Сохрани. Уничтожь

Глава 18. Дублер

— Что? У тебя же есть права?

Крис неуверенно покрутила в руке ключи. Диссонанс между внешностью Астеля и голосом Кирана выбивал из колеи. Неужели на благотворительном вечере никто не заметит разницы? Ведь как только этот псевдо-Астель открывает рот… О, святые. Лучше на него не смотреть, иначе она просто сойдёт с ума.

— Есть, — пискнула она. — Но я получила их недавно… и…

— Ясно, — Киран вырвал ключи из ее рук. От прикосновения Астелевских пальцев она вздрогнула, с трудом напоминая себе, что перед ней лишь иллюзия Эрру.

— Но будет странно, если Астель сам поведет…

— Поменяемся где-нибудь, где дорога будет попроще. Может, после ателье. Оттуда ты уж справишься проехать один квартал?

Он сел за руль, и Крис покорно заняла пассажирское сиденье рядом.

Астель. За рулём.

Святые.

Она забывала дышать, глядя на то, как уверенно он выкручивает руль, как свободно и расслабленно сидит, откинувшись назад, как снимает кепку и распускает по спине кипу белых, отливающих золотом волос. Как цепляет очки за горло свитшота, оставляя их болтаться на груди. Как одной рукой подключает телефон к проводу в машине, включает музыку и тихонько подпевает, ужасно фальшивя, отбивая ритм пальцами по рулю.

Это. Не. Астель.

Это все повадки Кирана. Не его.

Но почему сердце так заходится в груди, стоит ему подарить ей один лишь короткий взгляд? Стоит ему только улыбнуться одним уголком рта этой саркастичной, такой Кирановской улыбкой…

Свобода. Веселье. Лёгкость. Все, что было так несвойственно настоящему Астелю, и все, что она так надеялась увидеть в нем, когда только мечтала попасть в его сопровождение. Вот, каким бы он мог быть, вот, каким он был в ее мечтах. Но никогда не станет по-настоящему.

Так странно было это осознавать сейчас, понимая, кто прячется внутри этой восхитительной оболочки.

Странно. И немножечко страшно.

— Что? — он улыбнулся, мельком взглянув на нее, и снова переводя взгляд на дорогу. — Не нравится музыка? Предпочитаешь, чтобы я спел что-то из своего репертуара?

И он запел так ужасно, что Крис хотелось умереть там же, чтобы не мучаться:

— Выше звёзд!

Мы стали выше звеееееезд!

— Кто в здравом уме вообще способен поверить, что ты Астель? — фыркнула она, скрещивая руки на груди.

— Ты, — опять эта ухмылочка. — Когда я вошёл, ты же поверила, а? Я видел твои глаза. Аж дар речи потеряла, когда Рэд сказал, что поедешь со мной. Ууу, представляю, какие мыслишки успели созреть в этой маленькой крысиной головке.

— Чего-о-о? — она сморщилась, открывая минералку. В машине работал кондиционер, но Крис все равно было так жарко, что пекло во рту.

— Пролистал твой альбомчик на досуге. Очень мило. Я бы сказал, талантливо. Любишь, когда перед тобой становятся на колени?

Крис поперхнулась, брызнув минералкой на лобовое стекло.

— Оставь свои грязные фантазии при себе!

Киран смеялся, весело барабаня пальцами по рулю.

— Так это и не мои.

Она гневно хлопнула бардачком, нашарив тряпку. Ожесточенно принялась оттирать стекло. Киран вздохнул, качая головой. Улыбка не сползала с его лица. Крис все терла и терла до скрипа, остро чувствуя на себе его взгляд.

— Ну, ладно, фанаточка. Если будешь себя хорошо вести, сделаю с тобой пару милых фоток. Но только для личного пользования, поняла?

Крис фыркнула.

— Теперь я понимаю, откуда в сети столько неоднозначных фоток с Астелем. Часто ты пользуешься своим положением?

От пришедшей в голову мысли сделалось дурно.

— Святые праотцы! Ты же не имеешь отношения к той истории по радио? Ну, той, что про беременную фанатку?

— Что? — Киран захохотал. — Инри, за кого ты меня держишь?

Она недоверчиво косилась на него, все ещё с трудом соотнося его внешность с голосом. Астель, смеющийся, как Киран.

