Сохрани. Уничтожь

Глава 7. Астель

С самого утра день шел кувырком.

Сначала она чуть не проспала будильник. Все мышцы так болели после вчерашнего, что Крис еле-еле заставила себя скатиться с кровати, когда в дверь уже барабанил Киран — начищенный, уложенный, свежий, как утренняя роса. Черт знает, как ему удавалось выглядеть после вчерашней тренировки таким бодрым! Он всучил ей свежий комплект одежды — черные брюки карго, черная водолазка и мастерка с фирменной эмблемой. Крис одевалась в такой спешке, что два раза упала, путаясь в штанинах. Потирая ушибленные коленки и прихрамывая, вышла в коридор, где Киран, наградив ее уничижительным взглядом, молча повел ее в сторону апартаментов Астеля.

Дойдя до заветной дубовой двери с ручкой в виде головы льва, они дождались, пока Армони снимет щиты, и, получив отчёт о том, что ночь прошла без происшествий, наконец шагнули в покои Астеля.

Это были отдельные апартаменты внутри дома: четыре комнаты, представляющие спальню, кабинет, широкий зал, где уже был накрыт стол для завтрака, и ещё одну комнату, где полагалось проводить время персоналу, пока Астель спал, ел или творил: здесь были расположены кресла, столик и узенькая тахта.

Астель уже сидел в зале за накрытым столом, и, не вставая, одним лишь только жестом пригласил их присоединиться.

— Галар Астель, — выдохнула Крис, прижимая руку к груди и кланяясь. — Очень… Очень большая честь для меня…

— Да, да, — он махнул рукой, кивая, — Кристоль Спаркс, кажется?

Галар. Астель. Называет. Её. Имя.

Крис громко сглотнула, провожая каждое движение Галара взглядом. Ослепителен! Нет, он действительно не человек! Было видно, что Галар только недавно проснулся и едва успел посетить ванную, но даже с этими слегка спутанными волосами, даже будучи немного заспанным — как же он был прекрасен! Точеные черты лица, пушистые ресницы, изящные руки с тонкими длинными пальцами! Длинные локоны по пояс, невероятно переливающиеся на свету белым золотом, светлая, сияющая, такая гладкая кожа…

Нет, то, что она видела на сцене, и близко не сравнится с тем, каково это — видеть его вот так, на расстоянии вытянутой руки! Сердце заколотилось так бешено, что Крис забыла, что пришла сюда сопровождающей. Что должна была ставить щиты, что должна была соблюдать регламент, что должна была делать вид невозмутимого профессионала… Сейчас она не была сопровождающей. Она была просто Кристоль Спаркс — отчаянной фанаткой, беззаветно влюбленной в своего кумира.

Она судорожно вздохнула, и в этот момент Киран кашлянул, пытаясь напомнить о своем присутствии.

Крис заморгала, с трудом отводя взгляд от Астеля.

— Прошу вас, присаживайтесь, друзья. Разделите со мной трапезу.

Крис вздрогнула, вспомнив о вчерашнем разговоре с Кираном перед сном. Поспешно присела за стол, и, увидев, что Астель уже потянулся к еде, живо схватила вилку, ухватила кусочек из его тарелки и отправила себе в рот.

За столом воцарилась тишина.

Крис успела пережевать и сглотнуть, но не ощутила вкус блюда — то, как на нее посмотрел Астель, разом заставило все ее тело вспыхнуть, а сердце с глухим стуком упасть куда-то вниз.

Киран подавился смешком, прижимая ко рту салфетку.

Чертов предатель!

— О… Галар Астель, я… — залепетала было Крис, как только до нее дошло осознание происходящего.

— Как вижу, понятие манер госпоже Спаркс неведомо, — хмуро перебил ее Галар, протягивая ей свою тарелку. — Полагаю, нам стоит поменяться блюдами, раз мое вам понравилось больше.

— Галар Астель, я… просто… Простите! Нет, не стоит… простите ещё раз!

