Король драконов. Её тайный попечитель

Глава 13. Падение

Ректор Хальдор смотрит на короля, и тот коротко кивает. Пристально смотрит на меня. Ректор поджимает губы, и делает разрешающий жест.

Все в полном шоке, даже ужасе, смотрят на меня, и потрясённо на короля драконов. Почему он разрешил? Разве моя сила не отколет ещё один кусок от сапфира, или не разрушит его?

Впрочем, ослушаться разрешения от короля никто не решается. Сам он выглядит слишком уверенно и спокойно.

Ко мне подходит магистр Кервин. Его лицо напряжено, но в глазах читается приказ. Он берёт мою руку. Щелчок замочка звучит оглушительно громко в этой тишине. Холодный металл соскальзывает с запястья.

Мир наваливается на меня всей своей грубой, шумной реальностью. Магические поля, дыхание людей, древняя, сокрушительная мощь, исходящая от дракона-короля. И внутри — моя тишина. Она просыпается мгновенно, живая, холодная, голодная. Я вздрагиваю от её силы.

Я смотрю на ледяную колонну. Без ограничителя страх отступает, уступая место странной ясности. Я не думаю о формулах. Я просто смотрю на лёд и из самой глубины пустоты желаю, чтобы на нём появился знак. Чёткий. Ровный. Огненный.

Я не поднимаю руки. Просто смотрю.

Сначала по поверхности льда пробегает тонкая золотая трещинка. Потом ещё одна.

Они складываются, переплетаются, образуя сложный, идеально симметричный узор — не обугленный, а будто вырезанный внутри самого льда светящейся рубиновой нитью.

Знак пылает изнутри, но лёд вокруг него остаётся целым, холодным, прозрачным. Он не плавится. Он просто… содержит в себе этот кусочек моего желания.

Я отвожу взгляд. Знак на льду продолжает светиться, словво живой уголёк, замурованный в хрусталь.

Тишина. Потом — сдавленный вздох кого-то из адептов.

Ректор Хальдор смотрит на знак, его лицо каменеет. Он резко кивает.

— Испытание пройдено. Теперь следующее. Магическая чувствительность и фокусировка.

Передо мной возникают три мутных кристалла. Внутри — вода, огонь, земля. Я знаю задачу.

Без ограничителя чувствительность моей пустоты обостряется до боли. Я даже не касаюсь кристаллов. Моё собственное «ничто» тянется к ним, ощупывает, как щупальца.

Я чувствую влажную прохладу первого, сухую плотность второго, жгучую, беспокойную вибрацию третьего.

— Вода. Земля. Огонь, — говорю я, без малейших колебаний.

Кристаллы целы. Они просто подтверждают мои слова слабыми вспышками соответствующих цветов.

Остальные тоже справляются. Я уже даже не смотрю на короля. Просто чувствую его пристальный взгляд. И странным образом это даёт сил, наполняет спокойствием и уверенностью.

Испытания идут дальше. Иллюзорная сфера. Многослойный образ.

Я смотрю на переливающийся шар магистра. Мне не нужно его «удерживать» магией. Мне нужно позволить своей пустоте отразить его узор. Я открываюсь, и передо мной возникает второй шар — точная, стабильная копия. Он висит, не дрогнув, пока ректор не произносит «довольно».

Вдруг обнаруживаю, что я стою у края площадки. Как это произошло? Наверное, срабатывало желание отстраниться от всех этих глаз, от тяжёлого взгляда короля, который я чувствую на себе, как физическое прикосновение.

И сейчас я оказываюсь в нескольких шагах от низкого ледяного парапета, за которым зияет пропасть. Холодный ветер, пробивающийся сквозь купол, сильнее бьёт в спину.

— Последняя демонстрация, — говорит ректор Хальдор. — Покажите способность к точечному поглощению. Пять магических огней!

В воздухе, перед каждым адептом загораются пять ярких шаров пламени.

— Погасите только центральный. Остальные должны остаться гореть.

Не все справляются. Я последняя.

Задача на тонкость. На убийственную точность. Без ограничителя моя сила жаждет поглотить всё. Сдержать её, направить точечно — вот настоящий вызов.

Все смотрят на меня. Я концентрируюсь. Внутри меня тишина затаилась, как зверь на привязи.

Я представляю внутри себя только центральный шар. Мысленно обвожу его границы. Только его. Только этот.

Мой приказ идёт из самой глубины.

Центральный шар пламени гаснет. Тихо, словно его никогда и не было. Остальные четыре продолжают гореть, даже не дрогнув.

Я выдыхаю, чувствуя дрожь в коленях от напряжения. Получилось.

— Достаточно, — раздаётся голос ректор. — Ограничитель. Немедленно.

Кервин, который неотступно следовал за мной по площадке, снова подходит ближе. Он берёт браслет, я протягиваю ему руку.

В этот момент я стою спиной к пропасти, в двух шагах от края. Моё внимание разделено между его дрожащими пальцами, тяжёлым взглядом короля и внутренним облегчением, что всё кончилось.

