Сохрани. Уничтожь

Глава 39. Слабость

— Джер, — Киран тихо взвыл, когда руку в очередной раз вывернуло раздирающей болью. — Ты достал их? Скажи, что достал. Святые, молю тебя.

В трубке зашуршало. Голос Джера звучал отдаленно и глухо.

— Ох... Киран. Я сказал, что постараюсь как можно быстрее. Я делаю все, что могу. Но пока…

— Джер! Я подыхаю! Ты слышишь меня? Я сейчас сдохну!

— Киран...

— Отрежь мне гребаную руку! — всхлипнул Киран. — Это невыносимо! Я устал. Блядь, я так устал! Я не хочу сдаваться им, Джер. Не хочу…

— Я знаю. Киран, я знаю. Потерпи, прошу тебя. Мы что-нибудь придумаем. Ты сможешь продержаться… Ещё два дня?

— Ты издеваешься? — Киран прижался спиной к стене, скатываясь вниз. — Мне нужно что-то. Прямо сейчас! Обезболивающее не помогает. Ничего не помогает! Джер… Ты можешь облегчить боль? Хоть как-нибудь? Прошу тебя…

— Я сейчас не в городе, но уже выезжаю. Всего несколько часов, и я буду...

— Несколько часов? — заорал Киран вне себя от ужаса. — Джер, ты знаешь, что со мной станет за несколько часов?! Мне... Мне сегодня же нужно выйти на смену. Я должен. Я должен быть в порядке. Я должен выглядеть, как обычно. Должен...

— Киран, — Джер тяжело вздохнул. — Я сделаю все, что смогу. Ничего не принимай, пока я не приеду. Я знаю, тебе больно. Очень больно. Но прошу тебя. Никаких таблеток и алкоголя. Это только все усложнит.

Киран снова завыл, откидываясь к стене. Горячие слезы текли по лицу вперемешку с холодным потом.

— Жди. Я скоро буду. Так скоро, как только смогу.

— Нет... — тяжело дыша, отозвался Киран. — Нет, подожди. Не бросай трубку. Ты можешь поговорить со мной? Можешь просто... Поговорить, пока едешь. О чём-нибудь. Не важно. Я боюсь... Мне страшно, Джер. Я боюсь отключиться. Раньше никогда не было настолько...

— Я здесь. Не могу обещать, что проговорю долго, но пока связь не пропадёт... — в трубке снова послышался металлический треск. — Кристоль тебе рассказала?

— Что? — Киран на секунду забыл о боли. — О чём?

Джер замялся, явно сомневаясь, стоит ли продолжать. Послышался назойливый пищащий звук: похоже на сигнал, который раздается в авто, когда не пристегнут ремень.

— Джер, — настойчиво позвал Киран.

— Мне не следует это говорить, — глухо отозвался Спаркс. — Как врач, я просто не имел бы права. Но как ее отчим... Бывший отчим. Не важно. Я… Я беспокоюсь за нее, Киран. Я хотел бы, чтобы ты… Позаботился о ней, пока она все ещё там.

Киран нервно сглотнул, вытирая щеки.

— Что... Погоди, Джер. С Крис что-то... Что-то не так?

— Она не простит мне этого.

— Джер! Да что происходит, черт бы тебя побрал?!

Киран застонал, стуча затылком в стену. Чип ворочался в руке прожорливой крысой, выгрызающей путь на свободу.

— Она не справилась. Связи... Срослись неправильно. И это неизлечимо.

Киран сцепил зубы. Пальцы так крепко сжали телефон, что тот едва ли не хрустнул.

— Что... Что это значит?

— Она больше не сможет использовать Ри в полную силу. Нет, сможет… Но… Это может разрушить ее окончательно. Ох, Киран. Если ей придется ещё раз… Если она не будет беречь себя… — Джер на пару секунд замолчал, словно собираясь с духом, чтобы озвучить страшный диагноз. — Ещё один такой надрыв может её убить.

Кирану показалось, что он оглох. Перед глазами потемнело. Комната задрожала, сжимаясь до маленькой точки.

Убить.

Это слово стучало в висках, заставляя его прокручивать в голове последние дни снова и снова.

— Идиотка, — выдавил он, шипя, сжимая плечо с такой силой, чтобы кипящая боль вынудила его вернуться в реальность. — Как давно? Как давно она знает?!

— Недавно. Меньше недели назад. Я провел обследование тайно, она не хотела, чтобы кто-то узнал. Не хотела, чтобы узнал ты.

Киран сглотнул, закрывая глаза.

— Мммм. Ну ещё бы. Твоими стараниями, Джер. Я охладил её пыл настолько, что она и в одной комнате со мной находиться не может.

— Думаю, дело не в этом. Она просто боится показаться слабой в твоих глазах. Хочет сохранить достоинство, уходя, — в трубке что-то тихо щёлкнуло, и Джер протяжно выдохнул. — Как только приведу тебя в норму, проследи за ней, ладно? Не показывай виду, что знаешь о ее состоянии. Просто… следи, чтобы она берегла себя. Ничего выше трёх баллов. А лучше… Пусть избегает нагрузок совсем.

