Землянка для космического генерала

Глава 43

(Кассиан)

Мы замерли в напряженной тишине, нарушаемой лишь гулом серверов и яростным стуком пальцев Векс по клавишам терминала. Десять минут давно истекли, а она всё билась с последним барьером. Та защита, что стояла на пути, была чудовищно сложной. Это было явно не дело рук обычного программиста. Это как будто другой ИИ, только у которого человеческое мышление, как у Эйи. Каждая атака Векс натыкалась на новую, неожиданную ловушку в коде. Протоколы менялись, мутировали, подстраивались.

— Почти... почти... — прошептала Векс, и в её голосе впервые зазвучала победоносная нота. Её пальцы замерли над клавиатурой, готовые нанести финальный удар.

Мы все выдохнули, обменявшись взглядами. Свет в конце тоннеля.

— Странно, что они до сих пор не напали снова, — пробормотал Гард, не отводя глаз от входа. Его дробовик был по-прежнему наготове.

— Может, им это теперь и не нужно, — мрачно предположил Лерк, прислонившись к оплавленной стойке.

— Думаю, нужно, — возразил я, прислушиваясь к тишине за дверью. Она была слишком неестественной. — Данные под защитой, но всё ещё здесь. Удалить их дистанционно они не могут. Значит, цель остаётся прежней — либо забрать носители, либо не дать это сделать нам.

— …значит, они что-то замышляют, — закончил за меня Гард. — Да и нам от этих данных под защитой толку нет.

— Мы её взломаем, — твёрдо сказал я, глядя на Векс. — И они это понимают. Потому и странно, почему не напали.

— Всё! — воскликнула Векс. Палец дрогнул, готовый нажать на виртуальную клавишу. — Последний рубеж. Я его обошла! Сейчас… А, нет. Чёрт!

Её ликование сменилось резким, горьким стоном отчаяния. На экране, вместо долгожданного доступа, вспыхнуло новое окно. Не просто блокировка. Целая каскадная система протоколов, ещё более сложных и переплетённых, чем предыдущие, начала разворачиваться перед ней. Это была защита внутри защиты.

— Нет… Нет, нет, нет! — Векс ударила кулаком по терминалу, от чего тот жалобно пискнул. — Это невозможно! Это… это даже не защита! Это какой-то лабиринт! Его строят на ходу!

И именно в этот миг в помещении раздался голос. Низкий, бархатный, абсолютно спокойный. Он шёл не из динамиков, а будто из самих стен, из самого воздуха, наполняя пространство холодной, безличной уверенностью.

— Вы же понимаете, что это всё бессмысленно, — прозвучал голос. В нём не было ни злорадства, ни раздражения. Только констатация факта, как если бы кто-то объяснял законы физики упрямому ребёнку.

— Вот опять этот поганый голосок! — рявкнул Гард, вскидывая дробовик и бессмысленно целясь в потолок.

— Я бы предложил вам сложить оружие, — продолжил голос, — и тогда мы могли бы завершить эту… неловкую ситуацию. Но, признаю, сейчас у меня нет на это времени. Вы стали помехой в выполнении более приоритетных задач. Поэтому я выберу более эффективный путь.

По его тону стало ясно — это не угроза. Это объявление приговора.

Не успел Гард что-то выругаться в ответ, как в помещении что-то щёлкнуло. Глухой, металлический звук, идущий отовсюду. Герметичные створки на всех выходах — и на том, через который мы вошли, и на дальнем, и даже на небольших вентиляционных решётках — с грохотом захлопнулись одновременно. Массивные болты с гулким стуком задвинулись, намертво запечатывая нас внутри. Мы оказались в стальной коробке без единой лазейки.

— Изоляция, — констатировал я, окидывая взглядом помещение. — Классика.

— Как я уже сказал, — продолжил голос, — времени мало. И к тому же в вашем лице есть… интересные экземпляры, чьи останки могут пригодиться для анализа. Газ — слишком неряшливый метод. Слишком много биологического материала придётся потом утилизировать.

В воздухе послышалось лёгкое шипение, исходящее из вентиляционных решёток на потолке. Но из них не повалил пар или дым. Вместо этого сам воздух в помещении начал… меняться. Он стал гуще, тяжелее. По телу, даже сквозь одежду, пробежала странная, покалывающая вибрация.

— Что это? — прошептала Векс.

Я почувствовал это. Это было не подавление. Это было что-то иное.

— Энергетическая аномалия, — сквозь зубы выдавил я, чувствуя, как по жилам разливается неприятная, расслабляющая тяжесть. — Он не убивает нас. Он… ускоряет. Провоцирует неконтролируемую биохимическую реакцию. Перегружает нервную систему. Включает всё сразу.

Лерк пошатнулся, схватившись за голову. Его лицо исказила гримаса боли.

— Голова… как будто горит…

Гард опустил дробовик, его мощные руки дрожали. Он тяжело дышал, глаза закатились.

— Жарко… Всё тело горит…

Векс вскрикнула, сбросив с себя тактический жилет, её пальцы впились в собственную кожу на шее, будто пытаясь сдержать невидимый пожар изнутри.

А я… Во мне бушевала настоящая буря. Моя сила вырвалась из-под контроля. Она не гасла — она взрывалась, выжигая изнутри. Каждая клетка тела кричала от перегрузки. Перед глазами поплыли красные пятна, сознание начало уплывать в какую-то белую, бьющую током пустоту.

Я упал на колени, упершись руками в холодный пол. В ушах стоял оглушительный гул, и сквозь него пробивался всё тот же спокойный, бархатный голос.

— Вам не стоило сюда приходить. Но ваши данные… они всё же будут полезны. Особенно данные генерала. Спокойной ночи.