— Стоит, стоит, — настоял Астель. — Уж не думаете ли вы, что я продолжу трапезу из тарелки, в которой побывал чужой прибор?

Крис, покраснев до кончиков ушей, отдала ему свою нетронутую тарелку. После чего Галар невозмутимо приступил к трапезе, а следом за ним и Киран: чертов Нельт, как нарочно, не поднимал на Крис взгляда, хотя та прекрасно видела, как он тщетно пытается спрятать довольную ухмылочку.

Вот ведь сволочь!

“Ты же знаешь, что я тебя ненавижу?!” — мысленно посылала ему сигнал Крис, вцепившись в свою вилку так, что побелели пальцы. Он ещё поплатится! Стоит им только остаться наедине, стоит только Астелю отойти в кабинет — она ему такое задаст! Да надо было не мелочиться и размозжить ему голову ещё вчера на тренировке! А то она, сердобольная, испугалась, что этот проклятый сучонок разобьётся… Было бы за кого волноваться!

Киран, словно услышав ее внутренние тирады, вдруг поднял голову и очень внимательно посмотрел Крис в глаза. Так открыто и честно, что она, так и не успев прожевать еду, поперхнулась от его наглости. Закашлявшись, принялась стучать себя по груди, и Киран учтиво подал ей стакан воды.

Она сопроводила его жест уничтожающим взглядом.

— Рэд задерживается, — недовольно пробормотал Астель, глядя на часы.

— К нам присоединится Рэд? — Крис обернулась на дверь, слыша вдалеке смутный звук.

— А вот и он, — подтвердил ее догадку Киран.

Дверь легко поддалась от одного лишь толчка. Крис вскочила с места, но было уже поздно: на пороге возник незнакомец.

Астель нахмурился, сверля взглядом Крис.

— Госпожа Спаркс действительно Инри? Почему на моих дверях нет ни единого щита?

— Я… Простите, Галар Астель!

Щит мгновенно материализовался у входа, и человек, что стоял там, оказался в плену голубого полупрозрачного кокона.

— Что за…

— Крис, это всего лишь Рэд. Освободи бедолагу, — тон Кирана опять звучал издевательски-насмешливо.

— Рэд? Я же видела его тогда, в офисе! Это не Рэд!

Мужчина, замкнутый в защитном коконе, был приземист, толст и лысоват. Он вовсе не походил на того высокого, остролицего молодого мужчину с густой черной шевелюрой, что приходил на подписание договора. Но тогда почему Киран смеётся? Почему Астель смотрит на нее так, будто готов испепелить? О, эти голубые глаза, горящие яростью! Крис была готова тут же провалиться под землю, лишь бы не видеть больше этого взгляда!

— Спаркс, — подал голос незнакомец, и Крис, к своему стыду, действительно узнала голос Рэда. — Опусти щиты.

— Рэд — Эрру, — пояснил Киран, поднимаясь с места. — Он не всегда показывает свое истинное обличье. Издержки профессии.

Крис растерянно глядела то на незнакомца, названного Рэдом, то на Кирана. И совсем не смела поднять глаз на Астеля. Она и без того ощущала кожей, как он прожигает её взглядом, полным злого упрека.

Сдавшись, Крис рассеяла щит. Рэд, смахивая с вельветового коричневого костюма испаряющиеся голубоватые пылинки, прокашлялся, и, сделав вид, что ничего особенного не произошло, подсел к столу и завел разговор с Астелем о ближайшем концерте.

— Чего рот раскрыла? — вполголоса шепнул Киран, кивнув на дверь. И Крис, спохватившись, тут же создала новый щит, чтобы их больше никто не смог потревожить без спроса.

***

После того, как Рэд минут двадцать обсуждал с Астелем подробности тура, — Крис все это время сидела молча, нервно сжимая вспотевшие руки, — менеджер их покинул, напоследок странно подмигнув Крис. Черт побери, и что это подмигивание означало? Знал ли он, каким способом она попала в сопровождение? Или просто пытался приободрить непутёвого новичка? Проклятье! И что теперь скажет Астель?! Интересно, он приберег наказание на конец дня? Ждёт, когда Крис опозорится ещё больше?

