Главное желание короля

Глава 20

Леди Грин воззрилась на нее, раскрыв рот от возмущения. Вивьен выдержала ее взгляд.

– Вы станете тревожить его величество из-за такого… такого…

– Да, из-за ребенка-сироты. Наш король – отец своего народа, не правда ли? Он наверняка войдет в ее положение и прикажет горничной леди Эвис не бросать девочку на произвол судьбы.

– Что до принцессы Августины, не зверь же она, – добавила Клодия. – Впрочем, она никогда не увидит Ниту. Мы не говорим, что девочка станет одной из фрейлин. Она затеряется среди наших служанок.

– Это выходит за рамки приличий! Я поставлена его величеством решать все вопросы, связанные с дамами, а вы позволяете себе такой демарш!

Вивьен развела руками.

– Вы вынуждаете нас, леди Грин. Вы сами сетовали, что я обратилась к его величеству через вашу голову, но не даете мне возможности поступать иначе.

Леди Грин захлопнула рот и смерила вначале Клодию, а потом Вивьен долгим взглядом. Судя по ее лицу, она размышляла, каковы шансы на то, что Вивьен сумеет подобраться к королю во время постоя, и на то, что он откажет ей в ее просьбе – этой странной графине, выскочившей из небытия, словно чертик из табакерки, в одночасье занявшей место при дворе и даже в свите будущей королевы. Чем объясняется ее влияние на короля, что их связывает? Можно ли безнаказанно ставить ей палки в колеса, или это чревато совершенно нежелательными последствиями?

– Ладно, – неохотно процедила она после затянувшегося молчания. – Сейчас покормите ребенка и уложите спать. Посмотрим. Может быть, камеристка леди Эвис останется с девочкой тут, а вы подберете себе новую горничную среди деревенских.

– При всем уважении, леди Грин, девушки из деревни нуждаются в обучении, чтобы исполнять обязанности камеристки.

– Ребенку десять лет, она не капризная трехлетка, – сообщила Клодия, – она будет сидеть тихо, как мышка, и никому не помешает.

– Ладно, – повторила леди Грин. – Это невероятная диверсия, и я… сама обсужу этот вопрос с его величеством. Ступайте ужинать и отдыхать, дамы. Доброй ночи.

Своим размашистым солдатским шагом она двинулась прочь, так что бедный слуга, исполнявший роль живого канделябра, едва за ней поспевал.

– Если король нам запретит, выхода у нас не останется, – указала Клодия. – Либо стать посмешищем среди фрейлин и обходиться вообще без служанок, причесывая и одевая друг друга… к счастью, с этим мы легко справимся… Либо бросить ребенка совсем одного в чужих краях.

– Это невозможно, – отмахнулась Вивьен.

– Вы не умеете делать прически?

– Мы не станем вышвыривать Ниту из кареты в угоду леди Грин.

– А в угоду его величеству? – Клодия дернула плечом.

– Его величество никогда не заставит нас так поступить. Я сама с ним поговорю.

Клодия схватила Вивьен за рукав и с интересом заглянула ей в лицо: сумерки сгустились настолько, что было трудно рассмотреть собеседника даже стоя в двух шагах от него.

– Пойдете и поговорите?

– Да.

– И он вас выслушает?

– Он меня выслушает, – с уверенностью заявила Вивьен. – Конечно, я не стану ставить ему условий. Его, в отличие от леди Грин, я готова просить, даже умолять. Но его величество мудр и добр, и я не сомневаюсь, что он… – Она перевела дыхание. – Я не сомневаюсь, что он меня выслушает. А там – поглядим.

Позволив леди Эвис опереться на свой локоть, она зашагала к дому с зеленой крышей, где их ждали мягкие постели и горячий ужин. Жанна уже нагрела воды, вымыла голову Ните и теперь расчесывала ее, усадив у печки. Добрая Марисия хлопотала, стараясь угодить высокородным дамам. Тут им не подали ни арбузов, ни персиков: еда была простой, но сытной и очень вкусной.

После ужина леди Эвис встала и потянулась.

– Я, пожалуй, спать, – сказала она. – А вы, Вивьен? Знаете, если вы отложите свидание с королем…

– Клодия! – возмутилась Вив.

– Встречус королем до утра, вы рискуете его упустить. Прыгнет на коня, и только его и видели. Пока мы еще его нагоним… Да и вообще, если пустить дело на самотек, леди Грин напоет ему в уши еще нынче вечером.

– Вы правы, – озабоченно признала Вивьен. – Попробую пробиться к нему сейчас.

Она вновь нацепила теплую накидку, попросила у Марисии лампадку и вышла во двор, а из двора – на узкую улочку, гадая, где искать короля и кому можно задать подобный вопрос, не рискуя нарваться на насмешки или враждебность. Впереди, в конце улицы, показался свет лампады, более яркий, чем ее скромный огонек, и она узнала фигуру и поступь самого Филиппа. Он шел куда-то в полном одиночестве, уверенно и быстро.

– Ваше величество! – пискнула Вивьен, боясь говорить во весь голос, чтобы не привлечь лишнего внимания.

Филипп ее не услышал. Она кинулась за ним и, запнувшись на неровной дороге, уронила свою лампаду. Стекло разбилось. Тусклый свет погас.

Король приблизился к горе, нависавшей над деревней, и будто слился с нею, скрывшись в ее тени. Куда он так спешит – один? Здесь некуда идти. Вивьен на мгновение потеряла из виду огонек его лампады и испугалась, что ей придется вернуться к Клодии, Жанне и маленькой Ните ни с чем. Упрямо стиснув губы, она ускорила шаг.

Огонек мигнул – Вивьен перешла на бег. Вот и гора. А где Филипп?

Она шагнула туда, где только что сиял путеводный свет, и вдруг земля под ее ногой провалилась. Вскрикнув, Вив рухнула вниз.