Одри, герцогиня Йорк

Глава 27

— Леди Одри! — в кабинет влетела Берта с широко распахнутыми глазами. — Там прибыл Его Величество Ульрих!

— Ульрих? — удивилась я, вскакивая из-за стола. Сердце гулко стукнулось о грудную клетку — что-то случилось, не зря, с утра всё валится из рук, а кончики пальцев противно подрагивают.

— Они там, в главной зале…

Я, не дослушав экономку, опрометью кинулась вон из комнаты, вихрем промчалась по кабинету и чуть ли не кубарем скатилась по лестнице.

В общей зале стоял Ликон-старший и его сын. Принц держал в руках кого-то, закутанного с ног до головы в плотный отрез ткани.

— Ваше Величество!

— Одри, — прогудел Ульрих, — куда можно положить Лоерею? — мужчина был хмур и сосредоточен, глубокая складка пролегла между его бровей, губы сжаты в узкую линию.

— За мной! — не стала ничего спрашивать я и, резко развернувшись, поспешила снова наверх.

Лору уложили на кровать в гостевой комнате. Леди Бакрей, плотно закрыв за нами дверь, встала на страже, ястребом следя за двумя мужчинами.

— Что случилось? — уточнила я, откидывая с лица женщины покрывало.

— Артефакт, в который заключили Гедо Сурейха, принадлежал Аманиде Лоарн. Королева успела скрыться вместе с зеркалом. А бедняжке Лоерее не повезло, она попала под какое-то заклятье и теперь не просыпается. На остатках силы ваша помощница добралась по тайному ходу до моих комнат и вывалилась аккурат в соседнее с моей опочивальней помещение.

Я всмотрелась в прекрасное лицо, кожа стала настолько прозрачной, что просвечивала тёмные реки вен.

— Больше света! — скомандовала я, Берта, находившаяся здесь же, мигом поднесла магосветильник и поставила на прикроватную тумбу.

— Я сделал всё, что смог. Даже дал ей немного своей крови. Хранители, если хозяин слишком далеко, питаются кровью живых, чтобы им хватило маны добраться до носителя, в данном случае до вас.

Я знала об этом, потому лишь благодарно кивнула.

— Осмотрел её, но никаких физических проблем не обнаружил, ни внутри, ни снаружи.

— Я тоже её просканирую, а вы пока можете рассказать толком, что там произошло? — мой повелительный тон явно не понравился Ульриху, но он, глядя, как я осторожно убираю прядку светлых волос с лица Лоры, вдруг перестал хмуриться и ответил…

Некоторое время назад

— О каких великих делах вы вчера обмолвились, Ваше Величество? — спросил Карл Третий, как только бумаги о передаче герцогства Йорк во владение Ульриху Первому были подписаны всеми участниками сделки.

— Предлагаю сесть, — прогудел довольный донельзя Ульрих. Грамота была свёрнута и уложена в кожаный тубус, а правитель Ликонии, удобно откинувшись в мягком кресле, закинул ногу на ногу и заговорил: — Вы помните легенду о Сурейхе, призвавшем армию нечисти, чтобы собрать тысячи душ и открыть портал для своего Тёмного властелина? И битву в недрах земли за свободу человечества?

— Конечно, — удивился Карл, покосившись на странно молчаливого Кемпбелла. — Но какое отношение мы имеем к той легенде?

— Это не легенда. Быль. Первые маги, испив из источника, разделили землю и стали править. Один из них сошёл с ума, проводя эксперименты с кровью разумных. И ему открылся другой мир. Его дело продолжил наследник, Гедо, и таки отыскал путь, как именно отворить портал для своего хозяина. Битва между магами разразилась глубоко под землёй.

Ульрих сделал паузу, чтобы промочить горло вином, и продолжил:

— Демон почти прорвался в наш мир, но герцог Йорк, отколов от магического ядра кусок, я не знаю деталей, как именно это было сделано, переломил ход сражения. В итоге он умудрился забросить осколок в образовавшуюся прореху, тем самым закрыв портал и не дав демону прийти на нашу благословенную землю. А затем общими силами маги-союзники победили и Сурейха, и его армию нежити. Душу Гедо запечатали в артефакт, который потом спрятали. Но кто-то его нашёл.