— Я пробуду в кабинете до заката, — равнодушно сказал Астель, поднимаясь из-за стола. И, повернувшись к Крис, с нажимом добавил: — Прошу вас, не забудьте создать шумоподавляющий барьер.

— Да… Да-да, Галар Астель, сию минуту! — она подскочила с места, всем своим видом выражая боевую готовность.

Но как только дверь за Галаром закрылась, она наложила Заградительный щит и замешкалась, прислушиваясь.

— Что? Не знаешь, как работать с шумом? — хмыкнул Киран, встав за ее спиной и заставив Крис подскочить от неожиданности.

— Все я знаю, — прошипела она сквозь зубы.

— Ааа. Не терпится послушать золотой голосок? — он прислонился плечом к двери, скрестив ноги в лодыжках и засунув руки в карманы.

— Что если… Я скрою только наши голоса для него? Он же не обидится, если мы, ну… — Крис замялась, ощущая, как кровь предательски приливает к лицу.

— Регламент взаимодействия, Инри, — строго напомнил Киран. — Страница пятнадцать. Что мы делаем, когда Астель требует Шумодав?

Крис тяжело вздохнула.

— Делаем двусторонний Шумодав.

— Именно.

Она повиновалась. Сделала все, как полагается: теперь из-за двери не было слышно ни шороха. Киран удовлетворенно мотнул головой и подтолкнул Крис в комнату для персонала.

— Не хочешь ничего мне сказать? Галар боится, что его могут отравить? Сопровождающие обязаны откушать из его тарелки?! — недовольно зашипела Крис.

Раздраженно толкнула Кирана в спину, но он не отреагировал. Остановился в дверях, и, закашлявшись, быстрым шагом направился в ванную, так ничего и не сказав.

Оставшись одна, Крис заходила по комнате туда-сюда, выжидая. Из-за двери доносился плеск воды. Прошло уже пятнадцать минут, а он все не выходил… Искупаться решил там, что ли? Крис вернулась в зал, подошла к двери кабинета Астеля и замерла у Заградительного щита.

Астель… Его голос… Он совсем рядом!

Ну что случится, если она просто снимет кусочек Шумодава с одной стороны? Услышит его неудачные распевки? Да у Галара просто не может получаться что-то неудачное! Его Ри обрекала его на идеальность!

Крис воровато обернулась на дверь — Кирана все еще не было. Одним только Святым известно, сколько он еще там просидит! А у Крис есть шанс прямо сейчас… Прикоснуться к прекрасному, к настоящему голосу, льющемуся даже не из динамиков, раздающемуся не на сцене, а здесь, в интимной обстановке комнат, так трепетно, так близко…

Грохот. Такой грохот, будто шкаф упал навзничь, не иначе. А затем — крик. Истошный. Пронзительный.

Так кричат, умирая от боли.

Крис вздрогнула, в панике развеивая Заградительный. И, не медля ни секунды, распахнула тяжёлые двери.

***

Звуки смолкли. Крис застыла в дверях, едва сдерживая себя: она была готова кинуться к Астелю сию же секунду, обнять, спасти, излечить, защитить от любого страдания…

Но ничего из этого ему было не нужно.

Он сидел в кресле посреди развороченного кабинета, среди бумаг, разбросанных всюду и летающих в воздухе. Листы опадали вниз печальными белыми крыльями, и Астель, словно разочарованный и уставший бог, смотрел на них равнодушно, как и должно смотреть богам на свои неудавшиеся творения.

Крис моргнула, ещё несколько секунд возвращая себе здравый рассудок. Тяжёлое старое фортепиано в углу вполне себе цело. В порядке шкаф, и стол, и кресло, и аппаратура в углу — по крайней мере, нигде не было видно ни осколков, ни щепок, ни оборванных проводов. Что могло грохотать так оглушительно? Что вообще здесь произошло?...

