Сохрани. Уничтожь

Глава 23. Собаки

— А почему ты боишься собак?

— Я не боюсь собак. Кто тебе такое сказал?

— Мама.

Киран поправил на руках Киту, усаживая ее поудобнее.

— Я их не боюсь. Просто… Не особо люблю.

Они шли по тропинке вдоль озера вчетвером: Крис, Киран, Эрина и Кита. Впереди семенила Лакрица, почти не обращая внимания на своих сопровождающих — лишь изредка, когда в разговоре проскальзывала ее кличка, вела ухом и лениво ворочала мордой. Эрина держала в руке поводок, правда, глядя на размеры собаки, можно было сказать, что скорее собака выгуливала девочку, чем девочка — собаку. Будь Лакрица хоть немного активнее, Эри вряд ли удалось бы ее удержать.

Сегодня Киран и Крис остались вдвоем с детьми на весь день — Лекс и Мариам поехали в город. Когда Киран ошарашил Крис этой новостью утром, она была в ужасе. Общаться с детьми? Целый день? О чем с ними говорить?! А главное — как?

— Так же, как и с другими людьми, Крис, — рассмеялся тогда Киран. — Будь искренней. Люди это любят, помнишь?

Просто будь искренней. Как легко ему было это говорить! Он-то знает этих детей с рождения! А она? Когда она вообще в последний раз сталкивалась с детьми? Не считая, конечно, новорожденную сестру, которую видела два раза в жизни. Крис, на ходу срывая высокую тоненькую травинку, окинула Кирана завистливым взглядом. Эри, шедшая впереди, то и дело оглядывалась на него и заливисто смеялась, болтая о ерунде, Кита что-то лопотала, крепко обняв ручонками шею любимого дяди. Киран выглядел таким беззаботным! Нет, он выглядел… по-настоящему счастливым. Умиротворение. Радость. Чувство полного насыщения жизнью. Все написано на его улыбающемся лице. Вот она — та самая искренность, которую так любят люди…

Которую так любит Крис.

Она отвела взгляд, глубоко вдыхая прохладный воздух, и озеро приветливо заискрилось на солнце, словно подмигивая ее мыслям.

— А она боится собак?

— Не знаю, давай спросим. Крис, ты боишься собак?

— А? — Крис встрепенулась, выныривая из раздумий. — Нет… Наверное. Наверное, нет.

— Хочешь повести Лакицу? — Эрина протянула поводок. — Она не злая. Мы забгали ее из плохого дома, но она совсем не кусается.

Крис несмело кивнула и приняла поводок. Лакрица, нехотя обернувшись, оценила обстановку, и вдруг ускорила шаг, потянув Крис вперёд.

— А она умеет быть шустрой, — нервно рассмеялась Крис, с трудом сдерживая напор Лакрицы. Поводок натянулся струной.

— Ты точно справишься? — выгнул бровь Киран. — Тебе все ещё нельзя напрягаться.

— Нет, все нормально, — махнула рукой Крис, уверенно наматывая поводок на руку и с удивлением подмечая, как легко возвращаются старые привычки. Ее собака умерла почти три года назад, и Крис уже и не думала, что ещё когда-нибудь в жизни ей придется гулять с животным.

Шагая с Лакрицей впереди, она слышала, как Киран учит Эрину азам первых кросов, и с любопытством прислушивалась. Управляться с Ри в детстве Крис училась сама по видеоурокам. Позже более сложные кросы нагоняла уже в университете. Но то, что рассказывали серьезные дяденьки в интернете, и то, как объясняли свои приемы преподаватели на уроках по профессиональной защите, сильно отличалось от методов Кирана.

— О чем ты думала, когда это произошло? Когда ты впервые поняла, что можешь колдовать.

— Я подумала — вааааау!

Киран рассмеялся.

— Ну ещё бы. А перед тем, как это случилось? Тебя что-то расстроило, или наоборот, порадовало?

Эри долго не отвечала. Крис обернулась через плечо: девочка хмурилась, выставив ладошку в сторону и на ходу поглаживая стебельки высокой травы.

— Ты попал в больницу. Мама плакала.

— И о чем ты подумала, солнце?

— О твоём голосе.

Снова молчание. Крис крепче сжала поводок, заметив беспокойство Лакрицы.

