Главное желание короля

Глава 3

Филипп повернулся к ней с бархатным футляром в руках, но не спешил перейти к делу.

– Мне нравится, когда вы говорите мне, о чем вы думаете, – заметил он. – Продолжайте, пожалуйста.

Вивьен залилась краской с ног до головы.

– Это мне тоже нравится, как я уже имел честь вам сообщить.

– Простите?

– То, что вы так легко краснеете. Что заставило вас покраснеть, графиня?

Она на миг поймала его взгляд и торопливо уставилась в пол, как предписывает этикет в присутствии короля.

– Говорите, – повторил Филипп.

– Ваше величество…

– Выйдите, Джерард, – распорядился король, и секретарь испарился.

Вивьен совсем смутилась. Так глупо она себя не чувствовала никогда.

– Говорите, – в третий раз приказал король.

Солгать ему было невозможно.

– Я обрадовалась, услышав из ваших уст, что вы хотели меня видеть, ваше величество, – дрожащим голосом призналась Вивьен.

– Почему эта радость заставила вас так сконфузиться?

– Да, разумеется, любой человек при дворе только и ждет, чтобы на него упал ваш благосклонный взор, и почитает это за счастье, и это естественно, но… Просто потому, что вы не хотели меня видеть, ваше величество, вы пригласили меня по делу, как вы и сказали. И…

– И…?

– И мне так неловко за свою неуместную радость. Можно подумать, что я возомнила о себе невесть что, тогда как на самом деле я просто жалкая дикарка. Впрочем, я уже извинялась перед вашим величеством за то, что не умею себя вести.

Филипп положил футляр на край стола и почесал бровь.

– Откровенность за откровенность, графиня, – сказал он. – Я действительно хотел вас снова увидеть, и я доволен, что у меня появился повод вас пригласить.

– О, ваше величество… – пролепетала Вивьен. – Вам достаточно сказать слово, а не искать повод.

Он постучал пальцами по футляру.

– Да. Сейчас вы уже дерзите. И это хорошо.

– Простите, ваше величество!

– Дерзите дальше. Графиня, я нуждаюсь в людях, которые говорили бы мне то, что думают. Среди моего окружения таких немного. Я задыхаюсь.

Не зная, что сказать, она сделала реверанс.

– Вы как свежий ветерок, – прибавил он.

– Я вас забавляю, будто неразумное дитя.

– Продолжайте.

– Забавлять?

Вивьен все же подняла на короля глаза. Беседовать, глядя в пол, не понимая, что подразумевает ее собеседник – смеется ли он над ней, сердится ли, – было очень сложно. Голос Филиппа оставался негромким, манера – отрывистой и по-королевски сдержанной.

Король смотрел ей в лицо, и ей был уже знаком этот взгляд – он казался холодным, но на самом деле за этим впечатлением скрывалось что-то еще.

– Я не знаю, чего вы от меня ждете, ваше величество, – в отчаянии сказала Вивьен.

– Не пытайтесь угадать. – Он скрипнул зубами. – Я устал от попыток моих приближенных предугадать то, чего мне хотелось бы, и угодить мне. Право, графиня, мне показалось, что мы с вами можем иногда общаться как нормальные люди.

Он отошел к окну и откинул тяжеленные бархатные занавеси бордового цвета. Вновь повернулся к ней.

– Меня не воспитывали как короля, известно вам это? – проронил он.

– Я… Вы племянник покойного короля Антуана. Это мне известно.

– Я его племянник. У него был сын.

Вивьен еле заметно кивнула. Все в королевстве знали, что сын короля Антуана, Габриэл, погиб, не успев занять престол после смерти отца.

– Я рос вместе с Габриэлом, мы играли вместе с младых ногтей, нас обучали вместе: ему было скучно учиться в одиночку. Но я не должен был стать королем. Волею судеб я оказался готов к такой стезе, однако не могу сказать, что я от этого в восторге. Вся эта мышиная возня вокруг меня порядком утомляет. Раздражает.

Филипп снова приблизился к Вивьен и снова вперил взгляд в ее лицо.

– Я понимаю, ваше величество, – пробормотала она.

– Прекрасно – если это так. Если это так, у меня к вам личная просьба.

– Да, ваше величество?

– Приложите усилия и стряхните с себя вот эту лишнюю услужливость и показную кротость. Не бойтесь, что я прикажу отрубить вам голову, если вы не прибавите к какой-то из реплик «ваше величество». Мне кажется, что именно с вами это может сработать, если вы постараетесь. Если вам будет угодно уступить моей просьбе. Мы с вами, возможно, сумеем иногда разговаривать как люди.

Несколько мгновений Вивьен вглядывалась ему в глаза, переваривая услышанное. Филипп не испытывал ее, не издевался. Несмотря на свойственную ему сдержанную манеру, которой он не изменил, это прозвучало как крик души.

И он не отводил взгляда.

– Мне нравится, когда мне смотрят в глаза, – сказал он. – Какой дурак придумал, что с королем так себя вести нельзя?

– Я не знаю, но, может быть, если бы вы довели до сведения придворных…

– У вас красивые синие глаза. Почему вы должны пялиться в пол и пугливо прятать взор, если заметите, что я смотрю на вас?

– С-спасибо, – с запинкой ответила Вивьен. – У вас тоже.

– Что?

– Красивые глаза. Серые.

Он усмехнулся.

– Мы еще немного попрактикуемся, и у нас будет получаться лучше. Разговор, я имею в виду. Разговор нормальных людей. Будьте со мной терпеливы, графиня, я вырос во дворце.

Вивьен кивнула и взглянула на кресло.

– Тогда, возможно, вы разрешите мне присесть в вашем присутствии?

– Разумеется.

Устроившись в кресле, Вив продолжала:

– Благодарю. Вы очень скучаете по нему?

– Что?

– По принцу Габриэлу. С которым вы росли вместе с самого раннего детства.