— Да что здесь происходит?! — Астель взметнулся с кресла с таким ревом, что от высокого звенящего голоса не осталось и следа. Этот голос был похож на вой ветра в злую пургу — и таким Астеля Крис точно не видела никогда.

— Что ты себе позволяешь, Спаркс?! Ты тугая на ухо, или просто мозгов не хватает осмыслить, что от тебя требуется? Вон! Вышла вон! Я сказал набросить Шумодав, что тебе не понятно?!

Крис даже не дрожала — все тело ее обратилось в камень. В огромный, холодный, недвижимый камень, внутри которого ледяным ядром плотно обосновался ужас.

Она не обернулась. Не нашла в себе сил. Просто почувствовала слабую вибрацию воздуха и поняла — Киран встал за ее спиной.

Теплая рука опустилась на плечо.

— Галар Астель.

— Научи манерам госпожу Спаркс, — процедил Астель сквозь зубы. При виде Кирана злоба его не утихла, но он как будто попытался взять себя в руки. — И выметайтесь оба! Пока я не доложил о вашей халатности Рэду.

Крис выдала что-то вроде поклона, и Киран, грубо вытолкнув ее из кабинета, быстро закрыл двери, словно боялся, что оттуда вот-вот вырвется разъяренный призрак.

Впрочем, разъяренный Галар был куда хуже любого призрака.

Разъяренный Галар!

Сказать Лавли, она никогда не поверит.

Крис с трудом переводила дух, прижимаясь к дверям спиной.

— Что ты, мать твою, творишь? Инри?! Регламент для кого придуман? Ты думаешь, я тебя эту писанину заставлял учить ради шутки? Эй! Я с тобой разговариваю!

— Он… Кричал. Я думала, он в беде.

— Думала? Если ты вообще способна думать, скажи, на кой черт ты сняла грёбаный Шумодав?!

Крис, дрожа, скрестила пальцы, пытаясь сделать нормальный, двусторонний Шумодав, но Ри подчинялась плохо. Тело не слушалось. Сердце колотилось слишком сильно, в ушах шумело. Нужно выровнять дыхание, иначе ничего не получится.

— Инри.

Помотала головой, сжимая пальцы в кулак.

— Сейчас. Я сейчас…

Ничего. Ни капельки. Ри дрожала, собираясь было в руках, но, едва вырываясь из ее поля, растворялась, подобно капле молока в озере.

— Посмотри на меня.

Она не хотела смотреть. Знала, что там увидит: осуждение, взгляд “я-же-говорил”, бестолковый, ненужный сейчас упрек. Она и сама все понимала.

Но вопреки ее желаниям Киран схватил ее за подбородок, сжимая пальцами щеки, так, что губы Крис сложились сплющенным бантиком, и повернул ее голову, принуждая посмотреть себе в глаза.

— Святые праотцы. У тебя что, паническая атака? Дыши вместе со мной. Смотри на меня. Вдох. Глубоко. Задержи… Выдох.

Он повторял это: “вдох, выдох” несколько раз, пока Крис и в самом деле не приноровилась и не начала дышать в его темпе. Это и вправду помогло. Через несколько минут она смогла направить Ри, чтобы установить и Заградительный, и Шумодав, и, когда дело было сделано, она вышла в комнату для сопровождения, и, сев на тахту и поджав к себе колени, уткнулась в них носом и беспомощно расплакалась.

Киран молчал. Она чувствовала его присутствие рядом, но прошла, кажется, целая вечность, прежде, чем он осмелился сказать первое слово.

— Эй. Инри, — он сел рядом, аккуратно поглаживая её по спине. — Перестань. Первый день… Новичкам всегда сложно. Не думай, что ты очень уж отличилась. Хочешь, расскажу, как прошел первый день у меня?

Она хлюпнула носом, и, подняв голову, отерла рукавом лицо.

