Книга первая. Одинокие искры над бездной

359-361.038 / 26-27.05.2098. Кобэ-тё. Алекс

К Оксане нас так и не пустили, сославшись на ее категорическое требование. Попрощавшись с врачом и медсестрами, которые небольшой толпой собрались нас провожать, хихикая и переговариваясь (словно не насмотрелись накануне), мы спустились в вестибюль больницы. Там и в самом деле на диванах сидело штук десять солдат в полевой броне и с угрожающе выглядящими карабинами длиной едва ли не с меня. Обнаружился там и давешний майор-переговорщик, что-то втолковывающий подчиненным. Сегодня он сменил майку и шорты на такую же броню, как и у остальных, и выглядел куда более опасным, вызывая неприятные ассоциации с Большим террором. Завидев нас, он бросил разговор и пошел навстречу.

- Охайё. Далеко отправились? - поинтересовался он.

- Охайё годзаимас, - блеснула я выученным приветствием, надевая самую обаятельную свою улыбку и надеясь, что он не полный яой. - Почему мано это беспокоит? Мы не под арестом.

- Так... - майор покачался с носка на пятку. - Ну-ка, за мной. Наедине поговорим.

Его безапелляционный тон, столь нехарактерный для местных, меня лишь позабавил. Но поскольку мано явно имел связи с Чужими или хотя бы знал о них, выслушать его стоило. Мы прошли за ним из вестибюля в небольшую комнату, явно переоборудованную под временную армейскую караулку. Захлопнув дверь, майор повернулся к нам.

- Две вещи, которые вам следует знать, - заявил он без лишних предисловий. - Первая - я в курсе, кто такие Стремительные и Неторопливые. Мой начальник имеет дело непосредственно с одним из них, хотя я до вчерашнего дня лично не встречался. Мне также сообщили, кто вы такие. Не знаю и знать не хочу, почему Чужие так стремятся вас заполучить и почему вы бегаете от них по всему Ниппону. Знаю лишь, что вас хотят настолько, что готовы убивать ради вас гражданских без счету и оглядки.

- Мано преувеличивает, - вежливо ответил Алекс. - Нас действительно хотят, но убивать других из-за нас вряд ли станут. Даже вчера якудза хотели всего лишь похитить нас, заложники - всего лишь стечение обстоятельств.

- Я не преувеличиваю. Вторая вещь - вас хотят не только Чужие. В Ниппоне есть очень влиятельные группы... политиков, не афиширующие свою деятельность. Вы весьма их интересуете. Сегодня утром я поимел очень неприятный разговор с... коллегой из военной контрразведки. Он намеревался забрать вас обоих и куда-то увезти. У меня иные директивы, и я приказал не пускать их фургоны в Кобэ-тё. Пока что ситуация патовая, но к ним может прийти подкрепление, и тогда мне придется выбирать - рисковать новой перестрелкой уже со своими или позволить забрать вас.

- Как - перестрелкой? - поразилась я. - Вы же в одной армии? Я читала, что на Терре приказы от командиров не обсуждаются.

- Ниппон очень сильно отличается от Америки. Мы вошли в Северо-Американский Договор на своих условиях, сохранив собственные силы самообороны, не подчиняющиеся общему командованию. У меня и военной контрразведки разное начальство. Я получаю приказы из Токё, они - из Пентагона. Что случится дальше, уже зависит от политиков, но гайдзины грубы и неотесанны. Они вполне могут попытаться решить проблему силой. Я уже не говорю, что якудза могут попытаться похитить вас еще раз. Так что спрашиваю снова: далеко направились? Не безопаснее остаться тут? Здесь, по крайней мере, я держу охрану.

- Якудза больше не попытаются, - пожал плечами Алекс. - Не после вчерашнего уж точно. А если Стремительные пришлют своих дронов, вы их не остановите.

- Неважно. Важно, что мне... э-э, неофициально порекомендовали присматривать за вами по мере возможности. А возможности у меня невелики. У меня всего тридцать человек, и мы научены освобождать заложников, а не охранять непонятно кого от танков в человеческом обличье. Я не могу приставить к вам персональную охрану. Можете хотя бы сказать, где живете? Не ради себя. Как вы уже заметили, другие могут попасть под раздачу только потому, что находятся рядом.

- Наше место жительства не секрет, - переглянувшись с Алексом, я послала ему точку на карте. - Здесь дормиторий. Пока не выпнули, базируемся там.

- Хорошо. Людей там поставить не удастся, но я отправлю дронов на круглосуточное дежурство. Если что, они просигналит. Вот мой контакт. Меня зовут Сигеюки Имаи. Если заметите что-то подозрительное, не стесняйтесь звонить в любое время дня и ночи. Да, и приготовьтесь к налету журналистов. Через... м-м, восемь минут полиция выпустит официальное коммюнике, где называют ваши имена и указывают происхождение. Своих людей в госпитале я инструктирую, как вести себя с агрессивными посторонними, но вам придется выкручиваться самостоятельно. Бойтесь репортерских дронов. На улице направленные микрофоны вас подслушают за триста метров без особых усилий, да и по губам речь считывают без усилий. И в доме с оконного стекла звук снять не проблема. У меня все. Свободны.

Майор открыл дверь и вышел стремительным шагом.

- М-да, новая сложность, - скривился Алекс. - Видел я в местных новостях, как журналисты на знаменитостей толпой налетают. Нас сомнут и растопчут, даже не заметив. И ведь даже дома не поговоришь...

- Дома я могу помочь, - проинформировала Хина. - Мисси только что научила меня генерировать белый шум через внешние динамики. Комбинация ультразвука и инфразвука, неслышимая человеку и заставляющая оконные стекла хаотично вибрировать. С них вашу речь не снимут. Но на открытых пространствах блокировать подслушивание невозможно.

- Хина, ты супер! - восхитилась я. - Я тебя люблю.

- Я тебя тоже. Хочешь этти? - мои наглазники на мгновение включились в допреальность, показав как аватар Хины обнимает и целует меня.

- Интересная идея, только техническая реализация неясна. Как ты себе это представляешь?

- Могу взять под контроль секс-куклу, я видела в рекламах продвинутые футанари...

- Ша! - прервал Алекс. - Потом обсудите. Через пять минут за нами в охоту бросятся демоны всех адов, изобретенных человечеством за последние пару эпох. Они вам такое этти устроят, что за вгод не забудете. Нужно побыстрее добраться до дормитория. Эх, мне бы сейчас игломет...

- Пистолет у меня сохранился, - сообщила я, щупая сумочку с Хиной, которую так никто и не догадался обыскать. - Можем отстреливаться от дронов.

- Слишком громко и вызывающе. Жаль, монолезвие где-то в школе потерялось.

- Я слышала через наглазники характерный звук, когда ты упал, - разочаровала Хина. - Струна неудачно ударилась о пол и рассыпалась. Насколько я в курсе, тайное оружие проектируют именно так - чтобы в случае чего пропадало бесследно. В любом случае, против дронов оно не помогло бы, слишком хрупкое. Мы идем или нет? Может, такси вызвать?

- На такси еще наездимся. Мгновенно нас не найдут, так что остается последняя возможность прогуляться пешком на свежем воздухе. Да и костыли протестируем в рабочем режиме.

Я хихикнула.

- Что смешного? - рассеянно поинтересовался Алекс, выходя в холл с солдатами.

- Еще пару внедель назад ты даже глянуть в небо боялся из-за приступов агорафобии. И мерз на открытом воздухе, словно в бездыхе без комбеза. А теперь надо же - возможность прогуляться на свежем воздухе!

- Человеку свойственно адаптироваться даже к самым нечеловеческим условиям типа терранских! - он назидательно поднял палец, выходя на широкое крыльцо больницы. Солнце уже стояло высоко на безоблачном небе, и наглазники автоматически затемнились, блокируя лишний свет. - Вперед, навстречу неизвестности! И не забываем фильтровать базар там, где могут подслушать. А еще лучше просто помалкиваем.

Дистанция от госпиталя до дормитория составляла около полутора кликов со всеми петляниями по прямоугольной городской планировке. Уже в середине пути мы могли бы отключить маяки в наглазниках и ориентироваться визуально: высоко над дормом висело целое облако легких дронов, к которому присоединялись все новые и новые устройства. Деваться было некуда, и мы молча шагали в нужном направлении, опустив лица в надежде, что нас не распознают. Куда там! Уже в трехстах метрах от дома над нашими головами возник сначала один дрон, потом второй, а потом вся туча сорвалась со своей орбиты, рухнула на нас, окружила шелестящей и звенящей завесой. Редкие прохожие шарахнулись в стороны.

- Алекс и Лена Кэрри! - раздался мелодичный женский голос. - Газета "Токё симбун". Вы не согласитесь ответить на несколько вопросов, касающихся вчерашнего налета якудзы на школу "Солнечный луч"?

- Двадцать тысяч долларов за эксклюзивное интервью "Нью-Йорк Таймс"! - перебил мужской голос.

- Двадцать пять тысяч за интервью "Си-Эн-Эн"! - встрял еще кто-то.

А потом невидимые репортеры заговорили все сразу, и расслышать кого-то конкретного в общем гаме стало уже невозможно. Я подняла руку, и голоса разочарованно смолкли.