— Звучит неправдоподобно, — Карл покачал головой, думая, что Ульрих окончательно спятил. Эпатажный король никогда ему не нравился.

— И этот кто-то почти освободил Гедо из его узилища. Нам нужно найти артефакт-темницу и допросить Сурейха о том, где именно находится место того самого портала.

— А зачем? — последовал закономерный вопрос молодого короля.

— Чтобы его открыть.

Ответ Ульриха наконец-то пробудил эмоции на бесстрастном лице Кемпбелла:

— Что вы этим хотите сказать, Ваше Величество?

— Магия, ты же чувствуешь, Уильям, как её мало? Ещё пару сотен лет назад было куда больше. А сейчас мне не хватает и десяти источников силы, чтобы пополнить своё средоточие.

Уильям медленно кивнул.

— Хотите сказать, что тот осколок, который Йорк закинул к демону, необходимо отыскать и вернуть?

— Если однажды ты не хочешь проснуться в мире без магии, то да.

— Если всё, что вы рассказали — правда, то зачем так рисковать? Ведь через портал к нам придёт тот, от кого мы столь рьяно защищались, — подал голос Карл. — Я сомневаюсь в разумности подобного поступка.

Но советник и Ликон будто не слышали Карла, продолжая смотреть друг на друга.

— Что будет, если не станет магов? Фей? Волшебных источников? — вопрос не требовал ответа, но герцог всё же сказал: скорее для своего ничего не понимающего сюзерена:

— Равновесие пошатнётся.

Ульриху вспомнились слова Одри:

"Ядро в сердце планеты наверняка крепко связано с определёнными процессами; если не вернуть ему целостность, то миру придёт конец. Без сверхъестественных способностей мы вполне смогли бы жить дальше: работать, растить хлеб, рожать детей. Науки и без магии прекрасно развиваются. Но… Люди пока не освоили космос, чтобы найти новую обитель где-то там, среди далёких звёзд. Потому планету, наш общий дом, необходимо спасти…"

Откуда малышка Йорк так много знает? Смысл некоторых фраз ему был понятен интуитивно, и к тому же Ульрих не стеснялся уточнять, чтобы не упустить что-то действительно важное.

Потому он, перефразировав ответ герцогини, рассказал Карлу Третьему весь неприглядный расклад.

— И кто в этот портал должен будет войти? И как его открыть? Если следовать пути Гедо, то это масштабное жертвоприношение!

— Вот поэтому нам нужен Сурейх, он наверняка подготовил что-то про запас. А войти туда следует самому сильному магу… разрушителю. И я знаю только одного такого, — Ликон посмотрел прямо на Кемпбелла. У того дёрнулась щека, и он с сомнением фыркнул:

— Мне кажется, уж простите за прямоту, Ваше Величество, вы нагло врёте!

— Если не веришь, сходи в Заворжённый лес, спроси у фей. Именно они мне всё это рассказали. И я собираюсь оповестить других королей, но тамошние маги и рядом с вами не стояли в мощи и опытности.

— Лесть? — усмехнулся герцог.

— Факт, — отзеркалил Ульрих.

— Я всё равно планировал навестить Друидор, как-никак там сейчас находится мой племянник.

— Кстати, — насмешки в голосе Ликона изрядно прибавилось, — как это вы своего родственника отправили с таким-то ранением в такую даль?

— Что? — переспросил Уильям, вскинув левую бровь. — Лиама ранили по пути в Друидор? Он ни словом об этом не обмолвился в своём последнем письме.

— И единственном, — презрительно фыркнул Карл.

— Нет. Его рана была застарелой, явно кем-то неумело подлеченной, магоисточник знатно покорёжен, и вообще, с такой дырой в груди жить ему оставалось не более полугода под присмотром неплохого лекаря. Получается, вы отправили графа Кенсингтона в опасное путешествие, потому что не жалко? Помрёт, да и ладно?