— Ты можешь использовать его, как ключ. Представь, что в твоей голове… Как будто множество мааааааленьких комнаток. В каждой комнатке лежит своя магия. Если ты научишься подбирать ключи, то сможешь использовать любое заклинание, стоит тебе о нем только подумать.

— Нужно опять подумать о твоём голосе?

— Пусть это будет не просто голос. Попробуй придумать небольшой код. Он будет открывать твое первое заклинание. Это должен быть… Ритм. Он настроит тебя на волну, сразу разбудит твою Ри. Ты почувствуешь.

— Гитм?...

— Например, пусть мой голос читает тебе стишок. Или считает. Раз, два, три, четыре, — он защелкал пальцами в такт. — Вот так.

— Киан, а какой код у тебя?

— Это песня.

— Ты поешь песню?

— Угу. Потом привыкаешь, и в голове еле успевают проскочить первые ноты. Но это будет нескоро, солнце. Тебе сначала нужно привыкнуть к своему первому ключу.

— Можно прямо сейчас?

— Давай только найдем просторное место, хорошо?

Крис снова обернулась. Эри задумчиво глядела на свои руки, пытаясь скрестить пальцы.

— Только не скрещивай пальцы, — поморщился Киран. — Это ерунда для младенцев. Ни одна уважающая себя колдунья…

Он осекся, поймав взгляд Крис.

— Почти никто так не делает. Если ты привыкнешь, что твой код — это жесты, то не сможешь колдовать головой.

— А вот и нет, — фыркнула Крис. — Жесты всего лишь помогают сфокусироваться. Так просто удобнее, вот и все.

— Ключ вот здесь, — Киран постучал согнутым пальцем по виску, — Единственное, что нужнонормальномумагу для фокусировки.

Крис отвернулась, почувствовав, как резко ослаб поводок.

Лакрица остановилась, как вкопанная, высоко выставив хвост и насторожив уши.

— Что-то не так, — Крис попятилась, махая Кирану рукой. — Ты слышишь?

Тропинка, которой они шли, вдалеке сужалась и уходила в высокий бурьян. Именно туда напряжённо вглядывалась Лакрица — и Крис готова была поспорить, что слышала, как что-то большое шевелилось в траве.

— Там ёжик? — предположила Эри. — Лакица гоняет ёжиков.

— Език, — вторила ей Кита.

— Крис, — Киран встал рядом с напарницей, хватая ее за руку. — Ты помнишь обратную дорогу?

Лакрица залаяла.

Трава расступилась, и прежде, чем свора огромных собак успела прыгнуть на тропку, тяжёлая серебристая волна затопила всё.

Визг. Лакрица отскочила к Крис, едва не сбив ее с ног. Снова лай.

И безумный рык, от которого ледяные мурашки прокатились по телу.

Кита заплакала.

— Киан!

Эри испуганно вцепилась в штанину Кирана.

— Крис, отведи детей, — Киран отцепил кричащую Киту от себя, пересаживая ее на руки Крис. Девочка противилась изо всех сил, но Крис крепко сжала ее в объятиях. — Домой. Живо!

— Эри! Эри, пойдем! — сквозь лай Лакрицы, рык собак и плач Киты голос Крис едва пробивался. Эрина, растерянно наблюдая, как из травы поднимаются разъяренные псы, стояла, как вкопанная.

— Эри, — Киран подтолкнул ее в сторону Крис. — Эри! Уходите! Слышишь?

Едва Эри схватила за руку Крис, они помчались по тропинке назад что есть мочи. Крис трусливо бросила поводок Лакрицы, надеясь, что та окажется достаточно умной, чтобы не лезть под руку Кирану. В конце концов, нормальное животное использование кроса должно было отпугнуть. Но судя по лаю и визгу, что раздавался позади, с бродячими собаками это не сработало. Только почему? Киран использовал не самую слабую силовую волну. Псов не просто отбросило — Крис была уверена, с такой силой удара некоторым наверняка поломало и кости. Но вместо того, чтобы скулить, поджимая хвосты, эти твари только разозлились, с новой силой прыгая на тропу, как будто сожрать Кирана было единственной целью их жизни.

— Лакица! — пыхтя, хныкала Эри.