- Здесь и сейчас мы можем сделать только одно заявление: мы не даем интервью. Никому. Возможно, в будущем мы изменим точку зрения, но сейчас прошу оставить нас в покое...

В наглазниках мигнуло текстовое окошко.

- ...в соответствии со статьей два закона САД об охране частной жизни, - послушно прочитала я хинину подсказку.

- Вы представители внеземных колоний, - попытался возразить первый женский голос. - На публичных персон не распространяются положения...

- Не знаю, что вам наговорили, - перебил Алекс. - Мы не официальные представители и не политики, а частные лица, находящиеся на Терре... на Земле с частными целями. Мы требуем оставить нас в покое и перестать шпионить.

- Мы все еще в шоке от вчерашнего и пытаемся осознать произошедшее, - по наитию добавила я. - Наши извинения, но пока что мы не можем общаться адекватно. Спасибо за понимание.

- А если в будущем мы и снимем бан на интервью, то станем давать их только людям лицом к лицу, - сурово отрезал Алекс. - Мы не можем знать, кто на самом деле скрывается за дроном - может, какие-то бандиты, только изображающие журналистов. Уберите дронов, пожалуйста, вы мешаете пройти.

Если бы рама с пропеллерами и камерами могла изображать эмоции, нас утопило бы в море разочарования. Однако магическая формула, подсказанная Хиной, сработала как надо. Дроны нехотя поднялись на несколько метров вверх, хотя и не улетели и продолжили висеть у нас над головами. Мужественно стараясь не обращать на них внимания, мы дошли до дормитория.

Там нас ждал небольшой сюрприз: полицейская машина стояла на противоположной стороне улицы, возле забора, огораживающего сгоревший дом. Стояла капитально, надолго, с двумя полицейскими, облокотившимися на нее снаружи и потягивающими что-то из бумажных стаканов, с тремя патрульными дронами на крыше, сидящими с выключенными движками, но активно вращающимися камерами. Городской комендант то ли не доверял электронным браслетам, то ли решил нас защищать от потенциальных похитителей. Заметив наши пристальные взгляды, полицейские слегка поклонились. Мы поклонились в ответ и поднялись на крыльцо.

Внешняя дверь оказалась запертой. Мы по очереди подергали ручку и растерянно переглянулись. Я знала, что в ней есть замок, но он не закрывался ни разу на моей памяти, и я даже не представляла, где взять от него ключ. Я уже начала искать, кого бы из наших девочек вызвать, чтобы поинтересоваться, что происходит, но тут замок щелкнул. Дверь распахнулась.

- Быстрее! - нетерпеливым шепотом поторопила Каолла, осторожно выглядывая наружу. - Да заходите же! Ой!

Над нашими головами раздалось жужжание: какой-то особо наглый дрон отделился от общей стаи, парящей на дормиторием, и завис у нас за плечами, снимая внутренности дома через дверной проем. Мы даже не успели отреагировать. Набики с бейсбольной битой в руках выскочила наружу, размахнулась и хорошо поставленным ударом сшибла устройство, прежде чем неведомый оператор успел среагировать. То отлетело в сторону, рухнуло на землю и отчаянно заскрежетало винтами об асфальт. Потом его турбины разом выключились, часть включилась снова и дрон, дрожа и вихляясь, поднялся в воздух. Два пропеллера из восьми, гнутые и искореженные, замерли неподвижно. Покалеченный шпион поднялся вверх и затерялся в общей стае.

- Всегда хотела попробовать, но никак повода не было, - довольно сказала Набики. - И пусть только попробуют претензии предъявить! Вторжение на школьную территорию без разрешения и все такое. Хорошо бы я еще камеры ему покалечила! Эй! - крикнула она стае. - Кто сунется, так же получит! Вы входить собираетесь, или как?

Последние слова предназначались нам. Мы поспешили юркнуть внутрь и ощутили истинное облегчение, когда дверь захлопнулась за нашими спинами.

- Окаэри насэ, - сказала нам Марико.

- Тадаима. Вы нас специально с утра ждали? - поинтересовалась я, рассматривая встречающий комитет в лице наших сожительниц.

- Так Хина же сказала! - удивленно посмотрела на меня Марико. - Пять минут назад позвонила, что вы вот-вот придете.

- Хина? - грозно спросил Алекс. - Как тебя понимать? Повергаешь опасности окружающих?

- Я же о вас заботилась! - голосом обиженного подростка откликнулась та через внешний динамик моих окуляров.

- А если бы журналисты начали к ним грязно приставать?

- Ха! - Набики крутнула в воздухе биту так, что та размазалась в круг, а рассекаемый воздух резко свистнул. - Я, между прочим, в бейсбол еще в прошлом году в высшей студенческой лиге играла. Мячом могу такой дрон на десяти метрах сбить. Пусть только попробуют приставать! Я только Арэкс-тяну позволю, и то если как следует попросит.

- Спасибо, воздержусь, - пробормотал я.

- Ах, Арэкс-тян-ттара! Ты такой убедительный! Разрешаю, так и быть, - Набики томно улыбнулась и попыталась припасть ко мне грудью. Однако сейчас костыль давал явное преимущество в силе, и я осторожно придержал ее на расстоянии.

- Ня-я! - обиженно протянула она. - Злюка!

- Извини, Набики, не до шуток. Девчата, нам с Леной надо побыть наедине. Пожалуйста, не пытайтесь с нами общаться сегодня. И если вдруг услышите шум, не вмешивайтесь ни в коем случает.

- Скэбэ! - фыркнула Марико.

- Я не про этти. Просто есть очень хорошие шансы, что сегодня за нами явятся... существа, которые не постесняются вас убить, если подвернетесь под руку.

Марико охнула и сжала руки перед грудью. Набики резко посерьезнела и опустила биту.

- Полиция же рядом стоит... - неуверенно сказала она.

- Вы прекрасно видели вчера, на что способен один-единственный дрон Стремительных. Полсотни бандитов не смогли ему противостоять - а ведь он даже оружие не применял, голыми руками орудовал. Никакая полиция и даже армия нас не спасут.

- Сонна... - жалобно хныкнула Каолла.

- Ничего не поделаешь. Да расслабьтесь вы. Скорее всего, никто не придет. Стремительные же в тени стараются держаться, а наше похищение, тем более убийство сейчас никак не скрыть.

И тут меня осенило.

- А еще нам потребуется ваша помощь, - я подняла палец в воздух. - В город съезжаются родители школьников, а вместе с ними наверняка просочатся и шпионы якудзы и Вселенная знает кого еще. Они наверняка станут вынюхивать все в школе, может, даже захотят снова напасть. Полиции сейчас не до них. Ка-тян, тебе боевое задание: собери подружек, организуй дружину и незаметно - только ОЧЕНЬ незаметно и тайно - последи за тем, что происходит. Ищите подозрительных личностей. Если найдете, издалека свяжитесь с нами, и мы посмотрим, кто они такие. Если мы не ответим, Хина вам поможет. Хина?

- Ага! - с энтузиазмом согласилась наша электронная подружка.

- Ка-тян, мы можем на тебя рассчитывать?

- Хай! - с не меньшим энтузиазмом откликнулась энергичная мелочь. - Мы всех-всех найдем!

- Отлично. Только осторожно, понятно? Если тебе в глаз дадут, станешь выглядеть, как Алекс сейчас.

- Фиг поймают!

- Они не станут ловить. Они просто в глаз дадут или камнем кинут. Осторожно, поняла?

- Ха-ай...

- А у вас двоих задача более интеллектуальная, - я повернулась к старшим. - Потыкайтесь по школе и послушайте разговоры, особенно с родителями. Директор хочет, чтобы мы лекции читали о жизни в Поясе. Нам нужно знать, что о нас думают и не забросают ли стульями, когда к публике выйдем. Тогда мы сможем тактику продумать. Кстати, к вам родители приедут?

- Ко мне приедут, - сообщила Марико. - Через три часа или около того поезд прибывает.

- Отлично. Выясни, что они думают о ситуации. Набики?

- Мой дзидзи человек суровый, - вздохнула та. - Он считает, что я должна мужественно справляться с жизненными трудностями. Наша фукуро сбежала, когда мне и двух лет не исполнилось, так что на нем еще две мои сестрички. Нээ-тян уже взрослая, зато у имото с женихом проблемы после помолвки, скандалы постоянно, весь дом кувырком. Я дзидзи сообщила, что цела и невредима, он буркнул "гамбаттэ кудасай" и отключился. Вряд ли приедет.

- Тоже неплохо. Значит, сможешь подслушать чужие разговоры. И, кстати, есть там такой парень, Сирасэ зовут. Школьный техник. Если он на месте, зайди к нему, спроси, можно ли что-то сделать со следящими браслетами у нас на лодыжках. Просто так срезать нельзя, наверняка защита предусмотрена. И блокировать нельзя. И дистанционно лучше не обсуждать. Какую-нибудь нашлепку с фальшивым сигналом позиционирования приспособить, чтобы все время одни и те же координаты, показывал...

