Одри, герцогиня Йорк

Глава 23

— О чём вы хотели поговорить?

— Мои земли являются частью королевства Аскалы, — начала я, Ульрих кивнул, ожидая продолжения. — Вы намекали, что Карл Третий вам должен, и весьма.

— Да, так и есть, не буду делать из этого тайну, раз уж мы, как вы верно выразились, в одной лодке, — пожал плечами король, — я помог вашему сюзерену в сложный период противостояния с Нарголой.

Я секунду помолчала, подбирая слова, вот ведь! Готовилась, целую речь отрепетировала, а в нужный момент в голове какая-то ерунда.

— В общем, — смело, не мигая, посмотрев в чёрные глаза собеседника, выпалила: — Не могли бы вы выкупить Йорк?

— Что? — мужчина явно не сразу понял, о чём я. Но с каждой секундой на благородном лице короля проступало понимание, — а потом я должен буду отписать вам бумагу о назначение ваших земель свободными?

— Да, автономными. Вы всё правильно поняли, — кивнула я, ни на секунду не сводя глаз с Ульриха.

Мы расположились в открытой карете, я и леди Бакрей на одном сиденье, гости — напротив.

— Я так понимаю, вы готовы чем-то заплатить? Но не секретами производства стекла?

— Кое-чем интересным, но не технологией изготовления стекла.

— Это что-то настолько дорогое, отчего вы уверены, что я подарю вам Йорк?

— Во сколько вы оцениваете благополучие ваших людей, живущих в Ликонии?

— Превыше своего, — сказал, ни на секунду не замешкавшись, Его Величество. Значит, не солгал. — Я всё сделаю, чтобы моя страна процветала. Любыми методами.

"Оно и заметно", — подумала я про себя, хотя раньше полагала, что он в большей степени преследует какие-то свои цели.

— Зачем вам браслет? — я закатала рукав платья, демонстрируя артефакт с тремя подвесками, весело качнувшимися в такт движению.

— Три хранителя активны, — не спросил, констатировал Ликон-старший.

— Да.

— А где же очаровательная Лоерея? — хмыкнул он, с трудом отведя взор от моего запястья.

— Где-то, — беспечно ответила я, — дел хватает, а рук мало. Возможно, на кухне помогает, а может, в комнате убирает.

— Что? — в который раз опешил Ульрих. — Да вы издеваетесь! — заметив мои блестящие от едва сдерживаемого смеха глаза, король вдруг громогласно расхохотался, так сказать, от души, чуть запрокинув голову. Идущие по улице горожане недоумённо глядели нашему кортежу вслед. — Честно скажу, давно я так не веселился и не удивлялся. Вы невероятный человек, Ваша светлость… Браслет ваш, кроме того, что даёт могущественного помощника, может убрать последствия негативного влияния красной воды, тем самым способствуя увеличению магического средоточия. Я хотел увеличить своё ещё немного с помощью вашего артефакта.

— То есть вы уже пили из Ока? — склонив голову к плечу, уточнила я.

— Один раз и почти столетие назад. Чуть не помер, едва выкарабкался, полгода валялся скелетом, даже ходил под себя, — просто и без смущения поделился он частью своего прошлого. — Но всё же выжил. И стал тем, кем являюсь сейчас.

— У вас очень большое магическое ядро.

— Откуда вы это знаете? — тут же прищурился мужчина.

— Это был вопрос, — поправилась я, чуть не прикусив себе кончик языка от досады. Болтушка!

— Пять моих кулаков. Стандартно у истинных два, наложенных друг на друга, вы наверняка в курсе.

— Знаю, — кивнула, задумчиво покосившись на молчаливого Бернарда. — Вы тоже хотели бы рискнуть с красной водой?

— С поддержкой браслета, да. А так — нет, увольте. Рисковать всем, и душой тоже — это слишком высокая цена за могущество, при этом я останусь смертным, пусть и почти непобедимым.

— "Почти" всё портит, м-да, как всегда, — криво улыбнулась я. — Но я не планирую пить что-то, чтобы увеличь средоточие. Зачем? Есть иные пути развития, — пожала плечами я, закрыв артефакт рукавом, после чего расслабленно откинулась на спинку сиденья.

— И вы не скажете, что это за пути? — зацепился за последнюю фразу принц.

— Скажу… Потом. Итак, Ваше Величество, что насчёт "сделать мои владения свободными"?

— Покажите для начала, что готовы предложить взамен? — скрестил мощные руки перед грудью он.

— Питер, правь в Заворожённый лес, — окликнула возничего. Тот, понятливо приподняв шляпу, стегнул лошадей, ускоряя ход экипажа.

Мимо Северных ворот, мимо моих двух заводов, на которые мужчины глядели и чуть ли не облизывались, но вопросов не задавали, плюсик им в карму. По проторённой дороге, среди могучих древних сосен, дубов, разлапистых елей, странных деревьев с толстыми ветвями и почти без листьев, называемые здесь свэры, мы катили вперёд, к первому полю с нашей пшеницей. Сейчас она находилась в стадии стеблевания.

Мы спустились на землю и подошли к самой кромке зелёного моря, что колыхалось на весеннем тёплом ветру. Отовсюду слышалось жужжание и стрекот насекомых, пение птиц и треск сучьев под ногами моих варлаков, охранявших посевы. Пахло плодородной почвой и волшебством.

— Это ведь просто пшеница, — когда экипаж остановился, заметил очевидное Бернард, разочаровано скривив губы, а вот его отец задумчиво молчал, внимательно оглядываясь.

Я тоже не спешила что-либо говорить, просто наслаждалась природой и каким-то душевным равновесием, которое непременно находила тут, в Лесу, рядом с пшеницей, нашей кормилицей.

