Секретарь старшего принца 6

Глава 13

Икающая Никалаэда Штар поехала на место вместе с Дарионом на экипаже Кофрана. Мы с Тавегрином, следящим за тем, чтобы я не скинула ворованные перья, на место вылетели, о чём я Элора предупредила через метку.

Уверена, он найдёт способ исчезнуть из поля зрения отца и Шарона Фламира на достаточное для перепрятывания перьев время. Так что никаких неприятностей в этом отношении я не ожидала.

Набережная и близлежащие лавки, как ни странно, пострадали довольно мало, если учесть, что здесь топтались два или три (если Валерия обращалась) дракона и лавовый страж Фламиров. Оплавленная и перекопанная взрывами и лапами мостовая, проломленные витрины, лопнувшие стёкла, непродолжительные пожары в некоторых лавках (то ли кто-то из драконов погасил живой огонь своей волей, то ли лавовый страж не позволил чужому пламени навредить строениям).

Или тут в момент нападения оказались сильные щитовики. Группа или дракон.

По набережной и пострадавшим магазинам мы ходили довольно долго, Шарон Фламир старался донести до нас, насколько страшны все эти разрушения для Старой столицы, экономики… Мне хотелось его чем-нибудь треснуть: во время этого нападения никто не умер. Были раненые, но их исцеляли магией. Товары и здания должны быть застрахованы, а если нет — это уже недосмотр самих владельцев. Всё это такие мелочи в сравнении с той статистикой, с теми делами, с которыми работало ИСБ, что от причитаний Шарона Фламира (а иначе как причитаниями его жалобы, несмотря на серьёзный тон, я воспринимать не могла) меня тошнило. Но права голоса, права возмутиться этой отвратительной мелочностью в лицо обнаглевшим драконам у меня не было, приходилось следовать за ними молчаливой тенью и наслаждаться тем, как их бесят замечания Элора.

Это время я могла бы потратить на более полезные дела, но приходилось ждать. Никалаэду Штар вскоре отпустили с Дарионом, к Фламирам присоединился градоначальник (видимо, в противовес мне), демонстративно записывавший все повреждения, так что мы ходили чисто драконьей компанией.

После обхода улицы Огненного канала слетали к бывшему зданию оперы и распугали зевак, приходивших полюбоваться на последствия буйства наследника. Золотистый свет вечернего солнца разливался по неровностям на мостовой. В соседних зданиях царила тишина. Кажется, сегодня постановки отменили.

— Следы неравного боя принца Арендара с искусством! — Элор с довольным видом попрыгал на месте, где ещё утром стояло величественное здание с колоннами. — А ведь нам предлагали лично ознакомиться с репертуаром. Отец, может, попросим ещё представление? — Элор с прищуром глянул на оперный проспект. — Тут на нас всех оперных театров хватит, даже ещё останется.

— Теперь я понимаю, почему от некоторых избранные прячутся, — Тавегрин сказал это достаточно громко, чтобы услышали все присутствующие.

Градоначальник на всякий случай отступил на несколько шагов, император весь закаменел, Шарон выглядел довольным.

Элор пожал плечами:

— Тавегрин, я ничуть не сомневался, что женские повадки тебе понятнее и привычнее, чем мужские, поэтому я не удивляюсь тому, что ты легко ставишь себя на место трепетной пугливой девицы.

Я сама уже отпрыгивала подальше от Тавегрина, когда порыв ветра отшвырнул меня в переулок между зданиями и накрыл щитом. Рычащий, объятый огнём алый дракон метнулся на Элора, тот отскочил в сторону, и Тавегрин Фламир, не успев затормозить, врезался в стену соседней оперы.

Золотые крылья Элора ярко вспыхивали в лучах солнца при каждом взмахе. Убедившись, что я стою в переулке, Элор обиженно прокричал с высоты:

— Ну почему все могут ломать оперы, а мне нельзя?!

Рыча и царапая мостовую алыми когтями, Тавегрин Фламир пытался вытащить голову из загоревшегося оперного театра.

Вот поэтому все остальные существа стараются драконов не раздражать даже взглядом.

— Тавегрин! — рявкнул Шарон и прикрыл побагровевшее лицо ладонью.

Пожар, подавленный магией, быстро прекратился. Тавегрин освободил голову превращением в человека. Он весь был осыпан побелкой, мелкими камешками и щепками.

Зависнув над площадью, Элор с мстительной улыбкой наблюдал, как тот отряхивается и, набычившись, возвращается к отцу.

— Ну что, ещё оперы проредим или можно возвращаться? — поинтересовался Элор и только улыбнулся на рык Тавегрина. — Надеюсь, этот театр вы не запишете на наш счёт?

