Одри, герцогиня Йорк

Глава 52

Я, как загипнотизированная, смотрела на артефакт-ловушку не в силах совершить и шагу.

Рядом со мной никого не было. В этом деле группа поддержки совершенно лишняя: никто, возможно, только Ульрих или старые Хранители смогли бы "нырнуть" в память злобного Гедо Сурейха… Но на данный момент поблизости ни одного подходящего кандидата.

Стоит признаться самой себе: я боюсь. Испачкаться настолько, что отмыться уже не смогу. Как там говорилось в пророчестве?

Придёт она, посланница богов,

Сквозь тысячи дорог, сквозь сотни воплощений…

Шаг первый и второй, за ним последует и третий…

И снова боль, и кровь рекой, и снова страшный бой…

Не хочу крови и битв тоже. Мой удел мастерить артефакты, облегчая жизнь людям. Я хочу видеть мирное небо над головой, хочу, чтобы дети не знали горестей. Но, увы, без осколка магического ядра этот мир обречён. Потому придётся поступиться своими желаниями и сделать, что должно.

С трудом оторвав взор от ловушки, подошла к окну, отомкнула задвижку и распахнула створку: передо мной как на ладони лежал Друидор, город спал и видел сны, за ним плотной стеной возвышался Заворожённый лес. На небе ни облачка, ярко светила луна, подмигивали звёзды. Летний ласковый ветерок ворвался в помещение и мягко поцеловал меня в щёки, пригладил волосы и полетел дальше. Царство безмятежности, где правят любовь, дружба и верность. Во всяком случае, люди, живущие на моих землях, стремятся именно к этому. Сто пудов я идеализирую человеческую природу, но ведь мечтать не вредно, не так ли?

— Ладно… ладно… — выдохнула я, вернулась к столу, подхватила ловушку и третью часть артефакта, сложила их в сумку и решительно вышла в коридор.

Добралась до башни, закрылась на ключ в своей комнате, отодвинула шкаф и отправилась дальше по потайному ходу… Крышка люка отлетела в сторону, и я вылезла наружу, на освещённый лунным светом пятачок земли. Варлаки уже ждали, готовые сопроводить меня куда угодно.

— Далеко не пойдём, — улыбнулась Чёрному, погладила его по покатому лбу и взобралась на широкую спину. — Отвези меня туда, где я впервые столкнулась с феей.

— Р-ра.

Потребовалась всего пара минут и вот мы стоим неподалёку от того самого дерева, рядом с которым Даррен разместил горшочек-ловушку.

— Хорошо, — сама себе кивнула я, спешилась и, подойдя к шероховатому стволу, села на траву, устилавшую землю густым ковром.

Хорошее место. Здесь я получила силу, благодаря которой смогла так много сделать для своих людей.

Размяла шею, прокрутила суставы рук и плеч, после нахлобучила третью часть сложного артефакта, название он тоже носил неказистое — считыватель, эдакий серебряный горшок, на голову. Положила на колени артефакт с заключённой в него сущностью и выдохнула, мысленно собираясь с духом.

Мои варлаки взяли меня в кольцо, готовые защищать свою хозяйку, пока я буду работать с воспоминаниями древнего колдуна.

Кивнув им в знак благодарности, нажала на кнопку в центре шлема, затем активировала печати, выгравированные на ловушке, и приготовилась принимать информацию. Закрыла глаза, у меня всего минута, пока оба артефакта синхронизируются, чтобы сосредоточиться на предстоящей непростой задаче…

Вдох-выдох… Один… два… три…

Начали!

Громкий щелчок — и вот я парю в чёрной пустоте, тут было жутко холодно, невольно застучала зубами, усилием воли удалось взять себя в руки и прислушаться. Сначала тишина показалась абсолютной. Через минуту, когда я подумала было, что считыватель не работает как положено, громыхнуло так, что заложило уши:

— Кто ты?!

Я не сразу пришла в себя, вроде простой вопрос, но заданный с такой лютой ненавистью, что я невольно растерялась. Сжав ладони в кулаки, решила промолчать.

— Ааа… Ты ли это, Легион? Чего хочешь, тварь? — требовательно вопросил всё тот же мужской, полный неприкрытой злобы голос.

Перед моими глазами тьма постепенно истончилась, и я смогла рассмотреть, где же очутилась.

— Мне нужно совсем немного, — спокойно ответила я, — только узнать, где врата?

— А зачем тебе? — фыркнуло существо и я, наконец, увидела Сурейха — колдун завис в паре сотнях метров от меня, его серое лицо застыло в гримасе презрения, а красные без склер глаза пугали светившейся в них жаждой крови. Моей крови. — Что мне за это будет, Легион?

— Ничего, — равнодушно пожала плечами.

— Возвращайся туда, откуда пришла, — бросил Гедо и собрался раствориться.