Святые, какой же абсурд.

— Уж в том, как предохраняться, я хотя бы разбираюсь, — он с улыбкой вытащил из кармана шуршащий серебристый квадратик.

— Что это?

Крис взяла было предмет из его руки, но, приблизившись, разглядела очертания кружочка внутри.

— Фу! Святые! Ты серьезно? Носишь всегда с собой?

— Кто знает, когда пригодится?

Крис скривилась в гримасе.

— Ладно, Инри. Шучу. Я не трахаюсь с Астелевскими фанатками, ясно? Не то чтобы это было делом принципа… Ощущения в его шкуре совсем не те.

— Не те? Значит, ты все-таки пробовал?

Он оставил этот вопрос без ответа.

— Понять не могу, чем он тебе так нравится. Знаешь, то, как ты его представляешь в своих влажных фантазиях, далековато от реальности. Там все... — он многозначительно посмотрел вниз. — Куда скромнее.Намногоскромнее.

— Это не важно, — вспыхнула она.

— Ну да. Так не важно, что ты все до мельчайшей венки прорисовываешь.

— Святые, да заткнешься ты уже? Извращенец!

— Я? — он расхохотался. — И от кого я это слышу?

Она замолчала, отвернувшись к окну. Лицо горело так, что хотелось прижаться к стеклу, чтобы хоть немного остудиться. Проклятье, какой позор! И почему она взяла из дома именно этот скетчбук? Ладно, назад уже ничего не отмотать. Надо быть сильнее. Надо выйти из этого с достоинством. Сделать вид, что все эти похабные разговорчики вообще ее не трогают. Выдыхай, Крис. Ты спокойна и невозмутима.

— И часто ты… Делаешь это? — спустя несколько минут спросила она.

— Что? — не понял он. Снова посмотрел на нее со странной улыбкой.

— Притворяешься им.

— Я не притворяюсь. Я играю.

Он произнес это с такой гордостью, что Крис не смогла сдержать улыбки.

— А, ну да. Ты же у нас актёр.

— Я разве тебе рассказывал?

— Твоя кураторша сказала.

Он нахмурился и замолчал. Хмурого Астеля видеть было куда привычнее, но в машине сразу стало неуютно. Крис хотела было сделать погромче музыку, но едва потянулась вперед, как Киран продолжил:

— Рэд хороший менеджер, но накладки все равно бывают. Проще использовать меня, чем что-то отменять. Честно, не помню сколько раз уже приходилось. Обычно это фотосессии. Для журналов и для всяких промо…

— Фотосессии, — пораженно выдохнула она.

— Что? Вспоминаешь, сколько раз ты делала это на фотки, которые, возможно, были моими?

— Иди к чёрту!

Раздался звонок. Киран нажал кнопку, принимая вызов по громкой связи, и салон окрасил торопливый говорок Рэда.

— Кин, рокировка.

— Что у вас?

— На вечере хотят, чтобы Астель выступил.

— Это я могу, — улыбнулся Киран.

— Не паясничай. Живо разворачивайтесь и на съемки. Костюм ещё в ателье?

— Да.

— Съемки начинаются раньше, чем благотворительный вечер. Так что вы… — Рэд ненадолго замолчал. — Немного опаздываете.

— Звезду вроде меня можно и подождать.

— Напиши, как будешь на месте.

— Слушаюсь, капитан.

Рэд отключился. Киран ненадолго остановил машину, чтобы вбить новый адрес, и они вскоре вновь двинулись с места.

— Всё-таки фотосессия, — вздохнул он. — Жаль, что ты не увидишь мою прекрасную актерскую игру на вечере. Поверь мне, такого очаровательного Астеля ты ещё не видела!

— Разве смысл актерской игры не в том, чтобы быть похожим на оригинал? — сказала она, и лишь спустя секунду осознала смысл своих слов.

— То есть ты признаешь, что настоящий Астель не так уж очарователен? — Астель-Киран одарил ее коротким взглядом, но в нем не сквозило ни толики удивления. Скорее в нем было торжество — словно между его версией Астеля и настоящим Астелем шла невидимая борьба, и Крис своей фразой только что провозгласила победу Кирана.

— Я не это хотела сказать.

