Книга первая. Одинокие искры над бездной

332.038 / 24.04.2098. Терра. Город и префектура Миядзаки, остров Кюсю. Лена (продолжение)

- Лена, ты жива? - шепотом спросил Алекс.

Отвечать при медсестре голосом не хотелось, поэтому я просто послала "Да", на мгновение взявшись за наглазники, словно поправляя их.

- Окей. Спокойно, нас выручат, - обнадежил Алекс. - Я еще не понял, кто именно, но наш кансайский контакт или кто-то, с ним связанный, сам нас нашел. Они... кто-то идет.

Он замолчал. Я расслабилась, позволяя медсестре о мне заботиться и с трудом подавляя смесь острого раздражения с любопытством. С трассы я, похоже, вылетела на первом же разгоннике, неверно выбрав вектор, но добрые спасатели уже идут наперехват. Неужто Стремительные нас нашли?

Убедившись, что я не умираю и даже сознание не теряю, медсестра окинула взглядом панель мониторинга, не нашла там ничего подозрительного и исчезла за дверями. Впрочем, ненадолго. Почти сразу же там раздалось жужжание, и в дверь вдвинулась странная конструкция, смахивающая на стул вроде тех, что стояли на полу в моей комнате. В отличие от стульев, у пола конструкция расширялась, оставаясь монолитной, и парила над полом, не касаясь его. Впрочем, я тут же осознала ошибку: она опиралась на колеса, почти скрытые из поля зрения. За странной штуковиной, помимо медсестры, шел самолично врач Танака. На его физиономии стойко держалась ошарашенная мина.

- Как себя чувствует Кэрри-сан? - осведомился он, подходя ко мне и прикладывая твердые холодные пальцы к сонной артерии. - Гости ее не утомили?

Я отрицательно помотала головой. От напряжения горло начало саднить, и говорить не хотелось.

- Эт-тоо... - протянул врач в явном душевном раздрае. - Я хочу сообщить Кэрри-сан, что ее вместе с братом выписывают. Прямо сейчас.

- Выписывают? - изумленно прохрипела я. - Уже?

- Это-о... умм. Да, уже. Очень важный человек берет Кэрри-сан-тати под покровительство. Он переводит вас в другую больницу, в частную, закрытую. Его зовут Сироито Ханегава-сама. Его секретарь, Мори Юкиноё-сама, лично прибыл, чтобы вас забрать. Это-о... У Кэрри-сан нет одежды. По-видимому, почти весь ваш багаж погиб вместе с шаттлом, спасатели передали только две небольших сумки. Разумеется, есть еще ваши космические скафандры, но я не уверен, можно ли их носить на Земле. У них такая странная конструкция...

- Наверное, можно, - я пожала плечами. - Почему нет? Но одежда не обязательна. Дайте только во что закутаться, а то холодно. Я потом пришлю обратно с оказией.

- Да, разумеется, мы дадим вам белье и теплые халаты из запасного фонда. Мои нижайшие извинения за поспешность и... э-э, неразбериху. Выписной эпикриз закончат через несколько минут. О, вот и Юкиноё-сама.

Врач и медсестра поспешно поклонились двери, через которую вплывала вторая конструкция на колесиках. На ней восседал Алекс, на коленях которого располагались наши сумки. Наши комбезы, свернутые в аккуратные тюки, каким-то образом держались по краям спинки. Управляла конструкцией медсестра, за которой шел давешний дядька в серой одежде, весьма сдержанно кивнувший в пространство.

- Привет, Лена, - Алекс попытался помахать рукой, но сумки начали соскальзывать, и ему пришлось судорожно хватать их. - Нас забирают. Лезь в инвалидное кресло, и поехали.

- Как скажешь, братец, - я отбросила окутывающую меня материю и довольно уверенно села на кровати. Но пока я прикидывала, как бы половчее перейти в стоячую позу, как все окружающие, на меня набросились обе медсестры, что-то тараторя и почему-то возмущенно оглядываясь на серого мано. Тот повернулся ко мне спиной и принялся изучать пустую стену. Стремительный поток местной речи в два голоса несся по линзе наглазников, и я успела разобрать только "мужчина" и "неприлично". На меня нацепили трусы типа гигиенических, но почему-то без прорезей, другой странной тесной штукой стиснули грудь, закутали в белую материю, на сей раз весьма теплую и мягкую, с длинными рукавами, обернули талию широкой полосой ткани, чтобы основная масса не разматывалась, и в четыре руки перетащили в колесную конструкцию. Под моим весом она слегка раздалась в стороны, чуть наклонилась назад, пожужжала конструктивными элементами, поддержала спину - и оказалось, что сидеть в ней очень даже удобно, не в пример удобнее, чем на кровати. Ханегава обернулся, осмотрел нас с Алексом, кивнул и, ни слова не говоря, вышел из отсека. Нас начали транспортировать следом. Тело чувствовало вибрацию от встроенных микро-движков.

За дверями обнаружился длинный безлюдный коридор, прямоугольный в сечении, с рядом дверей по одной стороне и рядом окон в сад по другой. В ничем не прикрытые окна лупило прожектор-солнце, и я поспешно затемнила линзы, чтобы не ослепнуть. Нас провезли по коридору через несколько прямоугольных поворотов и с помощью коробчатой конструкции переместили на этаж на уровне почвы. Мы оказались в огромном помещении, какого я не видела еще ни разу в жизни - минимум пятнадцать метров по каждому измерению, и с одной полностью стеклянной стеной. Пол помещения заполняли приспособления для сидения, называвшиеся, я вспомнила, диваны. На диванах располагались десятки людей. Сначала я не поняла, что мне так режет глаза, но потом сообразила. Практически все лица был голыми. Наглазники носил от силы каждый десятый. Как они, интересно, без них обходиться умудряются?..

Обдумать ситуацию я не успела. Один из чужих мано, заметив нашу группу, стремительно приблизился. Носил он короткие шорты и легкую рубашку из тех, что я видела на терриках-туристах, налобная часть наглазников сверкала темным прозрачным диском объектива, а в руках он держал небольшой микрофон. Лицом он заметно отличался от местных чинов - скорее, хисп или каук, с крупным носом, большими черными глазами навыкате и долгими залысинами в черной шевелюре. Он быстро заговорил на незнакомом языке, который переводчик после секундной заминки определил как испанский.

- Привет, как вам на Земле? - побежали по линзе строчки. - Нил Мохейра, корреспондент канала "Мировые новости". Не возражаете пару слов на тему своего героического выживания? Расскажите, как вы смогли совершить такой невероятный подвиг, вручную приводнив вышедший из-под контроля шаттл? Вы пилоты? В вашем возрасте?..

- Прошу прощения, корреспондент-сан, - наш серый провожатый шагнул вперед. - Мои гости плохо себя чувствуют и не в настроении для разговоров. Они не намерены давать интервью...

- У ваших гостей свои языки есть, - нагло перебил его чужак. - Они и сами ответить могут. Сеньорита Лена Кэрри, так как вы смогли посадить шаттл?

