Одри, герцогиня Йорк

Глава 62

Перенести сотни кувшинов к вратам оказалось занятием не сложным, но энергозатратным и под конец нам всем страсть как всё это надоело.

Я присела на какой-то плоский камень и задумчиво ещё раз осмотрелась.

Пещера ужасала своими размерами: её своды вздымались высоко, теряясь где-то там в непроглядной темноте. Влажные стены, выхваченные светом от магосветильников, блестели, будто покрытые тонкой плёнкой масла, и от них исходил едва уловимый запах плесени. Гулкое эхо наших шагов и голосов возвращалось из глубин, превращаясь в неразборчивый шёпот, словно кто-то пытался поведать нам свои самые сокровенные и страшные тайны. Гигантские сталактиты и сталагмиты, застывшие исполинскими клыками, торчали тут и там, а между ними клубился сизый туман с силуэтами призрачных теней внутри.

Здесь, в сердце горы, время замерло, и человек чувствовал себя незваным гостем, в полной мере ощущая свою ничтожность пред вечностью и насколько его жизнь коротка.

Мой блуждающий взор снова вернулся к стене напротив: врата представляли собой каменную арку, что была высечена прямо в теле горы. От них веяло потусторонней жутью, приводившей меня в ужас, даже волоски на затылке шевелились каждый раз, когда я глядела на проход. Каменные блоки были густо покрыты резьбой, изображающей сцены из давно забытых легенд: таинственные существа, иные миры, сцены сражений…

В десятке метров от врат стоял алтарь, основание его было испещрено странными символами, я с трудом узнавала в них элементы феррейского языка.

Это место создали точно не люди, кто-то куда могущественнее, с иными по уровню возможностями приложили руку и сотворили сие грандиозное место.

Узоры, в которых переплетались символы разных цивилизаций, являлись ключом к открытию перехода в другой мир.

Но не это главное: стоит мне перестроить зрение на магическое, как я начинаю видеть мощные завихрения сырой маны. Их было немного, но они поражали своей плотностью, те, что на поверхности планеты, бледные копии. Также видела вокруг себя эфирные потоки, и они радовали меня своей насыщенностью.

— Пугающее место, — заметила Ора, сидевшая рядом, пока мужчины трудились и носили туда-сюда увесистые сосуды.

— Не то слово, — кивнула я.

— Как думаешь, а в тот ли мир мы попадём? Вдруг откроется совершенная другая реальность, где нет нашего осколка. И выхода тоже нет.

— Из памяти Гедо я выяснила, что эти врата ведут всегда только в одно место, он его называл Эширок — спутник этой реальности, одной своей частью он плотно прилегает к нашей Эриде. Вообще, Сурейх полагал, что у каждого мира есть такой сосед. Его отец работал над этим вопросом, кропотливо исследовал, делал умозаключения. И много ритуалов на крови провёл, чтобы ему открылся путь сюда. Этот же способ (магия крови) использовал, чтобы понять, как открыть портал.

— Предлагаю поспать на местах силы, — раздался голос Лиама, когда последний сосуд с запечатанной кровью поставили у подножия алтаря. — И только затем активировать проход.

Все молча с ним согласились. Воины достали нехитрую снедь и, плотно перекусив, разбрелись кто куда, чтобы отдохнуть и помедитировать. Аманиде вернули способность ходить ещё до начала кампании, она инстинктивно старалась держаться поближе к группе из Аскалы, хотя герцог умело делал вид, будто женщины вовсе не существует.

Бывшая королева выглядела потерянной. Было ли мне её жаль? Нет. А вот тех, кого она умышленно погубила, отчаянно, до боли в сердце. Лоерея тенью следовала за Её Величеством, просто в качестве моей подстраховки, а то мало ли.

Я села рядом с мужем, прямо на место силы, и закрыла глаза. Настала пора следующего этапа. Как выглядит осколок магического ядра? Феи подсказали, куда и как смотреть, чтобы отыскать ответ.

Постепенно моё дыхание выровнялось. В голове не осталось ни одной лишней мысли.

Я есть часть всего сущего, я атом в теле огромного организма. Моё сердце бьётся в унисон с миром.

Перед внутренним взором простиралась земля с высоты птичьего полёта, я наслаждалась порывами ледяного ветра, и я была абсолютно готова встретиться с жаром земли.

Один… два… три… Лети!

Падаю, свист в ушах, дрожь во всём теле и вот я со всей силы впечатываюсь в каменной твёрдости землю, даже зажмурилась в ожидании страшной боли. Но её не было и зажмуриться тоже не вышло — дух не может закрыть глаз, ибо сейчас моё тело — энергетический сгусток без определённой формы. Сложно мыслить о себе как-то иначе, когда привык иметь руки-ноги, туловище, голову.

Погружаемся всё глубже. С каждым мгновением мне всё жарче, смотреть всё больнее. Но я упрямо движусь вперёд…

Вот оно… магическое ядро мира!