— Мгм, — отозвался Киран, не открывая глаз. В голове было мутно и тяжело. В висках все ещё стучало, и сердце переворачивалось в грудной клетке так, будто это в нем, а не в плече, дёргался грёбаный маячок.

— Киран? Ты здесь?

— Да, — выдохнул он, откидывая влажные волосы со лба. — Просто думаю.

— Прости. Это все… Все так тяжело. Прости, что заставил тебя… вас обоих…

— Ничего, — хрипло ответил Киран. — Ты был прав. Ничего хорошего у нас все равно бы не вышло.

Но Джер будто не услышал его, продолжая оправдываться.

— Я знаю, как ты привязан к ней. Знаю, как сильно ты хотел быть с ней! Но ты же все понимаешь. То, что с тобой происходит… Если это закончится плохо, это окончательно ее добьет. Она и так на грани. Потерять свою силу, потерять идентичность, потерять саму себя! Только представь, каково будет после этого ещё и оплакивать человека, во имя которого все это было разрушено!

Было разрушено.

Слова эхом отозвались в голове, и Киран крепко зажмурился, вжимаясь затылком в холодную стену.

Он разрушил её.

Как бы не бежал от этого, как бы не старался ее от себя оградить — сама встреча с ним стала для нее приговором.

Ты все разрушаешь.

Лучше тебе умереть.

— Прости, — виновато пробубнил Джер. — Это не твоя вина. Я знаю, она сама выбрала такую работу. Сама выбрала сражаться на пределе. Хотела доказать свою значимость. Хотела наконец-то стать ценной…

Разговор с Джером и вправду помогал. Кирану все ещё хотелось умереть, чтобы не чувствовать боль — но теперь она была не в руке, а глубоко под ребрами. Оглушающая, знакомая, переполняющая лёгкие боль. Он больше не мог плакать. Хотел, но слез больше не было. Теперь он просто смотрел в стену напротив, сидя в немом ступоре.

— Потом, когда все уляжется... Святые, я надеюсь, эти браслеты наконец-то введут. Ты сможешь ей всё объяснить, Киран, она поймет... Она сможет тебя простить, слышишь? Просто сейчас ещё не время. Сейчас каждому из вас… нужно пройти свой путь. Понимаешь? Киран? Киран, ты здесь? Киран, ты меня слышишь?

Голос раздавался из телефона, валяющегося на полу рядом с Кираном. Тот молчал, закрыв глаза, и больше не слышал ничего.

***

— Эй. Кин.

Он очнулся от прикосновения холодной ладони к его щеке. Перед глазами застыл мутный силуэт: Киран с трудом сфокусировал взгляд, пытаясь узнать незнакомца.

— Кин, очнись. Давай же. У нас мало времени.

— Что...

Он попытался приподняться на локтях, но тело едва слушалось. Образ перед глазами медленно обретал четкость.

Ярсег. Грёбаный, мать его, Ярсег.

— А, — Киран мрачно усмехнулся. — Приехал забрать меня? Как быстро.

— Кин...

— Только погоди, послушай. Дай мне поговорить с Крис. На прощание. Всего пару минут. Ты ведь можешь? Мне нужно. Нужно с ней поговорить.

— Нет, Кин, — Ярс схватил его за рубашку, подтягивая к стене и усаживая, будто безвольную куклу. Присел рядом на корточки и обеспокоенно заглянул в глаза.

— Я здесь не для того, чтобы забрать тебя. Я пришел помочь.

— Ты? — Киран вяло рассмеялся. — Помочь?

— Я от Джера, — Ярсег зашуршал в кармане и выудил знакомую баночку с криво наклеенной этикеткой. — Он просил передать это тебе.

Киран встрепенулся и разом нашел в себе силы выхватить медиаторы из рук куратора. Ярсег? Куратор, подчиняющийся СКБН — темная лошадка Джера? Вот ведь нелепость. Но кто, кроме Джера, мог знать о происходящем?

Киран лихорадочно завертел в руках банку, пытаясь открутить крышку занемевшими, непослушными пальцами.

Ярсег услужливо сделал это за него и высыпал сразу несколько таблеток на ладонь Кирана.

Знакомые белые кругляшки.

Боль заливала все тело. Путала мысли. Киран медленно повернул лицо к Ярсегу, ощущая странный холодок, спускающийся по спине.

Ярсег?...

Ладонь предательски задрожала.

— Что? — Ярсег склонил голову набок, всматриваясь в лицо Кирана. — Принести воды?

Киран неопределенно мотнул головой.

Ярсег вздохнул, поднимаясь и делая шаг назад.

— Слушай, Кин. Я не собираюсь запихивать их в тебя насильно. Джер сказал, чтобы я просто пришел и проследил, что с тобой все в порядке, ясно? Вроде как эти штуки тебе помогают, нет?

— Ммм, — промычал Киран, медленно моргая. Таблетки оставались лежать на раскрытой ладони.