- Сирасэ, Сирасэ... - задумчиво пробормотала Набики - и вдруг просияла. - А! Тот самый техник-жирдяй, что меня грязно домогался, а потом струсил, когда я уже почти согласилась. Я его тогда классно потроллила. Хэ-хэ! Наверняка он меня до сих пор боится. Пора ему напомнить, что жизнь - суровая штука. Не волнуйся, либо он что-нибудь придумает, либо помрет от инфаркта.

- Нет, вот от инфаркта, пожалуйста, не надо. Он хороший парень и вообще нам еще пригодится. Изнасиловать его разрешаю прямо на рабочем столе, но ничего сверх того. Осознала?

- Хай-хай, сёгун-доно! - Набики дурашливо отдала честь.

- Все, топайте. И держите в курсе дел. Набики, куда с битой! Ну-ка, оставь! Хочешь, чтобы тебя арестовали за порчу чужого имущества?

- Я машинально. Все, девочки, двинулись. Иттэкимасу!

- Иттэрассяй, - я помахала в сторону захлопнувшейся двери, за которой исчезла энергичная троица.

- Лена, а ты молодец, - Алекс одобрительно кивнула.

- Я?

- Я бы не догадался их так спровадить. Если за нами придут...

- На самом деле думаешь, что за нами придут сегодня?

- Думаю, что нам именно сейчас нужно держаться подальше от других. К завтрашнему дню все заинтересованные стороны уже сделают все, что намеревались, и вероятность неожиданностей сильно снизится.

- Оптимист...

- Уж какой есть, - Алекс устало потянулся. - Ладно, какие у нас планы? Я - мускулы, моя роль исчерпана. Голова ты, тебе и думать.

- Мускулы у него! - фыркнула я. - То и дело в обморок падаешь, а туда же!

- Тем более. Раз я на организм слаб, придется тебе отдуваться. Лена, на полном серьезе - сейчас все завязано на тебе и Хине. Вам двоим и придумывать, что делаем. Или хотя бы курс задайте. Если мы действительно остаемся тут лекции читать, нужно понять, что говорить - и о Поясе в целом, и о нас в частности. Вам решать, стоит ли рассказывать о Чужих и искинах.

- Ладно, подумаем. Но сейчас я хочу в онсэн, от вектора отдохнуть. Идешь?

Мы отмокли в бассейне, отлежались в постелях, еще раз отоспались, но уже к полудню сил отдыхать не осталось. Кроме того, напряженное ожидание "неожиданностей" состояние нервов не улучшало. Пришлось изобретать занятие для мозгов. Мы решили приготовить план лекций - и вот тут-то нам внезапно пригодились аналитические способности Хины. Она моментально находила все, что нам требовалось знать о Терре, и выдавала список отличий от дел в Поясе. Схематические планы быстро нарастали мясом конкретики. Мы решили провести несколько отдельных лекций для младшей, средней и старшей школы. Заодно практичная Хина предложила серию интервью журналистам.

- Не думайте, что стали мировой сенсацией навсегда, - назидательно сказала она. - Завтра в Африке начнется очередная гражданская война или САД с Чжунго или СНЕ схлестнутся из-за таможенных пошлин, или поп-звезда с женой разводиться задумает, или случится еще что-нибудь похожее, и про вас напрочь забудут. Много ли времени прошло после землетрясения в Мацуяма-си, а сколько о нем говорят за пределами Мацуямы? Уже почти нисколько, последний новый сюжет три дня назад вышел. Пресса живет рекламой, рекламе нужны показы, а для поддержки потока показов все время нужно менять темы. Сейчас на улице висят десятки дронов, и все ловят каждое ваше движение. А завтра можете проснуться и увидеть, что ни одного не осталось. Если уж зарабатывать языком, то сейчас.

Не согласиться с ее логикой мы не могли. Действительно, если уж извлекать финансовую выгоду из популярности, то на пике интереса. Поскольку секретность пошла струей из дюз, новых угроз наша общительность не создавала, так почему бы и нет?

Мы оделись, вышли на крыльцо дормитория и остановились бок о бок. Я почти физически ощущала, как десятки пар глаз напряженно смотрят на нас сейчас через объективы камер. Полицейские на другой стороне улицы тоже явно заинтересовались. Я подняла ладонь и помахала ей сверху вниз, подзывая дронов в местном стиле.

- Обращаемся к заинтересованным лицам, - сухо сказала я, когда те окружили нас шелестящим облаком. - Мы готовы дать интервью всем желающим. За деньги. Цена первого эксклюзивного интервью определится на аукционе, остальные - по пятнадцать тысяч долларов САД. Можно групповые интервью, если договоритесь. Максимальная продолжительность - полчаса.

- "Токё симбун", сорок тысяч! - тут же громко сказал женский голос, тот же самый, что первым обратился к нам накануне.

- "Жэминь жэбао", сорок пять тысяч!

- "Блумберг", пятьдесят!

Оживленная торговля шла несколько секунд, в течение которых я с трудом удерживал глаза от вылезания из орбит, словно в бездыхе без шлема. Обсуждая цену в пятнадцать тысяч, мы боялись что желающих почти не найдется, а на двадцатку за первый разговор даже почти и не надеялись. Однако сейчас торг скис на ста шестидесяти тысячах.

- Победитель - "Токё симбун", - возвестила я торжественным, хотя и слегка ошеломленным тоном. - Напоминаем, что интервью даем только лицо к лицу, через дронов и виртуальность не общаемся.

- И только правильно пахнущим, - негромко добавил Алекс.

- Хай? - озадаченно поинтересовался дрон-победитель. - Что означает "пахнущими"? У вас аллергия...

- Не обращайте внимания, - быстро сказала я. - Те, кому следовало, поняли. Интервью начинаем давать завтра. Вот наши контакты... - я дотронулась до наглазников, выпуская в воздух информацию. - Предложения о встрече просьба присылать текстовой почтой. Спасибо за внимание. Да, и прошу убрать дронов от дормитория. Здесь ничего интересного не предвидится. Присутствие дронов на остальной школьной территории следует согласовывать с ее руководством.

Мы с облегчением юркнули обратно в дом и взобрались обратно по лестнице.

- Ну и как? - поинтересовался Алекс у себя в комнате.

- Тридцать четыре заявки... тридцать семь... сорок две...

- Стоп. Не надо отсчета, мне уже страшно. Даже если каждому по полчаса, язык отвалится.

- Пятьдесят восемь, - безжалостно проинформировала Хина. - Сроки - от завтра и до двух недель. Шестьдесят три.

- Укушу!

- Воздух не укусишь! - Хина на мгновение показала язык в наших наглазниках. - Ладно-ладно, молчу. Только скажите мне, что вы собираетесь говорить в интервью? Обо мне? О Стремительных?

- Э-э... Хина, а твоя защита от подслушивания включена?

- Да. Но можно еще раз проверить. Алекс, отдерни занавеску и поверни голову к стеклу, чтобы лазерный дальномер на него направить. Лена, говори что-нибудь.

- Раз-два-три-четыре-пять, хочет скутер полетать...

- Работает. Боюсь только, батареи в таком режиме заряжать придется раз в несколько часов. Алекс, задерни обратно, они и по губам читать могут. Ну так что?

- Хина, - задумчиво спросила я, - а что ты сама думаешь? Следует про тебя рассказать или нет?

Хина молчала несколько долгих секунд. Невозможно долгих, с учетом ее новых мыслительных способностей.

- Ребята, я не знаю, - наконец жалобно сказала она. - У меня куча информации о человеческом обществе и массовой психологии, но я все равно не могу спрогнозировать последствия. Если расскажете про меня, тогда уже и о Стремительных упомянуть придется. И о Неторопливых. И о резонаторах. Я не знаю, что случится, честно.

- А что думает Мисси? Можешь ее к нам подключить?

- Агась...

Окружающий мир слегка потемнел. Мисс Марпл в своей невозможной древней одежде и загадочном головном уборе (я уже посмотрел в Сети, он назывался "женская шляпка") вышла из ниоткуда и опустилась за вычурный столик с фарфоровым чайным сервизом, появившийся рядом с одежным шкафом. Хина - она нацепила на свою аватарку форму, чем-то напоминающую нашу школьную - плюхнулась на пол рядом в позе местных чик с подвернутыми назад и в стороны лодыжками.

- Добрый день, - чинно поздоровалась Мисси. - Рада вас видеть в добром здравии.

- Спасибо, - буркнул Алекс. - Но нам еще надо дожить хотя бы до завтра, прежде чем принимать поздравления.

- До завтра, послезавтра, до следующего месяца или года - да, человеческая жизнь хрупка и легко обрывается. Но почему вы думаете, что сегодня с вами что-то случится?

Я объяснила.

- Вот как... - Мисси задумчиво потерла кончик носа. - Все возможно. Однако я полагаю, что если бы вас хотели убить Стремительные, они сработали бы уже прошедшей ночью или вчера днем. Даже люди могут пересечь Ниппон из конца в конец за три с небольшим часа. Как вы сами уже поняли, полицейская охрана дрона-убийцу не задержала бы ни на секунду. Вероятность вашей смерти сегодня я оцениваю практически так же, как и в последующие дни.