— Она нас догонит. Эри, не останавливайся!

— Но Киан…

— Эри, прошу тебя, — задыхаясь, взмолилась Крис, из последних сил таща малышку за руку. Ревущая и толкающая ее Кита была не самой лёгкой ношей, и справляться при этом ещё и с упирающейся шестилеткой Крис было не под силу.

Они с трудом поднялись по холму вверх — к счастью, Лакрица и вправду скоро их догнала. Эри все ещё хныкала, ее ноги заплетались, и Крис молила всех святых, чтобы Киран вернулся как можно скорее.

Но вместо этого впереди показалась ещё одна свора.

Серый вожак с разорванным ухом выступил вперёд, ощетинившись. Крис замерла, вцепившись в плечо Эрины, притягивая девочку к себе.

Лакрица прижала уши, подавшись назад, обнажив в оскале клыки.

Девочки взвизгнули.

— Проклятье.

Щит Штерна взвился золотым куполом. Над Крис с девочками — один. И ещё один, крохотный — над Лакрицей.

— Только не вздумай драться, животное, — прошипела Крис, прижимая к себе детей. Кисти рук сводило судорожной болью, но ярость была сильнее.

Она затопила её.

Казалось, ещё мгновение — и с ее рук сорвется чистое пламя.

Девочки на секунду замолчали, удивленно хлопая влажными ресницами. Но лишь на секунду.

Вожак кинулся почти сразу же.

Снова визг.

— Он нас не тронет, — громко заверила детей Крис, медленно и упорно продолжая двигаться вперёд под надёжным куполом щита. — Пусть кидается.Только зубы обломает!

Вся свора облепила их щит. Облепила Лакрицу. Собака замерла, явно не понимая, почему нападающие клацают зубами вокруг, не в силах достать её.

— Лакрица! Лакрица! — безуспешно звала Крис. Отпустила на мгновение руку Эри, чтобы поднять грязный, извалявшийся в пыли поводок, и дернула изо всех сил. — Ну же! Двигайся, животное!

Наверное, это заняло минут пять, но изможденной Крис казалось, что прошла целая вечность прежде, чем Лакрица осмелилась следовать за ней. Она лаяла, не переставая, то и дело замирала и пятилась — но всё-таки медленно шла.

Крис натужно продвигалась вперёд. Майка промокла насквозь, облепив тело, пот заливал глаза. Кита, казалось, лишилась голоса от страха, но и без ее криков было не легче: она беспорядочно хваталась за свою защитницу цепкими пальчиками, то дёргая за волосы, то попадая ей ладошкой прямо в лицо. Крис скрежетала зубами, думая только о доме. Они скоро доберутся, запрут дверь на замок, и все это кончится.

Скоро эти бешеные твари отстанут.

А если не отстанут…

Скоро вернётся Киран.

И уничтожит каждую чёртову псину.

***

— Это Киан? — Эри спрыгнула с дивана, услышав мелодию звонка на мобильнике Крис.

Они уже добрых полчаса сидели дома, закрыв двери на засов. Лакрица сначала лаяла на дверь, но быстро перестала: кажется, собаки ушли. Крис насыпала Лакрице корма в благодарность за то, что та быстро приняла Щит Штерна, как данность и пошла домой почти добровольно. А главное, не стала сама лезть на рожон. Если бы она сломала щит изнутри и ринулась бы в драку, свора растерзала бы ее на глазах у детей… Святые. Крис даже не хотела думать, чем это могло бы закончиться.

И уж подавно не хотела думать о том, чем это могло закончиться, не поддайся ей Ри.

Хотя руки ныли. Да что там — безбожно ныло все тело. Горела каждая мышца без остатка.

Крис подняла телефон к уху с таким трудом, будто это была не коробочка весом двести граммов, а пудовая гиря.

— Киран. Ты в порядке?

Она спросила это на автопилоте, хотя знала, что с ним все хорошо. С Нельтом просто не могло случиться что-то плохое. Он слишком любил свою семью, чтобы подвергнуть себя опасности.

— Вы дома?

— Да. Все… все хорошо.

— Киан! Когда ты вергнешься!

— Ки..ан! — наперебой заголосили девчонки. Крис приложила палец к губам.