Ярсег.

Ему нельзя доверять.

В голове закипело, когда Киран попытался вспомнить, почему именно.

Тебе нельзя ничего брать из его рук!

Но почему?

Он же пришел от Джера. Он пришел, чтобы помочь. Пришел, когда больше не было никого…

— Давай, Кин. Тебе нужно взбодриться. Не то Спаркс заметит, что ты прихворал. А ей и самой приходится несладко.

Киран снова посмотрел на Ярсега, недоуменно моргая.

Он знает… Знает так много?

Да… Джер. Должно быть, Джер ему все рассказал.

— Ей нужна твоя поддержка, ты помнишь? — Ярсег давил на больное, заставляя Кирана поднести ладонь ко рту. — Она уже ждёт тебя. Там, внизу.

— Ждёт?... — тихим эхом повторил Киран.

Ярсег уверенно кивнул.

— Вас отправляют с Астелем на конференцию. Она мне так сказала. Представь, что будет, если она опять бросится исполнять свои грандиозные щиты! Ты должен её отговорить. Джер приказал тебе заботиться о ней, помнишь?

“У него не было алиби”.

“Его предыдущий подопечный погиб”.

Как он вообще вошёл в его комнату? Откуда взял его кровь?

Киран покосился на свой телефон, так и оставшийся лежать на полу поодаль.

— Эй, Ярс, — Киран облизнул пересохшие губы, опуская ладонь. — А что сказал господин Брестон? Он проверил эту партию?

Ярсег выдержал короткую паузу, бросая на Кирана оценивающий взгляд. Тонкие губы растянулись в ейлейной улыбке.

— Да, — он вскинул руки. — Конечно. С партией все нормально. Господин Брестон все одобрил!

Киран издал короткий смешок.

Выпустил серебристые путы, и, сжимая Ярсега в стальной хватке, повалил на пол. Подтащился, чтобы взгромоздиться сверху и упереться коленом ему в грудь. Низко навис над ним и прошипел сквозь оскал:

— Не знал, что кот Джера разбирается в таблетках.

Ярсег шипел, извиваясь под его руками. Пальцы Кирана сжали его горло сами собой.

— “Где твой куратор”, а? — зло засмеялся он, наблюдая, как глаза Ярсега наливаются кровью. Как он жадно глотает губами воздух, отчаянно скобля ногтями по рукам Кирана.

— Ты через эту хрень меня прослушивал? И я сам дал его поставить! Я должен был раньше положиться на свое чутьё. Сука, я знал, что это ты. Всегда знал!

— Ты… параноик, Кин… — прохрипел Ярсег, из последних сил сдирая его кожу ногтями. Хватка Кирана на миг ослабла — он лишь пару раз моргнул, допустив в голову холодную, отчетливую мысль.

Что, если ты ошибаешься?

Он не воспользовался своей Ри.

Что, если у него её нет?

Анализ крови ничего не показал.

Он… беззащитен?

Ты убьешь его. Ты можешь его убить. Просто так.

Руки разжались. Глаза расширились, Киран отпрянул, тяжело дыша и не веря в то, что только что готов был сделать. Он все ещё сидел на Ярсеге, пока тот, барахтаясь, отчаянно пытался выбраться из-под него. Киран лениво пригвоздил его к полу путами, пытаясь дать себе хоть минуту на размышления. В голове гудело. Тяжело и горячо.

Мысли путались, наскакивая одна на другую.

Плечо жгло огнем — Ри из маячка впрыскивалась в кровь, заставляя все тело сжиматься в болезненном спазме.

— Отпусти. Кин, слышишь? Я на твоей стороне. Я пришел, чтобы тебе помочь…

— Заткнись, — прохрипел Киран, усиливая нажим, но путы, перестав ему подчиняться, рассеялись, разлетевшись по комнате прахом. Ри колебалась. Вспышки на пальцах становились болезненными, ключи от кросов смешивались в голове, создавая бессмысленный хаос. Киран зажмурился, хватаясь за плечо, и в тот же миг опрокинулся на спину, больно ударившись затылком.

Ярсег поднялся, сжимая свои путы на нем, совсем как Киран делал это с ним минуту назад.

— Мразь, — прошипел Киран с торжествующей улыбкой. — Какая же ты мразь, Ярсег.

Куратор тоже улыбался. Он поднял с пола рассыпавшиеся таблетки — к тем прилип мелкий мусор и пыль. Оседлал Кирана, и, не отпуская пут, схватил рукой его подбородок, поднося ко рту злосчастные кругляшки.

— Глотай, Кин, — глаза Ярсега горели, полные странного восторга. — Будь хорошим мальчиком.

Киран беззвучно рассмеялся, не открывая рта.

— Ну же! — Ярс сдавил путы вокруг его горла, надавливая на челюсть, настырно тыкаясь пальцем меж зубов. — Не вынуждай меня портить твою красивую улыбку!

Киран на секунду прикрыл глаза, концентрируясь. Ри дышала слишком сбивчиво. Какого черта она подводила, когда была так нужна?

