Охотник 7: Сердце Подземелья

Глава XLIII Переломный момент

— Вильдриф⁈…

Артём, лишь моргнув, обнаружил себя на первом этаже заведения под названием — «Дебоширы», которое поделено на три зоны. Первая — с круглыми нефритовыми столами, на которых развернулись карточные игры, наподобие покера. Вторая — это длинный бар из потоков радужного света. Иными словами — из «млечного пути» сделали самую настоящую барную стойку, которую уставили не только выпивкой, но и кристаллами, которые впитывают в себя радужный свет, а на выходе воспроизводят подобие светомузыки. Третья зона — это подиумы с музыкантами, а так же с танцовщицами.

И вот, сквозь фиолетовый смолянистый дым, что струится из трубок игроков, пробился Вильдриф, который молча сел за барную стойку.

На лице Иного нет былого дружелюбия. Поэтому многие в баре не могут понять, кто это такой⁈ Почему он так холоден и почему его чёрные глаза такие пустые⁈

Перед Вильдрифом предстал Исчадье «Первой Ступени», имя которому — Лэн, и он же — бывший тактик самой Улиты, но сейчас — владелец кабака «Дебоширы». Одет в белую рубаху с закатанными рукавами, чёрные штаны и такого же цвета отполированные туфли.

Подойдя к другу, который поник и смотрит в одну точку немигающим взглядом, Лэн тут же озвучил на весь бар свой приказ:

— СЕГОДНЯ МЫ ЗАКРЫТЫ! ВСЕ НА ВЫХОД!

Музыка вдруг стихла, женщины прекратили танцевать, а карточные игры перестали иметь хоть какой — то интерес и азарт. Многие были разочарованы подобным исходом, но против слова Лэна никто не пошёл.

Буквально десять минут и все три этажа опустели, а работники плотно закрыли за собой двери заведения. Теперь в этом месте царствует не громкое веселье, а гулкая тишина.

Лэн налил в стакан чёрно — фиолетовую жижу, или иными словами — выпивку, и подкатил его прямо к Вильдрифу.

— За счёт заведения, — улыбнулся Исчадье.

Вильдриф выпил содержимое стакана практически одним глотком. И это помогло. Он расслабился, а его глаза, не смотря на непроглядную черноту, начали подавать признаки жизни.

— Слушай, я тебя понимаю! — достал Лэн с полки стеклянную бутылку, внутри которой заточена жижа фиолетового цвета, — Сейчас начинается полная жопа. В «МежМирии» восстали Полукровки. Кто ж знал, что эти твари могут быть настолько сильными и дать «Иной Расе» равный бой. Да и ещё ведёт их, какое странное существо. Вот же ей дали чудное имя — Тёмная Дева. Вроде бы она человек, но на вид… что — то иное и не принадлежащее этой вселенной. Ошибка!

От последнего слова, глаза Вильдрифа слегка расширились. Ведь сейчас он думает о своём пройденном пути, как о самой настоящей — ошибке.

— Лэн… — поднял Вильдриф взгляд, — Эта Тёмная Дева, точно такая же, как и я… она видит Призраков… понимаешь?..

Исчадье застыл на одном месте, пытаясь переварить полученную информацию.

— И мои родичи её убили… а она воскресла… и она пришла в «МежМирие» не для захвата, а ради мести… за дочь… за мужа… — Вильдриф прикрыл ладонями лицо, — Я уже не понимаю, где правильно, а где нет. Все краски мира вдруг стали пресными и бесцветными…

Лэн на секунду потерял дар речи, ведь видеть друга в подобном состоянии, это не то, что редкость… это впервые!!!

— Расскажи мне всё: от начала и до самого конца! — положил Исчадье ладонь на плечо друга, — Но я бы ещё хотел, что бы рядом с нами были: Ранг, Грай и Лука. Ты же не против?

Иной усмехнулся, словно Лэн спросил какую-то глупость, а следом пару раз кивнул.