— Сможешь вынести мне свежую одежду и… какое-нибудь полотенце? Девочкам не стоит видеть меня таким.

Он ждал под яблоней, прислонившись спиной к стволу. Светлая футболка и синие джинсы заляпаны бурым: стоило Крис подойти ближе, и в нос ударил сладковатый запах собачьей крови.

— Спасибо, — Киран принял из ее рук полотенце, поспешно вытирая окровавленные пальцы. — Ты в порядке?

— Да… Девочки страшно перепугались, а я… Я понятия не имею, как успокаивать детей. Прости. В общем, они ждут тебя. Но они в порядке.

Киран замер с полотенцем в руке, склонив голову и внимательно глядя в лицо Крис.

— Я знаю, что они в порядке. Я спросил про тебя.

Крис завела руки за спину, надеясь, что он не успел заметить, как дрожат ее пальцы.

— Да. Да, со мной тоже… все хорошо.

Убедившись, что руки чисты, Киран взял ее за подбородок и заставил смотреть себе прямо в глаза.

— Выглядишь неважно.

— Собаки… Собаки гнали нас до самого дома.

Его глаза расширились.

— Ещё одна свора?

Крис убрала его руку от своего лица, но он схватил ее за дрожащие пальцы, заставляя показать ему ладони.

— Что это? Ты… Крис. Ты использовала Ри? Крис! Тебе нельзя!

— Тебе тоже нельзя, — она отняла руки, снова отведя их за спину.

Киран молча смотрел на нее, но Крис абсолютно не могла понять, что выражает его долгий задумчивый взгляд.

***

Они оба полулежали на диване в гостиной, откинув назад головы и прикрыв глаза. Дети облепили Кирана с двух сторон — Кита свернулась калачиком между ним и Крис, а Эри сидела, прижимаясь к его правому плечу. Судя по тихому сопению, от пережитого стресса Кита быстро отключилась, в отличие от своей сестры. Крис тихонько поглаживала малышку по спине, безмолвно молясь, чтобы сон девочки оказался спокойным.

Усталость самой Крис наконец дала о себе знать в полную силу. Даже дышать было тяжело. Все тело наливалось свинцом, и жжение в мышцах становилось таким невыносимым, что хотелось кричать. Крис закусила губу, ощущая во рту металлический привкус.

— А что стало с собачками?

— Я их отпугнул.

— Они вегнутся?

Киран молчал. Крис приоткрыла один глаз, глядя на напарника.

— Они больше не смогут нам навредить, — помедлив, наконец ответил он.

— Почему?

— Он запер их в клетку, — ответила Крис. — В большую прочную клетку. Их заберут специальные люди и поместят под стражу. Вроде тюрьмы для злых собак.

— Запег в клетку? Как ту, в котогой была Лакица?

— Вроде того, солнце, — выдохнул Киран.

Эри задумчиво поскребла подбородок. Киран легонько погладил ее по спине.

— Крис сказала, вы встретили ещё одну стаю по дороге?

— Да! — встрепенулась Эри. — И Кис сделала такую штуку, — вух! — она взмахнула руками, изображая купол щита. — Сделала пальцами вот так!

Киран слабо улыбнулся, вновь прикрывая глаза.

— Да. Она это умеет.

— А я тоже так смогу?

— Нет, солнышко.

— Но почему-у-у?!

— У нас с тобой другой профиль. Крис — защитница. Она мастерица создавать щиты. А мы с тобой…

— А ты сможешь защищать по-другому, — отозвалась Крис. — Сможешь отпугивать собак, как Киран.

— И засовывать в клетку?

— И засовывать в клетку, — она слабо улыбнулась одним уголком рта.

Перед тем, как провалиться в сон, она почувствовала, как ее пальцы сжала теплая рука Кирана. Кажется, у него был всплеск. Иначе она понятия не имела, почему ее сердце вдруг окутала теплая волна благодарности. Да, наверное, это была благодарность. На секунду она вытеснила боль из груди — и Крис почти что могла свободно дышать.

А потом наступила тьма.

***

Когда она проснулась, дом был полон голосов. Кажется, вернулись Лекс и Мариам, и, судя по приглушенному тёплому свету, пробивающемуся сквозь веки, давно наступил вечер. Ее рук кто-то касался, и от этих касаний кожу приятно пощипывало.