На нас начали оглядываться, и я резко почувствовала себя неуютно. Корреспондент? Слово казалось знакомым, но значения я не помнила. "Мировые новости"? Мне совсем не грела мысль о том, что мое имя, даже ненастоящее, начнут полоскать невесть где.

- Спасибо уважаемому мано, но я действительно не в настроении разговаривать, - пролепетала я, всеми силами изображая умирающую. - Я, ох, очень, очень плохо себя чувствую!

- Буквально пару слов! - не унимался нахал. - Наши читатели хотят знать правду!

- Я сейчас вызову полицию! - резко каркнул врач, выходя из-за наших спин. - Я не разрешаю находиться здесь корреспонденту-сан! Со всем уважением прошу немедленно покинуть больницу!

- Да ладно тебе, старик! Чего так волнуешься? - небрежно отмахнулся корреспондент. - Я же никому не мешаю...

- Или ты немедленно уйдешь, или я предъявлю претензии твоему прайду за вторжение на чужую территорию, - серый дядька произнес фразу на испанском, и нахал заткнулся так резко, словно ему распахнули забрало в бездыхе. - Ты переходишь все границы, агент. Во всех смыслах. Немедленно вон отсюда.

- Я не... - пробормотал корреспондент, но снова осекся под немигающим взглядом нашего провожатого.

- Я прекрасно знаю, кто ты такой. Твоя маска меня не обманывает. Ты нарушил границы территории, появившись здесь без уведомления. У тебя есть пять секунд, чтобы исчезнуть. Потом я поступлю в соответствии с договором. Время пошло.

Нахал резко развернулся и быстро двинулся в сторону двери, не произнеся больше ни слова.

- Приношу свои нижайшие извинения, - наш провожатый поклонился нам с Алексом, снова переключившись на японский. - Мой недосмотр. Он больше не побеспокоит. Танака-сан, машина уже ждет у пандуса. Поторопимся.

Нас быстро провезли по огромному помещению, и мы впервые оказались в местном Вовне.

И меня скрутило ничуть не слабее, чем накануне.

Вчера я смотрела на мир из окна, выходившего в парк. Масса деревьев с широкими кронами застилали обзор со всех сторон, блокировали поле зрения, и ничего, кроме парка и полос уплотненной почвы между ними - "дорожек" - я не видела. Но сейчас нас вывезли на большое... Нет, на так. На чудовищно огромное пустое пространство, только с одной стороны ограниченное твердым покрытием почвы да с другой - блоком больницы. Уже много позже я осознала, что оно не являлось таким уж большим, а рядом со звездной бездной космоса вообще выглядело исчезающе малым. Но в бездыхе мы имеем дело с отдельными световыми точками, в лучшем случае со подсветкой конструкций неподалеку. Остальное пространство пусто и нашим глазом не воспринимается. Здесь же...

Как и накануне, на меня сразу навалились миллионы деталей, деталек и маленьких образов, по отдельности ничего не значащих, но вместе бьющих по мозгам не хуже взбесившегося скута. Плиты, покрывающие пространство для пешеходов. Серая лента дороги для машин и сами машины, на ней стоящие. Скамейки для сидения. Газоны с хаотически колышущейся травой. Деревья неподалеку. Какие-то непонятные таблички, цветы, густо усеивающие газоны и кусты, даже мелкие камешки и песок на дороге - визуальная какофония заставляла глаза собираться в кучку и закатываться под лоб.

Но хуже всего оказалось небо. Ярко-голубое, лишь с легкой белой рябью бездонное пространство просто вывернуло меня наизнанку. Меня затошнило, живот гневно забурлил, пальцы свело судорогой. Вдруг показалось, что меня сейчас вырвет из инвалидного кресла и со все нарастающим ускорением швырнет в эту проклятую яркую пропасть, где я растворюсь и пропаду бесследно... и я даже не в комбезе!! Умом я понимала, что никуда меня не швырнет, что вектор направлен в прямо противоположную сторону, в почву, но поделать с собой ничего не могла. Я крепко зажмурилась, вцепилась в подлокотники и начала со свистом втягивать воздух сквозь зубы, борясь с тошнотой. В отличие от комбеза, мой халат не имел раструба для рвоты, и я рисковала измазаться в ней так же основательно, как едой вчера.

- Кэрри-сан, нанигото да? - сквозь гул в ушах донесся до меня встревоженный голос врача. - Кэрри-сан? Кэрри-сан!..

- Лена, что с тобой? - прогудела в висок Хина. - Лена? У тебя пульс зашкаливает!

- Небо... - с трудом выдавила я сквозь сведенное спазмом горло. - Уберите...

Встревоженно перекликнулись мужские и женские голоса, и меня быстро куда-то повезли. Кресло тряслось, и мне вдруг показалось, что я снова падаю в шаттле. Потом что-то хлопнуло, тихо прошипело, и сквозь веки проник блаженный полумрак.

- Лена, мы в машине! - сказал рядом Алекс. - Все в порядке, можешь открыть глаза. Алё, Лена! Кончай придуриваться, уже все. Не так уж тебе и плохо, по себе знаю.

- Сейчас всего тебя заблюю! - шепотом пригрозила я. Но мне и в самом деле уже стало лучше. Я осторожно приоткрыла один глаз, потом второй.

Мы находились в тесном отсеке какого-то транспорта, вероятно, автомобиля. Сквозь поляризованные, почти черные стекла вид снаружи почти не различался. Над головой горели неяркие лампы, создавая такой уютный сейчас полусвет. В отсеке находились только Алекс, я и мужчина в серой одежде. Желудок потихоньку отступал от горла, голова перестала кружиться, сердце начало успокаиваться.

- И что со мной случилось? - слабо поинтересовалась я.

- Самый обычный приступ агорафобии, - на хорошем линго с легким чинским акцентом проинформировал мужчина. - Обычное дело у внезов, впервые выбравшихся на Земле на открытое пространство. Непривычны вы к такому окружению, вестибулярный аппарат расстраивается. Но поскольку безусловные рефлексы у всех людей заточены именно под такой мир, как правило, уже со второго раза становится куда легче. Алекс, ты как?

- Меня еще позавчера так скрутило от вида из окна, но я уже немного приспособился, - хладнокровно откликнулся тот. - Прошу прощения мано, я не запомнил имя с первого раза. И записать не сообразил.

- Юкиноё Мори. На людях лучше обращаться Юкиноё-сан, иначе другие могут воспринять как неуважение и невежливость. Но наедине можно просто Мори, вам так проще. И, кстати, близко соответствует моему настоящему имени, если бы вы могли слышать в ультразвуке.

- Окей, Мори. Кстати, мано отлично говорит по-нашему.

- Вежливый стиль тоже можешь оставить для публики. Я отлично говорю не только по-вашему, но и на всех значащих языках вашей смешной планетки. Преимущества высокой технологии, знаете ли, плюс примерно четыреста терранских лет жизни в вашем окружении. Лена, не надо смотреть на меня такими большими глазами. Если выскочат, обратно запихивать сложно. Да, я не человек.

- Ты тоже Стремительный? - хладнокровие Алекса, казалось, не сбил бы и пошедший вразнос реактор. - Надеюсь, не из Еретиков?

Мори тихо засмеялся.

