Хозяйка волшебного озера

В пути

В первые минуты пути Кэйли быстро переместилась в храм к Бьянке и выполнила моё изначальное поручение: предупредила девушку, что я буду отсутствовать некоторое время, — а заодно назначила той трёх помощниц (и охранниц) из числа своих сестёр.

Вернувшись ко мне, Кэйли доложила, что всё выполнено в точности с моим повелением. После чего буквально прилипла взглядом к окну кареты, с восторгом разглядывая пейзаж.

— Ты никогда не покидала лес? — поинтересовалась я, заметив её повышенный интерес к виду за окном.

— Покидала, — заверила меня малышка. — Но я была только в соседних деревнях и замке лорда Адаларда.

— Что ж, значит, я не зря взяла тебя с собой, — с улыбкой заметила я. — Хоть посмотришь другие места и расширишь свой кругозор.

Карета (естественно, полностью деревянная) уже по прошествии десяти минут обзавелась раскидистой кроной и стала похожа на огромный куст на колёсах, а скамейка, на которой я сидела, и дно картеры, на котором стояли мои ноги (привычно босые) покрылись ковром из мелких белых цветов.

Среди сопровождающих нас рыцарей и слуг прошёлся взволнованный шёпот. И тут же с окном кареты, теперь наполовину скрытым листвой, поравнялся конь Адаларда.

— Верни карете нормальный вид! — приказал мне Адалард.

— Не могу, — отозвалась я. — Это часть моего дара, которая мне неподвластна.

На первой же стоянке, разбитой на берегу небольшой речушки, когда солнце достигло зенита, Адалард приказал нескольким оруженосцам срубить все ветки на карете.

Я, прогуливаясь вместе с Кэйли вдоль берега, — уже привычно оставляя за собой тропинку из цветов, — не без интереса наблюдала за мучениями бедолаг.

— И какой в этом смысл? — вежливо поинтересовалась я у Адаларда, расположившегося возле костра вместе со своими рыцарями, в то время как слуги суетливо готовили обед в двух огромных котелках. — Стоит мне вернуться в карету, и она снова зацветёт.

— Значит, они будут очищать её на каждом привале, — равнодушно бросил тот.

Я заметила, как недобро глянули на меня парнишки, которым пришлось поработать дровосеками.

— То есть капризничаете вы, а страдать должны другие? Как мило, — насмешливо проговорила я. — Взяли бы сами топор и развлекались, раз вам ветки мешают.

— Ты смеешь мне указывать?

— Кто-то же должен, — пожала я плечами. — У слуг и оруженосцев нет такого права, а рыцари зависят от вас и не станут и слова говорить поперёк. Так что, очевидно, гласом разума придётся выступить мне.

— Ты ничем не отличаешься от слуги, — в голосе Адаларда проскользнули раздражённые нотки.

— В самом деле? — я усмехнулась. — А мне казалось, что мы в этом походе участвуем наравне. И, смею напомнить, Его Величество обращался ко мне почтительно на «вы» и называл леди. То, что я позволяю вам фамильярничать, не означает, что я ниже вас по положению.

Это была, конечно, пустая бравада. Адалард — лорд, хозяин обширных земель, в его подчинении находится не одна сотня людей (а скорее всего несколько тысяч). Я же всего лишь колдунья без рода и племени. Всё, что у меня есть — храм в лесу, статуя богини и мой дом в озере.

В сущности, я в этом мире никто. И неважно, как обращается со мной король. Сути дела это не меняет.

Впрочем, тот факт, что у меня ничего нет, одновременно развязывает мне руки. Ведь тому, у кого ничего нет, нечего терять. Так что я свободно могу хамить и дерзить Адаларду, не опасаясь последствий — он просто физически не может мне никак навредить. А если попытается, я просто сбегу в своё озеро, и пусть сам оправдывается перед своим королём, почему миссия провалилась.

Я обратила внимание, как резко стихли разговоры. Все: рыцари, слуги, оруженосцы, — оставили свои занятия и очень внимательно наблюдали за дальнейшим развитием событий.

Адалард между тем поднялся со своего места и подошёл ко мне, смерив меня уничижительным взглядом.

— Хочешь, чтобы я обращался с тобой, как со знатной дамой? — презрительно спросил он.

— Хочу, чтобы вы помнили: я не девочка у вас на побегушках, а жрица Богини, — с вызовом посмотрев на него, ответила я. — И то, что я не желаю ссориться, ещё не означает, что я не смогу за себя постоять в случае конфликта.

— А вот это уже угроза.

— Справедливое предупреждение, — возразила я. — Я могу быть вам хорошим другом. Или добрым соседом, если вы не желаете дружить. А могу стать злейшим врагом. Выбирать только вам.