— Новичкам сложно?! Думаешь, мне сложно, потому что я новичок? Или потому что я фанатка, а значит, заведомо тупая? И поэтому надо мной можно издеваться, ставить на меня ставки, разыгрывать, подставлять! Разве не ты должен был научить меня всему? Как себя вести, как и когда ставить щиты, что говорить и что делать?! Почему ты, тот, на кого я должна полагаться, так поступаешь со мной? Зачем вообще ты согласился меня принять, если я так тебя раздражаю? Ах, да! Потому что это весело! Потому что это наверняка очередное идиотское пари — сколько часов продержится девочка из фан-группы!

Киран молчал. Лишь смотрел на нее, не мигая. Но когда она сказала про пари, лицо его едва заметно дрогнуло — Крис отметила это с мрачным удовлетворением. Она наверняка попала в самую точку.

Но если причина ее появления здесь — пари, то кто вел себя более глупо? Она, фанатка, жаждущая быть ближе к своему кумиру, или телохранители сопровождения, которые на столь ответственное место допускают первую попавшуюся девочку с улицы?!

— Справедливости ради, я предупредил тебя насчёт Шумодава.

— Да, предупредил. А до этого обманул. Зачем? Чтобы лишний раз выставить меня дурой? Я… Я не понимаю! Это какая-то месть? Обижаешься, что я вчера победила тебя на глазах у твоей любовницы?

Киран живо заткнул ей рот ладонью, прикладывая палец к своим губам:

— Тише-тише-тише.

Крис отпихнула его руку.

— Кроме нас здесь никого нет!

— Все равно, не стоит… разбрасываться такими словами, — он криво улыбнулся. — Эйла мне не любовница. Отношения подопечных с кураторами… это очень непрофессионально.

Было видно, что он лукавит. Крис не была мастером любовных дел — но о неразделённой любви знала куда больше, чем ей самой бы хотелось.

— Значит, бывшая любовница, — констатировала она. Киран вскинул брови в немом удивлении, но комментировать ее вывод не стал.

— Я не обижаюсь на поражения в спарринге, ясно? Наоборот, буду рад, если ты и впрямь будешь достойной соперницей. А эта история с отравленной едой… Извини. Это просто глупая шутка. Стресс-тест. Подобному подвергаются все новобранцы. Что-то вроде посвящения.

— Дерьмовое посвящение, — хмуро отозвалась Крис, вновь вытирая нос рукавом.

— Но Астель не очень-то разозлился. Пожалуй, это и вправду было смешно.

— Если бы я не заперла Рэда в щите. Если бы вообще вовремя поставила щит. И если бы не вломилась в чертов кабинет самого Галара… — Крис снова опустила голову, упираясь лбом в колени. — Почему ты не предупредил меня, почему…

Киран вздохнул.

— Прости. Правда, прости, Инри. Я так давно не работал с новичками, что отвык от того, что про щиты надо напоминать.

Крис протяжно застонала, откидываясь затылком к стене и закрывая лицо ладонями.

— Он уволит меня. Он уволит меня, ведь так? Проклятье, я только приехала! Я только написала Лав, что… о! Наверное, и рекомендацию даст дерьмовую. И все из-за моего любопытства! О, какой же позор!

— Он тебя не уволит, — Киран улыбнулся, следом за Крис откидываясь к стене. — Он пригрозил Рэдом, а это значит, он разъярен, но к ужину остынет.

Крис одарила его мрачным, полным недоверия, взглядом. Киран пожал плечами.

— Хорошо. Пари? Если к ужину он все ещё будет не в духе, ты придумаешь для меня наказание.

Крис сощурилась, склонив голову набок.

— Тогда в следующую смену ты сам съешь кусок с тарелки Астеля.

Плечи Кирана задрожали от тихого смеха. Он протянул ей ладонь, но прежде, чем ее пожать, Крис опомнилась:

— А если я? Если я проиграю?

— Тогда ты нарисуешь меня.

— Что?

— Брось, Инри. Я видел твои работы. У тебя талант.

— Нет, я…

— Что? Умеешь рисовать только красавчиков?