- Надо же, как вас запугали! И ничего толком не рассказали, я вижу. Я не Стремительный, другая разумная раса. Те, кто в теме, зовут нас Неторопливыми. В Ниппоне я един в двух лицах, точнее, масках. Юкиноё Мори - скромный секретарь большого босса якудзы по имени Ханегава Сироито, грозного, но респектабельного. Якудза - местная мафия, занимается криминальными и полукриминальными делами вплоть до заказных убийств, ее все боятся. Боссу бегать по делам самому не с руки, так что я использую второго дрона. А вот тот парень, что изображал из себя журналиста, как раз агент Стремительных. Радикалов. Не знаю, чего он хотел, но с его хозяевами я нарушения этикета еще обсужу. Кстати, что мы на месте стоим?

Под нами тихо зажужжал мотор, и автомобиль двинулся с места. Ход казался на удивление плавным. Пейзаж, едва видный за темными стеклами, поплыл назад.

- Ну и что дальше? - Алекс поудобнее устроился в своей инвалидной конструкции и сцепил в замок кисти перед собой. - Судя по тому, что нас никто ни о чем не спросил, мы в плену?

- Что? - удивился Мори. - Да бог с тобой, юноша, как здесь говорят. На кой вы мне сдались? С вами одни хлопоты. А знали бы вы, во что обошлись иммиграционные чиновники! Ваши липовые документы раскусили на раз, и вам уже собирались предъявлять обвинение в незаконном проникновении на территорию САД. Удалось замять относительно легко, потому что вы совершили вынужденную посадку, и доказать ваши намерения невозможно. Мне даже удалось ваши фальшивые айди легализовать - временно, на полгода. Но денег с меня содрали столько, что хорошего адвоката год содержать можно. А, у внезов ведь нет адвокатов, не в состоянии вы понять тонкое искусство юриспруденции...

Неторопливый покровительственно усмехнулся, но тут же посерьезнел.

- Нет, разумеется, вы не в плену, вашу свободу я не ограничиваю. Но и благотворительностью заниматься не собираюсь. От чиновников я вас отбил потому, что Бернардо попросил помочь по старой дружбе, у нас с малышом неплохие отношения. Да любопытно было, что вы из себя представляете. Но дальнейшие услуги, если потребуются, придется отрабатывать. Кстати, я не поздоровался с третьим членом вашей команды. Здравствуй, Хина. Как тебе новое окружение? Успела уже что-нибудь хакнуть? Или все еще после шаттла в себя приходишь?

- Здравствуй, Мори, - после паузы откликнулась Хина. - Откуда ты обо мне узнал?

- Бернардо проинформировал о деталях ситуации сразу после того, как спасатели вытащили вас со дна морского. Хорошие у вас комбезы делают, должен заметить. Терранские обязательно бы протекли после такой жесткой посадки, и вы бы захлебнулись до того, как вас достали. Но я не о том. Даже не знай я о искине в вашей компании, все равно бы дедукцией дошел. Человек не способен не только удержать шаттл на траектории в таких условиях, но и вообще его стабилизировать. Без твоего участия полет закончился бы максимум через пять минут. Вы бы просто сгорели в плотной атмосфере задолго до контакта с поверхностью. Так что если кто из Стремительных и наших и не знал о тебе, Хина, то теперь точно заподозрил, что дело нечисто.

- Вот так скрылись в толпе... - пробормотала я. - Что называется, классно обрубили хвост.

- Вы тут собрались скрываться? - поразился Мори. - Внезы? На Терре? Пусть даже с легендой о терранских родителях? Ребята, вы здесь в любой обстановке заметны, как прожектор в ночи. Кто вам вообще такую идею подкинул?

- Бернардо... - растерянно пробормотала я.

- Ага. Ну, в таком случае оставляю вам сделать выводы самостоятельно. Учтите только, что если сунетесь с такими айди в космопорт или попытаетесь границу иным способом пересечь, вас сразу повяжут. Окей, я удовлетворил свое любопытство, знакомство состоялось, свои контакты... переслал. Ответит секретарь - настоящий, не я, но на меня переключит, если есть возможность. Теперь встает вопрос, что с вами делать.

- Нам бы на станцию вакуумной капсулы, - задумчиво сказал Алекс. - Нужно добраться до Кансайского космопорта, там мы разберемся.

- Ага, конечно. Два внеза, третий день как на Терре, не способные не только на ногах стоять, но и просто на небо смотреть - да уж воображаю, как вы разберетесь. Про то, что инвалидные кресла надо вернуть в больницу, вы не задумались. Да и больничный счет вы не оплатили. Про то, что за больничные халаты вас арестуют как нарушителей общественного порядка, вы и не подозреваете. Говорить по-японски не умеете, одежды нет, местной валюты нет, крипы здесь не в ходу, обменять можно только в банке по предъявлению айди, а они у вас липовые...

- Ну и что ты предлагаешь? - почти враждебно спросил Алекс.

- Застрелиться от безысходности. Ладно-ладно, шучу, - широко ухмыльнулся Неторопливый. - Очень уж забавно на ваши растерянные физиономии смотреть. Сегодня за вами явится дрон Бернардо. Еще вчера появился бы, но ваши костыли пришлось отправлять транспортной компанией, а у них фургон на трассе сломался. Мы едем в один из моих гостевых домов, вас уже ждут. Финансовые вопросы, если захотите, поможет уладить мой бухгалтер, комиссия пять процентов. Управляющая вас свяжет. Ну, наслаждайтесь видами, а я отключаюсь.

- Погоди! - вскинулась я. После приступа под открытым небом мысли уже успокоились, и я могла нормально думать. - Если ты Неторопливый, то зачем тебе... всё? Бизнес, какого-то босса изображать, комиссия за услуги. Разве вам нужны наши деньги?

- Не нужны. Но они нужны вам. А мне лично интересно играть по вашим правилам. Я здесь живу последние четыреста терранских лет или около того, и пока не надоело. Скучно у нас, моя дорогая. Страшно скучно. Тысячелетиями ничего не меняется, живешь от рассвета до заката, если это вообще жизнью назвать можно. То ли дело у вас - все бурлит, кипит и сверкает. Кстати, пока не забыл...

Он склонился ко мне, протянул палец и коснулся шеи. От неожиданного укола я придушенно пискнула. Алекс дернулся, но Мори уже откинулся на спинку своего кресла, складывая руки на груди.

- Образец генетического материала, - пояснил он. - Должен же я получить хоть что-то за свою помощь? Ну, все, я отключился, меня уже ждут.

Он откинулся назад на своем виденье и неподвижно замер. Я потерла шею, но боль от укола уже почти прошла. Вот ведь сукин сын! Я ему кто, колония бактерий, чтобы образцы меня без спросу брать?

- Ох, попали... - пробормотал Алекс. - В большую такую клетку вляпались. И не сбежать теперь. Знал же я, что нельзя доверять Бернардо!

- Он хотел как лучше... - неуверенно откликнулась я, совершенно не веря в собственные слова.