— Да-а-а, — протянул он, не переставая улыбаться. — От тебя, фанаточка, такие признания звучат особенно сладко.

— Он очарователен! Ясно? Просто… По-своему.

— По-своему?

— По-Галарски. У него особое… Особый…

Черт. Слова путались в голове и никак не ложились на язык. Она забывала конец фразы, не договорив и первых двух слов — проклятый Киран с его гребаной иллюзией сбивал с толку и не давал спокойно дышать.

— Мне это не нравится.

— Что?

Киран хмурился, поглядывая в зеркала заднего вида.

— Машина за нами. С тех пор, как мы изменили маршрут, тащится хвостом. Вон та, видишь? Затонирована наглухо.

— Может, совпадение? Просто едут в одну сторону с нами.

Киран молча выкрутил руль, разворачиваясь.

— Киран…

— Вот и проверим.

— Мы опоздаем.

— Лучше опоздать или умереть?

Крис прикусила губу, раздирая кожу почти до крови. Умереть? Он что, и вправду думает, что им грозит что-то подобное?

— Ты всё-таки не доверяешь мне, — тихо пробормотала она, наблюдая, как он с тревогой всматривается в зеркало.

— С чего ты взяла?

— Не веришь, что я смогу нас защитить.

— Инри, я верю, просто не люблю испытывать судьбу. Да куда ты лезешь!

Машина резко затормозила. Они едва не врезались в авто, выскочившее на их полосу сбоку. Крис напряглась, скрещивая пальцы, но слава святым, все обошлось: Киран гневно посигналил водителю, и тот живо умчался.

— Я же говорил, — раздражённо сказал Киран, вновь поглядывая на зеркала. — Тормозим или меняем маршрут — хвост все ещё здесь. Если им по пути с нами, то путь они выбрали очень неудачный.

Он вытянул правую руку в сторону Крис, задрав рукав свитшота до локтя.

— Что?

— Сними это.

Его запястье было плотно охвачено тонким золотистым браслетом. Когда Крис приближала руки, то чувствовала неясное волнение. Чужая Ри? Это… артефакт?

— Что это?

— Сними, давай же, милая, — он нетерпеливо потряс кистью в воздухе. — Я не могу, ты ведь знаешь.

— Это артефакт Эрру?

— Ну ты же не думаешь, что Рэд превратил меня в это одним своим кроссом? Давай, сломай эту херню какой-нибудь тянучкой.

— Т…тянучкой?

— Любой крос, Инри! Эта штука среагирует на что угодно.

— Ты хочешь снять иллюзию?

— Я хочу вернуть себе Ри, Крис!

— И что ты сделаешь? Убьешь их?

Он вдавил педаль газа так, что Крис перепуганно вжалась в сиденье. Машина с затонированными стеклами не отставала, тоже набирая ход. Казалось, что они пытались улизнуть от мячика, который был за верёвочку привязан к ним сзади.

Все без толку.

— Думаешь, они едут, чтобы…

— Крис, — он снова потряс запястьем. — Давай, милая. Прошу тебя. Поговорим, когда я снова стану собой.

— А это безопасно? Разве такие артефакты не реагируют на…

Он бросил на нее быстрый гневный взгляд, снова покрутив запястьем почти у ее носа.

— Инри.

Крис выдохнула.

— Ладно. Только сбавь скорость. Мы так разобьемся к чертям!

Но едва она договорила, как Киран громко выругался. Тонированные окна равняются с их окнами.

Зачем? Зачем? Зачем?

Ничего хорошего не случится.

У Эйлы было плохое предчувствие.

— Крис!

Взрыв ослепил. Она не осознавала, что загорелось первым — щит, которым она накрыла себя и Кирана, или пространство вокруг, сверкающее белизной неизвестного кроса.

Сияющее осколками.

Режущее. Ломающее.

И ослепительная, яркая боль.

Уши заложило, и в мгновение ока все полетело в бездну.

Несколько секунд — а может, и несколько часов — она неслась в пустоте, прежде, чем наконец очнуться. Звуки и боль вернулись одновременно. Дым, запах паленого пластика. Где-то горит… Так близко.

Крики и вой сирен вдалеке.

Почувствовать тело. Так сложно в него вернуться, когда каждая клеточка облечена болью.