Крис смотрела на него, не мигая. Зачем ему это? Она рисовала весьма посредственно… Впрочем, ладно. Это было самым лёгким наказанием из всех, что он мог для нее придумать.

— Идёт.

И ее рука скользнула в его широкую теплую ладонь.

***

Крис щёлкнула кнопкой блокировки. Три часа дня. Ещё столько времени до конца смены! Да это сдохнуть можно, как утомительно.

— Знаешь игру “Я тебя знаю”? — Киран, со страдальческим лицом утопающий в глубоком темно-синем кресле в углу, оторвался от своего телефона. Крис тоже отложила свой — однообразная лента новостей утомляла, а от Лавли по-прежнему не было ни весточки.

— И как в нее играть?

— Ты предполагаешь что-то обо мне, и если не угадываешь, получаешь наказание. Если угадываешь — наказание получаю я. Потом я пытаюсь угадать что-то о тебе.

— И что за наказание? Опять желание?

— Вообще эта игра рассчитана на алкоголь, но мы на работе. Так что есть кое-что поинтереснее.

Он выудил из кармана маленький брелок, похожий на кнопку дверного звонка. Крис с недоумением покосилась на непонятное устройство.

— Проигравшего бьёт током. Ма-а-аленький бодрящий заряд.

— Чего? — Крис ошарашенно рассмеялась. — Ты сам это придумал, извращенец?

— Сама игра довольно старая, — он повертел игрушку в руках, а затем протянул Крис, как бы предлагая попробовать. — Я просто решил вдохнуть в нее новую жизнь.

Крис приняла брелок с белой кнопкой, разглядывая со всех сторон. Никаких батареек или проводов на первый взгляд не было видно.

— Стой… эта штука… заряжена Нельт? — она перешла на громкий шепот. — Ты вообще в курсе, что использование артефактов Нельт незаконно?!

— Ой, правда? — скривился он и забрал кнопку из ее рук. — И что ты сделаешь? Позвонишь моему куратору?

Крис прикусила губу, наблюдая за движением его пальцев.

— Эта штуковина слишком слабая, чтобы причинить вред, Инри. Ну же! Неужели боишься? — на его губах играла плутовская улыбка.

— Где ты ее раздобыл? — Крис недоверчиво косилась на игрушку.

— Обижаешь. Я сделал её сам.

— Хочешь сказать, ты… Кого-то убил?

— Чего?

Он рассмеялся неожиданно громко.

— Артефакты Нельт, — вполне серьезно ответила она, — заряжаются при сильном эмоциональном всплеске. А самое сильное переживание…

— Уж точно не смерть, — все ещё смеясь, отозвался Киран. — Если хочешь знать, милая, в мире дохрена волнительных вещей. Ярость, тоска, любовь… Да даже если ты кончишь, ты и то зарядишь его с большей вероятностью, чем если кого-то убьешь.

— И ты… О, святые. И знать не хочу, как ты зарядил эту штуку, — поморщилась Крис. Киран положил артефакт на ладонь, снова протягивая ей.

— Хочешь испытать на мне? Или сначала попробуешь сама?

— Нажимай, — она пожала плечами, не ожидая, что в таком маленьком предмете и в самом деле может оказаться сосредоточено большое количество Ри.

Но когда по всему телу молнией пронеслась болезненная дрожь, она выругалась от неожиданности и тут же сама потянулась к артефакту.

— Я должна проверить, работает ли она на тебе, — проворчала она и с силой вдавила белую кнопку. Киран вздрогнул, зашипев, и Крис, развеселившись, даже ощутила некоторое удовлетворение.

— Сколько вопросов можно задавать?

— Не задавай вопросы. Строй предположения. Можешь придумать хоть целую жизнь за один ход, но если ошибёшься хоть в одном факте, получишь удар.

— А как я узнаю, что ты не врешь?

Он пожал плечами.

— Никак.

Она цокнула языком, закатывая глаза.

— И я тоже не узнаю о твоей лжи, — пожал плечами он. — Поэтому блюсти правила здесь — закон чести. Помни об этом, Инри.