— Я не смогу восстановить ее полностью.

От этого голоса Крис вздрогнула. Ей жутко захотелось полежать с закрытыми глазами как можно дольше, делая вид, что она все ещё спит. Настолько невыносимым казалось увидеть вновь перед собой лицо Эйлы.

— Почему? — по голосу Кирана было легко представить, как он хмурится, и меж бровей собирается такая знакомая складка.

— Видимо, последствия операции. Что-то нарушено, — Эйла помолчала, водя по ладони Крис. — Ей не просто так запретили использовать Ри. Нужно было время, чтобы все пришло в норму.

— И что теперь? Нужно ехать в больницу?

— Не думаю, что все критично, но время восстановления Ри затянется.

— Меня в последнюю очередь волнует ее Ри, Эл. Что с ее телом?

— Я сняла часть болезненных ощущений, но это временный эффект. Пару дней будет жутко болеть, и… Лучше запаситесь таблетками.

— Она сможет ходить? Это как-то… Повлияло на ее старую травму?

— Позвоночник и таз в порядке. Суставы в норме. Нет, вся боль сосредоточена в мышцах. Скорее всего, будут судороги.

Киран что-то сказал, но из-за громких взволнованных голосов Мариам и Лекс, что раздавались, должно быть, с кухни, Крис не смогла расслышать слов.

— Киран, мне нужно увидеть это место.

— Уже ночь, Эл. Я же сказал, что я…

— Мне нужно увидеть место, Киран. В отчёте должны быть фото.

— Фото чего? Золы? Пепла? — усмехнулся Киран.

Эйла убрала ладони с рук Крис, и та невольно выдохнула.

— Твои методы обсудим после того, как я заполню отчёт.

— Ладно, — холодно ответил Киран. Зазвенели ключи. — Поехали. Я покажу тебе все, что осталось.

***

Обратную дорогу до дома они скоротали в тишине. Киран понятия не имел, о чем думала Эйла. Наверное о том, как безалаберно он воспользовался своей Ри, создав настолько мощное разрушение всего лишь ради каких-то проклятых собак. Но его это не особо волновало. Когда у него была причина использовать Нельт — настоящая причина — он не задумывался о методах. В конце концов, любое наказание от СКБН было полной ерундой по сравнению с тем, что могло случиться с его близкими, задумайся он о выборе “правильного” кроса хоть на секунду.

Все его мысли сейчас были дома. Кита с самого возвращения не просыпалась, вплоть до прихода Лекс. Но спала на удивление крепко, без кошмаров — как обычный ребенок, утомившийся за день. Эри, кажется, тоже уже успокоилась, и бродячие псины быстро забылись — куда больше ее теперь волновала невероятная “магия” Крис, которую та наверняка показала девочкам во всей красе. Крис.

Святые. Опять он подвергает ее опасности! Он же привез ее в самое безопасное место на земле, которое только знал — в свой собственный дом! За редким исключением в виде внезапных визитов отца, здесь никогда не происходило ничего, что могло бы потревожить семейную идиллию… Но произошло. Стоило только Инри здесь оказаться.

Когда и откуда в округе появилось столько собак? Да ещё и явно нездоровых. Он в жизни не видел, чтобы животные не разбегались бы в стороны после первого же слабенького кроса. Что это? Бешенство? У него не было особого желания разбираться. Единственное, чего он хотел — найти остатки своры, тех псов, что преследовали Инри и детей, и сделать с сумасшедшим зверьём то же самое, что он сделал у озера.

Проклятье… Инри. Нужно будет отвезти ее завтра в больницу. Эйла говорит какими-то загадками, ни черта не понять. Что, если преждевременное использование Ри и вправду серьезно нарушило процесс излечения? Что, если она…

Киран крепче сжал руль, отгоняя мрачные мысли.

Машина с тихим шуршанием въехала на подъездную дорожку, и прежде, чем заглушить двигатель, Киран с удивлением услышал голос Эйлы. Погрузившись в раздумья, он почти забыл, что она все это время сидела рядом.

— Киран.

Отстегнул ремень безопасности и вышел.

— Киран, — она нагнала его у дома. Рыжие волосы вспыхнули медью под пятном теплого света.

— Киран, нам нужно это обсудить.