- Для кого лучше? Для него? Возможно. Для нас? Большой вопрос. Но Мори прав в одном: сейчас мы совершенно беспомощны. Остается пока что плыть по течению. Ладно, расслабься. Убивать нас не собираются, а все остальное переживем. Действительно, наслаждайся видами, а я подумаю пока. А, ч-чангет! Где оружие?.. Ф-фу, на месте, не забрали, - он вытащил игломет, проверил заряд батареи и убрал обратно в сумку. - Или не нашли. Уже спокойнее. Так, и что у нас с местностью? Хина, можешь вычислить наши координаты и сопоставить с какой-нибудь общедоступной картой?..

Видимо, Хина ответила ему через внутренний динамик, потому что он кивнул и согласился:

- Да, сойдет. Действуй. А я передохну.

После чего закрыл глаза и вроде как задремал. Зараза.

Я последовала его совету и принялась смотреть в окно. Хина подсказала, как осветлить стекло, и я отрегулировала его так, чтобы солнце не било в глаза, но мир проявился в натуральных красках.

Поначалу меня снова зарябило в глазах. Я мужественно боролась с тошнотой, всматриваясь в окружающее, пока не сообразила, в чем моя ошибка. Следовало не ловить взглядом каждую деталь, а смотреть как бы "сквозь" мир, ни на чем в конкретно не фокусируясь. И тогда картинка начала складываться из кусочков, словно паззл.

Машина везла нас между относительно небольших модулей - "домов". Каждый насчитывал по нескольку прямоугольных окон, расположенных рядами. Неестественная ориентация абсолютно всех предметов по вектору гравитации резала глаз, вызывая ощущение скверно нарисованной виртуальности. Только теперь я, наконец, начала по-настоящему осознавать понятия "верх" и "низ" применительно не только к отдельным предметам, но и к миру в целом. Со стороны планеты - "низ". С противоположной, там, где небо - "верх". Плюс "вертикально" - параллельно постоянному вектору, и "горизонтально" - перпендикулярно ему. Дома окружали небольшие деревья и газоны. Полоса земли, по которой мы ехали, отчетливо делилась на зоны для механизмов и людей, передвигавшихся на ногах. Комбезы, разумеется, не носил никто, но все, просто все без исключения, кутались в одежду разнообразных фасонов, кто-то полностью, кто-то частично. Впрочем, познакомившись с ледяным местным воздухом, я начала понимать, почему. Большинство деталей окружения, однако, оставались совершенно непонятными даже с учетом десятка просмотренных терранских фильмов, и я принялась выспрашивать Хину, что к чему.

Она тоже почти ничего не знала, но быстро нашла какие-то открытые каналы, прошлась по каким-то источникам, добавила эвристику и все-таки сумела кое-что объяснить. Например, балки длиной в несколько метров, торчащие из земли и имеющих на дальнем конце матовый набалдашник, являлись "столбами", суппортами для "фонарей" - разновидности всенаправленных прожекторов для ночного освещения. Многочисленные знаки на табличках и разноцветные огни на скрещении дорог регулировали дорожный трафик, хотя основная масса указателей оставалась закодированной в радиоволне в формате, понятном системе автомобильной навигации. Видимые знаки предназначались в основном для пешеходов. Чудовищных размеров сплетения кабелей между столбами являлись системой передачи электроэнергии до конечных точек, а некоторые позволяли подключаться к инфраструктуре проводной связи. Огромные штуковины на заднем плане оказались не скалами и горами, как я подумала вначале, а тоже домами, в каждом из которых могло бы уместиться штук пять среднего размера поселений. Тут и там виднелись щиты с какими-то названиями, картинками, мини-фильмами и так далее - местной разновидностью рекламы.

Мимо все время мелькали другие автомобили - в основном на четырех колесах, как я могла судить, но встречались и небольшие конструкции с двумя колесами в одной плоскости. Последние шустро сновали в щелях между автомобилями, удерживаясь вертикально то ли благодаря гироскопам, то ли инерции. Судя по кричащим надписям на боках, они являлись какими-то транспортными дронами, хотя на двух или трех верхом восседали люди. В нескольких метрах над землей стремился поток каких-то небольших конструкций с мерцающими дисками винтов...

Взгляд все больше привыкал к странному миру, и я жадно вбирала в себя детали окружения, пока что даже не пытаясь сопоставлять и анализировать. Я чувствовала, что если начну еще и задумываться, то точно свихнусь на месте. Я просто позволила миру течь сквозь себя, свыкаясь с ним и принимая его. Строгий, чопорный и опасный, он, тем не менее, на какое-то время становился моим домом. А в доме нужно чувствовать себя непринужденно. Да и несложно, в общем-то, оказалось. Если бы не проклятый постоянный вектор, я бы, наверное, уже адаптировалась.

Вминут через десять я позволила себе до максимума затемнить стекла, закрыть глаза и бессильно расслабиться в своем поддерживающем механизме. Умная штуковина, почувствовав изменение позы, зажужжала сервоприводами, меняя форму, позволяя откинуться назад в почти лежачее положение. Правда, спинка сразу уперлась в стенку отсека и дальше не пошла, но все равно гравитацию стало переносить чуточку легче.

- Устала? - спросил Алекс, открывая глаза. - Злая это штука, постоянный вектор. Вроде и невелик, а душу выматывает... Как тебе Терра?

- Большая, - задумчиво сказала я. - Охренительно большая. А если вспомнить, что здесь куда угодно без комбеза переместиться можно, вообще страшно становится. Теперь я понимаю, почему Бернардо нас здесь спрятать хотел.

- Чего хотел Бернардо, я уже окончательно перестал понимать, - хмыкнул Алекс. - Если Мори прав и мы здесь светимся, как реактор без изоляции, прятаться бессмысленно. Зачем он тогда нас сюда отправил? Дружкам своим сдать, чтобы нас прикончили тихо и без шума? Слишком сложно. А что ему еще надо?

- Провокация, - подсказала Хина. - Я анализирую местные каналы. Судя по отдельным материалам с невысокой степенью достоверности, а именно художественным фильмам и текстам, нас могут использовать для выявления скрытой агентуры Еретиков. Они постараются нас убить, а их отследят.

- Час от часу не легче. Однако же я тоже посмотрел местные каналы, информационные в основном. Материалы о нашем крушении встречаются часто, но в топе новостей держались в течение лишь нескольких минут. Народ в основном интересуется какими-то чемпионатами, праздничными событиями, новыми фильмами и играми, семейными скандалами и так далее. О нас, наверное, уже большинство и забыло.

- Алекс, милый, ты когда-нибудь слышал об автоматических фильтрах? - вздохнула я. - Поисковых ботах по определенным условиям? Или дома тебе хватало личных глаз, чтобы все интересные ленты просматривать? Кому надо, нас разглядели и уже не упустят. Ох, не хочу даже рассуждать. Хочу просто куда-нибудь спрятаться, чтобы не нашли.

- В WOGR позвони, - ехидно посоветовал мой ненаглядный, которого так и убила бы. - Они тебе быстро обеспечат полную безопасность в какой-нибудь лаборатории, праматерь космического человечества. До конца жизни бесплатная кормежка и бронированный отсек с нехакабельным замком. Или даже без него, просто заваренный наглухо.

