Академия Стихий. Начало.

Глава 109. Сеть контроля

Эльвира стояла, сжимая в руке бабушкин амулет, готовая к бою. Ветер вокруг неё стих, но воздух всё ещё звенел от напряжения.

Торвен не отступил. Он не выглядел испуганным или побеждённым. Напротив, уголки его губ дрогнули в едва заметной, снисходительной улыбке.

— Любовь, — повторил он, смакуя слово. — Красиво. Трогательно. Но… непрофессионально.

Он сделал шаг назад, поправляя манжету.

— Ты думаешь, я сделал ставку только на тебя?

Голос магистра стал наставническим, сухим:

— Запомни на будущее, Эльвира: никогда не полагайся на один инструмент. Контроль — это сеть, а не цепь. Если рвётся один узел — другие держат.

Он небрежно взмахнул рукой.

Воздух вокруг Эльвиры сгустился, затвердел и вспыхнул. Прозрачная, мерцающая плёнка мгновенно окружила её, отрезая от остального зала.

Магический барьер.

Эльвира узнала его. Точно такой же изолировал Виолетту в Доме Сгоревшего Алхимика.

Она вскинула руки, выбросила поток ветра, пытаясь разбить преграду.

Удар отразился. Волна воздуха отскочила от внутренних стенок сферы и ударила саму Эльвиру, сбив её с ног.

— Не старайся, — спокойно посоветовал Торвен. — Он отражает любой магический удар обратно в заклинателя. Сиди смирно, и не пострадаешь. Так ты нам не помешаешь.

Он повернулся спиной к Эльвире, словно она перестала существовать. Подошёл к глубокой нише в стене, которая до этого была скрыта густой тенью. Рядом с нишей стояло высокое, в человеческий рост, зеркало в тяжёлой раме.

Торвен щёлкнул пальцами.

В нише загорелся холодный магический свет.

Эльвира ахнула, прижавшись ладонями к барьеру.

Там, неподвижные, словно статуи в музее, стояли два магистра.

Циркония. Её белое платье висело на ней, как саван. Глаза были открыты, но смотрели в пустоту.

Аквилина. В своём синем одеянии, с безупречной осанкой, но с таким же стеклянным, мёртвым взглядом.

— Раз ты отказываешься, — буднично произнёс Торвен, — то печати снимут те, кто их ставил. Магистры.

Он подошёл к зеркалу. Поверхность стекла пошла рябью, показывая коридор Академии. По нему быстрым, решительным шагом шла Игния. Она явно искала кого-то, заглядывая в классы.

— К сожалению, магистр Игния не может присоединиться к нам лично, — сказал Торвен, доставая из кармана тот самый медальон с рыжим локоном. — Она слишком… темпераментна. Но нам поможет заклинание «Крючок».

Он открыл медальон. Волосы внутри вспыхнули, как угли.

Торвен произнёс кодовую фразу — резкую, гортанную, на языке, которого Эльвира не знала.

В зеркале Игния споткнулась. Остановилась посреди коридора. Её плечи опустились. Голова дёрнулась, словно от удара, а потом замерла. Живой огонь в её глазах погас, сменившись тупой покорностью.

Игния подняла руки. Её губы начали шевелиться, повторяя слова, которые беззвучно шептал Торвен.

— Сейчас она снимет Печать Огня, — улыбнулся Торвен, глядя на отражение. — А потом запечатает все выходы. Никто не войдёт и не выйдет из Академии до конца ритуала. Мы не хотим, чтобы нас беспокоили.

Он повернулся к центру зала. В руках у него появилась книга в тёмной коже — та самая, что была изъята у студентов.

— Приступайте, — скомандовал он магистрам в нише.

Циркония шагнула вперёд. Механически, как марионетка. Она подняла руки, и воздух в зале завихрился. Печать Воздуха, одна из четырёх проекций вокруг меча, начала светиться белым, вибрировать.

Торвен раскрыл книгу. Начал читать — громко, распевно.

Стены подземелья задрожали. Где-то глубоко внизу, в фундаменте, заскрежетала порода.

Печать Земли — зелёная, тяжёлая — вспыхнула под действием его голоса.

Одновременно в зеркале Игния завершила жест. Печать Огня полыхнула алым и начала таять.