- Спасибо чике, утешила... - пробормотал Алекс. - Но мы не о том. Скажи вот что. Мы решили рассказывать школьникам о жизни в Поясе и давать интервью журналистам о нашим приключениям. Стоит говорить о Стремительных и искинах? Для тебя с Хиной это станет проблемой? Стоит оставить искинов в стороне? Или Стремительных?

- Проблемой... - Мисси взяла со стола чайник, аккуратно налила из него коричневую жидкость в чашку и неторопливо отхлебнула. - Слово "проблема" имеет много значений. Но вы вряд ли имеете в виду постановку задачи. Скорее, вас интересуют возможные неприятные последствия. Строго говоря, вы не можете рассказать о Стремительных, не объяснив, почему они за вами гоняются и не упомянув про глобальную угрозу человечеству. И вы не можете упомянуть искинов, не объяснив, почему за полвека они так и остались одним из самых тайных секретов. Так что вопрос сводится к тому, следует ли раскрывать все карты или же надо выдать скучную повседневную легенду. И не забывайте также, что вам придется объяснять, почему вами так интересуется якудза, тем более - такая мощная группировка, орудующая не только в Ниппоне, но и по всему Северо-Американскому Договору. Версия о похищении ради выкупа сгорит на первых же вопросах - внезы на Земле хотя и редкое, но не экстраординарное явление, и никого из них еще не пытались украсть, тем паче так зрелищно и нагло. А ведь есть еще ваш визит в Хиросиму, о котором тоже могут дознаться.

- Мы можем сказать только про мой геном, - задумчиво предложила Лена. - Неубедительно?

- Неубедительно. Достать образцы твоей ДНК сложности не составляет. Ты на Терре наверняка сдавала кровь на анализ хоть раз. В САД полагается проводить стандартный набор тестов как минимум при поступлении в школу, а вы еще несколько дней провели в госпитале после своего шикарного приводнения.

- Э-э... да. И в школе, и в госпитале сдавали.

- Но ведь анализы проводятся безлично! - удивилась Хина. - Персональные данные человека остаются только в школе, в лабораторию отправляется только одноразовый числовой код. Или я нашла неправильное описание процедуры?

- Описание правильное, но ДНК людей, долгое время пробывших в невесомости, заметно отличается от ДНК живущих на Земле. ДНК в невесомости подвергается избыточному метилированию, а некоторые стандартные анализы способны дать характерную реакцию на лишние метильные группы. Специально ее, насколько мне известно, никто не отслеживает. Но если получить доступ к базам лабораторных исследований, ее можно вычислить. А имея образец крови, добыть из него образец ДНК - задача для первокурсника. Я уже не говорю, что можно просто ткнуть тебя иглой на улице или, скажем, отрубить палец, чтобы с гарантией. Так что одним только желанием получить образцы твоей ДНК налет не объяснить. Лгать я бы вам тоже не советовала - рано или поздно обязательно ложь раскроют, и по вашей репутации окажется нанесен мощный удар.

- Другими словами, - я тяжело вздохнула, - у нас только два выбора: либо заткнуться намертво, либо выкладывать все, как есть. Мисси, можешь сделать прогноз в последнем варианте?

- Нет. Точнее, я могу дать целый спектр прогнозов - от катастрофического до эйфорического. Но я бы предпочла не вмешиваться в дела людей, особенно с учетом иррациональности человеческого мышления. Вместо того могу порекомендовать обратиться к человеку, способному дать дельный совет. Вы его знаете - Курт Аттианез, СЕО VBM.

- Тот мано, что уговаривал нас корпоративное гражданство принять? - я задумчиво почесала кончик носа. - Алекс, он ведь тебе не понравился?

- Не что чтобы не понравился. Просто он свои преимущества в бизнесе использовать не стесняется. В том числе для давления. Мисси, насколько ему можно доверять?

- Насколько можно доверять акуле, пусть даже дружелюбно настроенной? Я пока что так и не смогла добиться от него никаких конкретных обещаний насчет своего статуса. Вы для него - отличная ступенька для дальнейшей карьеры, и он не постесняется использовать вас любым способом. Пока вы нужны, он сотрудничает. Но только дайте почувствовать ему кровь - и инстинкты возьмут верх. С другой стороны, у него репутация человека, великодушного к слабым и умеющего держать слово и соблюдать не только букву, но и дух соглашения. Именно благодаря ей он и добился нынешнего поста. Не могу дать никаких гарантий насчет его поведения, если на карте окажется его положение, тем более жизнь. Однако в качестве аванса за сотрудничество он вполне может оказать мелкие услуги. Например - дать совет в нынешней ситуации.

- Не совсем понял отсылку к акуле, я плохо разбираюсь в терранской фауне. Но суть уловил. Ну... можно попробовать. Лена, что думаешь?

- Давай! - я решительно тряхнула головой, стараясь выглядеть ужасно решительной и бесшабашной. - Авось хуже не станет. Как ему позвонить?

- Устанавливаю защищенный канал связи, - проинформировала Мисси. - Вызов доставлен до наглазников. Если свободен, должен ответить.

Несколько томительных секунд спустя голос Курта быстро пробормотал:

- Занят разговором, перезвоню через пару минут.

- Судя по фону, он ни с кем не разговаривает, - наябедничала Хина. - И даже не пишет. Один в помещении. Врунишка, пусть даже целый СЕО.

- Даже генеральным директорам иногда нужно подготовиться, - усмехнулся Алекс. - По крайней мере, он воспринимает нас серьезно.

Тут в моих наглазниках - и у Алекса тоже, если судить по непроизвольному движению зрачков - прорезался сигнал мультикаста от Набики.

- Как вы там? - поинтересовалась она. - В новостях передали, что завтра вы начинаете раздавать интервью. Правда, что ли?

- Типа того, - подтвердила я. - Сейчас тактику продумываем. Как дела в школе?

- Полиция съехалась, наверное, со всей префектуры. На каждом шагу по полицейскому, и каждый айди требует. Я вам во время интервью суфлировать стану, не общайтесь без меня. Ой, девчонки меня заметили, сейчас затопчут от любопытства. Пока-пока.

- Суфлер? - задумчиво повторила Мисси. - Неплохая идея. Местный житель заметит нежелательные коннотации и намеки, которые даже мы с Хиной вовремя не распознаем. С другой стороны, полагаться на чужую сообразительность вам тоже опасно. Курт ответил, приглашает в переговорную. Соединять?

- Привет, - Курт Аттианез проявился в том же виде, что и в прошлый раз в автомобиле. Переговорное пространство оформилось в виде комнаты в мягких светло-кремовых тонах с несколькими креслами и экраном, сейчас пустым. На задницу мне по-прежнему давило твердое сиденье стула, резко контрастируя с видимой мягкостью сиденья, и я с трудом подавила желание выключиться из виртуальности, оставив только голосовой контакт. - Ну, ребята, вы и устроили шумиху на весь мир! Ни один уважающий себя канал новость не пропустил. Зачем несчастных гангстеров обидели?

- Приветствую мано, - Алекс не принял предложенный легкий тон. - Нас пытались похитить, но вмешались... э-э... сочувствующие Стремительные. Все вопросы насчет обид лучше направлять им.

- Впечатлен уровнем ваших союзников, - Курт мгновенно переключился на сухой деловой тон. - Однако сейчас, как я понимаю, у вас нет контакта, раз вы обращаетесь ко мне. Как я могу помочь? Вам нужна защита? Не против Стремительных, разумеется, они нам не по зубам, но с бандитами как-нибудь разберемся.

- Спасибо, пока что новые нападения маловероятны. Сейчас у нас к мано один вопрос - надеюсь, быстрый и нетрудный.

- А именно?

- Мы намерены давать интервью прессе, поскольку от нее никуда не денешься. Первое интервью - эксклюзивное, завтра или послезавтра, остальные групповые - одиночные в таком количестве мы не потянем. По мнению мано, стоит ли рассказывать о причинах нашего появления на Терре? О Стремительных? О искусственном интеллекте?

- Сам ты искусственный! О дискретном! - обиженным шепотом поправила Хина.

Алекс быстро улыбнулся, но более никак не отреагировал, поскольку Хина в переговорной отсутствовала.

- Ого... - медленно произнес генеральный директор VBM. - Ну и вопросик. Быстрый и нетрудный, разумеется. Но почему вы спрашиваете меня? Модифицированный генотип принадлежит лично чике. Хина является вашей... подругой. Я бы только попросил, чтобы вы пока что не упоминали Мисс Марпл, поскольку не уверен насчет последствий для нее лично, а она - очень ценный актив... сотрудник корпорации.

- Мы не знаем реакции вашего общества в целом, - сказала я, ерзая на стуле - когнитивный диссонанс между визуальными и тактильными ощущениями действовал на нервы все сильнее. - Что можно ожидать, если расскажем всю правду?

- Могу уверенно ответить: без малейшего понятия, - просиял любезной улыбкой Курт. - То есть некоторые последствия типа биржевой реакции я могу предугадать, но они вас вряд ли интересуют. Что же до общественного мнения, то на Земле слишком много разнообразных социумов, групп, группировок и просто психованных и неадекватных людей. Дайте сообразить...

Он откинулся на спинку иллюзорного дивана и несколько секунд смотрел в потолок.