Я прикинула, сумею ли бросить в него чем-нибудь массивным, ну хотя бы сумкой, но отказалась от идеи. И пустая-то рука с трудом поднималась, а уж бросить что-то казалось ненаучной фантастикой.

- Ладно, - вздохнула я. - Убедил, не нужна мне безопасность. Пусть прямо тут пристрелят. Интересно, долго нас еще везти собираются?

Словно в ответ машина затормозила. С левой стороны дороги тянулась сплошная вертикальная перегородка, закрывающая пространство за ней. Материал я опознать не могла - что-то неровно-бугристое, с правильными прямоугольными шаблонами, красноватого цвета. Ни на карбонид, ни на крашеный металл не походило. Камень? Но почему красный? Я вдруг сообразила, что и материал, из которого состояла больница, тоже не опознала. Но там стены, по крайней мере, были гладкими.

В месте, где машина замедлилась, находились большие двери. У меня на глазах они плавно разъехались в стороны, и машина свернула в образовавшийся проем. За ним обнаружился небольшой сад. Ну, то есть если сравнивать с больничным, небольшой: по крайней мере тридцать на пятнадцать метров, с редкими деревьями и кустами, с лужей метров десять в диаметре по центру, с непонятными каменными штуковинами там и сям. В одном месте на песчаной проплешине, исчерченной линиями, хаотично торчали большие булыжники примерно такого размера, какие принимает рудная дробилка. А за садом находился дом - одноуровневый, с треугольной верхней панелью, длинный, но при том без единого окна. Стены состояли из плоских решеток поверх какой-то желтовато-белой основы, входы в комнаты закрывались сдвигающимися щитами того же вида. Автомобиль проехал по узкому пути между газонами и развернулся так, что боковые двери оказались со стороны дома. Они тут же разъехались, в нос с новой силой ударила местная вонь - а из дома уже торопилась небольшая толпа, исключительно женщины разного возраста и размера. Все они носили одежду одинакового вида, словно терранские солдаты. Прежде чем мы успели опомниться, наши кресла извлекли из машины. Та немедленно захлопнула дверцы и исчезла за дверями сада, словно за ней гнались Еретики. Одна из женщин, которую я про себя окрестила Первой за властный вид, низко поклонившись, произнесла на английском:

- Добро пожаловать, глубокоуважаемые гости.

Остальная толпа последовала ее примеру, повторив фразу на все лады.

- Э-э... приветствую уважаемую чику, - неуверенно произнесла я, стараясь не видеть небо даже периферийным зрением. Первая наглазники носила, а потому переводчик наверняка имела. Но вот у остальных лица оставались голыми, и они вряд ли меня понимали. Меня, однако, никто не слушал. Нас уже везли в дом. Каждое кресло с энтузиазмом толкали минимум трое, наплевав на сервомоторы. Еще трое или четверо, включая Первую, шли впереди, указывая дорогу, словно толкающие ее не знали. Судя по шагам и перешептываниям, остальная компания тащилась позади. Всей толпой нас запихали в одну из комнат, раздвинули щиты пошире, чтобы мы лучше видели сад, и все, кроме Первой и еще четверых женщин, разом куда-то сгинули. Женщины выстроились в ряд вдоль одной из клетчатых стен, а Первая переместилась вперед.

- Я канринин, управляющая поместьем, - пояснила она на японском, снова кланяясь. Видимо ее познания в английском ограничивались формулой приветствия. - Господин хозяин приказал позаботиться о вас. Другие гости должны прибыть через полтора или два часа. Чего желают многоуважаемые гости? Обед подадут через полчаса. Многоуважаемые гости желают напитки?

Волна ледяного воздуха из сада накрыла меня, с легкостью проникая сквозь поры больничной тряпки, и я поежилась, отхватывая себя руками.

- Госпожа управляющая, какая сейчас температура? - спросил Алекс, кидая на меня косой взгляд.

- Девятнадцать градусов в тени, двадцать четыре на солнце. Многоуважаемым гостям холодно?

- Э-э... стандартная для нас температура в помещении - двадцать восемь градусов. Да, нам холодно. Но у нас нет... э-э, как оно называется? Зимней одежды. Ее можно где-то купить? Мы... э-э, давно не были на Терре и не помним, как. У нас есть деньги, но только крипы, их нужно обменять.

Я не стала напоминать, что у нас есть и доллары, обменянные на платформе. Ему виднее, что и как. Первая повернулась к теткам у стены и что-то резко, но неразборчиво скомандовала. Те синхронно испарились, но уже через несколько секунд появились снова и тут же завалили нас с ног до головы ворохами кусков термоизолирующей мягкой ткани. Нас заботливо укутали так, что мне стало еще труднее дышать. Меня охватило ощущение полного сюра: телу стало более-менее нормально, но вливавшийся в легкие воздух оставался ледяным, словно при разладившейся респираторной системе комбеза.

- Спасибо, так лучше, - Алекс поворочался, освобождая лицо. - И все-таки, как купить одежду?

Первая подошла к небольшому пьедесталу в углу и принялась нажимать какие-то кнопки. Из штуковины выдвинулась блестящая хромированная рамка полметра в диагонали, замерцала и превратилась в обычный экран. Первая быстро принялась перебирать каналы - изображения мелькали с такой скоростью, что я не успевал их разглядеть. Область перевода в наглазниках заполнила бессвязная мешанина слов. Но, очевидно, управляющая знала, что делала, потому что очень быстро нашла какой-то магазин. Я приняла трансляцию в свои наглазники и с интересом принялась разглядывать вороха материи разнообразного фасона. По какому принципу выбирать, я не понимала. Я зависла уже на материале - там фигурировало несколько названий синтетики, которые я знала, но что такое хлопок? Лен? Шерсть?

- Хина? - просигналила я, положив пальцы на оправу. - Выручай. Ничего не понимаю.

- Нет нужных знаний, - отказалась та текстом. - Я ищу, но материала очень много, не хватает мощностей для систематизации и обработки. Спроси местных.

- Прошу помощи, - сказала я вслух. - Я не знаю, как выбрать.

- Я знаю. Помочь?

От нового женского голоса, говорящего на линго, я лишь слегка вздрогнула. Зато реакция Алекса оказалась впечатляющей. Он задергался под ворохами ткани - "одеяла", вдруг вспомнила я слово - его физиономия побагровела, глаза сузились, на скулах набухли желваки. Я с недоумением всмотрелась в новоприбывшую. Блондинка, длинная по нашим меркам, и даже длиннее местных дамочек, неплохо сложенная, насколько позволяли рассмотреть короткие шорты и тряпка на верхней части груди, но в целом ничего особенного. Кажется, я ее где-то видела... но где? Явно не на Терре. А где еще? Не в Поясе же!

- Здравствуй, Алекс, мой маленький гид, - новоприбывшая обаятельно улыбнулась, поднимаясь из сада в комнату через раздвинутые створки. Под кожей ее бедер играли мускулы. - Давненько мы с тобой не видались. Как тебе Терра?

- Здравствуй, Рини, - напряженно ответил Алекс. - Спасибо, неплохое местечко. Лена, познакомься с Рини Ви, Еретиком, моим бывшим клиентом.