Крис приоткрыла глаза, ощущая на веках влагу. Что это? Кровь?..

Голубое небо молча смотрело в ответ.

Такое пронзительное. Совсем без облаков.

Не хочется шевелиться.

Хочется… Хочется только уснуть.

Может, она умерла?

Или вот-вот умрет.

Какое было бы облегчение.

Веки снова налились тяжестью.

— Крис! Крис, ты жива?

Голос вырвал ее из странного ступора, возвращая в реальность.

Киран.

— Спаркс, мать твою! Отвечай, когда тебя спрашивают!

Она заморгала, с трудом отгоняя тяжёлое сонное оцепенение.

— Святые… Крис! — браслет слетел, и теперь это был просто Киран. Настоящий Киран. Её Киран.

Кажется, он увидел, как она слабо пошевелила головой, и из его горла вырвался вздох облегчения.

— Я сейчас… Сейчас. Крис, держись. Слышишь? Только не засыпай!

Он лежал где-то в паре метров от нее, точно так же, как и она, придавленный обломками. Крис слабо пошевелила губами, но из горла вышел только странный клокочущий звук, что-то среднее между лаем и плачем.

— Тихо, тихо. Все хорошо. Я сейчас, милая. Сейчас.

Силовая волна отшвырнула обломки в сторону. Но Крис не почувствовала облегчения: ноги все так же не откликались, будто ниже пояса у нее вовсе не было ничего.

Киран подтащился к ней по асфальту, прижимая к груди кровоточащую руку. Крис скользнула по ней взглядом и всхлипнула, увидев торчащую кость.

— Шшшш… Крис… Крис, — подобравшись, он неловко умостился рядом, приобнимая её. Лицо перепачкано черным и красным.

Апельсин… Раньше он пах апельсином. А теперь только дымом, бензином и гарью.

— Все хорошо, Крис. Ты справилась. Ты умница, слышишь? Все хорошо. Ты такая сильная…

— Ки-ран… — она с трудом глотала слезы, произнося его имя снова и снова. — Ки-ран…

— Да, да, Крис. Я с тобой. Я здесь. Потерпи ещё немного, слышишь? Медики рядом. Слышишь сирену? Совсем немного. И все.

— Я… Кажется, я не чувствую… ног.

— Твои ноги? Ноги. Ноги в порядке. Просто немного прижало. Не бойся. Вэлли и не с таким справлялись. Это не Нельт, тебя всего лишь придавила жестянка. Это не навсегда. Слышишь? Ну, ну. Тише. Это не навсегда. Ты умница, Крис. Ты…

— И твоя рука…

— Моя рука? Ерунда. Там ничего страшного. Просто не смотри туда.

— Киран… Если бы я раньше…

— Нет, нет, Крис. Все хорошо. Ты все сделала правильно, слышишь? Никто бы лучше тебя не справился. Я бы не справился. Я бы не смог без тебя, слышишь? Ты золотце. Ты самая сильная женщина на планете.

Его беспорядочный шепот так успокаивал. Крис плакала и плакала, слушая его, но в конце концов остатки сил начали ее покидать. Прежде, чем над их головами замелькали незнакомые лица, заговорили громкие голоса, зашуршали синие костюмы, она в последний раз прошептала:

— Прости… Киран, я… Я больше… Больше не могу…

И погрузилась в темноту.

***

— Сколько ты уже их не принимаешь?

— Три дня.

— Хорошо. Анализы хорошие. Кровь быстро очистилась.

— Они что-то поняли? Ну, в первый день... По анализам было понятно, что я их принимал?

— Мне пришлось немного поколдовать с результатами, но все прошло хорошо. Никто не знает. Не переживай.

Облегченный вздох.

— Как себя чувствуешь? Чип беспокоит?

— Не сильнее, чем сломанная кость.

— Она быстро срастается. Твой иммунитет берет свое, так что пролежишь тут недолго. В отличие от…

— С ней… все будет нормально? Она почти не просыпается. Это же… неправильно, да?

Молчание.

— У меня для тебя кое-что есть.

Тихое шуршание.

— Что это? Джер, если я снова начну принимать…

— Это не медиаторы.

— А?...

— Новое лекарство. Оно ещё в разработке, так что я…

— Ничего мне не давал.