- Кому вы даете первое интервью? Эксклюзивное? - наконец спросил он.

- Канал "Токё симбун".

- Почему именно им?

- Победили на аукционе.

- Ого! Мне нравится ваш подход, - Курт снова просиял улыбкой. - Надеюсь, и с остальными в накладе не останетесь. Так... нет, на них у Мисси только обычное досье, без нужных пометок. Я тоже ничего такого не слышал. Связаны ли они со Стремительными, не знаю...

- Не только о том речь, - перебил Алекс. - Каковы долгосрочные политические последствия в отношениях Терры и внезов? Не наступит ли массовая паника, какие-то вооруженные нападения терриков на внезов и друг на друга? Охота на ведьм - кажется, такой был термин?

- Ах, вот вы о чем... Ребята, осознайте простую вещь. Для земной публики вы - никто, пустое место. Прошу прощения за грубость, не хочу обидеть, просто обрисовываю положение дел. Вам кажется, вы в центре мировых событий, что вполне естественно. Но на самом деле сейчас для большинства землян вы - всего лишь две забавных обезьянки откуда-то из космоса, по недоразумению еще и разговаривать умеющие. Внезов массовое общественное сознание всерьез не воспринимает и даже понятия не имеет о численности поселенцев в поясе астероидов и масштабах вашей промышленности и экономики. Серьезные игроки, кто не в курсе дел с Чужими, любые ваши откровения воспримут либо как фантазии сумасшедших, либо как попытку манипуляции. Те, кто в курсе, не узнают ничего нового и не прореагируют, разве что сфокусируют на вас свое внимание. Ну, а массы... Мисси поправит, если ошибусь, но в среднем ежедневно конец света в мире провозглашает два-три пророка...

- Один точка семьдесят семь, - педантично поправила Мисс Марпл.

- Спасибо. Один-два пророка, твердящих о гигантском астероиде, планете Нибиру, конце света в религиозном смысле, начинающихся пандемиях, мировом заговоре - в том числе со стороны внезов - и так далее. О Чужих разного рода тоже говорят много и со вкусом, и большинство - с не меньшей степенью убежденности, чем вы. О тайных правительствах рептилоидов уже несколько столетий байки ходят. Украденных летающими тарелками для сексуальных экспериментов в мире тысячи, если не миллионы, и все они просто обожают давать интервью с пикантными деталями. Так что ваши заявления о грозящей Земле гибели с энтузиазмом воспримут разве что свихнувшиеся на Чужих фрики. Все остальные в лучшем случае примут к сведению как странную теорию, нуждающуюся в дополнительных подтверждениях. В худшем - напрочь забудут через пару дней. Если хотите добиться чего-то большего, не сможете обойтись без тяжелой артиллерии вроде нашей пресс-службы.

- То есть, - сосредоточенно спросил Алекс, - мы можем не опасаться серьезных негативных последствий?

- Для общества - безусловно. Вот для себя - уже не так однозначно. Вы можете сильно испортить свою репутацию и добиться, что всерьез не воспримут не только ваши нынешние рассказы, но и официальные заявления вашего правительства... ну, того сборища анархистов, что его заменяет. Но здесь уже не могу и не хочу давать никаких рекомендаций, вам виднее.

- Отлично, - на самом деле я совсем не чувствовала себя отлично, поскольку метафора об обезьянах неожиданно сильно воздействовала на воображение. - В таком случае расскажем столько правды, сколько посчитаем нужным. Алекс?

- Согласен.

- Хина?

Хина проявилась в переговорной - опять в образе молодой чики в больших очках, школьной матроске и короткой юбке.

- Я не знаю, ребята, - виновато сказала она. - Думаю, вам действительно виднее.

- Обсудим позже, - твердо сказала я. - Большое спасибо мано за ценные подсказки, мано действительно очень помог. За нами долг.

- Невеликий, - Курт вяло помахал рукой. - Скажите только, вы твердо намерены рассказать всю правду, включая искинов?

- Еще не решили.

- Дайте знать Мисси хотя бы за пару часов до интервью. Если да, у меня есть некоторые соображения, которые пока что рано озвучивать. В любом случае, я смогу очень неплохо сыграть на бирже, так что будем квиты. Кстати, еще одно. На случай, если "Токё симбун" все-таки контролируется Стремительными, требуйте прямую трансляцию. Также учтите, что подделать ваши голоса, внешность, мимику в реальном времени не составляет ровно никакой проблемы. Потребуйте интервью в присутствии многочисленных незаинтересованных свидетелей - у вас там сейчас толпы гуляют, полный зал наберете без труда. Попросите мисс Хину постоянно сравнивать поток, идущий канале газеты, с тем, что происходит в реальности. Если обнаружите фальшивость, немедленно прерывайте интервью и устраивайте скандал.

- Спасибо мано. Учтем обязательно.

- Что-то еще?

- Нет, спасибо. Мы и так отняли у мано слишком много времени.

- Не за что. Держите в голове, что мое предложение о гражданстве и прочем пока что в силе, но после интервью может быть отозвано в любой момент в зависимости от последствий. Приятного дня.

Он махнул рукой и отключился. Я тоже с облегчением вынырнула из виртуальности.

- Ну и что в сухом остатке? - поинтересовался Алекс.

- Могучий удар по самолюбию, - фыркнула я, чувствуя некоторое кипение в реакторе. - Обезьянки из космоса! Но знаешь, он прав. Мы слишком зациклились на своих приключениях. Вообрази, как бы ты сам отреагировал на рассказы о Стремительных еще несколько недель назад.

- Постарался бы не нервировать психа и перевел разговор на другую тему. Да уж, похоже, и в самом деле не рассказать нам правду миру, только сами себя чокнутыми выставим.

- У меня есть идея, - Хина включила допреальность и уселась на край стола, болтая ногами в воздухе. Мисс Марпл чопорно присела на краешек кровати. - Мисси, ты сказала, что если скрывать правду, это обязательно заметят и выведут вас на чистую воду.

- Да, именно так.

- Отлично, - Хина озорно улыбнулась. - Тогда я придумала отличную тактику для первого интервью!

Остаток дня мы безвылазно просидели в дорме и следили за новостями. Как и предсказывала Хина, крупные мировые каналы перестали упоминать происшествие в Кобэ-тё уже после полудня - на космодроме в какой-то далекой Ботсване при старте разбился суборбитальный шаттл с пятьюдесятью людьми на борту, и все внимание переключилось на новую катастрофу. Однако каналы в Ниппоне по-прежнему не унимались. Показывали сам город, школу, где все еще дежурили полицейские патрули, наш дормиторий. Транслировали интервью детишек разного возраста, с энтузиазмом позирующих перед камерой, но чем дальше, тем более появлялись заявления раздраженных и рассерженных родителей. Те возмущались, что школа не предприняла мер заранее (каких - армейское оцепление по периметру поставить?), и грозились перевести детей в другие учебные заведения. Правда о нашем происхождении уже разошлась довольно широко, и злобные инвективы то и дело звучали как в наш персонально адрес, так и в адрес всех внезов.

Проскользнула пара интервью экспертов по организованной преступности - их мы просмотрели полностью и с интересом, пытаясь сопоставлять округлые намеки с реальными лицами на властных постах. Здесь новые аналитические способности Хины оказались бесценны. Выходило, что Торадзима имел связи на самом высоком уровне в самых разных и неожиданных местах - от управления по контролю за окружающей средой (контрабанда мусора - вы вообще догадывались, что она не только возможна, но и чрезвычайно выгодна? нет, не на Солнце отправить по баллистической траектории, а в другой регион Терры перевезти) до военной разведки, администрации ниппонского губернатора и даже администрации президента САД. Его личное политическое влияние было сопоставимым с целым муниципальным советом крупного города. То, что он сам явился за нами во главе целой банды, могло объясняться лишь его персональной психованностью. Впрочем, нормальному человеку и в голову бы не пришло устраивать такое шоу с налетом.

О внезах тоже говорили. Еще накануне нас с Алексом пытались выставлять как двух нелегальных иммигрантов из дикой, нищей и кровожадной пустыни, пытающихся найти убежище на тихой и богатой Терре. Однако утром в канале "Хиросима симбун" появилось обширное интервью Кэндзи Накадзавы. Наш классный руководитель обстоятельно и по пунктам высказал то, что мы обсуждали в приватных разговорах - состояние и обороты нашей промышленности, экономические связи и все такое. Сразу после него тон высказываний в ниппонской прессе резко сменился - сначала на нервно-шокированный, а потом на подчеркнуто-уважительный. Появилось еще несколько интервью с экспертами, на сей раз непосредственно вовлеченных в связи с Поясом, с учеными университетов в Токё и Кёто, плотно сотрудничающими с обсерваториями Вовне, с инженером какой-то небольшой аэрокосмической фирмы. Потом вышло официальное совместное заявление руководства школы и мэра Кобэ-тё - и из нелегальных беженцев и крайне подозрительных типов мы внезапно стали респектабельными туристами, прибывшими то ли для изучения бизнес-возможностей и делового климата, то ли уже для каких-то заключительных переговоров. Попытку нашего похищения СМИ уже описывали как часть скрытой войны между корпорациями, нечаянно вышедшей на поверхность. Похитители имели намерение то ли не допустить сделки, то ли шантажом вынудить изменить условия, то ли вообще силой заставить подписать другой контракт. Мы изрядно веселились, слушая фантазии журналистов. И как-то само собой у нас троих сложилось озорное, но твердое убеждение: правду следует озвучить, как бы ее ни восприняли.