Он приоткрыл рот совсем ненадолго — только чтобы плюнуть в лицо куратора. И, пока тот сморщился, на короткое время ослабив хватку, Киран изо всех сил дернулся вверх.

Хруст.

Киран снова был сверху. Лицо куратора залило кровью.

Он не успевал реагировать — Киран наносил удары один за другим, превращая лицо Ярсега в сплошное кровавое месиво.

Он может уничтожить тебя.

Убить одним щелчком пальца.

Осознание плясало где-то на задворках, но Киран не обращал на него внимания.

Пусть эта чертова скотина соберётся и убьет его. Может, это и к лучшему.

Так проще.

Настоящий Нельт должен умереть в бою.

— Твоя девка, — фыркая и сплевывая кровь выдавил Ярс, в секунду, когда кулак Кирана в очередной раз поднялся, прежде чем опуститься на его лицо. — У меня.

Внутри похолодело. Он не мигая смотрел на куратора — на то красное пятно, в которое превратилось его лицо.

Ярсег приподнялся на локтях, глядя на Кирана заплывшими глазами. Но его разбитые губы, его проклятые кровоточащие губы вырисовывали довольную ухмылку.

— Что ты сказал?... — прошептал Киран, почти не дыша.

— Я слышал, как ты плачешь по ней ночами, — хрипло рассмеялся Ярсег, сплевывая зуб себе в ладонь и рассматривая его с интересом пытливого стоматолога. — Стонешь ее имя. Плачешь или дрочишь? Или и то и другое?

Киран ударил его так, что голова Ярсега дернулась в сторону с пугающим хрустом — на миг ему показалось, что он раздробил ему череп.

Но эта сволочь была бессмертной.

Он снова смеялся, сплевывая кровь.

Киран сжал его воротник, притягивая к себе.

— Где она?

— Пойдем, покажу, — скалился Ярсег. — Закончишь начатое — никогда не узнаешь, что я с ней сделал.

Ярость неслась по венам с оглушительной мощью. Ри завибрировала на пальцах, и ключ к Пульсару так и просился на ум — Кирану пришлось приложить усилие, чтобы не активировать его. Он сжал зубы, крепче сжимая воротник куратора.

— Где. Она.

— Я же сказал, Кин, — закатил глаза Ярсег. — Выпей таблетки и иди со мной. Иначе… Сказать, что с ней станет, или оставить это для твоей богатой фантазии?

Киран отбросил его на пол, тяжело дыша. Слез с него, но так и остался сидеть на коленях рядом, бездумно глядя на валяющиеся на полу таблетки.

Блефует?

Может, эта тварь просто блефует?

Откуда ты знаешь, черт возьми! Ты не общался с ней два дня! Ты понятия не имеешь, что с ней происходит!

Щиты.

Холодное осознание прокатилось мурашками по спине, заставляя волосы на затылке шевелиться.

Ей нельзя делать грёбаные щиты!

— Ну что? — Ярсег вытер окровавленное лицо рукавом. — Время идёт, Кин.

Киран схватился за телефон, но тот был выключен. Разрядился, пока он трепался с Джером.

Ярсег настойчиво цокал языком.

— Я пойду, — сквозь зубы ответил Киран. — Но пить твою дрянь не стану.

— Но-но-но. Условия ставлю я, дорогуша.

Киран метнул на него взгляд, исполненный ненависти. Ярсег только ухмыльнулся в ответ. Он опирался на локти, лёжа на полу перед ним, и барабанил по паркету длинными пальцами.

— Ты же видел, — он мотнул головой. — Я не стал тебя убивать. Хотя мог. И могу сейчас, но даю тебе фору. Даю тебе выбор, Кин, которого у тебя никогда не было.

— Выбор, — Киран мрачно усмехнулся, закидывая в рот таблетки. — Когда я очнусь, Ярс, я тебя уничтожу. Клянусь святыми, я убью тебя.

***

— Тебя поставили в смену с Кираном? — Зен прокрутил график в телефоне, недоуменно уставившись на черный квадрат. — Почему? Разве ты не просила Рэда ставить тебя только со мной?

Они стояли у двери Астеля, выжидая, когда Вин и Санар снимут щиты.

— Просила.

— Схожу разберусь, — Зен почти развернулся в сторону кабинета Рэда, но Крис схватила его двумя пальцами за толстовку.

— Не надо, Зен.

— Крис, но ты ведь…

— Все хорошо, — она натянуто улыбнулась. — Это будет наша последняя совместная смена. Своего рода прощание, — пожала плечами, выпуская из пальцев мягкую ткань. — Пусть так и будет. Даже к лучшему. Нам есть, о чем поговорить.

Зен неуверенно покачал головой.

— Ну… ему бы пора уже и явиться, верно? Побуду с тобой, пока он не придет.

Крис не успела ответить. Щит на двери рассыпался голубоватой пылью, дверь распахнулась и на пороге появилась Вин. Сразу за ее спиной рыжей тенью возникла Санар.