— Отец, почему молчишь? — удивлённо покосился на него Его Высочество.

— А что второе? — повернулся ко мне Ульрих. Он всё понял. И уже почти был согласен на мои условия.

— Лекарство. Точнее, вакцина от мора. Мы привили весь Друидор и многих в деревнях. И теперь никому из нас не грозит чёрная хворь ближайшие три года.

— Я завтра же отправлюсь в Альвер, леди Одри. Карл не посмеет мне отказать. Герцогство Йорк вскоре станет только вашим.

— Н-но, отец… — растерялся Бернард, и Ульрих, сжалившись над сыном, пояснил:

— Эта пшеница выросла на почве Заворожённого леса, неужели ты не чувствуешь, Бер, её силу? Люди, которые будут есть приготовленную из неё кашу, хлеб, станут крепче, дети родятся здоровыми и смышлёными.

Принц снова повернулся к посевам, на этот раз он закрыл глаза и будто бы к чему-то прислушался.

Я же сделала несколько шагов назад, чтобы не мешать, и наткнулась на чьё-то крепкое тело. Лиам. Мужчина незаметно коснулся моей ладони, и глупое сердце тут же сделало кульбит и забилось быстрее. Так и замерли, не в силах отлипнуть друг от друга: я нашла в нём опору, он во мне — вдохновение. Тёплое дыхание Кенсингтона касалось шеи, заставляя кожу покрываться колкими мурашками. Мелодичные трели птах, поляна с изумрудными стеблями злаков, тянувшиеся изо всех сил к синему небу, словно стремясь в росте догнать деревья-великаны, что грозными стражами оберегали хрупкие растения — всё это добавляло исключительности моменту, оставляя на кончике языка пряный вкус кисло-сладких лесных ягод, грядущего жаркого лета и страстных ночей…

— Красота! Я хоть и не магичка, но тоже ощущаю, насколько это место волшебное, — провозгласила леди Элея, шустро оттесняя меня от наставника, при этом никто ничего не понял. Кроме нас троих. Ульрих обернулся к нашей троице и кивнул леди Бакрей, полностью с ней соглашаясь.

— Не знаю, Ваша светлость, как вам удалось договориться с феями и засеять всю эту площадь, но любые усилия стоили того. Кстати, а что конкретно вы для них сделали?

Мы, не спеша, вернулись к карете. Ульрих подал руку сначала старушке, затем мне, поступив правильно, пусть и не по этикету. По социальной лестнице моё положение было значительно выше леди Бакрей, но по человеческим меркам старость заслуживала глубочайшего почтения. И я была рада, что Ликон поступил именно так.

— Ничего особенного: просто освободила фею из ловушки. И ничего не пожелала взамен.

— У вас стальные… хм-м, — Бернард вовремя проглотил концовку фразы, — у вас крепкие нервы, как вы удержались и ничего не загадали?

— С великим трудом, — улыбнулась я, — вы даже не представляете, как это непросто было отвернуться и уйти.

На следующее утро, подписав с королём бумаги о поставках железа, серебра и красных кораллов, мы с ним попрощались. Сразу же после сытного завтрака вся его команда отправилась вглубь королевства, в гости к Карлу Третьему. Я же надеялась, что мой сюзерен, его советник и сумасшедшая королева-мать не найдут способа отказать Ульриху.

С отбытием Его Величества я тут же направилась в Друидорскую святость: пришло время познакомиться с новым раббатом и сказать ему спасибо за помощь в спасении людей.

— Зачем вам Йорк? — недоумевал Его Величество, глядя на неожиданно нагрянувшего к нему венценосного собрата.

— Близко к моему королевству: удобное расположение, находится недалеко от перевала, смогу в Друидоре организовать большой рынок, куда стану свозить всё то, что продаётся на моих землях.

— Нам нужно подумать, Ваше Величество, — спокойно заметил Уильям, герцог Кемпбелл, — и попросить отсрочки до середины лета.

— А что такого случится с наступлением хейннира? — притворяться Ликон умел и любил, потому изобразил на лице искреннее непонимание вкупе с лёгкой заинтересованностью.

Советник и Карл многозначительно переглянулись.

— Леди Одри Йорк, возможно, станет за много лет первым истинным светлым магом. У нас только некоторые раббаторы, и те неистинные, являются лекарями-созидателями, а это, как вы сами понимаете, совсем не тот уровень.

— Я не собираюсь отнимать у вас возможности лечиться у молодой герцогини. Разве что платить будете, как положено, — широко усмехнулся Ульрих, но тут же став серьёзным, добавил: — Когда вам нужна была моя помощь, я оказал её незамедлительно, не стал тянуть до скончания веков, — вся напускная расслабленность мигом слетела с Ликона, теперь на Карла смотрел грозный правитель соседнего королевства. И могущественный светлый маг, к которому многие короли и их жёны обращались за помощью, чаще всего поправить пошатнувшееся здоровье.

В кабинете ненадолго воцарилась звенящая тишина.

— Завтра я отпишу вам герцогство Йорк, но на этом будем считать наш долг Ликонии полностью закрытым! — выпалил Карл, а Кемпбелл посмотрел на него, как на последнего дурака, но гневную тираду, рвавшуюся с языка, удержать сумел. Он ещё выскажет этому юному глупцу всё, что думает о его поспешности, но не в присутствии высоких гостей.

— Рад, весьма рад вашему решению, — широко и вполне искренне улыбнулся Ульрих. — Как подпишем все бумаги, у меня будет для вас сюрприз. Надеюсь, он вас вдохновит на великие дела!