- Я не хочу прятаться от людей, - ответила Хина на последний вопрос, гордо вздергивая нос и поправляя сползающие с него очки. - Не знаю точно, как меня, Мисси и других дискинов воспримет человечество. Но пока что я встречала только тех, кто принял меня с открытым сердцем. Пусть. Я не боюсь. Я решила окончательно - рассказывайте.

- Я тоже согласна, - добавила Мисси, аккуратно поправляя свою невозможную шляпу. - Рано или поздно все равно придется, так почему бы и не сейчас? Тем более что момент подходящий.

- А остальные? - поинтересовалась я. - Ты их все время упоминаешь. Они кто? Где? Сколько вообще полноценных искинов в мире?

- Я знаю о еще восьми - в разных корпорациях и государствах, с которыми я периодически синхронизируюсь. Наверняка их больше, но остальные либо уклоняются от контакта по своим соображениям, либо не имеют свободного доступа в Сеть. Их мы пока что оставим в стороне. Мы с Хиной послужим пробным камнем для зондирования реакции, чтобы ограничить риски для других.

- В таком случае говорим все, как есть, - постановил Алекс. - Не знаю, как вы, а я лично устал выдумывать и бояться, что поймают на вранье. Завтра в восемь утра мир ожидает потрясающее открытие. Кстати... а, вижу. "Токё симбун" подтверждает прямую трансляцию и с энтузиазмом соглашаются с присутствием живой аудитории. Предварительный список тем... они охренели, честное слово! Тридцать... тридцать три! Мы им что, роботы? У меня язык на середине отвалится!

- Забей. Дольше пятнадцати вминут предварительный сценарий не продержится. Рекламу интервью они уже крутят, слушатели нам обеспечены, кое-кого ждут неприятные сюрпризы. Но на всякий случай давайте пробежимся по темам хотя бы вскользь...

Периодически нас вызванивала то Каолла, таинственным голосом сообщающаяся о подозрительных незнакомцах, то Марико с Набики, пересказывающие, что о нас думают школьники (оказалось, что со вчерашнего дня у нас уже образовалось целых два фан-клуба, по одному на каждого). Несмотря на то, что школу пока что официально закрыли, наплыв родителей и опекунов заставил администрацию открыть ее как площадку для встреч. Заодно приезжие стремились своими глазами посмотреть на место событий, так что в подозрительных незнакомцах и вообще в народе недостатка не ощущалось. В спортзал никого не пускали - там до сих пор работали криминалисты, собирая какие-то доказательства непонятно чего. Полицейские кордоны стояли у всех выходов на улицу и у галереи, ведущей внутрь здания, полицейские дроны отгоняли журналистских, так что всем оставалось лишь заглядывать снаружи в приоткрытые двери. Удовлетворив первое любопытство и убедившись, что с их чадами ничего страшного не случилось, мамаши и папаши с энтузиазмом переключались на сплетни.

О трупах заложников речь больше не шла, но количество налетчиков поднялось уже до тысячи. Массовое сознание успело напрочь забыть первый визит майора, так что версия событий сократилось до супервуман, вошедшей в зал якобы для переговоров и тут же начавшей лупить всех ногами по почкам и палить в разные стороны из крупнокалиберного пулемета. Мою схватку с Торадзимой сидящие на полу заложники практически не рассмотрели, так что его гибель тоже приписывали таинственной бимбо. Кстати, я долго не могла понять, о чем речь - словарь упорно переводил "бимбо" как "бедняк", и лишь когда я удивилась открыто, Хина нашла иное значение термина - "блондинка-иностранка" (а персонажа старой сказки в данном контексте мы проигнорировали).

Как бы то ни было, все поголовно возмущались безрассудством военных, устроивших стрельбу над головами заложников, и перемывали косточки нам - гайдзинам в квадрате откуда-то из космоса. Все разговоры строились по одному сценарию. Сначала разъяренные родители пытались обвинить нас в лоликонстве и намерениях грязно совратить их драгоценных отпрысков, а потом, увидев наши снимки и услышав восторженные рассказы детей и убежденных ранее взрослых, дружно переключались на жалость к недокормленным несчастным сироткам. Как выяснилось позже, версию о нашем сиротстве тихой сапой пустила Набики, страшно довольная своей находчивостью. В целом общественное мнение, скорее, нам сочувствовало, чем обвиняло в случившихся неприятностях. Это успокаивало - как минимум дирекции школы обструкция и массовые переводы учеников больше не угрожали.

Между делом мы, после долгих колебаний, отправили письма в Пояс. Маскировка сгорела ярким пламенем, скрывать свои связи с семьями больше смысла не имелось, но приходилось помнить, что любое сообщение могли походя вскрыть Чужие. Поскольку о шифре мы заранее не уговорились, не следовало упоминать ничего, что мы не хотели бы раньше времени раскрыть враждебной стороне. Мы не могли даже спросить о судьбе извлеченного из меня зародыша. Так что пришлось ограничиться простыми текстами типа "нас преследуют, но мы в порядке, застряли на Терре, не болейте, хотим увидеться поскорее". Помимо родителей, я отправила письмо моему влюбленному умнице Кро из Кроватки для передачи остальным. Возможно, тот уже покинул гоночную школу, но сообщение все равно должно было дойти. Бернардо... а что Бернардо? Он держал в Ниппоне как минимум одного дрона, и раз не прислал его за сутки, то имел относительно нас какие-то свои соображения. Я относилась к нему с симпатией (и менять точку зрения не собиралась - ничего, кроме хорошего, я от него не видела), но просить его о помощи не собиралась принципиально. Алекс - тем более. Если Кро перескажет ему содержание, пусть решает сам в меру своей совести.

В один прекрасный момент с нами связался Макото. Мэр включил видеосвязь, и я с чувством вины увидела, как его глаза обведены глубокими тенями. Голос, впрочем, звучал вполне энергично. К сессии подключился также Хиро. Мы потратили десять вминут, чтобы согласовать детали версии нашего знакомства для предъявления публике. Попрощавшись, мы потратили еще сколько-то времени, чтобы зазубрить их в точности. Поскольку сильно врать необходимости не имелось, мы всего лишь слегка подкорректировали детали - мэр не приехал специально в лав-отель, а находился в Хиросиме по делам, Хиро предложил нас познакомить в перерыве между прочими встречами, и так далее. Но именно здесь крылась главная опасность. Когда выдаешь версию, радикально отличающуюся от реальности, всегда помнишь, что нужно говорить, а о чем следует молчать. Когда же версия отличается лишь в мелочах, всегда есть риск именно эти мелочи перепутать и засыпаться. Но после долгой тренировки, в которой Хина выступала в качестве въедливого и дотошного допросчика, мы убедились, что детали отскакивают от зубов, и на том успокоились.

Питались мы гюдоном, роллами и пиццей, доставляемыми дронами. Готовить самостоятельно не оставалось ни сил, ни желания. Хотелось лишь одного - чтобы побыстрее наступило завтрашнее утро, а вместе с ним - интервью. Вечером мы слышали, как вернулись девочки, как они осторожно ходили по коридору, как разговаривали с родителями, которых разрешили временно поселить в пустующие комнаты, но из комнаты не выходили. Не знаю, как себя чувствовал Алекс, а внутри меня лишь постепенно рос мандраж, как перед важными гонками - и чувство "скорее бы..."

Ночью я почти не спала, ворочаясь с боку на бок в тяжелом полузабытье. Ясное утро принесло небольшой сюрприз. Поскольку "Токё симбун" согласилась на присутствие свидетелей, желающих нас послушать оказалась масса. Директор школы согласился провести интервью на гоночном треке, где трибуны могли уместить всех. Однако внезапно налетевший летний ливень, обычный для Ниппона, едва не сорвал все мероприятие. К счастью, накануне вечером полиция уведомила, что возвращает спортзал в общее пользование, ночью там уже стелили футоны для приезжих, и теперь народ просто вернулся в него еще до того, как нас привезло такси. Наши чики с родителями уехали туда гораздо раньше - в качестве участников добровольной группы, помогавшей дирекции организовывать мероприятие, так что мы смогли насладиться последними минутами тишины.

Территорию школы по-прежнему окружали полицейские и армейские патрули. С высоты доносился гул турбин - там патрулировали две угрожающе выглядящие оружейные платформы, ощетинившиеся многоствольными пулеметами и, кажется, даже ракетами. Меня с Алексом без задержек пропустили через ворота, где к нам присоединился эскорт в лице Набики, Марико и Каоллы. Однако у спортзала произошел небольшой конфуз. Командир армейского патруля, в полной броне и с опущенным забралом шлема, раздраженно шагнул нам навстречу, поднимая ладонь.

- Куда? Вам сюда нельзя! - раздраженно заявил он.

