Первую остановку кавалькада венценосного жениха устроила около трех часов пополудни. Кареты вслед за всадниками прокатились по улицам Маста, небольшого городка на пути к южной границе, и одна за другой замерли на широкой площадке, неподалеку от живописной рощицы корабельных сосен. Вивьен с наслаждением выбралась на свежий воздух. Все дамы, оставив экипажи, сгрудились под деревьями, ожидая дальнейших распоряжений.
– Сейчас нас, должно быть, покормят, – с надеждой проговорила Клодия, поднимая глаза на безоблачное небо. – Вот ведь совсем немного продвинулись к югу, а уже совсем другая погода! Жанна, поди узнай насчет обеда, – приказала она горничной.
– Вы выросли в жарких краях? – поинтересовалась Вивьен, поддерживая светскую беседу.
– У нас теплее, чем в столице. Не то чтобы очень жарко. Наши владения изначально располагались близ границы, а после заключения мира с Ростреном земель у короля Антуана… теперь Филиппа… прибавилось, и теперь наши территории уже не приграничные.
– Мы будем проезжать ваши владения?
Клодия покачала головой.
– Нет, мы же едем в Шарлон.
Вивьен пожалела, что не слишком хорошо разбирается в географии… да и в новейшей истории, если быть откровенной: в последние годы ей было не до зубрежки, однако дворянке не пристало «плавать» в таких вопросах! Если еще недавно она ломала голову, чем бы заняться на досуге, которого у нее стало хоть отбавляй, то теперь ей приходилось сгорать со стыда и трепетать при мысли, что она покажется безграмотной простушкой. Нет, решено: стоит ей вернуться в столицу, она пригласит учителей и заполнит все пробелы в знаниях.
– Джейн… – повернулась она к собственной горничной, но той и след простыл. Вивьен не заметила, в какой момент служанка упорхнула. – Должно быть, пошла за Жанной… – пробормотала она.
Однако Жанна уже возвращалась. Кислое лицо освещала кривая улыбка.
– Зовут обедать, леди, – сообщила она с неумелым книксеном.
Столы были уже накрыты: гостей ждали в одноэтажной ресторации, сложенной из красного кирпича. По случаю визита его величества расторопные подавальщицы в белоснежных фартуках метались туда-сюда, стараясь не задержать высочайших посетителей и ничем их не расстроить. Вивьен и Клодия примостились на свободные места за столом на восемь человек, в центре которого красовался ярко-алый, нарезанный ломтями арбуз. Вивьен подняла глаза: в зале были только дамы. Как жаль, что даже мельком не увидеть Филиппа! Она тайком вздохнула, снова ломая голову: зачем же он настоял на том, чтобы Вивьен присоединилась к процессии, если даже не встречается с будущими фрейлинами?
– А горничные? – негромко сказала она соседке. – Их тоже надо покормить.
– Жанна своего не упустит, – засмеялась Клодия. – Не переживайте за них, леди Грин наверняка все учла.
Леди Грин, этот капрал в юбке, прошлась между столами, окидывая все и всех критическим взором и наконец приземлилась на дальнем конце того же стола, где пристроилась Вивьен.
– Леди Грин учла все, – сказала она скрипуче, и Вивьен даже вздрогнула: не ожидала, что их тихий разговор в шумной зале способен достичь ушей строгой распорядительницы. – Однако, если у вас возникают вопросы, графиня, прошу обращаться ко мне.
Разумеется, «прошу» прозвучало вовсе не как просьба. Вивьен торопливо кивнула и уставилась в тарелку.
Обед был сытным и простым, только десерта не предложили – одни фрукты. Арбуз манил сладким запахом, от которого даже голова кружилась, но Вивьен не решилась его отведать: не хватало еще поставить себя в неловкое положение, требуя внеплановой остановки. Зато Клодия стащила со стола пару персиков и уронила их на колени Вивьен:
– В дороге перекусим.
Вивьен бросила взгляд в сторону строгой надзирательницы: сейчас окажется, что выносить еду запрещено, и все шишки снова посыплются на ту же графиню Рендин. И тут же хихикнула про себя: кажется, она вошла в роль провинившейся ученицы? Пора вспомнить о титуле и положении.
– Это лучше поручить горничным, – ответила она. – Взять с собой фрукты, в смысле.
– А, да, горничным, – спохватилась Клодия и добавила к добыче еще пару персиков. – Вы правы! Их вряд ли угощали фруктами, а есть на глазах у двух голодных девушек, умирающих от зависти, сомнительное удовольствие!
Они с Вивьен переглянулись и засмеялись вместе. На сытый желудок и без выматывающей тряски жизнь показалась Вив вполне сносной, а ее товарка, хоть и оригиналка, все же вызвала симпатию тем, что подумала о служанках.
К столу, где расположились Клодия и Вивьен, подошел маркиз Дюри и отвесил дамам поклон. Клодия покосилась на соседку.
– Как ваше самочувствие, графиня? – светски поинтересовался маркиз.
– Благодарю вас, все превосходно, – в тон ему отозвалась Вивьен, недоумевая, что ему понадобилось.
– Представите меня своей очаровательной спутнице?
Ах вот оно что! Русалочий смех Клодии не остался незамеченным и уже начал привлекать первых жертв!
– Маркиз Дюри. Леди Эвис, – с вежливой улыбкой проговорила Вивьен.
Клодия благосклонно кивнула, и маркиз припал к ее руке.
Приведя себя в порядок, дамы вернулись к каретам, постепенно, выслушав распоряжения леди Грин, погрузились и начали отчаливать. А Джейн все нигде не было. Жанна, горничная Клодии, с обычным постным выражением лица уже давно сидела в экипаже!
– Где же Джейн, неужели заблудилась в трех соснах? – с досадой произнесла Вивьен.
Их карета оставалась близ рощицы последней. Кучер Клодии сменил Поля и нервно встряхивал поводьями. Что теперь? Рисковать заблудиться? Навлечь на себя праведный гнев леди Грин?
И тут подала голос Жанна.
– Она не потерялась, но она не вернется, ваше сиятельство, – проронила она.
– Что?
– Жанна?! – возмутилась Клодия.
– Прошу меня простить, миледи, заметьте, я здесь, и не на меня вам надо сердиться, – невозмутимо указала Жанна.
– Ты не могла раньше сказать? – Клодия махнула рукой, приглашая Вивьен поскорее забраться в карету, и напустилась на свою служанку: – Ты заставила нас торчать тут, как поганки на пеньке, и молчала?
Жанна подняла рыбьи глаза, но выражение ее лица не изменилось.
– Джейн сбежала, миледи, – сообщила она, будто бы с тщательно скрываемым удовлетворением. – Это я к вашим шуткам и угрозам привычная, а графинина девица впечатлилась и улепетала, будто вы ей пятки подожгли. Со мной распрощалась. С вами нет.