— Вечерочек отстой, Крис, — выходя, Вин недовольно зажмурилась. — Астель не в себе.

— Все замёрзло?

— Не-ет… Просто бурчит и срывается по делу и без дела. Хорошо, что с тобой Зен, — она похлопала Зена по плечу. — Не дай Галару вытрепать ей последние нервы перед уходом.

Зен улыбнулся. Вин и Санар почти одновременно кивнули на прощание и пошли по коридору — их одинаковые спортивные костюмы, различающиеся только по цвету, синхронно шуршали, сопровождая тяжёлые шаги.

Крис и Зен переглянулись и молча вошли в покои Астеля.

— Альтер и Спаркс, — Галар остановился посреди комнаты, но его длинный белый халат все ещё тревожно вился за его спиной, раздуваемый невидимым ветром. — Какая дивная пара.

Зен почти незаметно накинул щиты — Крис поняла это только по слабой голубоватой вспышке.

— Где же уважаемый господин Кин? — Астель присел за обеденный стол, отодвигая в сторону пустую чашку. — Я так и не поблагодарил его за ту великолепную речь.

Крис всматривалась в лицо Астеля, пытаясь заметить следы ехидной иронии. Но Галар был холоден и непроницаем.

— Он подойдёт… позже, — Крис растянула уголки губ, следя за тем, как Астель, хмурясь, заглядывает в пустую чашку. — Галар Астель, хотите отужинать? Попросить, чтобы принесли чай?

Астель перевел на Крис ледяной взгляд.

— Я хочу говорить с господином Кином. Немедленно.

Крис с мольбой посмотрела на Зена. Он поднял руки вверх.

— Ладно, ладно. Будет вам Кин. Сейчас организуем.

Зен попытался позвонить Кирану, но тот не брал трубку. Крис попросила сходить за ним, и Зен долго не соглашался оставить ее одну. Но в конце концов сдался под напором сверлящего взгляда Астеля. Когда дверь за ним закрылась и Крис поставила слабенький, колеблющийся голубой щит, она не успела вернуться в комнату, где ожидал Астель. Зазвонил телефон, и Крис, подняв трубку, так и осталась стоять у входа.

— Госпожа Спаркс? — незнакомый голос, назвавший ее по фамилии, заставил Крис невольно напрячься. — Клиника “Центр Здоровья Ингмара”, меня зовут Ависа Рель. Ваш номер был указан, как контактный, на случай, если господин Кин будет недоступен. Госпожа Спаркс? Вы на связи?

Крис только сейчас заметила, что не издала ни звука с той секунды, как услышала название клиники. Даже не дышала.

— Да, — слова вырвались вместе с воздухом. — Да, я слушаю вас.

— Господин Кин оставлял у нас некоторый… материал, — уклончиво сказала Ависа, но Крис прекрасно поняла, что она имеет ввиду. Киран не оставлял надежд подобраться к Ярсегу ближе, и щедро доплатил, чтобы клиника провела углубленное индивидуальное исследование крови — настолько щедро, что результаты пообещали сообщить ему лично, в тайне от самого пациента.

— Что-то… — пробормотала Крис, чувствуя, как замирает сердце. — Что-то новое удалось узнать?

— Результаты очень неоднозначные, госпожа Спаркс. Скажем так: мы бы настоятельно рекомендовали пациенту лично обратиться в клинику.

— Ну, а если… Если коротко? О чем речь? Он чем-то болен?

— Пока не ясно, можно ли назвать это болезнью, — задумчиво ответила Ависа. — Но, пожалуй, случай уникальный. Маркер Ингмара нулевой, но косвенные признаки свидетельствуют о том, что в крови присутствуют продукты распада Ри. Это говорит о том, что пациент либо серьезно ранен, причем настолько, что чужеродная Ри до сих пор проникает в кровоток, в чем я, конечно, сомневаюсь. Либо…

— Либо? — едва дыша переспросила Крис, сжимая в кармане дрожащие пальцы.

— Либо он обладает собственной, уникальной Ри, которая практически не влияет на прочие процессы в организме. Сейчас сложно классифицировать, но, полагаю… Это больше всего похоже на Нельт.

Дверь за спиной Крис распахнулась.

Крис вздрогнула, оборачиваясь, и застыла с телефоном в руке.

На пороге стоял Киран и улыбался.

***

— Привет, Крис. Что у вас?

— Думала, ты уже не придёшь, — из ее груди вырвался вздох облегчения. — Почему ты не брал трубку?

Он пожал плечами.

— На беззвучном. Зен сказал, меня ждёт Астель?

Двинулся вперёд, но Крис резко преградила ему путь, ладонью упершись в грудь. Киран даже не сопроводил ее жест ироничным взглядом — как делал всегда, когда она первая нарушала дистанцию.

— Постой, — быстро зашептала она, заставляя его отойти назад и прижаться к двери спиной. — Астель подождёт. Звонили из клиники.

— Да-а? — протянул он, чуть приподняв бровь.