И тут я вспомнила. Гонки на Утреннем Мире. Ожидальня на старте трассы. Алекс, со скучающим видом висящий у дальней стены. И эта чика-туристка, оживленно о чем-то треплющаяся с несколькими гонщиками неподалеку. Так, значит, он знал о Стремительных еще до встречи со мной?

- Приятно познакомиться, - машинально ответила я, прикидывая, как добраться до пистолета. Проклятая сумка находилась сбоку-сзади спинки, дотянуться до нее незаметно я не могла. Да и одеяла мешали. Судя по быстрому взгляду Алекса, у него возникла та же мысль.

- Кто такая многоуважаемая гостья? - чика-канринин встала между Алексом и Рини. - Как многоуважаемая гостья сюда попала? Сюда нельзя!

- Все хорошо, управляющая-сан, - на японском откликнулась Рини. - Мне можно. Оставьте нас одних.

Она подняла раскрытую ладонь на уровне лица, и по ней заметались какие-то огоньки и тени. Первая и остальные чики у стены синхронно вздохнули, поклонились и бесшумно исчезли в коридоре, задвинув за собой створки.

- Конечно, станут подслушивать, - светским тоном заметила Чужая. - Дома в традиционном стиле, конечно, красивы, но бумажные стены к приватности не располагают. Ну и пусть себе. Значит, вот так знаменитая Лена Осто выглядит вблизи?

Она одним махом сорвала с меня все одеяла, распахнула больничную тряпку и критически оглядела меня. Я выдержала ее взгляд, мужественно борясь с холодом.

- Чем обязаны визитом, Рини? - осведомился Алекс. Я заметила, что он медленно ворочается под ворохом одеял, разворачиваясь к своей сумке.

- Во-первых, мне интересно на вас посмотреть, - Рини запахнула мою тряпку и навалила куски ткани обратно. - Не одного Мори любопытство мучает. Тогда, в поселении, я на тебя внимания не обратила, а зря, оказывается. Во-вторых, без меня вы одежду не купите. Местные не понимают, что вы в ней разбираетесь не больше, чем дикари с южных островов - говорят, такие до сих пор живут где-то на Тасмании или в том районе. Твои размеры, Алекс, я знаю, так что тебя осматривать незачем. Что там у тебя в сумке, пистолет? Расслабься. Попасть в меня у тебя реакции все равно не хватит, мы не в безвесе, да я и не собираюсь делать вам ничего плохого. Так, хм... Нужен полный комплект.

Пока она говорила, на экране мелькал бешеный калейдоскоп. Картинки одежды в канале появлялись и исчезали быстрее, чем я успевала их разглядеть. Потом мелодично прозвучало несколько аккордов, и окно заполнила счастливо улыбающаяся мультяшная девчоночья физиономия. "Спасибо за покупку", засветилась под рожицей надпись невообразимым местным шрифтом.

- Вот так, - Рини символически отряхнула ладони. - Доставят в течение получаса. Все оплачено, считайте приветственным подарком. А сейчас я исчезаю, пока обслуга не решила активировать сторожей и пристрелить моего дрона вместе с вами. Чао!

- Погоди! - окликнул ее Алекс. На его лице держалась заметно изумленная мина. - Ты что, явилась только для того, чтобы одежду нам купить?

- И поздороваться. Возможность для этти ты, малыш, упустил в Поясе, а других мотивов вроде и нет.

- Нет, погоди! Ты же Еретик, верно? Из тех, кто стремятся контролировать человечество? И уничтожить его? Ваша группа отвечает за Большой террор? Почему ты просто так уходишь?

- Большой террор... - голос Рини стал задумчивым. - Да, в определенных кругах нас называют Еретиками. И да, мы ответственны за Большой террор. Я так понимаю, вам скормили стандартную сказочку для широкой публики? Ну что же, не стану пока разочаровывать, все равно не удастся.

- Можешь хотя бы попробовать.

- Алекс, малыш, - Рини склонилась к нему и провела ладонью по щеке. - Я провела среди вас массу времени и прекрасно знаю, когда людей можно убеждать, а когда не стоит попусту терять время. Вы не готовы принять правду, и у вас и без того слишком много впечатлений. Мы еще пообщаемся... если выживете, конечно. Пока просто прими к сведению, что одни и те же действия могут выглядеть совсем по-разному в зависимости от точки зрения. Все куда сложнее, чем вам рассказали. Несопоставимо сложнее. Но мне и в самом деле пора, потому что охрану они все-таки включили.

Раздалось громкое жужжание, и в комнату влетели два странного вида хелпера - параллельные полу плоскости, с привешенными снизу трубками, подозрительно смахивающие на дула. Рини уже не было в комнате - она с поразительной скоростью перемещалась по саду. Я бы не смогла двигаться так быстро даже в безвесе с дуйками. Негромко и часто застучали иглометы, с деревьев и почвы вокруг Рини взметнулись столбики пыли, одна каменная штуковина покрылась заметными щербинами, от нее полетела крошка. Пару секунд спустя Рини одним махом переметнула тело через гигантскую стену и скрылась за ней. Хелперы вылетели в сад, покружились на месте, поднялись вверх и исчезли. Вскоре затихло и жужжание.

- Ну ничего себе заявочки... - ошеломленно сказал Алекс. - Она же откуда-то из СНЕ. От Европы до Ниппона - почти полпланеты. Как она сюда попала? Хотя, может, у нее здесь дроны заранее припасены.

- Откуда ты ее знаешь? - поинтересовалась я.

- Небезызвестный тебе Фред Сендухаил сосватал в качестве клиента. Когда ты мне наглазники перед гонкой сунула, помнишь?

- Да уж помню. Да, видела ее там, хотя и не приглядывалась. Хина!

- Да?

- А ты о ней ничего не знаешь?

- Нет. В моих базах нет никаких упоминаний о сущностях, похожих внешне. Я не понимаю. Из того, что нам рассказывали раньше, следует, что она хочет нас уничтожить. Сейчас у нее имелась полная возможность нас убить. Но она не только не убила, но и помогла.

- А по ходу дела окончательно заморочила голову... - пробормотал Алекс. - Ладно. В чем я ей верю, так это в перегруженность впечатлениями. И вообще она на меня не произвела впечатление убийцы, тем более массовой.

- А она симпатичная, хоть и дылда, да? - вкрадчиво спросила я.

- Ну, если привыкнуть, то, может, и так. Ревнуешь?

- Нет. Просто намекаю, почему она у тебя доверие вызвала. Кстати, с чего ты взял, что она на самом деле "она"? У них три пола, так что вероятность - один из трех.

Алекс тихо засмеялся и открыл рот для ответной реплики, но тут створки раздвинулись и в комнату снова ворвались дамочки во главе с управляющей.

- Уважаемые гости в порядке? - быстро спросила Первая. - Вор причинил уважаемым гостям вред?

Ее интонации казались взволнованными, хотя кто их разберет в чужом языке. На всякий случай я выпростала руку из вороха материи и успокаивающе помахала:

- Мы в полном порядке. Пусть чика управляющая не беспокоится.