— Именно.

— И что оно делает? Это вроде… медиаторов новой волны?

— Не совсем. Оно обманет твой организм. Твой иммунитет перестанет воспринимать маячок и его Ри, как что-то инородное. И при этом оно не будет подавлять твою собственную Ри. В этом его преимущество.

— Чужеродная Ри… Больше не будет ощущаться?

— Да. Шрам тоже перестанет болеть на непогоду.

— Чёрт! Отменная штука. Ты тоже на них сидишь?

— Киран, я знаю, звучит здорово. Но не спеши с выводами. Побочные эффекты до конца не изучены. Сейчас, пока ты под надзором, это лучше, чем медиаторы. По крайней мере, по анализам все будет чисто, для всех ты будешь чист. Но потом… Ты должен знать, риски есть, и они высоки.

— О, если я начну истекать кровью, то поверь мне, это я уже проходил.

— Насколько мне известно, таких побочных эффектов у препарата не выявлено. Я очень надеюсь, что это и вправду лучшее, что я могу тебе предложить, но…

— Джер. Если я прекращу захлёбываться кровищей по утрам и смогу делать кросы в полную силу — это уже большая удача. Я тебе руки расцеловать готов.

— Но ты же понимаешь, что может произойти что-то… Непредсказуемое?

— Все риски на мне. Я понимаю. Я сам принимаю решения, Джер. Что бы ни произошло, поверь, я никогда не стану тебя винить. Ты и так спас меня, старик. И спасаешь до сих пор.

Джер тяжело вздохнул.

— Спасаешь. Это очень громкое слово в этой ситуации, парень.

Крис разлепила глаза, рассматривая спину в белом халате. Черные волосы с проседью. Джер… Джер здесь, совсем рядом. Сидит к ней спиной, лицом к Кирану. Тот полулежит на койке в дурацкой синей пижаме, рука перевязана и прижата к груди.

Крис облизнула сухие губы. Попыталась пошевелиться, но слушалась только голова и руки: тело ниже пояса не поддавалось. Не ощущалось совсем.

Она приподнялась на локтях, в панике разглядывая ноги. Прикрыты тонким белым больничным одеялом, но их очертания ясно виднеются. Ей же ничего не оторвало? Она сможет ходить? Что, черт возьми, происходит?!

— Крис! — Киран и Джер одновременно повернулись к ней. Джер встал с места и подошёл к ее койке, склоняясь над Крис и беря ее за руку.

— Что… Что произошло? — глаза защипало. Мысль о том, что она навсегда потеряла возможность ходить, пугала до безумия. — Джер. Джер, что со мной? Я не чувствую ног. Почему я не чувствую ног?

— Все в порядке, — Джер явно пытался применить свою Ри — Крис чувствовала слабое покалывание в пальцах, — но страх был слишком силен. Её била дрожь. Когда врачи таким тоном говорят “все в порядке”, обычно это значит, что ничего не в порядке. Это значит только то, что они поставили диагноз, который тебе предстоит принять как данность.

— Кристоль. Посмотри на меня, — позвал ее Джер, потому что она не могла прекратить разглядывать свои ноги. Она снова и снова давала мозгу команду пошевелить хотя бы пальцем — но ни один из пальцев даже не дрогнул.

— Ты сможешь ходить. То, что ты сейчас чувствуешь — это временно.

— Временно? Насколько временно? Как долго, Джер? Как долго я не смогу ходить?

— Пока не могу точно сказать, но прогноз благоприятный. Может, неделю.

Крис застонала, откидываясь на подушки. Неделю. Всего неделю! Святые, благословите современную медицину!

— Может, и быстрее, если Вэлли… — Джер замялся, словно раздумывал, стоит ли Крис посвящать в подробности. — В общем, они не хотят рисковать. Лучше дать твоему организму восстановиться в комфортном для тебя темпе. Тебе предстоит неделя не самых приятных процедур, но это ведь не так страшно, Кристоль. Ты крепкая девочка.

Он улыбнулся. Нежно, почти по-отцовски. Так нежно, что у Крис заныло в груди. Она растерянно перевела взгляд обратно на ноги — и на миг ей показалось, что она смогла пошевелить кончиком большого пальца. Но только на миг.

