Одри, герцогиня Йорк

Глава 29

— Шааста кронэ, а-хоироста. Дуу! — выдохнула я, активируя главную печать, которую нарисовала на лбу Лоереи собственной кровью.

Сила послушно потекла из средоточия по венам, тепло разлилось по всему телу. Я закрыла глаза, потому что мне не нужно было смотреть привычным зрением, работать я буду как маг-хирург, и скальпель мой — магия.

Все проблемы отошли на задний план. Полная отрешённость от реальности — залог успеха в таком непростом деле, как человеческий мозг.

Слой за слоем я проникала в голову Лоереи. Увы, заглянуть в её воспоминания и отделить зёрна от плевел мне было не дано, читать мысли — колдовство иного плана, доступное разве что богам. Тёмных сгустков оказалось так много, что мне стало страшно. А ведь это всё эмоции, плохие, скопившиеся за всё время её существования не только в качестве Хранительницы, но и в тот промежуток, когда Лора была живой. Жалость сжала сердце, но я вовремя взяла себя в руки и начала собирать чёрные "виноградины" в свою "корзину", где они растворялись без следа, избавляя женщину от призраков прошлого.

Будет ли Лоерея мне благодарна за это?

У меня не было ответа. Она, так или иначе, ничего уже не вспомнит, потому я должна постараться, чтобы её жизнь стала куда счастливее прошлой. Взяла на себя ответственность? Выходит, что да.

Среди тёмных страшных, колючих, причиняющих почти физическую боль, клякс неожиданно мелькнули светло-серые, при соприкосновении с ними я почувствовала грусть, но тихую, без боли. Оставить? Почему бы и нет?

Нырнула глубже, ощущая, как под действием моей целительской магии истаивают чёрные сгустки, оставляя после себя щемящую пустоту.

Краем глаза заметила что-то странное, непривычное. Разноцветные всполохи! Метнулась в ту сторону, а добравшись, замерла в нерешительности: маленькие цветные пузырьки были словно живые.

Приятные воспоминания или нет? Навряд ли плохие, настолько они яркие.

Я снова рискнула и оставила.

И работа продолжилась, я шла дальше…

Ульрих внимательно следил за замершей герцогиней.

Невысокая, угловатая, порывистая и совершенно непредсказуемая при том, что весьма рассудительная. Рациональная. Вот уж никогда бы не стал использовать это слово, чтобы охарактеризовать девушку.

Ей скоро семнадцать, но она рвала все сложившиеся шаблоны: никаких пустых движений, слов, всё чётко по делу, при этом Одри Йорк однозначно продумывала свои шаги, умудряясь следовать интуиции. Как такое возможно?

Фея сказала "сотни воплощений". И сейчас, глядя на то, что делает Одри, оставшиеся сомнения полностью исчезли: перед ним стоял искусный целитель, мастер с большой буквы, способный делать вещи, которые ему неведомы. Он всегда брал количеством, мощью, нахрапом, а герцогиня работала тонко, филигранно.

Леди Бакрей сидела в кресле и вязала какой-то шарф, нет-нет, поглядывая на свою подопечную и стоявшего неподалёку короля. Дуэнья отчётливо видела интерес Ликона к юной герцогине, он изучал её, взвешивал, делал выводы и точно знал, что Её светлость никоим образом нельзя упустить. И давить Ульрих тоже не станет. Старый король умён, хитёр и терпелив. Он непременно дождётся.

Элее очень хотелось, чтобы её девочка стала самой счастливой! Потому она старалась хотя бы отчасти быть полезной для Одри: следила и подслушивала за всеми в доме и после докладывала герцогине. Девушка была в курсе всех сплетен замка начиная от кухни, заканчивая делами управляющего Ховарда.

Леди Бакрей нравился Лиам Кенсингтон, но также она была в восторге от Ульриха Ликона. А то, как он лихо обставил Карла, восхитило старую леди сверх всякой меры! Ульрих показал себя прекрасным стратегом.

А молодой граф пока ничем особо не выделялся, разве что стал молчаливой поддержкой для Её светлости. Любил ли он малышку Йорк? Да, безусловно. Лиам смотрел на девушку глазами, полными обожания: такое не сыграешь, это либо есть, либо нет. Но он также служил своему дяде, герцогу Кемпбеллу, и кто знает, какие клятвы давал?

Символы, нарисованные вокруг Соблазнительницы, налились голубым свечением, знаки, изображённые на её раскрытых ладонях и ногах, запульсировали. И вдруг совершенно неожиданно все они разом вспыхнули, настолько ярко, что на глаза навернулись крупные слёзы. Тело Лоры выгнулось, будто в него ударил разряд молнии, а после оказалось заключено в мерцающий кокон, внутри него остались лишь руки малышки Йорк, которые она держала прижатыми к голове Соблазнительницы.

Проморгавшись, отерев платочком солёную влагу, дуэнья всё же отложила вязание и встала, чтобы подойти поближе. Любопытство взяло верх.

— Uoriara, moshu-hi Duu! — выдохнула бледными устами Одри, и плёнка, окутавшая Лору, медленно истаяла, полностью впитавшись в кожу бессознательной женщины.