Вокруг Тавегрина полыхнули искры, но Шарон что-то сказал, и тот исчез в костре алого пламени. Теперь я вышла из переулка и направилась к остальным. Градоначальник вышел из соседнего переулка, старательно делая вид, что не замечает порушенного здания. Даже когда одна из колонн грохнулась, и эхо удара прокатилось по пустынному проспекту, он в ту сторону и не посмотрел. Элор приземлился.

— Думаю, здесь мы тоже закончили, — предположил император настолько нарочито нейтральным тоном, что даже он казался издёвкой.

— Да, — выдавил Шарон Фламир. — Если есть ещё вопросы, требующие решения, можем продолжить обсуждение в моём кабинете.

— Если вы предлагаете, то мы с удовольствием, — во все зубы улыбнулся Элор. — В Старой столице, оказывается, интереснее, чем я предполагал.

— Тогда давайте ещё разомнём крылья, — предложил Шарон.

Ему явно надо было проветриться, а может, он не хотел давать Элору возможность скинуть перья в другом месте. Но я уверена, что он уже спрятал их, когда они бродили по пострадавшим магазинам.

Полёт действительно немного проветрил голову Фламира, да и Тавегрин успокоился. К тому же их стражники собрали информацию по дирижаблю, который провёз в Старую столицу вестников Бездны. Ещё они успели обойти все дома и постоялые дворы, составили список внезапно пропавших сегодня существ — возможно, среди них были культисты. Иных способов опознать их после встречи с пламенем Арендара и лавового стража не было.

Из ИСБ Элору тоже пришла информация по дирижаблю, так что, несмотря на напряжённость, обсуждение перешло в более менее конструктивное русло. Вполуха слушая переговоры об усилении охраны в Старой столице, более тщательном поиске пропавших и проверке их контактов, я смотрела на стену перед собой и гладила своё пламя, успокаивала его, чтобы стихия не вздумала вырваться.

Тавегрин Фламир то и дело бросал на меня недовольные взгляды. На императора коситься ему было не по статусу, на Элора гневные взгляды действовали примерно так же эффективно, как на стену. Мне, впрочем, тоже было всё равно: пламя во мне давало ощущение… всемогущества. Казалось, я могу испепелить здесь всё, сравнять с землёй. Уничтожить.

Это пламя напоминало мне Жаждущего крови — такое же голодное… жаждущее. Приближающийся закат окрашивал свет в оранжево-алый, и мы в этом огненном свете в этом алом кабинете словно находились в огромном камине или очаге.

Элор, похоже, недовольный тем, что Фламиры успокоились, или желающий полюбоваться на их лица в момент осознания кражи, начал приближаться к столу Фламира. Глядя на перья. Те находились вне его досягаемости, прямо под рукой Шарона, но тот не выдержал, с мрачным видом сгрёб их все.

— Я заставляю вас нервничать? — посочувствовал Элор.

Шарон Фламир без лишних слов открыл ящик. И оцепенел. Ноздри Шарона раздулись, к лицу прилила кровь.

— Ты украл моё перо! — процедил Фламир и бросил остальные на стол.

— Перья! — воскликнул Элор и бросился к ним. Они ещё и в воздухе закружились, явно подгоняемые его магией.

Тавегрин снова зарычал.

— Элор! — одёрнул его император. — Хватит издеваться над Шароном.

— Он украл моё именное перо! — Шарон Фламир сгребал к себе перья. — Тавегрин, собери остальные.

Как дракон я беспокойство Шарона за вещи понимала, но симпатии были не на его стороне. А Элор честным ясным взором уставился на главу рода Фламиров и изобразил обиду:

— За что вы возводите на меня напраслину? Я вас что, чем-то обидел?

Император закашлялся. Согнулся пополам, прикрывая покрасневшее от сдерживаемого смеха лицо.

— Ваш сын ворует, — зашипел Фламир. — А вы его покрываете! Потворствуете ему! Позволяете ему оскорблять нас, древнейший род! Пусть ворует у кого-нибудь другого!

— Я не ворую, — Элор сложил руки на груди. — Я забираю свои сокровища.

— Ты сына своего контролировать не можешь, — уставился Шарон на императора. — О каком управлении империей…

— Не тебе это говорить, после того, как твой сын при тебе протаранил оперу!

— Оперы головой проламывать я ему не запрещал, а ты своему сыну у меня воровать запрещал!

— Это попытка меня дискредитировать, — ввернул Элор. — Они сами перья спрятали.

— Перья? — оживился Тавегрин Фламир и, оскалившись, бросился прочь из кабинета.

— Кажется, на меня ещё что-то повесить хотят, — проворчал Элор.