Она задумалась лишь на секунду. Затем сложила ноги под собой, усевшись удобнее на тахте. Киран повернул к ней свое кресло, чтобы они с Крис сидели аккурат друг напротив друга.

— Ты вырос в семье военного. Он хотел, чтобы ты пошел по его стопам, но ты весь из себя бунтарь, поэтому наперекор всем пошёл в сопровождение. Отец от тебя не отказался только потому, что ты единственный ребенок в семье. Все дуют тебе в задницу, ожидая, что однажды ты остепенишься. Ты эгоист, любишь дешевые удовольствия и считаешь, что мир должен крутиться вокруг тебя.

Киран с минуту молчал, прежде чем громко расхохотаться. Крис с сожалением наблюдала, как кнопка ускользает из ее рук — и ежилась, уже предвкушая удар.

— Обожаю эту игру.

— Хотя бы скажешь, что я не угадала? Твой отец не военный?

— Я из семьи инженера и учительницы. У меня трое сестер, — большой палец скользнул по кнопке, и Крис дернулась от короткой обжигающей боли. — И мою задницу пороли чаще, чем ты себе можешь представить. Хотя клянусь, я хотел бы пожить той жизнью, которую ты мне придумала. Звучит притягательно.

Она обиженно потерла плечи, глядя на Кирана исподлобья. Его неподдельная радость до ужаса раздражала.

— Ну, тогда опиши мою жизнь. Жизнь чокнутой фанатки, которую ты там себе вообразил.

— О, дай собраться с мыслями. Никогда не думал о том, как фанатки вообще такими становятся. Ты, кстати, все ещё не разочаровалась в своем идоле?

— Это уже предположение?

— Нет… Нет, погоди, — он сощурился, пристально разглядывая Крис. Она поежилась, чувствуя себя червяком на предметном стекле.

— Ты… Мммм… единственная дочь. Богатенькая девочка из обеспеченной семьи. В школе тебя все обожали, ведь ты была единственной ЧеВГИ среди обычных людей. Мать душила заботой. А отец ушел из семьи, или умер, или пропал. Как бы там ни было, это твоя недосягаемая вершина. Поэтому ты стремишься заполучить любовь того, чью любовь заведомо получить невозможно.

Он едва успел договорить, как Крис выхватила кнопку из его рук.

Удар! И наконец-то он морщится, расплачиваясь за глупости, которые только что наговорил.

— И что? Тебя не любили в школе, я здесь прогадал? Ну конечно. Ещё бы такую злыдню любили, — Киран обиженно потер плечи, совсем как недавно это делала Крис.

— Не любили и не ненавидели. Они меня боялись.

— Боялись? Тебя? — он недоверчиво приподнял бровь.

— Можешь не верить, — Крис пожала плечами. — Мне-то какое дело.

— А насчёт остального?

— Мама слишком занята своими мужьями, чтобы думать обо мне слишком много. С отцом они развелись, когда мне было четыре. Недавно она родила дочь от четвертого мужа, так что нет, я не единственный ребенок… в семье. Если… это можно так назвать.

В комнате повисло неловкое молчание. Крис уже пожалела, что рассказала Кирану так много. Но, с другой стороны, что с того? Что он станет делать с этой информацией? Если ему захочется сделать Крис больно, он и так знает достаточно слабых мест — сопливые истории про семью и рядом не стояли.

— Я тоже был единственным ЧеВГИ в своей школе.

— Что?

— Не Саго Марини, конечно, но школа тоже достаточно древняя.

— Но… Почему?

Киран в свою очередь пожал плечами, отводя взгляд.

— В многодетной семье, знаешь ли, деньги не валяются по углам. Привередничать не приходится. Но меня вообще-то в школе обожали! Даже не уверен, что боялись по-настоящему. Так что не знаю, завидую я тебе или сочувствую.

— Обожали? — Крис усмехнулась, смерив Кирана оценивающим взглядом. — Тебя?!