— Не пытайся сейчас. Ты под действием препаратов. Тебе нужен покой. Если почувствуешь хоть что-то ниже спины — вот кнопка вызова медсестры. Позови, если нужно добавить обезболивающего. Или если мочеприемник наполнится, или…

Мочеприемник.

Крис бросила пристыженный взгляд на Кирана, который все это время наблюдал за ними с Джером со своей койки. Святые, как унизительно!

— И это все при… нём? — громким шепотом спросила она, хмурясь. — Какого черта нас вообще положили в одну палату?

Палата была небольшой и светлой. Было ощущение, что изначально она была предназначена для одиночного пребывания — здесь был всего один шкафчик, одна тумбочка, один табурет. Настенная лампа тоже была только одна, но висела не над ее кроватью, а чуть сбоку. Выглядело так, будто кто-то в спешке сдвинул всю мебель в сторону, чтобы впихнуть ещё одну койку к стене.

— Твой друг настоял, — мягко улыбнулся Джер.

— Что? — вспыхнула Крис. — Это ещё зачем?!

— Менять тебе подгузники. Кто ж ещё о тебе позаботится, Инри? — в тоне Кирана сквозила ирония, но Крис вовсе не оценила шутки.

— Джер? Он же сейчас издевается, да? Тут что, проблемы с медсёстрами?

— Все в порядке с медсёстрами, Кристоль. Просто нажми на кнопку, и к тебе сразу придут. Киран здесь скорее в качестве… эмоциональной поддержки.

Крис фыркнула, вновь бросая взгляд на напарника. Тот лег на койку, и, закинув ногу на ногу, болтал в воздухе голой ступней. Счастливчик! Да он почти цел! Сломанная рука? Можно считать, отделался малой кровью!

— Эмоциональной… что? Мне это ни к чему. Пусть убирается к чертям в другую палату. Он-то, я вижу, прекрасно может ходить?

Джер обернулся на Кирана, словно прося о помощи. Тот вздохнул, закатывая глаза.

— Крис. Знаешь, сколько прошло с аварии?

Она задумалась. В окно светит солнце, весьма яркое — наверное, сейчас где-то полдень. Когда они ехали на фотосессию, было около пяти вечера, значит… Сейчас уже следующее утро?

— Мы разбились… вчера?

Киран цокнул языком.

— Три дня, милая. Ты в коматозе уже целых три дня.

Крис недоверчиво покосилась на Джера, но тот кивнул в подтверждение слов Кирана.

— Ты почти не приходила в себя. Кристоль, твоя Ри почти иссякла. На восстановление ушло очень много внутренних ресурсов.

— И ты очень агрессивно восстанавливалась, — усмехнулся Киран.

— Агрессивно?... Что?...

— Даже укусила меня пару раз. Я бы показал тебе след, раз ты не веришь, но Вэлли уже привели меня в порядок, — Киран оттянул широкий ворот пижамы и обнажил плечо, задумчиво его рассматривая. — Ладно. Не бойся, Инри. Я не в обиде. Видишь? Ни царапинки не осталось.

Джер вздохнул.

— Видимо, это следствие тяжёлого стресса. Вэлли хорошо работают с базовыми повреждениями, но психоэмоциональное состояние они поправить почти не в силах, увы, — он убрал руку от Крис, с сожалением глядя на свои растопыренные пальцы. — Киран единственный, у кого получалось тебя хоть немного успокоить. Поэтому его оставили в твоей палате. Он помогал все время, когда у тебя случались… Эти приступы.

Приступы? Крис растерянно смотрела то на Джера, то на Кирана. Она совсем ничего не помнила. Три дня, целых три дня ее жизни пролетели в бессознательном состоянии, в котором она… Что она делала? Кричала? Билась в истерике? Кусала людей? Святые, да что вообще здесь творилось!

— Я понимаю, должно быть, ты смущена предстоящими процедурами. Но здесь есть ширма, — Джер снова мягко улыбнулся.

— Чего я там не видел, — фыркнул Киран, и Крис чуть не задохнулась от возмущения.

— Но если тебя очень сильно смущает его присутствие… И если его помощьдействительнобольше не требуется. То я попрошу перевести его.

Крис охотно закивала головой.

