наполовину.

Аэрис подошла, положила руку на плечо:

— Не парься. Он просто гордый дурак.

— Я не парюсь, — соврала Эльвира.

Но внутри сомнения грызли.

Может, он прав? Может, полукровки и правда… слабее?

Вечер. Библиотека.

Эльвира стояла у книжных полок, перебирая тома.

Блокировка магии. Почему я ничего не чувствую… нет, чувствую, но не управляю.

Пальцы скользили по корешкам.

«Основы элементальной связи».

«Барьеры и блоки в магии».

«Врождённые ограничения».

Взяла одну книгу, открыла. Начала читать. В дальнем углу библиотеки, за столом у окна, сидела Лили.

Перед ней лежала толстая книга — «Теория многослойных иллюзий».

Она читала, хмурясь.

— …третичная проекция накладывается на вторичную, создавая эффект глубины, но только если базовый слой стабилен… — пробормотала она. — Чё вообще?

Перечитала.

Вздохнула, откинулась на спинку стула.

Хлопнула дверь.

Кто-то вошёл в библиотеку.

Эльвира, стоявшая у полок, услышала знакомый голос:

— Лили? Ты здесь!

Дэриан.

Эльвира осторожно выглянула из-за полки.

Дэриан шёл между столами, улыбаясь. Увидел Лили, направился к ней.

— Привет, Дэриан, — Лили подняла взгляд, улыбнулась.

Дэриан подошёл, остановился у стола:

— Что читаешь?

Лили показала книгу:

— Пытаюсь понять слоистые проекции. Но это сложно. Вообще ничё не въезжает.

Дэриан присел на край стола:

— О, это моя любимая тема!

Придвинулся ближе:

— Смотри, вот здесь…

Показал пальцем в книгу, склонился.

Плечи касались.

Лили слегка покраснела, но не отстранилась. Слушала внимательно.

— Видишь? — Дэриан продолжал объяснять. — Базовый слой — это фундамент. Если он дрожит — всё рушится. А вторичный слой — это детали. Он может быть слабее, главное — якорь.

Лили кивала:

— А-а-а, теперь понятно! Спасибо!

Дэриан улыбнулся тепло:

— Всегда пожалуйста.

Эльвира стояла за полкой, хмурясь.

Он слишком близко. Зачем старшекурснику так интересоваться первокурсницей?

Что-то не так.

Вышла из-за полки, подошла к столу:

— Лили, пойдём? Виолетта ждёт в столовой.

Лили обернулась:

— А? Уже? Ладно.

Встала, закрыла книгу:

— Спасибо, Дэриан. Ты мне очень помог.

Дэриан улыбнулся:

— Всегда пожалуйста. Если нужна помощь — я часто здесь по вечерам.

Кивнул Эльвире вежливо, пошёл к выходу.

Коридор

Лили и Эльвира шли по коридору.

Эльвира молчала. Потом осторожно:

— Лили, будь осторожна с ним.

Лили удивлённо посмотрела:

— Почему? Он милый. Помогает.

— Просто… не знаю. Что-то не так.

Лили засмеялась:

— Да ладно тебе! Ты просто не знаешь его. Он хороший.

Эльвира замолкла.

Может, я параноик. Но ощущение не уходит.

Он смотрит на неё… не так. Слишком внимательно. Слишком тепло.

Старшекурсники не помогают первокурсникам просто так.

Но сказать это вслух — значит выглядеть подозрительной. Ревнивой.

Промолчала.

Вечер. Общая комната. Перед сном.

Лили сидела перед зеркалом, расчёсывая волосы. Длинные взмахи щёткой, привычный ритуал.

— Знаете, — задумчиво сказала она, глядя на своё отражение, — всё замечательно. Занятия, академия, мы все вместе…

Пауза.

— Но только мне кажется, что за нами кто-то следит?

Виолетта, раскладывавшая книги на столе, обернулась:

— Ты перезанималась, по-моему. Слишком много практики иллюзий.

— Нет, — тихо произнесла Умбра из своего угла. — Я тоже чувствую.

Все замолкли. Посмотрели на дроу.

— По ночам, — продолжила Умбра, не поднимая взгляда, — словно взгляд… шарит по нам. По комнате. Ищет что-то.

Эльвира села на кровати:

— Ты серьёзно?

Умбра кивнула.

Лили повернулась к зеркалу, посмотрела на своё отражение. Вдруг ей показалось, что отражение смотрит на неё, а не из неё.

Она вздрогнула, отвела взгляд.

— Может, это паранойя, — неуверенно сказала Виолетта. — Мы все нервничаем. Новое место, столько магии вокруг…

— Может быть, — согласилась Эльвира.

Но никто не выглядел убеждённым.

Аэрис, лежавшая на кровати с Огоньком на груди, тихо добавила:

— Огонёк тоже беспокоится. Рычит иногда ночью. На ничто.

— На ничто? — переспросила Лили.

— На пустоту. Словно там кто-то есть. Но никого не видно.

Тишина легла на комнату, тяжёлая и давящая.

Архимедиус материализовался над головой Виолетты:

— В МОЁ время академия тоже была полна тайн! Секретные проходы! Призраки! Или это были профессора?..

— Архимедиус, не сейчас, — попросила Виолетта.

Дух замолк, но продолжал кружить, явно встревоженный.

— Ладно, — решительно сказала Эльвира, встав. — Завтра поговорим с кем-нибудь из преподавателей. Может, это нормально. Защитные чары академии или что-то такое.

— Да, — согласилась Виолетта. — Наверняка есть объяснение.

Но когда свет погас и комната погрузилась во тьму, каждая из них ещё долго лежала без сна.

Ощущение взгляда не проходило.

И в углу комнаты, на стене, зеркало тускло отражало лунный свет.

Неподвижное.

Безмолвное.

Наблюдающее.