Хлопнула дверь. Вскоре послышался рык. Топот. Снова звуки открывающихся и закрывающихся дверей. Судя по шуму, Тавегрин пробежался по всем кабинетам между его кабинетом и этим.

Снова ворвался сюда, бешено уставился на Элора и выпалил:

— Отец, он опять нас обворовал! Он украл моё перо! И ещё розовое, которое я подарил!

— Это пустые обвинения без доказательств! — Элор выше задрал подбородок. — У меня нет ваших перьев.

Он не лгал, так что я сосредоточилась на том, чтобы моё пламя не вырвалось, поддавшись рыкам и воплям огненных драконов. Мне просто надо было оставаться спокойной, но готовой быстро отсюда убраться.

— Тогда перья у него! — Тавегрин указал на меня.

— Боюсь, Халэнн абсолютно равнодушен к перьям, — вздохнул Элор трагично. — Он не возьмёт, даже если ему предложить. И вкуса в этом деле у него нет, хоть палочкой писать будет. Мы о перьях даже поговорить не можем.

— Хватит паясничать! — оскалился Тавегрин.

— Хватит меня оскорблять, у меня нет ваших перьев, если вы их где-то спрятали и теперь об этом вспомнить не можете, это ваша проблема.

— У него нет ваших перьев, — поддержал Элора император.

— Вы его… — Тавегрин вовремя осёкся под ожидающим взглядом императора и договорил тише, — слишком любите, поэтому стараетесь не замечать недостатков. Но я уверен, что перья либо у него, либо у его секретаря, и ваш сын просто пользуется своим неприкосновенным статусом. — Тавегрин сощурился. — Перья у него самого, потому что он уверен, что его досматривать не будут.

— Отец, — Элор округлил глаза. — Кажется, Тавегрин хочет увидеть меня голым. Или пощупать. И я даже не знаю, какой из этих вариантов хуже. Нет, мне не жалко, от меня не убудет, но…

Каменный пол — хорошее решение для огненных драконов, но даже камень раскалился под Тавегрином, его сапоги начали тлеть, а одежда осыпаться пеплом, обнажая поджарое тело:

— Он увиливает! Я в это время могу остаться за дверью!

— И он сам хочет раздеться перед нами, — Элор, прикрываясь рукой, картинно отступил от Тавегрина. — Если что — я против!

— Тавегрин, вон! — рявкнул Шарон.

Тавегрин рванул к окну, выломал его и, сверкнув ягодицами, выскочил наружу. В небо взлетел алый, объятый пламенем дракон.

Элор потянулся к пуговицам:

— Зовите стражу, я докажу, что ваши обвинения — ложь!

Слова Тавегрина, похоже, посеяли некоторые сомнения в душе Шарона.

— Наши перья у вас, а вы нас ещё и оскорбляете, — он встал. — Надеетесь, что вас не досмотрят.

— Я готов доказать свою невиновность! Тем более после того, как Тавегрин разделся, мне тоже как-то не стыдно. Пока он не смотрит, ха-ха.

Ни о каком полном раздевании, разумеется, речи не шло. Элор стянул лишь мундир и сапоги, похлопал себя по рукам и ногам, показывая, что под рубашкой и штанами ничего нет. Даже настоятельно требовал у стражников, чтобы они его проверили, и один осмелился слегка пощупать его икры и руки, после чего выдавил:

— Ничего нет.

Стражник же проверил и сам мундир, в котором тоже ничего не было.

Меня лишь чуть ощутимее потрогали от лодыжек до середины бедра, прощупали руки и скользнули пальцами по спине. В мундире стражник проверил переносной письменный набор и переспросил у Шарона, не то ли это перо, которое все ищут, а бутылочку с изменяющим запах зельем скрыла Многоликая. Её никто и не пытался трогать.

— Вы убедились, что ваших перьев нет у нас, — торжественно произнёс Элор в лицо помрачневшему ещё больше Шарону. — Я требую извинений за беспочвенные обвинения.

Мысленно я взмолилась, чтобы он на кураже не попросил извинений лично для меня, тогда мести Фламиров за унижение мне не избежать. Но Элор, похоже, только играл, поэтому не переступил черты, которая могла бы поставить меня под угрозу: прежде, чем Фламир извинился, он отправил меня в ИСБ, проверить, как там дела без него и не требуется ли помощь.

Выходя из кабинета, я выдохнула с облегчением: теперь есть шанс, что мне за участие в этом всём не прилетит пакость от Фламиров. Точнее, они не станут делать мне пакости намеренно. В том, что они при случае мне подгадят, я не сомневалась.

Выйдя за ворота роскошного золотого замка, я огляделась, убедилась, что алый злой дракон не кружит вверху, и расправила крылья.