— Если честно — я ждал, когда ты это предложишь. Ведь… ведь у меня остались только вы четверо…

Реальность размылась, рисуя посередине первого этажа круглый нефритовый стол, за которым начали воплощаться пять существ.

«Впервые вижу, что бы он был таким подавленным! — уставился Артём на размывающуюся фигуру Иного, — Это даже… как — то удивительно… он всегда казался мне таким сильным, таким непоколебимым. Но сейчас он словно стал обычным сломленным человеком.»

Реальность перестроилась. Кабак не исчез, но по центру первого этажа, за изумрудным столом забитым выпивкой и закуской, возник отряд Дебоширов: Вильдриф, Ранг, Лука, Грай и Лэн.

— Вот так всё и было, — выдохнул Вильдриф, а следом запил рассказ чёрно — фиолетовой жижей.

Друзья, услышав историю Вильдрифа, самым настоящим образом окаменели от шока, а в их глазах заплясало искреннее непонимание того, чего именно хотят добиться Первородные «Первого» и «Второго» Поколения.

— Если они знают про Призраков… почему её убили, а тебя оставили в живых? — спросил Лука.

— Потому что… — Вильдриф на секунду задумался, — Я вам не говорил, но есть одна деталь, которая меня уже очень давно пугает. Как думаете, почему я выполняю свою работу лучше всех? Почему Я самый главный враг веры «Мирграта» и его «Крестоносцев Света», которые вот уже как десятки тысяч лет наращивают силы и пытаются украсть Плеяду — ключ от клетки Тьмы и Мироздания.

— Только не говори, что на них указывают Призраки⁈… — бросил свою теорию Грай.

И Вильдриф тут же ответил:

— Да! Всё так! Они указывают мне, в ком есть вера «Мирграта». Но есть кое-что странное. Призраков вижу только Я и Тёмная Дева, имя которой — Аяка Шторм. И именно из — за Призраков началось её восстание. Она сплотила Полукровок, что бы отомстить!

— А Плеяда? — спросил Ранг, — Она их то же видит?

— Да, — кивнул Иной, — Но они её не замечают. Она для них словно пустое место.

— Тогда скажи нам, Вильдриф. В пещере… кого ты увидел во сне⁈

Вопрос задал Лука, отчего все за столом, кроме Вильдрифа, бросили на него жуткий взгляд.

— Это важно! — настоял Первородный, оглядев друзей суровым взглядом, — Если Призраки реагируют на «Крестоносцев Света», то здесь есть связь. Поэтому, — бросил он взгляд на Вильдрифа, — Я хочу знать ответ!..

И правда, всё взаимосвязано. Лгать нет смысла.

— Мироздание… — тихо прошептал Вильдриф, — Я видел его так же, как сейчас вижу перед собой тебя, Лука.

— То есть… — поник Лэн.

— «Крестоносцы Света» не сумасшедшие… они и правда, видят Мироздание. И сколько бы я не заставлял себя выбросить эту мысль из своей головы, я просто не могу этого сделать. Как по мне, они видят мир куда шире, чем это пытаются доказать мне мои родственники.

За столом повисла гробовая тишина, а глаза Дебоширов отчетливо дают понять, что данная новость выбила их из калии реальности. Ведь враги, которых многие десятки тысяч лет истребляли, оказывается, были не безумцами…

— Я сегодня же приму кровь того живого трупа! — встал Лука из — за стола, — И даже не смейте меня останавливать.

— И я то же!.. — встал Грай.

Лэн покачал головой в разные стороны, а следом сказал:

— Вы уж простите, но я, пожалуй, откажусь. Я и на слово могу поверить Вильдрифу.

— Я то же не стану принимать в себя кровь того трупа, — кивнул Ранг, — Меня больше интересует другое, — бросил он взгляд на Вильдрифа, — Что дальше?..

— Дальше?.. — Иной сжал кулаки, а его чёрные глаза показали непоколебимую волю, — Я хочу рассказать «Совету Миров» и всем их приближённым, что на самом деле происходит в «МежМирии». Что всё это время они ошибались, а Первородные «Первого» и «Второго» поколения почему — то укрывают от всех правду. Ведь Мироздание ещё жив! Иными словами я сделаю так, что моим родичам придётся выбросить на стол все карты. Они расскажут, что ими движет!