Это ядро, скрытое глубоко в недрах планеты, является источником всей магии, пронизывающей Эриду. Оно представляло собой на первый взгляд округлый булыжник, поделённый на несколько секторов глубокими бороздами, его (ядра) поверхность переливалась светло-голубыми всполохами, фиолетовыми, изумрудными, алыми, цветовой фон менялся ежесекундно, калейдоскоп оттенков.

Тело ядра было испещрено древними символами, которые непрерывно двигались, формируя сложные магические узоры, я бы даже сказала формулы, но успеть выцепить хоть одну, так и не смогла. Внутри магического сердца бурлила первозданная, дикая энергия, волнами расходясь в разные стороны, проходя через моё тело и дальше, к земной поверхности. И к счастью, пока маны было достаточно много, и апокалипсис этому миру вот прямо завтра не грозил. Но… было кое-что ещё. Ядро не было целостным и там, где отсутствовал кусок, формулы сбоили, и оттого страдала пока лишь часть этого сектора, ставшая неприглядного серого цвета. Я была в курсе, что как только увядание охватит весь участок, ядро перестанет генерировать волшебную энергию совсем и…

Бум-м! Оно взорвётся. На этом Эрида прекратит своё существование. Феи говорят, что планеты не станет, а я, находясь тут, в самой сердце планеты, понимаю, что есть шанс уцелеть. Да, магии не станет, но Эрида сможет продолжить существование без неё. Проверить на практике своё предположение я в любом случае не успею, но сделаю всё, чтобы вернуть осколок. Тем более, я теперь знаю, как он выглядит.

Я отлетела подальше и замерла, чтобы ещё раз полюбоваться на это невероятное творение, узнать бы, чьё оно…

— Одри! — голос, такой знакомый, родной… Но как же завораживают цветные переливы, игра символов, не хочется отвлекаться от созерцания и тихого восхищения гением создателя.

— Ваша светлость! — голос погрубее, тоже почему-то дорог мне.

— Любимая! — это Лиам, да, точно он!

— Одри Йорк! — властный и требовательный… Ульриха!

Пора… мелькнула мысль, и я рванула вверх, с трудом преодолевая магнетизм этого места, чувствуя, как сложно мне даётся путь назад.

— Акх-кх, — закашлялась я и чуть было не упала на пол пещеры, но была заботливо перехвачена чьими-то руками.

— Милая, — муж прижал меня к своей широкой мускулистой груди.

— Ты что снова сделала? — над нами навис Ликон, в чёрных глазах короля полыхало пламя из гнева и.… искренней тревоги, даже страха.

— Ваше Величество! — Лиам вскинул голову и хмуро посмотрел на Его Величество.

— У неё кровь из носа и глаз, — рявкнул Ульрих, — ты хочешь сказать, просто так появилась?!

— Кровь? — приглушённо ахнула я, пришло понимание в моё заторможенное восприятие, что муж всё это время аккуратно прижимал к моему носу какую-то тряпицу.

— Воды, — уже спокойнее приказал король, и ему мигом подали фляжку. — Выпейте, Ваша светлость, — мужчина снова перешёл на "вы" и смог справиться с эмоциями, спрятав их под свою бесстрастную маску. — Я вас держал своей силой, и слава Всевышнему, вы откликнулись.

— Со мной всё в порядке, — прогнусавила я, высвободилась из кольца рук супруга и села, сама вытерла кровь под носом и на щеках. — Мне нужно наполнить источник, в нём пусто. Выжат досуха, — констатировала я, заглядывая в себя.

— Что вы делали, леди Одри? — повторил вопрос Ликон, присев напротив меня, ищуще заглядывая мне в лицо.

— Я искала ответ.

— Не хотите говорить? — нахмурился пуще прежнего Его Величество.

— Лора, подай, пожалуйста, пергамент и карандаш, — вместо ответа сказала я.

Соблазнительница вынула из своей сумки требуемое и протянула мне. Убрав в сторону окровавленное полотенце, начала рисовать.

— Вот так выглядит осколок, — показала сидевшим вокруг меня воинам, кажется, все ребята были тут.

— Ты снова рисковала собой, Одри! — Лиам осуждающе поджал губы, хотел добавить, но не стал устраивать разборки при стольких свидетелях.

— Так-так-так, позвольте внимательнее рассмотреть? — Кемпбелл протянул ко мне руку, и я вручила ему набросок. — Это упрощает задачу. Спасибо вам, леди Одри, — слегка поклонился он, после чего передал лист пергамента дальше.

— Ваша светлость, займитесь своим источником, потом отдохните и затем начнём, — распорядился Ликон, резко встал, делая знак бойцам разойтись по своим местам.

— Как ты там говорила о раббате Нолане? Служа другим, расточает себя? На себя посмотри, далеко не ушла! Нет, ты во главе! — прорычал Лиам, а потом как-то резко сдулся и сгорбился. — Без тебя меня не будет, Одри. Прошу тебя, думай хоть иногда о себе.

Я молча прижалась к нему и крепко поцеловала, вкладывая в свои действия всю свою любовь, сдержанную, но оттого не менее глубокую.

— Не спеши умирать, любимый мой. Даже без меня нужно будет найти силы и жить дальше. Нет ничего прекраснее жизни. А смерть… она никуда не денется.