— Жаль, если бы добровольно согласился сотрудничать, то тебе не было бы так больно, — наигранно печально вздохнула я, и, не дав ему и секунды на размышление, зачитала:

— Ladur o saisa sha meruk. Erdo Gedo Sureikh bioksha laosim…

— Что ты там бормочешь?! — проорал Гедо, рванул ко мне, но врезался со всей дури в невидимую стену, вдруг возникшей между нами, а я, не спеша, продолжила зачитывать древнее заклинание.

Символы, нарисованные на моём шлеме, сияли всё ярче, я ощутила, как в центре груди разгорается солнце. Нестерпимый жар стремительно охватывал каждую клеточку моего тела, и пусть оно (тело) было эфирным, но боль оказалась вполне реальной.

— Duu! — выкрикнула я, собрав всю свою волю в кулак, непрошенные слёзы потекли по щекам, оставляя высохшие солёные дорожки.

— Тварь! Мра-азь! — орал Сурейх, которого охватило синее пламя, магический огонь, созданный заклинанием, вгрызался в его кожу, шёл дальше до самых костей. Чародея корёжило, сжимало и выгибало, он уже не кричал, а просто беззвучно раззявив рот, смотрел точно на меня.

Мне не было жаль колдуна — он заслужил то, что вскоре с ним произойдёт. Дело в том, что Гедо сейчас мучительно умирает. Он исчезнет навсегда, не сможет отправиться на перерождение, энергия, которой полна его душа, растворится в магическом фоне этого мира. А убиённые им невинные люди наконец-то обретут покой.

Жесточайший из возможных приговор, который я ему вынесла и сама же привела в исполнение.

Белый ослепительный свет заполнил "тело" Сурейха…

Секунда, вторая… и тёмный маг буквально взорвался на мелкие частицы, ослепив и полностью меня оглушив.

И в то же мгновение, как только меня коснулись первые "капли" того, во что превратился дух Гедо, перед моими глазами встали картинки из его жизни. Я старалась абстрагироваться, не воспринимать близко к сердцу то, что видела. Но как же было тяжело.

Сурейх когда-то тоже был ребёнком, и то, что вытворяли с ним его родные отец и мать никак оправдать не выйдет! Вот кто посадил то чёрное зёрнышко в душу ребёнка. Вот откуда берёт начало та дикая злоба и жажда поработить всех на земле. В итоге Гедо Сурейх стал психически нездоровым колдуном.

И свихнувшийся маг, убив родителей, тем не менее продолжил изыскания своего чокнутого отца. Тёмный гений с неограниченными возможностями. Сурейхи были богаты, купить рабов, принести их в жертву — раз плюнуть.

Перед моими глазами пролетали ужасные картины, и всё это с точки зрения самого Гедо: я чувствовала его наслаждение мучениями людей, как он упивался властью над ними.

Лица детей, женщин, стариков, молодых, но в край измождённых мужчин, прорубавших каменные стены, чтобы прогрызть путь в сердце горы…

Каждый звук, каждый вздох, каждый стон — всё отпечаталось в памяти изувера, как кровавый след на свежем снегу. Сурейх не ощущал вины или сожаления, лишь безмолвное удовлетворение. Он знал, что ритуал, многажды повторённый, приведёт в его мир истинного бога. И станет он его последователем, укажет неразумному человечеству путь к истине. Чёрная магия требовала всё больше жертв. В итоге сосудов, с запечатанной в них заговорённой кровью, стало слишком много и часть пришлось спрятать до поры до времени, ибо они могли однажды пригодиться…

Поток воспоминаний Гедо Сурейха я решила оборвать сразу же, как узнала то, что мне было нужно и, взяв себя в руки, резко сдёрнула с головы шлем, отбросив его далеко в сторону.

— Ар-р! — простонала я, качнулась вперёд и опорожнила желудок.

Противно, боже, как же мне плохо! Бессильно завалилась набок, замерла неподвижно.

— Теперь ты з-знаеш-шь, маленькая Одри, куда вам идти… — я с трудом разлепила свинцовые веки, и увидела над собой зависшую фею.

— Гора Пало… — выдохнула непослушными, дрожащими губами. — В её недрах на одном из уровней спрятаны кувшины с кровью сотен людей. Там же, только куда дальше, мы отыщем врата в бездну.

— Одри, ес-сли ты пойдёш-шь туда одна, ты ос-станеш-шься в мире демонов навс-сегда… — шепнула фея, пыльца с её крыльев упала мне на грудь, а затем и на лицо. Я почувствовала, как тиски мучительной тоски и сожаления о тех, кого убил Сурейх, сжимавшие сердце, чуть разжались. — Открыть проход с-с нашей с-стороны теперь не проблема. Но его ещ-щё необходимо будет з-закрыть…