Кервин застёгивает браслет. Щелчок. Мир снова становится плоским, далёким, безопасным. Я закрываю глаза на мгновение, чувствуя, как слабость накатывает волной.

Ректор Хальдор выходит на середину площадки, чтобы обратиться к адептам.

Он начинает говорить что-то о дисциплине, контроле и ответственности. Его слова плывут мимо меня, я их почти не слышу. Я смотрю на свои ноги в белых сапожках, на утрамбованный снег, чувствую, как подошвы словно примёрзли к нему.

В голове стучит только одно. И я прошла… Я прошла испытания. Не просто прошла — я сделала всё, что они просили. С контролем. С точностью. Они видели. Он видел.

— …Таким образом, все присутствующие адепты успешно продемонстрировали необходимый базовый уровень, — ровный, безэмоциональный голос ректора вторгается в мои мысли. — Поздравляю вас с успешными испытаниями.

Он делает небольшую паузу и поворачивается к фигуре, стоящей чуть в стороне.

— Слово предоставляется попечителю нашей академии, Его Величеству Королю Вейдару.

Король и шага вперёд не делает. Ему не нужно. Его голос и так слышен каждому.

— Вы показали, что можете быть больше, чем просто носители силы, — говорит он, обводя пристальным взглядом адептов. — Вы показали, что можете ей управлять. Это начало. Дорога предстоит долгая. Используйте данный вам шанс. Для себя. И для Римеи.

Сразу после его слов его величественная фигура начинает терять чёткие очертания, подёргиваясь рябью. Воздух вокруг него сгущается, наполняясь древней, дикой мощью.

За один удар сердца на его месте возникает громадный ледяной дракон. Он мощно отталкивается от края, расправляет крылья, и уходит вниз, в пропасть и исчезает в дымке внизу.

На площадке воцаряется смешанное чувство облегчения и подавленности. Его присутствие давило, но теперь, когда он улетел, кажется, будто исчезло солнце, и стало только холоднее.

Ректор Хальдор снова привлекает внимание.

— На основании результатов, — произносит он чётко, — все адепты допускаются к основному потоку обучения. Распределение по факультетам и расписание будут объявлены завтра в главном зале.

Он делает паузу, и его взгляд, холодный и тяжёлый, падает на меня.

— Это касается и тебя, Даника. Ты доказала, что способна к контролю в присутствии короля. Твоё обучение будет продолжено в общем потоке под усиленным наблюдением. С завтрашнего дня ты присоединяешься к остальным.

По рядам адептов прокатывается волна шепотков. Негромких, шипящих, полных недоверия и страха.

— Она будет учиться с нами?..

— Это безумие…

— Вы слышали? Под наблюдением же…

— А если у неё снова сорвёт? Она же чуть не разрушила…

Шепотки обрываются, когда откуда-то сбоку вырываются два ярких пятна. Лис и Рос, забыв обо всём, бросаются ко мне. Их лица сияют неподдельным восторгом.

— Ты слышала? Ты с нами! — почти кричит Лис, хватая меня за руку.

— Это же потрясающе! — вторит ей Рос, её глаза горят. — Ты была невероятна! Этот знак в льду! И эти шары!

Их болтовня, их тёплые прикосновения — как глоток горячего чая после долгого холода. Я не могу сдержать улыбку, слабую, дрожащую. У меня получается. Я буду учиться. По-настоящему.

Один из магистров, тот что помоложе, поднимает руку.

— К портальному камню! Построиться, отправляемся по-очереди!

Адепты начинают двигаться, образуя нестройную очередь у большого плоского камня с рунами, расположенного у самого края площадки, в противоположной стороне от того места, где я стояла. Портал должен вернуть нас в Академию.

Лис и Рос, не отпуская моих рук, тянут меня за собой. Мы идём в конце небольшой толпы. Я всё ещё чувствую слабость в ногах, голова немного кружится от пережитого и от резкого снятия и наложения ограничителя. Но внутри — странное, светлое чувство. Надежда.

Мы подходим к портальному камню. Впереди нас остаётся всего несколько пар. Я вижу, как адепты ступают на гладкую поверхность, мелькает свет — и они исчезают. Вот исчез Дарин, бросивший на меня последний колкий взгляд. Вот — ещё двое.

Лис и Рос исчезают в портале, я остаюсь последней.

Я ставлю ногу на холодный гранит, отполированный временем и магией.

И в этот самый момент, под моей левой ногой, раздаётся тихий, чёткий звук, будто что-то треснуло.

Огромная плита под портальным камнем проседает с одного края. Она наклоняется под углом, образуя внезапный, скользкий скат прямо в пропасть.

Я не успеваю среагировать. Ноги соскальывают. Я падаю на спину на наклонную ледяную поверхность и лечу к краю с нарастающей, неумолимой скоростью.

Падаю, слыша крики ректора и магистров, но они уже где-то далеко, наверху.

Край. Белое, ничем не занятое пространство подо мной.

И стремительное, беззвучное падение в белую, бездонную мглу, что ждёт внизу, за краем Ледяного Пика.