Отвергнутая истинная чёрного дракона

Глава 20. Порочная забота

Отступаю к воде, зябко обхватывая себя руками. Собираюсь закричать, позвать Хитэма на помощь.

Но тут свет луны падает на лицо, и это оказывается сам король.

Он решительно приближается ко мне, несёт в руках плед.

Хлопаю глазами, в шоке от его неожиданной чуткости. Это он подумал, получается, о том, что я замёрзну? Догадался, что платье будет мокрым?

Я не думала даже, что он на такое способен. Заботиться о чужом комфорте.

Я настолько парализована этими мыслями, что позволяю ему не только меня укутать, но и подхватить на руки.

— Эй! — моё возмущение тонет в тёплой волне благодарности.

Борюсь с собой, чтобы не положить голову Хитэму на плечо. Такой он сейчас милый и родной, так хочется, чтобы проявлял хорошие качества почаще.

Он усаживает меня на плоский валун перед огнём и суёт в руки ветку с нанизанными на неё жареными мясными кусочками. Запах просто божественный! Вкус — тоже.

Осозна ю вдруг, что уже второй день сама не готовлю. Меня кормит мужчина.

Мы нечасто едим мясо после того как муж хозяйки почил. Так что я набрасываюсь на него, дико голодная.

Поражённо смотрю, как бывший вновь удаляется в ночь, а затем возвращается с моим мокрым платьем. Вешает его на растяжку из веток рядом с костром, чтобы оно к утру высохло.

Он умеет заботиться! Только с чего это он вдруг ко мне такой добрый?

— Ты дрожишь, — присаживается рядом и обнимает за плечо.

И подозрения тонут в восхитительном аромате его близости.

Он по пояс обнажён. Мускулы перекатываются под лоснящейся кожей, кубики пресса красиво вырисовываются. Мужской запах обволакивает защитным жаром. Всё это не способствует ясности моих мыслей.

— Вода ужасно холодная, — а сама жую, с пальчиков жир облизываю и чувствую жгучую, горькую тоску по тому, что могло между нами быть.

Если бы мой истинный не был таким избалованным мерзавцем, мы бы уже давно сыграли свадьбу, которой завидовали бы все девушки королевства! Я любила бы его, а он меня. Наши дети родились бы сильными драконами, продолжили бы королевский род. Я могла быть счастливой!

Вместо этого я краду его внимание обманом, за который меня ждёт страшное наказание, когда — или если — король всё узнает.

— Иди сюда, — бормочет он, как только я последний кусочек доедаю и вытираю тряпицей пальцы.

— Что ты?.. — ахаю, потому что он пересаживает меня к себе на колени, распахивает плед и прижимает к своей обжигающей груди.

Нельзя так. Я же в одном тонком исподнем!

Брыкаюсь, но как-то вяло, потому что Хитэм ничего больше не делает, лишь удерживает. Сползает на землю, прислоняется спиной к валуну, а меня укладывает себе на живот и укрывает сверху пледом.

В его объятиях нереально тепло и удивительно хорошо. Он горячий, как печка! Пахнет умопомрачительно, терпко — кипарисом и летом.

Я дурею от этого запаха, втягиваю его украдкой, согреваясь и млея. Прижимаюсь покрепче и осторожно кладу ладошку на вздымающуюся грудь, чувствуя громкие, мощные удары драконьего сердца.

Он в ответ прикасается губами к макушке, потом ко лбу. Ведёт учащающимся дыханием по виску.

Поднимаю голову и тону в чёрных, как адова бездна, глазах.

Не понимаю, что происходит. Я будто пьянею, голова работает плохо. Меня охватывают неведомые чувства, обострённые до предела.

Сердце сбивается с ритма и начинает разбег. Воздух сгущается и напитывается взаимным притяжением. Трещат искры.

Краткий миг Хитэм будто ищет что-то в моих глазах, а затем — конечно же! — пользуется моим временным замешательством. Его губы смыкаются на моих губах горячо и властно.

Я не могу сопротивляться. Я даже имя своё забываю, не то, что приличия. Из головы всё вылетает, кроме потрясающего ощущения его жадных губ на моих губах.

Мы бесстыдно целуемся. Причём я ему отвечаю. Впиваюсь так, словно всю жизнь об этом мечтала. Принимаю язык и засовываю свой, пробую сочный вкус мужчины и издаю стон.

Это словно сигнал! Для меня — опомниться, схватиться за остатки ускользающего здравомыслия. Для него — усилить напор.

Потому что в тот же миг Хитэм поворачивает меня набок, практически подминая под себя, и накрывает ладонью грудь.

Его поцелуй становится ещё неистовее и жёстче, захватнически поглощает попытки что-то сказать. Дыхание тяжелеет, хватка усиливается, а стон дракона ломает моё сопротивление.

Я вздрагиваю от осознания, что мы заходим слишком далеко. И задыхаюсь от сладкого импульса внизу живота в ответ на щипок соска.

— Прекрати, — вымученно шепчу, пытаясь вернуть контроль над своим преступно податливым телом.

Оно подчиняется мужчине, словно принадлежит ему. Выгибается и льнёт к горячей груди, само подставляется под поцелуи.

Я бы никогда такого не позволила. Это всё гормоны. Наша истинная связь. Скрытая метка исподтишка воздействует, рушит мои барьеры.