Глаза — те же. Теплый карий и ледяной серебристый. Странный контраст, что когда-то пробирал ее до мурашек. Контраст, который давно стал привычным. Контраст, который давно перестал пугать.

Но сейчас…

Его взгляд изменился. Словно лёд вышел за границы ресниц. Словно разросся под кожей, растекся по крови, сковывая мышцы и нервы.

Губы едва заметно дернулись. Но веки так и остались застывшими. Улыбка не просто не касалась его глаз. Он как будто… и вовсе разучился моргать.

Крис несколько секунд смотрела на него, не в силах отделаться от пугающего, неприятного чувства, которое скрутило ее нутро.

— Ты был прав, — Крис не отнимала руки от его груди. — Ты с самого начала был во всем прав!

Замолчала, наблюдая за его реакцией. Грудь под пальцами размеренно поднималась и опускалась. Спокойно. Слишком спокойно.

— Ну что ж, хорошо, — наконец сказал он.

И улыбнулся.

От этой улыбки Крис стало холодно. Ее пронзила странная мысль: мышцы на его лице двигаются неправильно.

Не так.

Будто эта кожа ему не принадлежит.

Она поёжилась и машинально обернулась в сторону зала, где ждал Астель. Сердце билось в горле. На автомате накинула щит и Шумодав, повернулась обратно — и почувствовала, как застывает внутри.

— Как… Как ты вошёл?... — спросила еле слышно, медленно отступая, чувствуя, как сжимается воздух между ними.

— Снял щит, — Киран все ещё странно улыбался.

— А м-м…маячок? — она нервно улыбнулась в ответ, делая назад ещё шаг.

— Маячок? — Киран тоже сделал шаг, приближаясь. — Да ерунда, Спаркс. Я ничего не нарушил. Всего-то два балла.

Два балла.Пальцы сами нащупали телефон в кармане. Пусть даже ее щит и был слабым, чтобы разрушить его, двух баллов Нельт было недостаточно. В тот раз, когда он сбил щиты с ее двери, приехала Эйла, значит, это было разрушение не ниже пятерки…

Маячок должен был среагировать и сейчас.

Киран прекрасно об этом знал.

— Все нормально? — он приподнял бровь. Сделал ещё шаг и протянул к ней руку — и рукав рубашки задрался, обнажая запястье.

Металл.

Лампа подсветила браслет, заставляя поверхность вспыхнуть.

— Спаркс…

Крис почти не дышала, уставившись на него. Отступила. Вжалась в свой щит. Пульс колотился в висках.

— Ты… не Киран, — в ужасе прошептала она. Словно только сказав это вслух, могла осознать до конца.

— Тише, Спаркс, — он примирительно поднял руки в воздух. — Тише. Ты же не хочешь…

Прежде, чем он успел договорить, Крис сжала пальцы. Вспыхнул Щит Штерна. Не-Киран закатил глаза, отступая назад.

— О, и в самом деле? Спаркс, я надеялся, ты будешь умнее.

Режущий вспорол щит серебристым серпом. Крис вскрикнула, отскочив. Золотой прах разлетелся — и в его пелене двойник Кирана мелькнул мрачным силуэтом.

— Тише, — повторил голос Кирана. Ледяной голос Кирана. Не его голос. — Ты же не хочешь расстраивать Кина, верно?

Отступила, нащупывая спиной край кресла, потом стену. Кожа на руках пульсировала. Воздух густел.

Сердце гремело в груди беспощадным набатом.

Что ему нужно? Убить её?

Он слишком медлил.

Где настоящий Киран?...

— Что ты… — начала она, но серебристые путы взвились от его жеста и вцепились в запястья.

Боль прожгла насквозь.

Мир сузился до сжимающихся колец света.

— Тсссс, — путы протащили ее через комнату. Бесполезно затрепыхалась, вновь собирая щит. Едва раскрывшись, тот разлетелся мерцающей пылью.

Она упала в его руки. В руки,принадлежащие Кирану.

Грубо сжал её шею, и, пристально глядя в глаза, зашипел:

— Ещё одна выходка, Спаркс, и я не стану церемониться.

Захрипела, царапаясь. Дергаясь из последних сил.

Мир поплыл.

Чужак склонился к ее лицу, обжигая дыханием щеку.

— Заткнись и слушай меня. Кин внизу. В моей машине. И знаешь, что я с ним сделаю, если ты все испоганишь?

Пальцы разжались. Крис судорожно вдохнула воздух. Ноги подкашивались, и она схватилась за ворот рубашки Не-Кирана, чтобы не рухнуть на пол.

— Хочешь его увидеть? Хочешь увидеть его живым, Спаркс?

Путы снова стянули запястья. Крис зажмурилась, бестолково кивая.

— Вот и отлично. Вот умница. Ты не такая упертая, как о тебе говорят, — он хмыкнул, отцепив от себя ее пальцы и отряхнувшись. — А сейчас мы пойдем к Астелю, и ты станешь подыгрывать мне. Так же, как Кину. Ты же в этом хороша, да?

Серебро его Ри сжалось туго. Почти разрезая кожу. Крис тихо взвыла — мышцы и без того разрывало от боли.

