Не разбирая дороги, Вивьен кинулась вон, но время поджимало, свадебный поезд собирался вновь пуститься в путь, и щебечущие дамы уже подходили к своим экипажам. Взяв себя в руки, Вив двинулась шагом мимо мирно жующих сено лошадей, которых обихаживали кучера. Ее щеки пылали, сердце билось, словно она пробежала несколько миль.
Оторвавшись от младшей сестры, которую Вивьен опекала много лет подряд, она наконец отправилась в собственное путешествие, однако жизнь в последнее время понеслась не галопом – кубарем. Кто бы мог предположить, что скромной швее вдруг вернут родовой титул? Что она станет богатой наследницей? Что ее призовут ко двору? Что сам король… Боже, сам король… Из ее груди вырвалось рыдание.
Она тонула в море непривычных, небывалых чувств и раздирающих ее на части переживаний. Ах, если б можно было хотя бы с кем-то поговорить! Но Филипп, а вслед за ним и маг Бриан строго запретили выдавать королевские тайны. В висках стучало: он умрет – он мне не верит – он женится – он не захочет видеть меня снова. И все это едва ли не в равной степени пугало ее и угнетало. Она никогда еще не теряла головы до такой степени!
Вивьен старалась дышать глубже. Сосредоточилась на криках птиц, что кружили над головой, взрезая пасмурное небо. Осень уже вытеснила лето, и стаи птиц будто тоже сопровождали короля – ведь и они направлялись на юг.
Вот и неизменно очаровательный маркиз, ведет под руку сияющую Клодию. Эти двое казались в высшей степени довольными друг другом. Хоть где-то взаимность! Принужденно улыбнувшись маркизу, чтобы не выставить себя совсем уж невежливой, Вивьен поспешила занять место в своей карете. Следом за ней туда заскочила и крошка Нита.
– Я видела короля! – зашептала она возбужденно. – Он такой красивый!
Вивьен подавленно кивнула. Красивый, это правда.
– Жанна сказала, чтобы я не лезла ему на глаза, но он меня заметил! Я здорово струхнула, но он не рассердился! Склонил голову, как будто я знатная леди, представляете! – От восторга Нита махала руками, словно ветряная мельница, и, конечно, врезала Вив по плечу. Сразу сжалась в комочек. – Ой! Простите, ваше сиятельство…
Карета качнулась: вошла Жанна. Строго зыркнула на Ниту.
– Сядь в угол и не мешай никому! Рот на замок!
– Да… – пролепетала девочка.
А вслед за Жанной устроилась на сиденье и Клодия. Карета тронулась.
– Маркиз прошелся со мной мимо всех экипажей! – сообщила Клодия своей спутнице, мечтательно закатив глаза. – Мимо всех и каждого. Такое наслаждение – любоваться перекошенными физиономиями наших дорогих дамочек!
– Почему? – равнодушно спросила Вив.
– Как почему? Да потому, что он самый завидный кавалер, конечно! Они позволяли себе посматривать на нас свысока, а мы их умыли. Эх, надеюсь, мне хватит хитрости не упустить то, что само идет ко мне в руки…
Вивьен невольно усмехнулась.
– А вы уверены, Клодия, что это оно – ну или он – идет к вам в руки, а не вы к нему?
Та рассмеялась.
– Давайте сойдемся на том, что мыобаидем в руки – и падаем в объятия – друг к другу.
– Как бы вам не проиграть в этой игре.
– С чего бы? – удивилась Клодия.
– Маркиз много старше, опытнее. Он давно при дворе. Возможно, его привлекло свежее лицо, вы тут новенькая, но…
– Но он главная фигура, что бы его во мне ни привлекло. Он доверенное лицо короля в этой поездке. И, значит, выше него тут нет никого, – отметила леди Эвис. – Если мы не берем мага Бриана, а мы не берем мага Бриана. Разумеется, о короле мы тоже не говорим. Впрочем… Чего хотели от вас маг и король?
На Вивьен уставились три пары глаз, горящих одинаковым любопытством.
– Право, затрудняюсь сказать, – отрезала она.
Она даже не кривила душой: это действительно сложно было понять. Бриан вроде бы мечтал опорочить ее в глазах короля, но способ, который он избрал, не выглядел слишком уж надежным – даже если он подстроил, чтобы артефакт выдал однозначный результат в любом случае. Филипп будто бы хотел представить ее магу, однако все это – в обстоятельствах, когда время утекало буквально сквозь пальцы, – казалось нелепыми забавами, которые заведомо ни к чему не приведут.
– Маркиз Дюри для вас – слишком мелко, записная скромница, – язвительно прошелестела Клодия. – Вы метите выше.
Вивьен только покачала головой, не веря своим ушам.
– Ладно-ладно. Посмотрим, что будет вечером.
В ответ на эти слова Вивьен отвернулась к окну. Но горы остались позади, процессия свернула в поля, выглядевшие однообразно и скучно, и Вив скоро прикрыла глаза. Если Филипп не откажется от своих намерений провести и эту ночь с ней наедине, несмотря на обвинения мага, неплохо было бы выспаться, чтобы не терять драгоценного времени.
Остановились на окраине какого-то городка, название которого Вивьен пропустила мимо ушей. Фрейлин снова покормили в общем зале местного ресторанчика, а потом леди Грин назначила всем апартаменты на ночь: Клодия и Вивьен со служанками должны были разместиться в том же здании, где ужинали, только на втором этаже. За окнами уже стемнело. Вив не находила себе места.
– Пойду подышу воздухом, – сказала она своей спутнице.
Та подняла тонкие брови.
– Вы снова ночуете где-то еще?
– Возможно.
Клодия погрозила ей пальцем.
– Не вы ли сегодня пытались предостеречь меня против поспешных связей и кавалеров, которые слишком быстро распахивают объятия?
– Вы же меня прикроете перед леди Грин? – сказала Вивьен, хлопая ресницами, точно как Марианна, когда та пыталась принять самый невинный вид.
Спустившись в ресторан, она прошла мимо столов, с которых убирали пустую посуду и объедки, и выбралась во двор. Если Филипп захочет ее видеть, ему будет проще, если при этом не придется ни с кем объясняться.
И верно: к ней подошел гвардейский офицер.
– Графиня Рендин, – произнес он с поклоном.
– Да, слушаю вас.
– Его величество велел доставить вас в одну деревню, тут рядом…
– Хорошо, – сказала Вивьен, стараясь усмирить непослушное сердце. – Куда?
– Следуйте за мной, ваше сиятельство.
Он подвел ее к конюшне, рядом с которой гарцевал грациозный белый конь. Вивьен в недоумении обернулась.
– Это не очень далеко. Я отвезу вас, ваше сиятельство. Садитесь в седло передо мной, – почтительно сказал офицер.
Его товарищ подсадил ее – Вивьен подчинилась. Оба гвардейца вскочили на коней и, взметая пыль из-под копыт, поскакали прочь со двора.