— Эээль… — протяжно произносит Хитэм, вытягиваясь рядом со мной и давя своим мощным и ладным телом.

Он красив. Притягательный и опытный мужчина. Знает все хитрости, умеет возбудить женщину. Он идеально мне подходит.

И он сейчас такой невообразимо нежный!

Поэтому и устоять перед ним так трудно. Невозможно бороться или ругаться, когда бережные ласки лишают рассудка. Когда король не берёт нахрапом, а так сладко и чувственно убеждает.

— Я хочу тебя, — тяжело дыша, умоляет он, проникая горячей ладонью под сорочку и сжимая мою ягодицу.

Я должна этого не допустить, но во мне горит такой сильный жар, что я уже едва соображаю.

— Нельзя! — отцепляю руку мужчины и тяну подол вниз.

— Почему нет? — он не отступает, поверху ткани прихватывает и тискает ягодицы.

Я мучительно сражаюсь с накатывающим удовольствием. С лихорадочной дрожью разгорающегося желания.

— Потому что мы не женаты! — выпаливаю, стуча зубами.

Эта дрожь уже совсем не связана с тем, что я замёрзла. Я хочу, чтобы Хитэим не останавливался…

И он чувствует мою слабину. Опускает голову и прихватывает губами сосок прямо сквозь ткань.

Выгибаюсь навстречу и не могу удержать сладострастный стон. Плавлюсь, горю и вижу, как звёздное небо начинает кружиться перед глазами.

Мне страшно, что я не устою. Слишком хорошо Хитэм знает методы соблазнения. Он великолепен.

Тут же в живот бьёт осознание, сколько женщин до меня эти руки ласкали. Накатывают обида и отвращение.

— Ну и что?

Он вправду не понимает? Зачем, если ему ни одна женщина никогда не отказывала!

— А то, что так не принято, ясно? — отталкиваю его лицо, накрываю ладонью его рот, мешая целовать.

Наотмашь ударяют его слова из письма, напоминают об его отношении ко мне, словно пощёчиной.

Он смотрит внимательно, замедляется. Не так агрессивно щупает.

Передышка отзывается тянущей болью между ног: я слишком возбуждена, чтобы остановиться.

И он тоже. Чувствую его твёрдый член, упирающийся в моё бедро.

Размер ужасает. Та вялая колбаска, над которой я посмеивалась, теперь веселья не вызывает. Она пугает. Она же меня разорвёт!

— Всё это — только между мужем и женой должно происходить, понимаешь? Ты меня сейчас обесчестишь, и замуж меня уже никто не возьмёт!

Мой бывший женишок раздумывает несколько секунд, брови хмурит. Словно я ему кислинку подсунула в сладкой конфетке, ожидания обманула.

— Ты замуж хочешь? — недоумевает будто.

— Конечно, хочу! — возмущённо фыркаю, снова оправляя задранную выше колен сорочку. Когда успевает только!

— Ты для этого поселилась вдали от любых мужчин и делишь быт со старухой, чтоб от женихов отбоя не было?

Этот гад зрит в корень: ну какое замужество, если я на других мужчин даже смотреть не могу.

— Я бываю в городе… — роняю глухо, и король снова хмурится.

Пальцы его меж тем продолжают меня оглаживать, каждый изгиб исследуют. А когда находят чувствительное место, задерживаются, нажимают и сдавливают, крадя у меня томные вздохи.

Глаза дракона темнеют, когда я отзываюсь стоном на скольжение по внутренней поверхности бедра. Ещё чуть-чуть, и мужская рука достигнет промежности, отчаянно нуждающейся в ласке.

— Ладно, — шепчет Хитэм и, вопреки словам, целует меня с ещё большим напором.

Ладонь оказывается именно там, куда пробираться запрещено. В момент проникает под сорочку и сдавливает основание бёдер.

Я вскрикиваю от острого удовольствия, вцепляюсь ногтями в плечи Хитэма, открываю и закрываю рот, не в силах произнести хоть слово.

Его волшебные пальцы уже скользят вдоль моих лепестков. Порочно и назойливо. Находят чувствительную горошину и буквально вышвыривают меня в нереальность.

— Не трону я твою девственность, — бормочет король, ожогами-поцелуями осыпая мою грудь и шею. Покусывает её и жарко стонет. — Но и остановиться уже не смогу. Ты должна мне помочь.

— Ч-что? — вскрикиваю, полыхая от разрастающегося меж ног огня, который вот-вот накроет меня с головой.

Я балансирую на такой грани, что не соображаю. Голова кружится, перед глазами чёрные кляксы и яркие звёзды. Мурашки под кожей, в венах электричество.

Взмываю в высоту, натягиваюсь вся как струна и так сильно взрываюсь от сладких сокращений, что не осознаю, что именно делает Хитэм.

А он оборачивает мои пальцы вокруг чего-то горячего и пульсирующего. Бархатного, твёрдого, словно живого. Большого.

И в этом захвате оно резко двигается туда-сюда. Становится всё более твёрдым и напряжённым.

Смутно догадываюсь, что это что-то ужасно безнравственное, грязное, от чего я никогда не отмоюсь. Хочу выдернуть руку.

Но Хитэм не позволяет. Сдавливает мои пальцы своими и с шипением орошает мой бок чем-то тёплым и вязким.