Одри, герцогиня Йорк

Глава 26

— Даррен, как идут дела с линзами для подзорных труб? — спросила я своего главного артефактора.

Совещание проходило обязательно, в конце недели, мы обсуждали объём выполненной работы, проблемы, которые не желали решаться, а затем я подводила итоги и давала задания на следующую рабочую шестидневку. По воскресеньям, на местном "сондо", люди, работавшие на моих заводах, отдыхали, кроме тех, кто привык пахать не покладая рук, и у кого горели сроки.

В этот день мастера могли пойти в город, посетить торжок, с утра собраться группой и отправиться к реке Риннир, что текла недалеко от третьего засеянного поля; молодёжь неизменно сопровождали мои варлаки. Иногда к смельчакам присоединялись и горожане, но с целью порыбачить. Вот только к четырём вечера все они были обязаны вернуться в Друидор, поскольку с наступлением ночи в Заворожённом лесу даже под охраной варлаков становилось опасно.

Это меня феи терпели, но вот ко всем остальным относились почти так же, как и всегда — с предубеждением.

Раббат Нолан плотно занялся лечебницей и школой. На открытие последней я выступила с заготовленной речью, а затем рассказала сказку. Людям так понравилось, что они настойчиво попросили поведать им ещё что-нибудь подобное.

— Вы даже не представляете, Ваша светлость, как все — от мала до велика ждут вас! И надеются услышать новые, захватывающие истории. И я, между прочим, тоже! — искренне заявил священник, когда пришёл уговаривать меня не отказывать народу в их маленькой просьбе.

В итоге мне приходилось искать в своём плотном графике пару часов раз в три дня, чтобы рассказать друидорцам какую-нибудь сказку из своего мира. Люди слушали, открыв рот, удивляя меня: вот как, живя бок о бок с волшебным лесом, иметь столь неразвитое воображение? А их узкий кругозор просто убивал! Хотя, а когда им мечтать? Всё их время занимала тяжёлая работа, направленная на банальное выживание.

В результате у меня в голове созрела идея: создать театр теней или кукольный, неважно какой именно, но он поможет, даст толчок к развитию фантазии.

Первая часть совещания закончилась, и я, дождавшись, когда мастера разойдутся, убрала бумаги в ящик стола, и встала. Леди Бакрей, заметив, что я освободилась, сказала:

— Милая, ты иди, я догоню, вот только довяжу этот ряд.

— Хорошо, буду ждать вас внизу, — ответила я и вышла из кабинета. Но не успела дойти до лестницы, ведущей на первый этаж, как была перехвачена Лиамом.

— Одри, — мужчина заглянул мне в глаза. Свет из окна падал на наставника, подсвечивая его серо-голубые бездонные очи. Мы стояли непозволительно близко, я чувствовала его тёплое дыхание на своём лице. — Ты себя в зеркало, как давно видела?

— Что? — с трудом сосредоточилась я на его вопросе, суть которого отчего-то ускользнула.

— У тебя тёмные круги под глазами, между бровями не сходит хмурая морщинка. Ты снова пытаешься объять необъятное? Ты обещала не надрываться…

— Да, точно, делегировать. Но кому я поручу создать театр для детей?

— Неужели это сложнее, чем смастерить «подзорную трубу»? Оглядись вокруг себя: кто обладает нужными организаторскими качествами, сильным характером?

— Эм, — запнулась. — И воображением, — задумалась я и не сразу обратила внимание на собеседника, который недвусмысленно положил свои руки мне на талию.

— Одри, — шепнул он, — могу я украсть у тебя?..

— Почку?

Маг опешил на секунду, а потом тихо рассмеялся и шепнул:

— Поцелуй!

И пока я соображала, перескакивая с мысли о том, кого назначить на пост руководителя кукольного театра? На странный вопрос Кенсингтона.

Он взял да и перешёл от слов к делу.

Губы Лиама замерли в миллиметре от моих… От мужчины едва уловимо пахло костром, полевым ветром и сталью. Сногсшибательный аромат.

Глупое сердце замерло, а потом сделало кульбит и гулко стукнулось о грудную клетку, а затем ещё и ещё, стремясь прорваться, словно птица, на свободу.

В этот момент время будто остановилось.

В ушах зашумела кровь, из головы мигом вымелись все мысли.

!Томительное ожидание! Секунда, как сотня лет жизни…

И наконец-то он меня поцеловал…

Мир вокруг сузился до единственного человека, имевшего для меня на данный момент самое большое значение — граф Кенсингтон, мой искуситель, моя мечта, от которой я так и не смогла отказаться.

Мягко, будто боясь спугнуть, Лиам коснулся моих губ своими, также невесомо продолжая держать меня за талию. Вдоль моего позвоночника побежали предательские мурашки, колкие… волнительные… Я, судорожно вздохнув, придвинулась к нему плотнее, схватилась за широкие плечи, чтобы не упасть, и ответила на поцелуй. Кенсингтон, что-то глухо прорычав, молниеносно впечатал меня в себя, и, уже не сдерживаясь, углубил поцелуй, сводя с ума, заставляя трепетать всё моё нутро…

Переживания о грядущем апокалипсисе, о том, что я ничего не успеваю… всё отлетело куда-то далеко-далеко.