На глазах закипели слезы.

Не-Киран разжал хватку, и путы рассыпались серой пыльцой.

— Давай, Спаркс. Соберись. Если ты будешь реветь…

— Я не буду, — прохрипела она, спешно вытирая лицо. — Я не буду…

Он прищурился, смерив ее недоверчивым взглядом.

Плечи дрожали. Ее тошнило от страха и боли, но, собрав последнюю храбрость, Крис подняла голову и упрямо посмотрела ему в глаза.

— Докажи, что он ещё жив.

Он моргнул. Пару секунд молчал, не сводя с нее пустого, стеклянного взгляда.

Знакомое, чужое лицо.

— Он слишком мне нравится, Спаркс. Видишь ли, питаю слабость к вспыльчивым Нельтам, — он сделал шаг к ней и сжал кулаки. — Но тебе придется поверить мне на слово, дорогуша. Прости, но видеоняню я с собой не захватил.

Крис стиснула зубы и опустила голову.

— Валяй. Делай то, зачем пришел.

— Будешь хорошей девочкой?

Она сморгнула слезу и тут же размазала по щеке. Голос дрожал, но внутри больше не было ни страха, ни гнева — только ледяное смирение.

Он его не убил.

Кирана ещё можно спасти.

— Я сыграю, Ярс. Сделаю все, что скажешь.

Он повернулся к двери.

Серебристая вспышка — и тонкий, ослабший щит перед дверью Астеля в мгновение разлетелся в пыль.

***

— Почему так долго, Кин? — Астель нахмурился, поднимаясь из-за стола.

— Форс-мажор, — Ярсег-Киран развел руками. Крис стояла чуть позади него, ощущая, как горит ободранная кожа на запястьях. — Прости, Астель. Некогда разговаривать. Рэд сказал, что-то срочное. Надо ехать.

— Что? — Астель изменился в лице, разом отбросив маску надменного господина. Растерянность придавала ему глупый вид нашкодившего котенка. — Ехать? Куда?

— Не знаю точно, какая-то конференция, — махнул рукой Ярсег. — Сказал, очень срочно, это как-то связано с выборами.

— Святые праотцы, — Астель скинул халат с узких плеч, обнажая фарфоровую кожу. Под халатом на нем были только белые трусы. Крис наблюдала за происходящим с отсутствующим видом, холодно подмечая детали.

На столе ни одной вилки.

Ни одного ножа.

Ничего острого в районе пары метров, до чего можно было бы быстро дотянуться.

Как быстро сможет среагировать Ярс? Смогла бы она оказаться быстрее Нельта?...

Крис прикусила щеку, думая о Киране. Может, Ярс вообще обманул её, и Киран вовсе не в его машине. Может, он заперт в каком-то темном подвале, и если она убьет Ярса, то никогда не сможет его найти.

— Спаркс? Все нормально? — голос Кирана вывел ее из раздумий, и она вздрогнула, вновь смотря в это знакомое чужое лицо. Нет, он не беспокоился за нее, как Киран. В его “все нормально?” звучал еле слышный, холодный нажим. Это не было “все нормально? Ты чувствуешь себя хорошо?”

Это было “все нормально? Ты не собираешься ослушаться меня?”

— Порядок, — сухо ответила она.

Когда Астель собрался, облачившись в белую рубашку и узкие белые брюки, Ярсег-Киран услужливо помог ему накинуть на плечи пальто. Крис мрачно усмехнулась его жесту.

Как мило. Так заботливо. Будто вез его на свадьбу, а не на смертную казнь.

По безмолвному приказу Ярсега-Кирана пошла впереди. Ступая по коридору, на секунду остановилась возле знакомой двери. Дракон на ручке был сломан. Морда рассечена пополам.

Кровяной страж погиб, защищая хозяина.

Сердце болезненно сжалось, и Крис вдохнула, сжимая кулаки. Моля всех святых, чтобы Киран и вправду был жив.

Чтобы Киран дождался её.

— Спаркс? Все нормально?

Крис стиснула челюсти, молча кивнув, и снова пошла вперёд.

***

Как назло, за весь путь им на глаза не попалось никого из сопровождения. Только снующий персонал — но когда Крис начинала засматриваться на кого-то из них, Ярсег приближался и тут же стискивал ее горящие запястья. Крис морщилась, тихонько шипя. Но, кажется, никто ничего не замечал. Даже Астель. Чертов придурок даже не удосужился позвонить Рэду, чтобы проверить слова лже-Кирана. И какого черта он так ему доверял?!

Они вышли через парадный ход, и, обогнув здание, направились к парковке. Ярсег заставил Крис окутать их глухой непрозрачной Сепией: то, что он планировал делать дальше, должно было быть скрыто от глаз простой охраны, караулящей вдоль периметра. Мужчины стояли достаточно далеко от машины, к которой приказал подойти Ярс — неприметный бежевый фургончик, похожий на фургон службы доставки. Подойдя ближе, Крис разглядела на двери полустёртую, уже почти прозрачную надпись:

“Ратс Деливери”.