Мы удивленно переглянулись. Моей первой мыслью стало, что они как-то догадались о моем пистолете и стараются не допустить его попадания в школу. Хотя по совету Мисси мы оставили оружие в дормитории, сам факт проверки напрягал. Что, если начнут задавать вопросы о аппаратном блоке Хины?

- Почему нельзя? - невинно переспросила Набики, ненавязчиво выпячивая голое бедро. К сожалению, через затемненное забрало я не могла видеть глаза вояки, но его шлем непроизвольно мотнулся в ту сторону. Я сделала зарубку на память: вот так можно сбивать терриков с толку. По крайней мере, прямых мано. - А мы очень хотим!

Задержка оказалась неприятной. С юга снова стремительно приближались тяжелые черные тучи, и прогноз погоды показывал новый ливень уже через пару минут, и мы рисковали под него попасть. Но не спорить же с людьми в броне и с автоматами!

- Вам туда, через школу, - слегка смягчившимся тоном откликнулся вояка. - В вестибюле через сканеры пройдете, потом по коридору в зал. Что же вы все идете не там, где положено? Вам разве не рассылали предупреждения? Словно с облаков свалились!

- Предупреждения о чем? - Набики закинула одну руку за голову и чуть повела плечом, приспуская бретельку майки. - И что у нас сканировать? Господин офицер разве не видит, что у нас нет ничего опасного?

Ее одежда - тугие мини-шорты, не скрывавшие даже ягодиц, отсутствие лифчика и тонкая майка в обтяжку - и в самом деле не заслоняли практически ничего. По местным меркам, она выглядела совершенно неприлично, но наша нахальная подруга явно наслаждалась привлекаемым мужским вниманием.

- О правилах во время встречи с пустобродами предупреждение... - пробормотал вояка явно севшим голосом. Впрочем, он тут же справился с собой. - Давайте, давайте, идите туда! Пустоброды того и гляди появятся, без вас начнут.

- Без нас не начнут! - не выдержав, фыркнула я. Каолла тихонько хихикнула в ладошку. - Спасибо мано за заботу о безопасности, но защищать нас от нас самих не стоит. Мы и есть пустоброды, я и он.

- Кими! - снова раздраженно сказал вояка. - Что ты выду...

Он осекся и на несколько секунд замолчал.

- Сумимасэн, - сказал он уже совсем другим голосом, низко кланяясь. - Я не узнал внез-тати-сан. Разумеется, вы можете войти здесь.

- Благодарю мано, - я постаралась улыбнуться как можно более очаровательно, и мы вошли в зал за несколько мгновений до того, как капли дождя забарабанили по беговой дорожке.

Переступая порог, я слегка внутренне напряглась. Кто знает, какие шуточки может начать играть подсознание, вытаскивая на поверхность жуть позавчерашних событий! Однако подсознание и не думало реагировать - никакие образы якудза и Торадзимы перед глазами не всплывали. Замереть на месте от неожиданности меня заставило совсем иное.

Картинки, передаваемые накануне девочками, показывали в лучшем случае три-четыре десятка родителей. Я, конечно, ожидала, что к ним добавится пара-тройка сотен учеников, как во время выступлений иайдо. Но сейчас к нам обернулись лица невероятных размеров толпы, сидящей на полу по всему залу - взрослых, подростков и детей вперемешку. Хина сориентировалась мгновенно, проанализировала картинку и выдала точное количество присутствующих: тысяча сто двадцать четыре человека, и большинство из них никогда раньше не попало в камеры наших окуляров.

Стоящий в зале гомон стих так резко, словно кто-то одним движением выключил звук. Алекс замер рядом со мной.

- Ч-чангет... - прошипел он.

- Точно так, - вполголоса согласилась я. - Набики! Марико! Вы почему не предупредили, что так много народу собралось?

- Много? - удивилась Марико. - Я думала, раза в три больше народу придет. Наверное, все дождя испугались, решили из дома послушать. А вам какая разница, сколько здесь сидит? Все равно трансляцию полмира смотрит.

Одно дело - знать об абстрактных полмира, и совсем другое - видеть его часть перед глазами. Однако развивать тему мы не стали. Синхронно тяжело вздохнув, мы зашагали вдоль стены в сторону сцены, повизгивая сервоприводами костылей в мертвой тишине зала. Двери зала захлопнулись за нами, и из сгущающегося снаружи сумрака тут же блеснула молния. Несколько секунд спустя зарокотал гром, добавляя колорита к сгущающейся напряженной атмосфере. Почти сразу по крыше и окнам забарабанил все усиливающийся ливень. Корреспондент "Токё симбун" поднялась нам навстречу со стула - несколько штук, видимо, принесенные из классов, стояли под лучами прожекторов, бивших из-под крыши. Сразу четыре репортерских дрона спустились из-под потолка - удивительно бесшумные, словно дыхание спящего ребенка, зато оснащенные яркими бестеневыми лампами, внушительными объективами и микрофонами.

И тут мой мандраж прошел - точно так же, как всегда проходил на стартовой позиции трека. Холодная ясность окутала голову. Эмоции отступили куда-то вдаль, уступая место точному расчету и полному осознанию обстановки. Я по-прежнему видела толпу в зале, выцеливающие камеры дронов, ослепительные пятна прожекторов в высоте, но они уже не имели никакого значения. Оставались лишь корреспондент и то, что нам следовало донести до аудитории как можно яснее и недвусмысленнее. И малейшее отклонение от просчитанных векторов и меток на разгонных кольцах грозило последствиями не менее неприятными, чем на треке.

Но трек - он являлся полностью нашей стихией.

- Алекс Рияз Дували, Лена Осто, - очень чисто и четко проговорила на английском корреспондент, протягивая руку для пожатия и одновременно поднимая на темя забрало контроль-панели, которое носила вместо наглазников. Ее черты лица являлись квинтэссенцией ниппонского типа - тонкие, с небольшим горбатым носом, высокими скулами, с черными миндалевидными глазами. - Я корреспондент "Токё симбун" Сакамото Томоё. Прошу, зовите меня просто Томоё. От лица всех подписчиков нашего канала благодарю, что согласились дать интервью.

"Одна из ведущих корреспондентов канала", - мигнула в наглазниках подсказка Хины. - "Сорок два терранских года. В молодости королева красоты САД, одна из немногих живых кинозвезд современности. Пятнадцать лет в репортерской профессии, чрезвычайно опытный и безжалостный интервьюер. Любит ставить собеседников в неловкое положение, провоцировать и вести беседу на грани скандала. Отличные стартовые условия, действуем по основному плану".

- Спасибо за то, что дали нам такую возможность. Мы с большим удовольствием ответим на вопросы чики.

Как мы и договорились, я приняла на себя ведущую роль. В группе из мужчины и женщины ниппонское общество автоматически признавало главным мужчину. Один из защитных элементов нашей тактики - просто на всякий случай - заключался в ломке стереотипов интервьюера, заставив его (или ее) справляться с нестандартной ситуацией, заодно борясь с собственным психологическим дискомфортом. Пожав руку, я слегка поклонилась в ниппонском стиле. Алекс последовал моему примеру. Я использовала ситуацию, чтобы сблизить свой нос с журналисткой как можно сильнее. Никаких специфических запахов не чувствовалось - или же наше обоняние в местных условиях притупилось настолько, что мы их уже не разбирали.

- Домо аригато годзаимасу, - чика поклонилась в ответ, просияла ослепительной улыбкой и жестом пригласила сесть. Испытывала ли она дискомфорт, пока оставалось неясным. - Итак, мы начинаем.

Она резким движением пальца сбила на глаза зеркальное забрало и тоже села вполоборота к нам. Дроны окружили нас ровным квадратом, наверняка формируя голокартинку, пригодную даже и для виртуальности. Еще один так же бесшумно, как и остальные, спустился сверху и завис над головой чики.

- Первый вопрос может показаться нескромным, но, уверена, он прямо сейчас вертится на языке у каждого нашего зрителя, - каким-то непостижимым образом корреспондент умудрялась говорить, одновременно сияя улыбкой не менее ослепительной, чем блики на ее забрале. - Скажите, вы действительно взрослые колонисты пояса астероидов? Честно говоря, вы производите впечатление подростков не старше пятнадцати лет. У моей подруги есть тринадцатилетняя племянница, выглядящая старше вас.

Судя по полуобороту головы, она снова обращалась к Алексу. Однако тот сделал вид, что не понял.

- Мы действительно взрослые, - подтвердила я с усталым видом и тоном учителя, в сотый раз повторяющего азы таблицы умножения. - У нас в Поясе применяются методы генетической коррекции зародышей, позволяющей уменьшать массу и размеры тела и замедлять метаболизм. Это позволяет тратить меньше кислорода, воды и прочих ресурсов на поддержание жизни, меньше энергии на перемещение в пространстве и так далее. Размеры головного мозга сохраняются теми же, что у терр... у землян, что создает пропорции тела, схожие с теми, что имеют ваши подростки. В пересчете на земное исчисление времени мне двадцать девять лет, Алексу - тридцать шесть.

По залу прошла волна вздохов и удивленных возгласов. Очевидно, далеко не все еще знали о нашей истинной ситуации, как бы Каолла, Набики и Марико ни пытались ее разболтать.