— И когда это случиться? — спросил Лэн, — Ты же понимаешь, что сейчас — это проигрышная тактика? Нужно подобрать удачный момент.

— Я знаю, — кивнул Вильдриф, — Поэтому, Я закончу войну с «Полукровками». Я сделаю так, что Аяка Шторм примкнём к моим рядам. Она будет моим союзником.

— К твоим рядам?.. — немножко с опаской спросил Ранг, — И как они называются?

Повисла давящая тишина, в которой Вильдриф и Ранг смотрят друг на друга не мигающим взглядом, а всё вокруг них начало искрить от напряжения.

— Скоро узнаешь… скоро все узнают… — поднялся Вильдриф из — за стола, — Грай, Лука вы точно не передумаете?

— Нет! — в унисон ответили друзья.

— Ранг? Лэн?

— Нет, — покачал Ранг птичьим клювом, — Мне не нужны доказательства. Я верю тебе на слово.

— Аналогично! — кивнул Лэн.

Реальность вдруг закрутилась, обнажив пещеру, внутри которой застыли в вечном камне два войско. И здесь, на возвышенности, где обосновался живой труп мужчины с острыми ушами, возникли «Дебоширы», а позади них стоит Артём.

Опустив взгляд, Охотник увидел, что Грай и Лука лежат на земле, а их тела покрыты багровыми вибрирующими венами. По всей видимости, они приняли в себя кровь Аскалона и сейчас видят сон, внутри которого якобы заточён сам Мироздание.

Вильдриф, Ранг и Лэн сели на край обрыва и ждут пробуждения своих друзей.

— Брат мой, ты кое — что не договариваешь… — бросил Лэн подозрительный взгляд на Вильдрифа.

— Ты хочешь примкнуть к «Крестоносцам Света»? — не стал Ранг ходить вокруг да около, — Ведь по факту, твоё будущее собрание будет в защиту тех, кто видит во снах Мироздание.

Вильдриф выждал паузу, дабы подобрать правильные слова, а потом сказал чистую правду:

— Если вы дали нашим друзьям принять кровь, то это значит, что вы не боитесь того, что грядёт дальше. Поэтому я отвечу честно: Да! Я встану на их сторону! На сторону тех, кого на протяжении десятков тысяч лет подвергали необоснованному гонению. Но я не хочу делать из этого собрания «переворот». Просто поговорить. Никакой крови. Я должен показать нашим собратьям, что они ошиблись, что нам всем нужно объединиться и понять, что делать дальше: освободить из заточения отца всей жизни, или же дать ему окончательно умереть, оставив внутри клетки вместе с Тьмой.

— Он и правда сказал, что не хочет свободы? — спросил Лэн.

— Ну как тебе сказать… — Вильдриф на секунду призадумался, — Голос Мироздания был таким уставшим, словно ему всё осточертело. Хотя знаешь, он же находится в плену самой Тьмы. Да и ещё не один миллион лет. Возможно, он и правда, устал бороться. Или же… он в нас разочаровался. Ответов у меня нет. Но одно я знаю точно: в этом голосе не было вражды. Тот Мироздание, которого я увидел во сне, — это не вестник погибели. Напротив! Его свет такой яркий, такой лучезарный, что это самое настоящее — чудо!

Ранг и Лэн призадумались, правда, их животрепещущий разговор теперь точно подошёл к концу, ведь Грай и Лука открыли глаза. И сделали они это синхронно.

— Не верю… — поднял торс Грай и схватился за лицо, которое скрыто во тьме капюшона.

— Это правда… он жив… — поднял торс Лука, а на его лице растянулась жуткая улыбка безумца.

Теперь Ранг и Лэн точно убедились в том, что Вильдриф не сошёл с ума… всё взаправду… и с этим нужно что — то делать!