— Да, пожалуйста! И как можно скорее!

Краем глаза увидела, как Киран беззвучно смеется. Вот придурок! Сам бы подумал, каково оказаться на ее месте — валяться беспомощной и слабой, с катетером и мочеприемником, не в силах даже толком пошевелиться! Кому будет приятно показывать себя посторонним в таком виде?!

Джер кивнул в ответ.

— Я напишу твоей матери, что ты пришла в себя. Она будет рада новостям.

— Она приедет? — встрепенулась Крис. В груди затаилась по-детски глупая, отчаянная надежда.

Но по глазам Джера стало сразу понятно, что надежде этой, увы, суждено умереть.

— Мне очень жаль, Кристоль. Она просила передать, что у них никак не получается улететь. Из-за забастовки все аэропорты перекрыты. Но я напишу ей. Не переживай.

Он осторожно погладил ее по руке, и Крис попыталась сглотнуть тяжёлый комок, вставший в горле.

— Она правда очень переживает за тебя. И желает, чтобы ты поправилась. Она… очень любит тебя, Кристоль.

— Это она так сказала? Или ты по доброте душевной добавил к ее открыточке пару лишних строк? — ядовито улыбнулась Крис.

Джер потупил взгляд, убирая ладонь с ее руки.

***

— Я не могла прийти раньше. Я думала, все куда серьезней… К вам обоим никого не пускали. И почему вас поместили в одну палату? — штора между койками Крис и Кирана была задернута, но шепот Эйлы был так близко, что Крис без труда могла расслышать каждое слово. Эти двое наверняка думали, что Крис опять спит — после ухода Джера ее клонило в сон так сильно, что она даже толком не обсудила с Кираном произошедшее.

— Это… долго объяснять, — уклончиво отозвался Киран. — Все нормально, Эл. Не о чем беспокоиться.

— Не о чем? Киран, ты мог умереть!

— Но не умер.

— Я же говорила, что это опасно! Говорила, что для подобного нужен кто-то более опытный!

Более опытный? Вот ведь стерва! Вообще-то Крис сохранила ее любовнику жизнь, разве нет? Сломал руку! Подумаешь, беда! Да стараниями Вэлли он уже завтра сможет хоть стоять на этой руке!

— Более опытный? Эл! — шепот Кирана стал громче. Крис с удовлетворением отметила возмущение в его тоне. — Она и так сделала невозможное! Ты знаешь, сколько она держала мой щит? Черт, да она даже когда отключилась, продолжала его сохранять! Я вообще никогда не видел, что кто-то без сознания был бы способен на такое!

Крис задержала дыхание. Держала щит, пока была без сознания? Это невозможно. Киран наверняка привирает, чтобы выдать ее в более выгодном свете перед своей кураторшей. Но зачем?

— Вижу, как она держала, — отозвался недовольный шепот Эйлы.

— Это не ее вина. Браслет Рэда среагировал на Ри, поэтому и поломало. Если бы не он, на мне вообще не было бы ни царапины.

Браслет Рэда все таки нельзя было снять без повреждений! Крис все же была права! Она никогда не была отличницей на курсе по изучению артефактов, но артефакты, заряженные Эрру, запомнились ей навсегда простой особенностью: при попытке их разрушения раньше естественного срока они могли спровоцировать разрушительный выброс. Небольшой, но часто достаточный, чтобы навредить носителю. Самый безопасный способ избавиться от такого артефакта — просто дождаться, пока срок иллюзии, заложенный в заряд, истечет.

Принуждая Крис снять браслет тогда, в машине, Киран должен был знать, что скорее всего, навредит себе. Должен был! И все равно упорно собирался его снять, только чтобы высвободить свою Ри?

Вот придурок!

Эйла тем временем вздохнула.

— Ты просто хочешь оправдать свое везение её мастерством. Я слышала, она не будет ходить? Где же тогда был её хвалёный щит, раз она так сильна?

Не будет ходить?! Крис заскрежетала зубами. Ей хотелось вскочить с постели прямо сейчас, чтобы показать, кто тут больше не будет ходить!

— Она… — Киран запнулся. — Она держала щит только надо мной. Ее собственный развалился слишком быстро.

Эйла издала неясный звук, похожий не то на шипение, не то на фырканье.