- Очень хорошо. Хозяин просил передать, что другие гости задерживаются, поскольку их фургон попал в пробку. Нужно подождать еще час или полтора. Уважаемые гости упоминали покупки? Я сейчас свяжусь с представителем хорошего магазина...

- Не надо, спасибо. Нам уже заказали.

- Что?.. Прошу прощения. Да, конечно. Уважаемые гости хотят чего-нибудь?

- Можно чего-нибудь попить? - поинтересовался Алекс.

- О, прошу прощения за мои грубые манеры! Я непростительно забыла предложить закуски уважаемым гостям. Разумеется, немедленно.

Она отдала несколько резких команд, и чики исчезли - чтобы уже через несколько секунд вернуться с двумя небольшими конструкциями, которые водрузили на подлокотники наших кресел. Потом на получившиеся горизонтальные плоскости быстро установили посуду с какими-то твердыми на вид плоскими фигурками, а также открытые круглые емкости. Они походили на больничные стаканы, но выглядели словно сделанные из некачественной грязно-белой пластмассы. В них торжественно влили какую-то терпко пахнущую жидкость.

- Прошу уважаемых гостей, - поклонилась Первая. - Чай оолон - один из лучших сортов, а печенье сделал наш повар, он замечательный кондитер. Обед подадут через полчаса. Уважаемые гости хотят чего-то еще?

Мы с Алексом переглянулись.

- Нет, спасибо, - отказалась я за нас обоих. - Большое спасибо чике управляющей за заботу, но нам хотелось бы остаться наедине.

- Разумеется, - от поклонов Первой в глазах начало помаленьку рябить. - Приятного отдыха уважаемым гостям. В случае нужды прошу позвать нас по гостевому каналу дома.

И она вместе с остальными исчезла, задвинув за собой странные двери. Что там загадочная Рини упомянула о стенах? Бумажные? Бумагу, кажется, в докосмическую эру использовали для печатания и распространения текста. Но зачем делать из нее стены? Насколько я в курсе, они служат для термоизоляции и защиты от ураганов, и менее подходящего материала не найти. И еще я не так много видела обработанного дерева в своей жизни, но на статуэтках Мелы оно имело в точности такую фактуру, как на плитках пола и решетках, наклеенных поверх бумаги. На Терре нет нормальных строительных материалов? Странный дом. Странный мир...

Я осторожно дотронулась до своего стакана. Горячий. Зачем? Здесь принято пить кипяток? Я осторожно взяла сосуд пальцами и чуть не выронила: он оказался гораздо массивнее на ощупь, чем намекал объем "чая". Вероятно, он все-таки был сделан не из пластика. Очень осторожно, чтобы не обжечься, я поднесла его к губам и втянула немного жидкости. На вкус она оказалась донельзя мерзкой - горькой и с какими-то невозможными привкусами, вяжущими язык. Сочетание вкуса с волнами идущей из сада вони заставило глаза полезть на лоб. Я начала отплевываться.

- Не нравится? - ехидно усмехнулся Алекс. - А вот привыкай. На Терре чай - один из самых популярных напитков. Еще есть кофе. Я пробовал в больнице - тоже невозможная гадость. А что делать? Надо.

- Кофе - судя по названию, с кофеином?

- Ага. И в чае его не меньше. Похоже, местные без стимуляторов жить не могут.

- Я воздержусь. Интересно, нормальное питье здесь есть? Или хотя бы вода?

- Чаем обойдешься! - хладнокровно отрезал Алекс. - Не напрягай хозяев, они и так напуганы. Остынет, и выпьешь. Кстати, а эти штучки ничего себе, вкусные.

Он сунул в рот пластинку с тарелки и принялся с хрустом жевать. Я последовала его примеру. Действительно, "печенье" оказалось весьма неплохим - сладкое, но в меру, тающее на языке и оставляющее незнакомое, но приятное послевкусие. Даже местная вонь перебить его не могла. Крошки, однако, из стискиваемых челюстей просто летели во все стороны - куда как дальше и стремительнее, чем в больнице. В дополнение они оказались куда тверже, чем больничные крошки, и чувствительно царапали горло. В безвесе я бы такое не рискнула не то что есть, но даже и из герметичной упаковки доставать, поскольку лишней трахеи и бронхов у меня пока нет. Вообще опыт подсказывал, что терранская пища отличается крайней неряшливостью и в безвесе могла бы послужить отличным оружием массового поражения. Быстренько бы забила если и не легкие, то фильтры вентиляции уж точно.

Какое-то время мы молча жевали печенье. Когда жидкость слегка остыла, я заставила себя ее отхлебнуть, но на больше, чем пару глотков, меня не хватило. Между тем, сухая пища требовала жидкости, и меня начала мучать жажда. Я уже почти решила позвать кого-нибудь, чтобы мне дали простой воды, сколько бы она ни стоила. Но тут снаружи раздалось новое жужжание, и в проеме в сад мелькнули два объемных тюка, несомые двумя хелперами странной формы - практически плоскими, с круглыми нашлепками по краям, видимо, кожухами пропеллерных движков. Они походили на те, что я видела полвчаса назад во время путешествия из больницы, но имели заметно большие размеры и, видимо, энерговооруженность. По дому тут же разнесся шум торопливо двигающихся людей, и через минуту сразу шесть местных чик, возглавляемых управляющей поместья, торжественно внесли тюки в комнату.

- Тут написаны имена уважаемых гостей, - Первая указала на наклейки на тюках. - Уважаемые гости купили себе одежду?

- Ага, - согласился Алекс. - Чика управляющая не поможет нам одеться? Мы с трудом двигаемся...

- Да, разумеется, уважаемые гости, - с готовностью согласилась та. - Я сейчас позову служащих-мужчин, они помогут уважаемому Арэксу. Я лично помогу уважаемой Рэне.

- Можно и без мужчин, - Алекс пошевелился, сбрасывая с себя местные тряпки и распахивая больничную. - Я умею двигаться в векторе, просто мне нужна небольшая консультация...

Я с изумлением увидела, как все местные внезапно развернулись к нему спинами. На лице одной из чик, явно моложе остальных и при том заметно бледнее, появился румянец.

- Прощу прощения уважаемого гостя, но у нас приличный дом, - если я правильно поняла тон, в голосе Первой прорезались нотки ледяного осуждения.

Алекс с изумлением взглянул на меня, словно пытаясь найти ответ, но потом щелкнул пальцами и снова завернулся в тряпку.

- Прошу прощения чики управляющей. Да, конечно, позовите мужчин. Я могу одеться в другой комнате.

На лице Первой прорезалось явное удовлетворение. Она дотронулась до наглазников, и через несколько секунд в комнату вошли двое мано. Не говоря ни слова, они уволокли из комнаты кресло с Алексом и второй тюк. Женщины же задвинули за ними двери и с энтузиазмом взялись за меня, мотая, словно детскую куклу, благо превосходили меня длиной минимум на голову, а силой - как бы не вдвое. Сначала меня избавили от больничных трусов, но тут же нацепили новые, из чуть менее плотной ткани, но все равно без санитарных прорезей. Также мне поменяли ткань, обхватывающую грудь и застегивающуюся на спине - из многоголосого лепета женщин переводчик выцепил слово "лиф". Новая ткань чувствовалась куда более мягкой и сдавливала грудь меньше больничной, но все равно сдавливала. Потом талию, бедра и колени окутала длинная трубообразная полоса ткани - "юбка", а торс, плечи и руки до локтя - конструкция под названием "блуза". Сверх того ноги обтянули еще тугими тканевыми трубками, достающими от ступней почти до середины бедер - "чулками". На ступни нацепили что-то типа наших тапок, но с твердой подошвой без адгезивной поверхности.