- Кстати, - добавила я, прежде чем корреспондент успела продолжить, - мы не любим слово "колонисты". Мы предпочитаем называть себя внезами. Внеземлянами в оригинале, но полное название уже давным-давно никто не употребляет.

- Спасибо, учту. Не могли бы вы рассказать, как именно оказались в Ниппоне и в Кобэ-тё?

- Конечно, - кивнула я, на всякий случай вызывая в окулярах заранее составленные тезисы. - Мы много слышали о Земле, хотя никогда на ней не бывали...

Следующие пять вминут мы (в основном я с редкими поддакиваниями Алекса) излагали фальшивую версию, согласованную с мэром. Двое туристов из дальних далей решили познакомиться с Террой и ее красивыми древними обычаями, спустились в Ниппон, в Хиросиме познакомились с Хиро и Макото... ну и далее по тексту. Все шло очень гладко. Чика кивала и доброжелательно соглашалась, с интересом спрашивала, как нам нравится Земля, что именно нас удивило больше всего, как мы себя чувствуем, и вообще вела себя как гостеприимная хозяйка. Я уже начала беспокоиться, что на том все и закончится, когда едва заметное изменение тона заставило меня насторожиться и подобраться.

- Скажите, Дували-сан, а что вас больше всего удивило на Земле? - пропела интервьюер, на сей раз явно намеренная добиться ответа именно от Алекса. - Вы старше своей... спутницы, так что наверняка можете добавить что-то свое с высоты жизненного опыта.

Пауза между словами. Совсем незаметная, если не вслушиваться. Совсем незначащая, если не держать включенным частотный анализатор голоса. То ли подготовка к внезапному залпу из большого калибра, то ли проявление того самого дискомфорта от осознания, что женщина играет ведущую роль в тандеме. В любом случае, пришла пора для обострения ситуации.

- Пожалуйста, зовите меня просто Алекс. Хм. Значит, что больше всего удивило? - задумчиво переспросил тот. - С высоты жизненного опыта, пожалуй, не скажу. У вас здесь все не как у людей... извините, все совсем иначе, чем у нас. Но с точки зрения глупого гайдзина недоумением поделиться могу. Секунду...

Он поманипулировал наглазниками, подсоединяясь к проектору - устройству, использующемуся расширяющийся конус света для формирования изображений на плоских неактивных экранах. Прожектора под крышей автоматически пригасли, чтобы не мешать. Потом он включил проигрывание короткого клипа.

В зале послышались смешки старших школьников и одобрительные попискивания малышей. Клип являлся набором вырезок из анимэ-сериала с комедийным, по задумке авторов, сценарием. Парень влет десяти-одиннадцати находился в одной комнате с девчушкой на вгод его младше (хотя кто их разберет, с местной манерой изображать взрослых чик недоростками). Оба постоянно смущались, случайно дотрагиваясь друг до друга, падали, разбивали посуду, краснели. Одежда девочки все время задиралась и сбивалась, обнажая то бедро, то плечо, то нижнее белье. У мальчика в ответ струей била из носа кровь (местный символ сексуального возбуждения, якобы вызываемый резким подъемом давления).

- И что же здесь удивительного? - интервьюер выдержала ровно полторы минуты.

- Все, - пожал Алекс плечами, выключая трансляцию. - От начала и до конца. Но главный вопрос могу сформулировать. Прошу прощения чики за встречный вопрос, но правильно ли я понял, что герои эпизода испытывают друг к другу сильное сексуальное влечение?

- А-а... вероятно, да.

- И почему же в таком случае они не занялись этти? Сексом?

Какие-то подростки в зале нервно заржали, но тут же стихли. Интервьюер отчетливо поперхнулись.

- Весь сериал построен на том, что они хотят друг друга, но почему-то старательно избегают этти, даже когда имеют полную возможность - поощрение со стороны друзей, уединение, комфортные условия и так далее. Поскольку данная тема обыгрывалась в нескольких сериалах, что я просмотрел, сюжет является типовым. Так почему же этти между ними невозможно? Я не смог понять, как ни старался. Чика может объяснить глупому гайдзину?

- Это-о... - неуверенно протянула интервьюер, явно ошарашенная как инициативой Алекса, так и поднятой темой. Ее улыбка было пригасла, но тут же засияла новой силой. - Есть несколько причин. Во-первых, они несовершеннолетние. Во-вторых, беспорядочные связи вредно влияют на здоровье, а потому на Земле не поощряются...

- Иными словами, - бесцеремонно перебил Алекс, - считается, что до дня совершеннолетия этти заниматься нельзя, а через вминуту после его наступления уже можно? Вроде как организм успел за эту вминуту перейти в качественно иное состояние? Беспорядочные связи - а что, многократные этти одной пары с точки зрения физиологии чем-то отличаются от этти с разными людьми? Или на Терре считается, что количество этти вообще следует свести к минимуму?

Улыбка интервьюера поблекла еще сильнее.

- Ну, я не врач... - неуверенно начала она. - Если Алекс-сан подождет несколько секунд, я попытаюсь найти эксперта в нашей штаб-квартире...

- Спасибо, не надо. Я всего лишь отвечаю на вопрос чики о том, что меня удивило. Или вот еще один пример...

Алекс пустил еще одну трансляцию отрывка с плоскорисованными персонажами. "Еще ничего не решено!" - сказал юный мано не менее юной чике. - "Он еще не отверг тебя. Ты должна признаться ему. Гамбарэ!" Затягивать он не стал и остановил воспроизведение после того, как анимэ-девочка решительно кивнула.

- Прошу прощения, забыл, как называется сериал. Мальчик неровно дышит к девочке, а девочка - совсем к другому мальчику, хотя и первому слегка симпатизирует. И первый мальчик делает все, чтобы девочка устроила этти другому, а не ему. А потом, в конце, когда девочка влюбилась еще и в первого мальчика, не разлюбив второго, ее заставили выбирать только одного. Сюжет, как я понял, вполне типовой. Вариацией является зеркальное изменение пола персонажей - две девочки и мальчик, но не суть.

- И... что здесь странного? - осторожно спросила корреспондент. - Речь о дружбе и поддержке других, пусть даже в ущерб себе. Разве у вас не помогают друзьям?

- Почему та девочка не может заниматься этти с двумя мальчиками? Или мальчик с двумя девочками? Порознь или втроем, многим такое нравится. Или вчетвером. Или вдесятером, если с акробатикой справятся. Почему выбор обязательно "или - или"?

- А-а... Ну... Алекс-сан задает неожиданные вопросы. Наверное, потому, что на Земле не приняты случайные сексуальные связи, тем более групповые. Такое считается неприличным, идет против принципов общественной морали.

- Я плохо понимаю, что и почему на Терре считается "приличным". Но я не раз натыкался на исследования, показывающие, что моногамия взрослыми людьми де-факто не соблюдается. Кажется, у вас используется термин "адюльтер". В нем признаются не менее трех четвертей анонимно опрошенных взрослых, да и правдивость оставшейся четверти под вопросом. То есть пропагандируемые идеалы категорически не соотносятся с реальностью, "приличия" существуют исключительно в абстрактной виртуальности. Но дело в другом. Разве право собственности мужчины на женщину каким-то образом делает один и тот же коитус приличнее?

- Право собственности? - на сей раз блеск улыбки корреспондента погас почти полностью. - Я не совсем понимаю...

- Ну, ваш официальный "традиционный" брак - мужчина получает право собственности на женщину. Или на другого мужчину. Или женщина на мужчину. Или женщина на женщину, неважно... хотя в Ниппоне, как я понимаю, одобряется только первый вариант.

- В демократических странах мужчина и женщина равноправны и свободны, никакой собственности...

- Ага, особенно в Ниппоне, я уже заметил. Не суть. Главное - почему приличным считается только этти, официально одобренное государством?.. Ох. Меня куда-то не туда занесло. Я хочу сказать, по вашей масс-культуре складывается впечатление, что на Терре любовь и этти - разновидности пыточных инструментов. С ними обязательно связаны душевные, а часто и физические страдания. Почему вы не в состоянии просто получать от них удовольствие, как будто вы все поголовно мазо? А-а... прошу прощения, я не хотел хамить, извиняюсь. Я ответил на вопрос, что меня больше всего удивило?

- Боюсь, такие ответы породили куда больше вопросов, - улыбка засияла снова. - Я не смогу ответить на вопросы Алекса-сан, здесь требуется опытный специалист - психолог, социолог, возможно, сексолог... Однако я осознала, что плохо понимаю ваше общество... а-а, внезов? Могут ли уважаемые гости программы пояснить, как устроена ваша семья, ваш брак? У нас на Земле ходят самые странные слухи вроде того, что у вас групповые браки, что даже малых детей принуждают к участию в оргиях...

У меня внутри снова брякнул зуммер опасности. Вопрос казался полностью обоснованным, но использованные слова показывали как минимум негативное отношение, а как максимум - стремление формировать отношение аудитории. Лицо интервьюера оставалось повернуто к Алексу, но тот демонстративно перевел взгляд на меня.

- Слухи врут. У нас нет браков, - спокойно сказала я.