Цепкие пальцы схватили его за предплечье.

— Обсудить? — он обернулся, с непониманием уставившись на нее.

— Это очень высокий уровень разрушения. Ты же понимаешь? Придется собрать комиссию, и… Повезет, если эти собаки и вправду окажутся бродячими.

— О, поверь мне, я каждую лично проверил на наличие чипа, — оскалился Киран.

— Это не смешно, Кин, — в голосе Эйлы появились металлические нотки. — Тебе придется объяснить, почему ты, находясь рядом с Инри, которая могла тебя защитить, выбрал вместо этого разрушение!

— Она не могла меня защитить, — Киран отдернул руку, выпутываясь из хватки кураторши. — Это я, я должен был защитить её! Святые, Эл! Ты в своем уме? Ты всерьез думаешь, что опасаясь за жизнь детей кто-то начнет перебирать твой грёбаный свод законов, ища самый безопасный крос?

— Это не так сложно, Киран! Для этого достаточно просто быть хоть чуточку адекватным!

— Ты опять приехала, чтобы оскорблять меня?

— Киран… — Эйла опустила взгляд, делая робкий шаг назад. — Прости. И то, что я сказала тогда в клинике, и то… Прости. Я не должна была так говорить. Это… Это непрофессионально. Я просто пытаюсь донести до тебя…

— Донести — что? Что ты таким способом собиралась до меня донести? Что я кругом неправ, что бы ни сделал? Спасибо! Я знаю это и без тебя!

— Я просто пытаюсь… заботиться о тебе. Ты ведь… Ты все ещё мой подопечный, Киран. Просто не хочу для тебя судов, не хочу расследований, не хочу проверок и лабораторий…

— Судов я не боюсь, — фыркнул Киран, делая шаг в сторону дома. — Хватит нотаций, Эл. Мы давно не в тех отношениях, когда я с удовольствием выслушивал от тебя лекции по безопасности.

— Ты зарезал их. Зарезал и испепелил трупы.

— И сделаю это ещё с сотней таких же, — прошипел Киран, вновь подойдя вплотную к Эйле. — Сделаю с любым, кто будет угрожать моей семье.

— Это жестокость.

— Это защита.

Эйла поджала губы, отводя взгляд в сторону. Изумрудные глаза блестели влагой.

— Подобное…преступление.Может стать поводом для пометки об особой жестокости. Ты знаешь, что это, верно? Такую уже получал твой отец.

Киран молчал, сжимая и разжимая кулаки. Ри послушно текла по пальцам, готовая сорваться в любую минуту. О, да. Сейчас он очень хорошо понимал отца.

Особая жесткость.

Пожизненное клеймо и запрет на работу с людьми.

В сочетании с отторгающимся маячком — просто сказка.

— Я хочу сменить куратора, Эл, — тихо сказал Киран, глядя Эйле в глаза.

— Ч… Что? — она явно не верила своим ушам.

— Я хочу сменить куратора. Разве это не мое законное право?

— Киран… Нет, ты можешь подать заявление, но это куча волокиты, и… У тебя не получится таким образом замять это дело.

— Мне все равно. Как подать это чертово заявление?

— Ты же не серьезно…

Киран склонил голову набок, рассматривая Эйлу. Каждую ее чёрточку он помнил наизусть. Каждое движение, каждый жест, каждую крохотную морщинку — он знал их так хорошо, что почти мог прочитать ее мысли по одному лишь направлению уголков ее губ. О чем она думала сейчас? Жалела ли о том, что навсегда расстается с бывшим любовником? С мужчиной, что всегда безраздельно принадлежал ей, даже после того, как она цинично бросила его — всего через каких-то два месяца с того дня, как он почти что лишился глаза? Жалела ли о том, что теряла друга, которого обрела в лице своего подопечного? Жалела ли, что теряла что-то привычное и родное?

Или боялась того, что заявление с просьбой сменить куратора громко заявит начальству о ее непрофессионализме?

Он усмехнулся, опуская взгляд. Не было смысла гадать. Он давно знал все ответы.

Просто боялся смотреть правде в глаза.

Потому что это было больно.

Это до сих пор было больно.

— Я серьезно, Эл, — ответил он почти шепотом. — Я хочу подать гребаное заявление.