— Ну ты же не думаешь, что я всегда был… — он покрутил ладонью у правой стороны лица. — …Таким.

Они давно забыли про кнопку. Нужды в ней не было — и вопросы, и ответы сыпались из них сами собой, подогреваемые уже не азартом игры, а простым человеческим интересом. Киран много рассказывал про школу, показывал свои детские фото в телефоне, болтал о сестрах и немного рассказал об отце, который тоже был Нельтом и учил его кросам. Крис много смеялась, слушая про детские выходки Кирана, и сама рассказывала о прошлом: правда, в основном об университете и Лавли, потому что это была самая веселая и самая лучшая часть.

Так время до ужина пролетело незаметно.

Когда телефон Кирана запищал, сигнализируя о том, что Астель готов выйти, Крис сняла щиты. Дверь почти сразу распахнулась, и вышедший к ним навстречу Астель теперь выглядел ещё прекраснее. Кожа сияла, щеки задел лёгкий румянец, глаза казались вечерним небосводом, полным мерцающих звезд. От былой ярости не осталось и следа. Он был весел и что-то напевал под нос, пока вошедший персонал заканчивал с сервировкой ужина. Киран и Крис многозначительно переглянулись.

— Я хотел бы принести извинения, — вдруг сказал Астель, когда они втроём уселись за стол. Крис, поднявшая было кусочек ко рту, так и замерла с вилкой в руке.

— Пожалуй, я повел себя грубо. Не самое лучшее первое впечатление…

— О, — выдохнула Крис. — О! Что вы, Галар Астель! Это и вправду мой первый день, поэтому я… Веду себя очень неловко, и, наверное, глупо… Но я быстро учусь! Поверьте, подобного… Подобного не повторится впредь. Это вы простите меня, это… это я должна извиняться!

Астель одарил ее таким взглядом, что сердце в груди забилось болезненно быстро. Он смотрит. Прямо. Ей. В глаза!

Святые праотцы! Она не знала, куда себя деть в эту минуту. Было одновременно и жарко, и холодно, и сразу стало не ясно, куда деть руки, и челка так некстати упала на лицо, и, наверное, она сидит сейчас вся красная, и выглядит так нелепо… Но как бы не было волнительно, пожалуйста, пусть это мгновение продлится вечность! Пусть эти голубые глаза, полные сияния звёзд, смотрят на нее ещё и ещё!

— Сегодня сочинили что-то новое? — голос Кирана заставил Астеля отвести взгляд.

— О, да, — он улыбнулся, откидываясь назад. Вся его фигура выражала удовлетворение. Крис подумала, что к другому человеку было бы применимо слово “самолюбование”, но по отношению к Астелю оно казалось слишком грубым.

— Уже думаю, не сделать ли эту песню открывающей на ближайшем концерте. Она такая… Живая. Полная надежд. Без лишней скромности, господа, возможно, это лучшее, что я сделал за все это время!

Крис заметила, как Киран закатил глаза. Так, как будто слышал подобные признания Галара далеко не в первый раз. Но что поделать, если каждая новая песня действительно выходила гениальной? Было бы странно, если бы Галар хоть раз выдал что-то, кроме шедевра! Крис подобная похвала казалась вполне справедливой, пусть даже и была сказана самому себе.

— Уже не терпится услышать, — смущённо улыбнулась Крис.

— О, вы следите за моим творчеством, госпожа Спаркс? Какой альбом ваш любимый?

— О, эээ, это сложный вопрос! — она нервно хихикнула, прикрывая рот салфеткой. — Ну, может быть, “Когда умирают звёзды”? Хотя нет, мне все безумно нравятся. Правда… Правда, очень сложно выбрать один.

Взгляд Астеля был полон такой нежности и тепла, что Крис почувствовала, как еда встала колом где-то в желудке. Это не сон? Не морок? Это все по-настоящему?

— У вас прекрасный вкус, госпожа Спаркс. Пожалуй, “Когда Умирают Звёзды”, да… Пожалуй, он идеален.