— Что? Опять твои шуточки, Кин? — поморщился Астель. — Я не поеду на этом.

— Спаркс, — Ярсег-Киран кивнул, делая в воздухе круговой жест двумя пальцами. — Шумодав.

— Я не… — она запнулась, но тут же, встретившись с ним взглядом, исполнила его пожелание. Пальцы скрючились от напряжения, и Крис прикусила губы до крови.

— Кин? Что за…? — Астель не договорил. Ярсег открыл заднюю дверь фургона, и, схватив Астеля за затылок, прошептал:

— Как давно мечтал это сделать.

И приложил Астеля об дверь. Крис взвизгнула, тут же прижав ладони ко рту. Ярсег ухмыльнулся, наблюдая, как по лицу Астеля, осевшему на землю, струится рубиновая кровь.

— А теперь без шуточек, Спаркс, — прошептал Ярсег голосом Кирана. — Ты залезешь в фургон, и если выкинешь хоть одну дурость — я завершу начатое.

Он быстро полоснул по её запястьям путами. Крис закричала, прижимая руки к груди. От горячей крови на холодном воздухе пошел пар.

Неглубоко.

Она ещё может шевелить кистями.

Она ещё может держать щиты.

Расчётливый грязный ублюдок!

Ярсег вытащил из кармана Астеля платок и затолкал ему в рот. Обошел машину, открыл переднюю дверь и скоро вернулся с целым набором — пластырь, бинты и веревка. Крис наблюдала с немым ужасом, как деловито он заматывает рот Астеля, как связывает руки и ноги, как закидывает в фургон — легко, словно пушинку.

И Крис прикрывала его, послушно сохраняя щиты.

Когда Ярсег выдохнул, и, улыбаясь, подошёл к ней с веревкой, она даже не отшатнулась. Вытянула окровавленные руки вперёд — и Ярсег мотнул головой на приоткрытый фургон.

— Умница. Награда за хорошее поведение уже внутри.

Глаза Крис расширились. Она попыталась заглянуть внутрь — но там было слишком темно, дверца была приоткрыта только с одной стороны, и отсюда просматривалась только лежащая на полу фигура Астеля.

— Он там? — ее била мелкая дрожь, пока Ярсег завязывал ее руки. — Он жив? Почему он молчит?

— Не дергайся. Держи щит и помалкивай, поняла?

Крис шмыгнула носом, вытирая щеку плечом.

— Если он мертв, Ярсег… Если ты его…

Ярсег рассмеялся, и смех Кирана из его уст заставил Крис всхлипнуть от боли. Смех Кирана. Настоящий смех Кирана.

Она ещё сможет его услышать?

— Подставляй ротик, Спаркс.

Пальцы Кирана затолкали платок ей в рот и запечатали пластырем.

Куратор подвел ее к приоткрытой дверце, и, придерживая за затылок, подтолкнул внутрь.

Она упала в пыльную темноту — врезалась в Астеля, скатилась с него и тут же принялась червяком возиться по металлу, пытаясь найти Кирана.

Дверь громко хлопнула. Какие-то секунды — и рыкнул мотор, заставляя фургончик покачиваться.

Крис мычала сквозь кляп. Всхлипывала, ползая в темноте. Молилась про себя.

Он должен быть здесь. Должен быть здесь.

Киран. Пожалуйста.

Попыталась создать щит, чтобы свет дал сориентироваться хотя бы на секунду — но руки беспомощно дрожали, и разорванные связи отзывались сплошной болью в груди.

Мир покачнулся, и она покатилась по полу, чтобы у самой стены врезаться во что-то мягкое. Носом и лбом ощутила ткань, похожую на рубашку. Заерзала, задвигалась рядом, всем телом изучая грудь, живот, ноги, шею, лицо… Зарыдала, уткнувшись в него.

Теплый. Теплый и дышит.

Не издает ни звука, связан, как и она. Без сознания или спит?

Святые. Он жив.

Жив. Жив. Жив!

Крис снова и снова прижималась к нему. Каждый раз, когда фургончик трясло, когда ее отталкивало в сторону на поворотах, она снова ползла — и снова укутывала его собой. Проверяла носом температуру его кожи. Касалась лицом его лица, чтобы ощутить дыхание. И рыдала, с облегчением понимая, что он все ещё жив.

Повторяла, словно заклятье:

Жив. Жив. Жив!

Фургончик все несся, трясясь, укачивая в утробе трёх пленников: кроме Крис, никто больше не стонал, не плакал и не молился. В какой-то момент она окончательно потеряла ощущение времени и пространства: ей показалось, что они с Кираном плывут глубоко под толщей воды. Звуки стали далёкими и приглушенными. Сердце в груди затихало, мягко приотпуская сжатую, острую боль. Крис ощущала дыхание Кирана, и, прижимаясь к его теплу, дышала с ним в унисон.

Мотор все урчал, и его мерное, тихое бормотание вскоре превратилось для них в общую долгую колыбельную.