Хозяйка волшебного озера

В одном шатре

Первым делом я отправила Кэйли к слугам и попросила раздобыть мне цветные нитки — с этим поручением малышка справилась быстро. Причём принесла мне сразу с десяток разноцветных шпулек.

— Очень милые мальчики, — сообщила Кэйли звонким голосом. — Они охотно отдали всё, что у них было с собой.

«И правда милые», — мысленно согласилась я с ней.

Адалард, в этот момент как раз устроившийся на своей кровати, покосился на меня и мою помощницу с неодобрением, однако ни слова не сказал.

Я же, оторвав себе нужную длину ниток разных цветов, вернулась к привычному занятию — плетению фенечек. А чтобы моему соседу по «комнате» жизнь мёдом не казалось, я начала напевать себе под нос весёлый мотивчик.

— Ты не могла бы помолчать? — уже спустя минут пять раздражённо спросил Адалард.

— Ну, вы же не могли позволить мне самой решать, где и с кем мне проводить ночь, — беззаботно откликнулась я. — Так что нет, помолчать я не могу.

Адалард что-то неразборчиво проворчал и перевернулся на другой бок. Я же, усмехнувшись, продолжила своё занятие, чуть повысив громкость пения.

Кэйли внимательно посмотрела на меня. Потом на Адаларда. Потом снова на меня. На её лице отразилась активная работа мысли, после чего фея широко улыбнулась и на мгновение испарилась. Чтобы спустя пару минут вернуться с небольшой губной гармошкой, выточенной из какого-то дерева.

— Сегодня чудесная ночь, — хитро сверкая глазёнками, сообщила Кэйли, устраиваясь на кровати у меня под боком. — Душа требует музыки!

И весьма недурно — но очень громко! — принялась играть.

Не прошло и минуты, как в нас полетела подушка, которую я сумела весьма ловко поймать прямо в полёте.

— Вы издеваетесь, да? — разгневанно спросил Адалард, приподнявшись на локте и сверля нас суровым взглядом.

— Да, — не моргнув и глазом, подтвердила я. — Вы сами, милорд пожелали коротать ночь в моей компании. Так что наслаждайтесь!

— То есть, если бы я не притащил тебя сюда, ты бы всю ночь мешала спать всему лагерю? — уточнил он.

— Я бы уединилась на максимальном удалении от лагеря, чтобы не тревожить ничей сон, — заверила я его.

— Нет, — отрезал Адалард. — Ты никуда не пойдёшь.

— Как скажете, милорд.

И мы с Кэйли вернулись к прерванному занятию: я — петь и плести браслеты, Кэйли — выступать в роли моего личного музыканта.

Минут десять Адалард ещё слушал наш импровизированный концерт. А затем, зло рыкнув, вскочил с кровати, подошёл ко мне и решительно подхватил на руки, после чего вернулся в свою кровать и лёг, тесно прижав меня к себе.

— Ты у меня в заложниках, — торжественно объявил он. — Один лишний звук, и я…

— И ты что? — с вызовом спросила я.

Адалард внимательно посмотрел мне в глаза. А затем чуть наклонил голову и поцеловал меня.

Я опешила от подобного поворота событий. Ну, что за непоследовательный человек! То злится, кричит и требует, чтобы я убиралась прочь, а то вдруг ни с того ни с сего целует.

— Ну, и что ты делаешь? — чуть отстранившись, холодно спросила я, прямо посмотрев в глаза Адаларду. И даже сама не заметила, как перешла на неофициальный тон.

— Демонстрирую, что буду делать, если ты не прекратишь мешать мне спать, — спокойно ответил он. — Не забывай, что ты очень красивая женщина, а я здоровый молодой мужчина — один твой вид вызывает во мне определённые желания.

Пожалуй, мне стоило бы испугаться, ведь мой прошлый опыт физической близости с мужчиной иначе, чем кошмарным, назвать нельзя.

Только вот вместо страха внутри меня вспыхнул интерес.

— Кэйли, — тихо позвала я свою помощницу.

— Да, госпожа Диана?

— Оставь нас до утра. Только пределы лагеря не покидай.

На лице Адаларда отразилось понимание, и тут же зрачки расширились, заполнив почти всю радужку.

Я же, обмирая внутри от собственной наглости, обвила руками его шею и неуверенно коснулась своими губами его губ.

Адалард на мгновение замер. А затем резко перевернул нас, подмяв меня под себя, тем самым отрезая мне возможные пути к отступлению.

Не то чтобы я собиралась куда-то сбегать.