— Но она поправится. Она будет ходить. Так что беспокоиться не о чем, Эл. Зачем ты пришла?

Кураторша промолчала, явно обескураженная вопросом.

— Зачем? Киран, я переживала! Я места себе не находила все эти дни, пока нас держали в неведении!

— Почему?

— Потому что ты… Ты… мой…

— Кто?

— …Подопечный.

Киран тихо рассмеялся.

— Я не использовал Нельт, Эл. Для тебя здесь нет работы. Ни преступлений, ни отчётов. И нет ни одной причины для того, чтобы куратор так сильно беспокоился за подопечного. В конце концов, если я умру, появится следующий Нельт, ведь так?

— Киран. Прекрати это.

— Что?

— Ты же понимаешь, что я имею ввиду. Понимаешь, кто ты для меня.

— Не понимаю. А кто я, Эл? Тайный любовник, которого можно послать, как только он растеряет свою красоту?

— Я говорила тебе тысячу раз, — гневно прошептала Эйла. — Мы расстались не из-за этого!

— Да, да. Из-за того, что секс с кураторами оказался куда слаще, чем с каким-то покалеченным Нельтом, не так ли?

Хлесткий звук пощёчины. Крис вздрогнула, прижимая к лицу одеяло. Сердце колотилось в ушах от страха: ей казалось, что она подслушивает что-то ужасное, что-то, чего не должна была слышать никогда в жизни. Что-то сродни родительской ругани, когда они спорят ночью в своей спальне о том, с кем ты останешься после развода — и не подозревают, что ты все это время стоишь прямо за дверью.

— Ублюдок, — яростное шипение Эйлы обжигало уши. — До конца дней буду жалеть, что вообще связалась с тобой!

— Пока это лицо оставалось смазливым, ты не о чем не жалела. Что, на шершавом шраме уже не так приятно сидеть?

— Больной. Достойный сын своего ублюдочного папаши.

Крис услышала мелкое дребезжание. Кажется, звенела посуда, оставленная на тумбочке за шторой. Сама штора колыхнулась, будто от внезапного порыва ветра. Но окно в палате было прямо над головой Крис, и сейчас оно было закрыто.

— Уходи,— Киран говорил уже не шепотом, но тихим и низким голосом. Пугающим до мурашек. — Уходи сейчас, Эл.

— Кин…

— Уходи, пока тебе не пришлось регистрировать долбаный отчёт!

Гневный стук каблуков. Щёлканье ручки. Эйла громко захлопнула дверь — и Крис тихонько выдохнула, ощущая, как вместе с кураторшей исчезало напряжение. Воздух будто стал чище.

Наконец исчез этот проклятый запах сирени.

Штора перед ее кроватью резко отдернулась.

— Крис? Прости, я… Я разбудил тебя. Ты в порядке?

Она протёрла глаза, делая вид, что только проснулась.

Киран выглядел так жалко. Таким растерянным и опустошенным она не видела его никогда. Крис ожидала увидеть на его лице злость или хотя бы обиду — но только не это безжизненное отчаяние. Ей вдруг так сильно захотелось помочь ему. Протянуть руку, погладить его — совсем легонько, просто чтобы безмолвно сказать: “Я рядом”. Но вместо этого Крис скривилась, съедаемая резким приступом боли.

Тело выгнулось само собой, и она тихо завыла сквозь сжатые зубы.

— Проклятье! Какого чёрта так больно?!

— Препарат перестает действовать. Не дергайся, Крис, прошу тебя. Тебе нельзя. У тебя весь таз переломан.

Рядом защелкало. Это Киран беспорядочно нажимал на кнопку вызова медперсонала.

— Легко тебе говорить, — прохныкала Крис, сжимая в кулаках одеяло. — Ты и доли такой боли не испытал!

Киран смотрел на нее внимательно и серьезно.

— Аааааа! Проклятье! — больше не в силах сдерживаться, она заорала во весь голос.

— Да есть в этой клинике хоть одна живая душа? — Киран раздражённо ударил по кнопке ещё раз. — Ладно. Потерпи, Инри. Я сейчас кого-нибудь приведу.

Но она успела схватить его за пальцы прежде, чем он развернулся к двери.

— Нет… Киран! Прошу тебя! Не уходи!