Хозяйка волшебного озера

Дракон

Из-за снега, застилавшего глаза, ничего толком разглядеть было невозможно, и я отчаянно махала руками, пытаясь все эти завихрения угомонить.

Ну, нет у меня опыта в стихийной магии! Совсем нет.

Да, я знаю о существовании таковой и во время обучения в храме даже видела её проявления. Но управление стихиями — высшая ступень магической науки. До такого мне было ой как далеко.

А буря между тем разыгралась не на шутку, и ветер поднялся такой силы, что устоять на ногах я не смогла — меня потащило куда-то в сторону, пока я не впечаталась во что-то твёрдое.

Обернувшись, я с ужасом осознала, что влетела в Адаларда.

— Уйми бурю! — перекрикивая завывания вьюги, потребовал он, уверенно придерживая меня одной рукой за талию, не давая упасть и продолжить полёт в никуда.

— Да не могу я! Не умею!

Адалард что-то ответил, но что именно, я не разобрала (вполне возможно, что это было какое-то оскорбление, так что даже к лучшему, что я не расслышала).

А затем он вдруг стал меняться. Кожа начала темнеть и покрываться чешуёй, кости с жутким треском вытягивались и выворачивались в суставах, лицо удлинилось, а рот наполнился длинными острыми зубами.

Пара минут, и прямо передо мной стоял огромный чёрный дракон, и один его вид заставил всё внутри меня трепетать от смеси ужаса и восторга.

Я не успела даже пискнуть. Жуткая когтистая лапа бережно обхватила меня за талию, мощные крылья распахнулись, и дракон резко взмыл ввысь, с лёгкостью преодолевая порывы ветра.

Испуганный крик сорвался с моих губ, и я обеими руками вцепилась в удерживающую меня лапу. Страшно было до одури. Однако я была не в силах зажмурить глаза, и видела, как заснеженные зелёные макушки елей проносятся внизу.

Полёт длился совсем недолго: от силы минут пять. А потом дракон приземлился на опушке леса и так же аккуратно, как и взял, поставил меня на ноги.

А до меня только сейчас дошло: несмотря на то, что я стою босиком в снегу и на мне нет ничего, кроме лёгкого платья, я совершенно не чувствую холода.

Обдумать этот феномен мне было некогда. Дракон, забавно тряхнув головой, обернулся обратно мужчиной.

— Спасибо, — вполне искренне поблагодарила я его, а затем, спохватившись, добавила: — Милорд.

Адалард наградил меня каким-то странным взглядом.

— Всегда знал, что от тебя больше вреда, чем пользы, — бросил он непонятную фразу, глядя куда-то в сторону от меня.

Между нами повисла неловкая пауза. В принципе, говорить с этим грубияном мне было больше не о чем. Разве что попросить показать направление, где находится моё озеро.

— Я приношу свои извинения, — до того, как я успела открыть рот, неожиданно проговорил Адалард, старательно избегая моего взгляда.

— За что? — искренне удивилась я.

— За пощёчину, — недовольно скривившись, пояснил он. — Я вышел из себя. Это было недопустимо.

Я с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться.

Эрик сломал мне рёбра, когда я позволила себе заговорить без его разрешения. А Адалард извиняется за лёгкую затрещину? Причём данную за дело, в конце концов, я его укусила, и очень сильно.

Кроме того… Не Адалард ли совсем недавно угрожал мне мечом? Как по мне, угроза отрубить голову намного более достойный извинения поступок, чем пощёчина.

— Извинения приняты, — всё же ответила я, решив проявить вежливость. — Я же в свою очередь извиняюсь за укус и доставленные неприятности. Я, правда, не хотела, оно как-то само получилось.

Адалард, наконец-то, соизволил взглянуть на меня. Я не совсем поняла, что именно за эмоция отразилась на его лице. Однако злым он точно не выглядел.

— Я вообще не понимаю, зачем ты меня укусила, — заявил он недовольным голосом. — Ты сама сказала, что хочешь избавиться от благословения Великого Ияра — я его у тебя украл.

Чего?

— Эм… — я растерялась.

Опустив взгляд, я обнаружила, что и моё платье, и руки больше не переливаются золотыми блёстками. А значит, Адалард говорит правду.

«Или их смело бурей», — мелькнула в голове дельная мысль.

С другой стороны, а зачем Адаларду об этом лгать?

— Спасибо, — поблагодарила я его. — В таком случае, я ещё раз приношу свои извинения. Я не разобралась в мотивах вашего поступка и поэтому поступила опрометчиво.

В конце концов, это был всего лишь поцелуй — не самое страшное, что со мной случалось в жизни.

— В любом случае, это ничего не меняет, — холодно проговорил Адалард, и его лицо приняло равнодушное выражение. — У тебя остались сутки, чтобы покинуть мои земли. Если же ты нарушишь мой приказ, сильно пожалеешь.