— Я впервые слышу о каком-то ранении у Лиама, — герцог даже встал, настолько его взволновало услышанное.

— Надо же, ваш племянник сумел сохранить свою проблему в тайне от всех вас. Я думал, он не особо умён, но теперь есть все основания полагать…

Что вы дураки…

Но конечно же, этого вслух Ульрих произносить не стал.

— Всё же, как замечательно сложились обстоятельства и я вовремя оказался в лесу, неподалёку от того места, где остановился кортеж юной герцогини.

— Вот, к слову, а что вы там делали? Земли эти мои, и даже не граничат с вашими, — прищурился Карл.

— Варлаков выгуливал, — усмехнулся Ульрих. — На самом деле направлялся к вам. Но пришлось поменять планы и тайно сопроводить леди Йорк до самого Друидора, раз девушка осталась совсем без охраны. Я спас и Кенсингтона, и леди Одри. И подлечил вашего родственника, он сейчас вполне здоров. Так что вы мне должны, Ваша светлость.

Но герцог будто не слышал Ликона: советник Карла усиленно о чём-то размышлял, но его молчание длилось всего несколько секунд.

— Ваши Величества, прошу меня простить. Срочные дела! — уважительно поклонившись, советник широкими шагами пересёк кабинет своего короля и вышел вон.

— Эк его перекосило, — усмехнулся Ульрих, — неприятно узнавать от третьих лиц о проблемах в собственной семье.

Карл не нашёлся что сказать, и мудро промолчал.

Ночь мягко опутала землю, полная луна светила как никогда ярко, но всё также равнодушно. Шумел ветер в кронах деревьев, каркала ворона, изредка ухали совы.

Ликон лёг на прохладные простыни, вытянувшись во весь свой исполинский рост, и задумчиво посмотрел в потолок.

Он совершил несколько ошибок, грубых и недальновидных. Но Одри Йорк лишь посмеялась над ним, проявив несвойственную её возрасту мудрость.

Феи не лгут, но могут преувеличивать, потому как с трудом верилось, что душа девочки Одри прошла несколько сотен воплощений.

Ульрих закрыл глаза и уже почти уснул, как на краю сознания услышал шорох.

Резко сев в кровати, замер.

Кто-то явно находился в соседней комнате.

Легко встав, Ликон бесшумно прошёл к двери и спокойно её открыл. Внизу на полу сидела Лоерея, обессиленно прижавшись спиной к стене. Соблазнительница выглядела плохо. Глаза её слепо таращились в пустоту.

Его Величество, недолго думая, подошёл ближе и, подхватив женщину на руки, занёс в свои апартаменты.

— Что случилось? И как вы прошли мимо моей охраны? — негромко спросил он, аккуратно уложив ледяную Лору на свою кровать.

— Через потай… хо… ход, — едва слышно выдохнула она, Ульрих влил в неё часть своей силы, но энергия почти вся прошла сквозь её тело, растворившись в пространстве. — Там… Амани-да и Гедо Су-рейх. Сказать хозяй-ке. Преду-пре-дить… Скорее! — с силой вытолкнув последнее слово, женщина обмякла, полностью лишившись чувств…

— Я не знаю, что вы будете делать с этим, Ваше Величество, — сказал Ульрих Карлу, — но ваша мать нашла тот артефакт и почти выпустила на свободу душу мага-отступника.

Оба короля стояли в центре тёмной потайной комнаты, даже горящая масляная лампа не могла рассеять мглу, тут царящую. При этом Ликон отчётливо ощущал эманации зла, пропитавшие сам воздух. Его, повидавшего так много в этой жизни, мало чем можно было прошибить, но только сейчас могущественный светлый маг ощутил страх.

И Карл тоже чувствовал странное, сердце молодого короля сжали стальные тиски ужаса. Каждый вдох давался ему с великим трудом, в какой-то момент резко закружилась голова, виски пронзили приносящие мучительную боль молнии; к горлу недвусмысленно подкатила тошнота.

— Матушка, что же вы наделали? — бледными губами едва слышно произнёс он и, стараясь не шататься, покинул помещение.