Две печати — Земля и Огонь — засветились нестерпимо ярко, а затем с тихим, печальным звоном растворились в воздухе.

— Воздух! — приказал Торвен.

Циркония сделала резкое движение. Белая печать дрогнула и рассыпалась искрами.

Осталась одна. Вода.

Торвен повернулся к нише.

— Аквилина. Твоя очередь.

Магистр Воды стояла неподвижно. Её руки были опущены.

Торвен нахмурился.

— Аквилина! Снимай печать!

Она не двигалась.

Торвен шагнул к ней, его лицо исказилось от напряжения. Он усилил ментальный нажим, Эльвира чувствовала это даже сквозь барьер — воздух стал тяжёлым, давящим.

Аквилина медленно, с невероятным усилием подняла голову. Её лицо было мокрым от пота, вены на висках вздулись. Она боролась.

— Не… выхо… дит? — прохрипела она сквозь стиснутые зубы.

Торвен замер.

— Не работает ваша заколка? — голос Аквилины окреп, в нём зазвучало торжество.

Она взмахнула рукой — резко, срывая невидимую паутину.

Серебряная заколка с лунным опалом в её волосах мигнула и растворилась в воздухе. Волосы рассыпались по плечам серебристым водопадом.

— Все последние недели я носила не заколку, а иллюзию, — сказала она, глядя Торвену прямо в глаза. — Сначала её украла студентка… из глупой зависти. Я хотела наказать её, но потом… потом я почувствовала, как мне легко. Как ясно думается без вашего подарка.

Торвен сузил глаза. Его спокойствие дало трещину.

— Вы носили её десять лет, — прошипел он. — Думаете, она не оставила след в вашем сознании? Канал проложен. Крючок всё ещё там.

— Возможно, — Аквилина выпрямилась, вокруг её рук начала собираться вода из воздуха. — Но без якоря тебе придётся ломать мою волю врукопашную. А я — Магистр.

Они замолчали, глядя друг на друга.

Это была битва, невидимая глазу, но страшная. Ментальный поединок двух великих магов. Воздух между ними дрожал от напряжения.

Эльвира, прижавшись к стенке барьера, лихорадочно думала.

Торвен отвлёкся. Он держит Умбру, борется с Аквилиной и контролирует Цирконию. Его внимание разорвано.

Это шанс.

Эльвира ударила кулаком по прозрачной стене. Твёрдая, как сталь. Воздух завибрировал, отбрасывая её руку назад.

«Барьер отражает любой магический удар», — сказал Торвен.

Удар — это выброс силы. Направленный вовне.

Эльвира замерла. Она смотрела на мерцающую пленку перед своим лицом.

Торвен хотел сделать из неё Сосуд. Резервуар. Он учил её быть пустой, чтобы наполнять её силой студентов.

«Ты — Сосуд», — звучал его голос в памяти.

— Хорошо, — прошептала Эльвира, и её глаза сузились. — Ты хотел сосуд? Ты его получишь.

Она приложила обе ладони к поверхности барьера. Не давила. Не пыталась пробить.

Наоборот.

Она открыла свои каналы. Те самые, которые Торвен тренировал неделями. Но вместо того, чтобы выпускать стихии наружу, она сделала вдох. Магический вдох.

Она потянула энергию барьера в себя.

Противоположность удару — поглощение.

Стенки купола задрожали. Магия Торвена, рассчитанная на отражение внешней агрессии, не была готова к тому, что её начнут выкачивать изнутри.

Эльвира чувствовала, как чужая сила — холодная, структурированная магия Торвена — вливается в её пальцы, течет по венам, наполняя тот самый "резервуар", о котором он говорил.

Плёнка истончилась. Пошла рябью. Стала тусклой.

Эльвира сделала последний, резкий вдох — втягивая остатки заклинания в себя.

Дзынь.

Барьер лопнул без взрыва — он просто рассыпался в пыль, как сухой лист. Исчез.

Эльвира стояла свободной. И теперь она была переполнена силой — своей и чужой.

Торвен был занят Аквилиной. Он стоял спиной к ней, удерживая ментальный поединок.

Эльвира глубоко вдохнула. Теперь она могла действовать.