В целой Вселенной были только он и я. И наш первый поцелуй.

— Выходи за меня замуж, Одри Йорк. Обещаю, я сделаю тебя самой счастливой на земле, не дам тебя в обиду, — прижавшись к моему лбу своим, выдохнул он, с трудом от меня оторвавшись.

— Я…

— Леди Одри! — голос дуэньи раздался весьма вовремя, впрочем, как всегда.

— Подумай. Не спеши. А я подожду, — Кенсингтон с трудом сделал шаг назад, увеличивая расстояние между нами, и, бросив на меня полный надежды и страсти взгляд, развернулся, чтобы вскорости исчезнуть за поворотом.

— Предложение сделал, шельмец такой? — беззлобно уточнила леди Элея, останавливаясь рядом со мной. — Знает же, как тебе непросто.

— Не вовремя всё это, — тихо заметила я, коснувшись дрожащими пальцами своих припухших губ.

— Что "это"? — уточнила компаньонка.

— Любовь.

— Она не бывает "не вовремя", милая моя девочка. Она всегда к месту. Ты должна понимать, что любовь, чистая, настоящая, сметёт на своём пути любые преграды.

— Звучит не слишком воодушевляющее в свете того, что нам предстоит. Сложно будет, если я его потеряю. Или он меня.

— Зато либо тебе, либо ему будет что вспомнить.

Я молча кивнула и, подойдя к окну, посмотрела в окно на город внизу. Лиам рассказал свою историю о том, как получил ту страшную рану. На войне с Нарголой он попал в ловушку, где на него напали сразу несколько противников с двумя магами во главе. Кенсингтон смог их одолеть, чуть не погибнув. Сказать родным, что стал неполноценным, так и не смог: подобное признание равно самоубийству — это лишение всех привилегий, что даются магу, резкое уменьшение доходов, списание Кенсингтона со всех счетов, удаление со службы. И чем ему заниматься? Предложение двоюродного дяди, герцога Кемпбелла сопроводить малышку Йорк до Друидора оказалось созвучно его планам. Ведь Кенсингтон и сам собирался искать встречи с феями, попытать удачу — поймать одну из них и загадать желание. А чтобы подстраховать, прежде всего себя, любимого (на этом моменте я едва не рассмеялась, но прозвучавшую откровенность оценила), нанял наёмников. Если бы с феями не выгорело, то оставалось ещё два варианта.

Первый. Шанс, что благодарная ему девица, то бишь я, став целительницей, бесплатно зарастит рану и исцелит источник — был большим. За моё сопровождение и наставничество, если я вдруг стану светлым магом, Кенсингтону обещали прилично заплатить — приятный бонус.

Второй. Ульрих. И переход в Ликонию недалеко от Друидора. Выполнив роль охранника малышки Йорк, Лиам мог продолжить путешествие и обратиться за помощью к Ликону. Вопрос в другом: захотел бы Ульрих его подлатать? Более-менее изучив характер короля, я бы сказала: пятьдесят на пятьдесят.

Вполне реальный план, кстати.

Обед закончился и мы продолжили совещание.

— Леди Одри? — голос мастера Жозера вырвал меня из недавних воспоминаний.

— Простите, — виновато улыбнулась я, — что-то витаю где-то и никак не могу собраться. Вы не могли бы повторить?

— Первая партия вакцин для Ликонии готова, — послушно повторил старик. — Вам бы отдохнуть, леди Одри, — вдруг добавил он, по-отечески на меня посмотрев, остальные согласно закивали.

— Да-да, вот в грядущий сондо думаю ничем не заниматься, — народ с сомнением на меня покосился, — обещаю, — будто сдаваясь, вскинула руки.

— Раз вы пообещали, значит, слово сдержите, — довольно прогудела Мадам.

— Мадам… — я резко обернулась к комендантше общежития неистинных, та от моего движения едва заметно вздрогнула.

— Д-да, ледюшка? — опасливо уточнила она.

— Найдите мне того, кто смог бы подойти на должность руководителя театра. Активного, целеустремлённого, ответственного, чтобы ему дважды не приходилось повторять задачу. Грамотного.

— Задачка, однако, — задумчиво нахмурив широкие брови, пробормотала женщина. А я, переложив эту заботу на чужие плечи, облегчённо выдохнула.

— Дорогие мои артефакторы, — хлопнув ладонью по папке, которая лежала передо мной всё это время, пододвинула её к вопросительно посмотревшим на меня мужчинам, — вот вам задание — изучите эти чертежи. Мне нужно, чтобы вы нашли решение поставленной перед вами задачи.

— Какой именно? — уточнил Даррен, пододвигая документы к себе поближе.

— Оружие, — как бы мне ни хотелось, но в связи с грядущими событиями, я не могу оставить простых воинов совершенно беззащитными. — А также магически усиленные доспехи. Только не из железа, а из красных кораллов, что предоставит нам Его Величество Ульрих. Материал лёгкий, но прекрасно выдерживающий магические и физические нагрузки.