— Я сделала всё, что смогла, — прошептала герцогиня и чуть покачнулась. Ульрих мигом очутился рядом с ней и подхватил её на руки.

Леди Элея же посмотрела на Лоерю, лицо которой, под действием магии, приобрело привычный оттенок, на высоких скулах проступил нежно-розовый румянец, послышалось лёгкое дыхание, затрепетали ресницы.

Тем временем Ликон положил свою драгоценную ношу на кровать, вскинул свои руки и влил в средоточие герцогини изрядную порцию живительной энергии.

— Спасибо, Ваше Величество, достаточно, — улыбнулась я королю и села. Нашла глазами свою хранительницу, сладко спавшую на твёрдом столе. — Я побуду с ней, когда очнётся, хочу, чтобы именно меня она увидела первой.

Женщину переложили на кровать, я устроилась в кресле рядом и принялась ждать. Ульрих и леди Элея отправились по своим комнатам.

Через четверть часа неподвижного сидения, когда я чуть не уснула, решительно встала и переместилась за стол, на столешнице не осталось и следа от выгоревших символов. Подхватила чистый лист, вынула из кармана свой карандаш и принялась записывать.

— Типографский станок. Собственные учебники и книги, — прикусив губу, вывела первую строчку. — Подготовка нескольких партий вакцины от мора в дар для всех жителей Аскалы. Через три года предстоит ревакцинация, вот тогда и Ульрих, и Карл пусть покупают так нужное им лекарство. Оружие для воинов-магов и простых солдат. Доспехи.

Прикусив кончик языка, исписала весь лист, перевернула и продолжила.

Конфигурация брони, хм-м…

Огнестрел?

— Магострел, — хихикнула я, рисуя набросок будущего пистолета.

Порох. Я знаю, как его делать. Стоит ли овчинка выделки? Приносить в этот мир такую вещь?

Закусив губу, откинулась на спинку стула, подняла глаза и встретилась с фиалковыми очами Лоереи. Женщина внимательно на меня смотрела и вдруг сказала:

— Леди Одри, почему вы тут?

Неожиданно.

Медленно встала, стараясь не делать резких движений. Подошла к кровати и негромко спросила:

— Лора, милая, ты знаешь кто я?

— Конечно, это же вы угостили меня той, такой сладкой медовой булочкой! Меня выдернули из вязкой тьмы прямо к вам, и первым делом вы пригласили к столу… М-м… Мягкая, как пух, выпечка, горячий ягодный взвар. Такое невозможно забыть! — покачала головой она, глядя так доверчиво, будто ребёнок.

Простое человеческое гостеприимство оставило в душе Лоры яркий след. Вроде стоит удивиться, но жизнь, она такая, состоит не только из масштабных событий, но ещё складывается из множества, казалось бы, незначительных мелочей.

— А что ещё ты помнишь? — я налила в стакан воды и протянула хранительнице.

— Я ваша защита. Часть артефакта Йорков.

— Интересно, — хмыкнула я, значит, свои основные обязанности она не забыла. — Расскажи всё, и хорошее, и плохое. Мне нужно знать, что творится у тебя в голове, уж прости, это не только ради твоего здоровья, но и научный интерес.

Присев рядом с ней, дождалась, когда Лоерея утолит жажду, после чего она приступила к своему рассказу.

Как оказалось, женщина помнила совсем немного. Первую встречу со мной, некоторые моменты из детства, размытые образы родителей, знала, что отдала душу и стала частью могущественного артефакта, почему так поступила, не ведала; свои обязанности, как хранительницы, чётко перечислила, и умения тоже. Помнила свои полёты и рассказывала о них с улыбкой на устах. Навыки чтения и письма остались при ней, как и держать ложку, и в принципе ухаживать за собой.

Я удовлетворённо кивнула.

— Отдохни, тебе нужно поспать, — сказала я поднимаясь. — Ни о чём не переживай. Я не могу обещать, что всё и всегда будет хорошо, но в любом случае мы сильно постараемся, чтобы не было плохо.

Лоерея кивнула и послушно прикрыла веки. Я тихо вышла из её комнаты и тут же натолкнулась на Лиама, стоявшего напротив двери.

— Как она?

— На удивление лучше, чем я думала.

Мы пару секунд смотрели друг на друга, боясь заговорить.

— Ты же помнишь, что завтра выходной?

— Работы много, — покачала головой я.

— Ты дала обещание, что ничего не будешь делать, — улыбнулся мужчина, — потому позволь пригласить тебя на берег Риннира.

— Свидание? — невольно улыбка сама наползла на лицо.

— Да, Ваша светлость, — Лиам вдруг загадочно мне подмигнул, и глупое сердце сладко сжалось. Ох, ну что же мне со всем этим делать?

— Хорошо, устрою себе отдых, — кивнула я решаясь.

— И я тоже с удовольствием составлю вам компанию, — из-за угла вывернула леди Элея, — погрею старые кости на солнышке.

Лиам поморщился, будто лимон проглотил, но возражать не стал.