От постоянной тряски и усилий я разогрелась, и когда все кончилось, с изумлением поняла, что кутаться в одеяла больше не надо. Навернутая на меня ткань и без того создавала достаточное ощущение тепла. Не так, как комбез - холодный воздух все-таки проникал под одежду и струйками тек по коже - но все-таки стало вполне терпимо. Похоже, Чужая-Еретик по имени Рини Ви находилась в достаточно дружеском расположении духа, чтобы компенсировать нам ледяной местный климат. Я вдруг вспомнила, что на Терре температура колеблется в течение года, и сейчас Ниппон входит в теплый период. И что же тут творится в холодный? Надеюсь, что не узнаю никогда, потому что свалю отсюда как можно быстрее. Праматерь я нового человечества или нет, но в состоянии замороженной ледышки наслаждаться своей уникальностью довольно сложно.

- Уважаемая гостья очень симпатична, - заметила Первая, с удовлетворением разглядывая меня. - Рэна-сан может не беспокоиться за свою внешность - когда она оправится после болезни, мальчики начнут ходить за ней табунами.

- После болезни? - удивилась я.

- Прошу прощения, искренне прошу прошения, - тут же закланялась управляющая. - Уважаемая гостья почти обрита наголо и очень исхудала, и я посчитала, что она недавно тяжело болела. Непростительная невежливость с моей стороны, искренне прошу прощения.

- Да я вроде и не болела, - пожала я плечами, решив, что про недавний аборт упоминать не стоит. - У нас голову всегда коротко стригут или даже депилируют. В безвесе волосы очень неудобны, особенно в комбезе и в душе, да еще выпадают и в рот при дыхании лезут. Терр... туристы с Земли всегда от них страдают. А масса у меня вполне нормальная для моих пропорций.

- Могу я поинтересоваться, сколько лет уважаемой гостье? Тринадцать?

- Вос... - я осеклась, чуть не ляпнув "восемнадцать". Во-первых, если они в курсе, что наш вгод - больше полутора терранских лет, вся подростковая легенда окончательно рассыплется пылью. Во-вторых, по моей легенде... сколько же там? Ведь недавно же вспоминала на допросе... А! - Мне почти де... а-а, пятнадцать в... лет. Да, мне пятнадцать лет!

Видимо, в последних моих словах Первая прочитала какой-то вызов и посчитала, что докапываться до малолетки смысла нет. Она смерила меня взглядом, в котором отчетливо читались жалость, смешанная с материнским желанием закормить до смерти - или хотя бы до набора массы до "правильного" значения. Однако от дальнейших комментариев отказалась.

- Рэна-сан симпатична в любом виде, - дипломатично сказала она. - Когда подрастет, от толпы женихов придется отбиваться палкой.

Кто такие "женихи", я не знала (претенденты на этти, если судить по контексту?), но переспрашивать не стала. Створки раздвинулись, и в проем вдвинулось кресло с Алексом. Его тоже обернули в слои ткани, но заметно отличающиеся от моих. Рядом шел один из давешних мужчин. Только сейчас я вдруг поняла, насколько мелким Алекс выглядит рядом с окружающими. Видимо, мы и в самом деле казались местным сущими детьми. Ну что же, хотя бы в этой части мы сможем достоверно соответствовать легенде.

- Привет! - сказал он, с интересом разглядывая меня. - Настоящая терранка.

- От террика слышу! - не осталась я в долгу. - А вот ты попробуй встань на ноги с такой лишней массой.

- Я и без нее не встану без острой нужды. Я что, чокнулся? Чика управляющая, большое спасибо за помощь. Вы нам очень помогли. Прошу перевести остальным.

- Не стоит упоминания, - поклонилась Первая. - Позвольте показать: вот дополнительные вещи для уважаемых гостей: юбка, блуза, чулки и... э-э... - Она почему-то смутилась. - Нижнее белье для девочки. А вот второй свитер, рубашка, брюки и... э-э, белье для мальчика. Вот тут шорты для теплой погоды, они универсальны.

По ее знаку лишнюю одежду упаковали в пакеты с лямками и повесили их на спинки наших кресел. Потом все, кроме Первой как-то незаметно испарились.

- Повар уже заканчивает готовить еду, ее принесут через несколько минут, - сообщила она. - Уважаемые гости хотят чего-нибудь?

- Нет, спасибо, - поспешно отказалась я. - Большое спасибо чике.

- Мне тоже ничего не нужно. Просим прощения, что доставили столько хлопот, - поддержал Алекс.

Первая в очередной раз поклонилась и исчезла, задвинув за собой двери. Мы снова остались одни. Я откинулась на спинку кресла и попыталась расслабиться - даже такая незначительная физическая активность меня полностью вымотала. В ушах снова тяжело стучал пульс. Но передохнуть не удалось. С улицы донеслось громкое гудение, легкий скрежет, и несколько секунд спустя в комнату прямо с улицы запрыгнул незнакомый мужчина.

- Привет! - сказал он на правильном линго, с интересом оглядывая нас. - Красавцы, одно слово. Практически террики, если удивленные выражения с физиономий стереть. Уже приспособились к гравитации?

- Мы знакомы с мано? - вежливо поинтересовался Алекс.

- Судя по вопросу, Мори не удосужился как следует ввести вас в курс дела, - усмехнулся новый гость. - Знакомая манера. Я Бернардо, вы смотрите на мой местный дрон. На Терре у меня есть и другие маски, но эта - более-менее официальная. Да, ребята, скажу я вам, у вас талант влипать в неприятности. С первых же дней стать мировыми знаменитостями - умудриться нужно. Объясните мне, как вы шаттл разбить сумели? Решили за джойстик при посадке подергать от скуки? Так ведь там блокировка локальной консоли, ее только владелец снять может.

- Мы умудрились! - возмутилась я. - Бебе, ты ошалел? Нас в ловушку заманили, почти убили, только Хина и спасла!

- Стоп! - резко посерьезнел Бернардо. - Понял и принял к сведению. Я не в курсе дела. Обсудим, но не здесь и не сейчас. Сейчас нужно вернуть вас на потерянную траекторию. И у меня для вас подарки.

Он картинно щелкнул пальцами в воздухе, и снаружи донеслось легкое ритмичное жужжание сервомоторов. А потом на фоне внешнего сада появились два чинно двигающихся безголовых скелета.

- Ваши костыли! - гордо заявил Бернардо. - Прошу любить и жаловать. И надевать их мы начинаем прямо сейчас. А ну-ка, раздевайтесь догола. И не смотрите на меня такими перепуганными глазами, авось не замерзнете насмерть.