Дебоширы собрались в круг, а следом все они переглянулись между собой.

— Пока что мы одни! — выставил Вильдриф перед собой кулак, — Если вы мне верите, если готовы идти за мной, то решайте здесь и сейчас. Потом назад дороги не будет. Если откажитесь, то я не буду держать на вас зло, и всё останется между нами.

— Я в деле! — тут же протянул кулак Грай, — Я его видел! Чёрт! Это не байка!!!

— Я то же «за»! — протянул кулак Лука, — Мой мозг получил доказательства. Теперь я точно не сомневаюсь.

— Ох… — на секунду закатил глаза Лэн, — Это полное безумие! Но я не могу вас бросить. Это как-то не по-братски! — тут же выставил он перед собой кулак.

Друзья бросили взгляд на последнего Дебошира, а именно — на Ранга. Ведь сейчас он бездействует.

— Как я и сказал: если «нет», то ничего страшного! — улыбнулся Вильдриф, всем видом стараясь показать другу, что бы тот не шёл против своей воли.

— Я с вами! — всё же вытянул Ранг перед собой кулак, — Если откажусь, то потом всю жизнь буду жалеть! Поэтому, сделаем это!

Друзья переглянулись, широко улыбнулись, а потом в унисон повторили слова Ранга:

— СДЕЛАЕМ ЭТО!

Наблюдая за столь тёплой, братской сценой, Артём на мгновенье улыбнулся.

«Теперь они будут готовиться к собранию, где «Крестоносцы Света» должны предстать перед миром совсем в другом амплуа… м — да, работёнка на десятки тысяч лет. Но сейчас меня интересует другое…»

Реальность сделала стремительный оборот, обнажив мир, погрязший в войне и пепле. И самое пугающее то, что это не леса и не средневековые дома… битва происходит в мёртвом мегаполисе, где здания состоят из металла и стекла, а так же они высятся на сотни этажей.

— Оу… вот дерьмо!

Артём оказался на вершине разрушенного здания, откуда открывается вид на настоящее поле боя, где «Иная Раса» сражается против людей, объятых в чёрный огонь, а из их спин ветвятся белоснежные нити. Но самая большая опасность — это то, что эти люди бессмертны. И если бить по ним не «Мирозданием», то умертвить этих созданий становиться чертовски сложно!

— Время пришло!

На край крыши встал Вильдриф, который облачён в чёрную броню со знаком на груди в виде белоснежного стола, за которым восседают белые тени, а посередине изображён золотой меч, окутанный зелёной лозой. Это знак «Совета Миров» — истинных защитников «МежМирия». Так же на поясе у Иного, таясь в ножнах, находится лазурный клинок, который переливается и тем самым имитирует поток воды.

Следом по оба плеча от Вильдрифа материализовались Пилигрим, Миера, Азарок, Меран, Безымянный, Силиф, Ундэл и впереди всех — Корон. Выглядят родичи, как сгустки стихии и энергии. Позади, за спиной Иного, стоят Рэй и Улита, которые облачены в точно такую же броню, что и их младший брат.

— Сегодня, эта кровопролитная война будет окончена! — сказал Корон, а следом вытащил из ножен меч с серебряной рукоятью и эфесом в виде головы орла.

Первородный поднял клинок над головой, и поле брани тотчас озарил радужный свет. И сочится он прямо из оружия.

«Меч Соломона… так всё-таки у него есть какой — то фактор «активации»!» — призадумался Артём, не отрывая взгляд от самого настоящего чуда.

Этот клинок поражает своей бесподобной остротой, что режет даже взгляд, а его незримую мощь почувствовали все стороны конфликта, которые столкнулись на дорогах, забитых ржавым транспортом и кровоточащими трупами. Меч словно живой! Словно у него есть разум и он готов биться вместе с Короном и его семьёй.

— Никакой пощады! — прыгнул Корон в пропасть, начав пикировать на поле брани.

— НИКАКОЙ ПОЩАДЫ! — повторили в унисон родственники, прыгнув следом за своим повелителем.