Главное желание короля

Глава 55

Вивьен заметалась у подножия лестницы: куда податься? С кем поделиться своей бедой? Ей никто не поверит. Никто не знает, какой Филипп на самом деле. Он порой кажется надменным, бывает жестким – он же король, ему нельзя демонстрировать слабость. Все, что она может сказать, спишут на оскорбленное достоинство отвергнутой женщины.

Ладно. Сначала она поднимется к Ните и посмотрит, как там больная.

У дверей Нитиной комнаты Вивьен столкнулась с леди Грин: та подошла, держа в руках глиняный чайничек, исходящий паром.

– Как она? – спросила леди Грин.

Вивьен пожала плечами и заглянула внутрь. В ту же минуту они увидели, что по коридору, отдуваясь, спешит кучер Поль, а за ним поспевает молодцеватый мужчина с докторским саквояжем.

– Слава богу, – хором выдохнули леди Грин и Вивьен и переглянулись.

– Ваше сиятельство, – запыхавшись, доложил кучер, – заблукали в тумане, да темнотища, да места незнакомые! Вот, прибыли!

– Спасибо, – кивнула Вивьен.

Леди Грин сунула чайничек Вивьен: «Может, пригодится» и зашагала прочь. Лекарь просочился мимо них к ложу больной и тут же начал командовать. Из комнаты показалась раскрасневшаяся Клодия.

– Лекарь! – воскликнула она, поправляя выбившиеся из прически локоны. – И года не прошло! Я тут на последнем издыхании!

– Пытались Ниту излечить? – пробормотала Вивьен, препоручая ей чайник.

– Конечно! Только я не лекарка, графиня, я ведьма! Травы, отвары, зелья – как во благо, так и во зло – это ко мне, это пожалуйста. Я пыталась дать ей жаропонижающую настойку, но она Ните не помогла, а диагноз я поставить не в состоянии! – Клодия развела руками, удивилась невесть откуда взявшемуся чайнику и утащила его в комнату.

В створе двери Вивьен увидела, что Поль и Жанна стоят у постели Ниты, крепко обнявшись. Надо же. Она совсем ничего не замечала все это время… или Поль просто поддерживает плачущую, испуганную девушку? Нет, не похоже. Бог даст, у Жанны с Полем и с Нитой получится настоящая семья.

Клодия снова вынырнула из комнаты.

– Дело идет на лад, – с удовлетворением отметила она. – Доктор свое дело знает!

Вивьен помедлила.

– Вы были на церемонии помолвки? – спросила она нерешительно. – Как там все прошло?

– Была! Да стояла дальше всех, так что ничего и не видела! Прошло как прошло, все по регламенту, говорят.

– Не видели короля? С принцессой?

– Только у моста, но что там – принцесса под фатой! Потом молодые вверх по тропинке двинулись, а мы должны были их еще догнать… В общем, как приехали мы последними, так и прибежала я последней.

Значит, Клодия не могла заметить изменений в Филиппе, не о чем и спрашивать.

– И на пир не пошли? – все же уточнила Вивьен.

– Заглянула, вон фруктов Ните принесла! – Клодия вздохнула. – Да сердце не на месте. Это у них праздник, а у нас – ребенок болеет!

Вив кивнула.

– Ну, доктор тут, теперь все будет хорошо, – заключила Клодия, – пойдемте поедим?

Вив качнула головой.

– Идите, я… скоро приду.

При одной мысли о том, что надо будет сунуться в логово зловещего мага, у Вивьен кружилась голова, но другого выхода она не находила. Бриана, кажется, не было на пиру. Надо сообщить ему, что с Филиппом что-то не так.

Разузнав, где покои мага, Вивьен чуть ли не на цыпочках добралась до них и робко постучала. Дверь открыл один из помощников Бриана, дюжий молодец, привыкший ворочать полупарализованное тело.

– Кто там? – хрипло спросил из глубины темной комнаты маг.

– Графиня Рендин, – назвалась она.

– Впусти! – приказал подручному маг. – И выйди!

Их оставили наедине. Вивьен переступила через порог и закашлялась: в комнате было нечем дышать. Чадили тусклые свечи, пахло едкими снадобьями. Маг лежал в постели неподвижно, лишь глаза светились в темноте, как у кошки.

– Подойдите, – велел он.

Вив приблизилась. Бриан до сих пор пугал ее, но страшнее было то, что произошло с Филиппом, и она собрала все свои силы.

– Я вас слушаю, – царственно проговорил Бриан.

– Ваша светлость… Я полагаю, вы… не виделись с его величеством после того, как они с ее высочеством обменялись кольцами, – сказала она.

– Нет. Он, конечно, пирует со своей невестой.

– Да, вы правы. Ваша светлость… – Вивьен тщательно подбирала слова. – Я пришла к вам, потому что я поговорила с его величеством. И – с ним что-то неладно, поверьте. Он сам не свой.

Бриан шевельнул рукой, как бы призывая ее подойти еще ближе.

– В смысле?

– Он наговорил мне такого… Нет, это неважно. Неважно, что он мне наговорил. Я попросила его помочь ребенку, и он отказал. Филипп никогда бы не отказал.

Она молитвенно сложила руки, чтобы выдохнуть главное:

– Мне кажется, ростренцы околдовали его. У меня такое чувство, ваша светлость, что это… не он.

Бриан каркнул.

– Вас все устраивало, когда он за вами бегал как собачонка на привязи, но перестало устраивать, когда на горизонте появилась его суженая?

– Нет, – кротко отвечала Вивьен: она успела приготовиться к любым оскорблениям. – Поверьте, дело не в этом. Его величество наверняка зайдет проведать вас на ночь глядя или с утра. Присмотритесь сами.

У нее перехватило горло, но она все равно закончила, пусть и севшим голосом:

– Мне некому больше это сказать, не к кому больше обратиться. Только вы способны увидеть, что происходит, и… спасти его.

Бриан долго сверлил ее взглядом. Потом кивнул.

– Ладно. Погляжу. Идите.