Первый поход в Хогсмид. Учреждение клуба «Эндорфинная эйфория»

— Гарри, ты уже собрался? Идём скорее!

— А если мы задержимся на полчаса, что, Хогсмид закроют на переучёт?

Джеймс Бонд готовился к первому в его жизни посещению безусловно магической деревни без сопровождения взрослых. Этот поход мог дать ему дополнительную информацию о повседневном быту магической Британии, поэтому отнестись к нему надо было со всей ответственностью. Суперагент уже принял стимулятор внимания и мозговой деятельности, за что вечером будет страдать от головной боли, и сейчас взвешивал на руках «Вальтер ППК» и «Микро-Узи», выбирая, что важнее: точность или огневая мощь. Так и не придя к какому-либо выводу, он бросил взгляд в окно, вспомнил, что до Хогсмида топать не один километр, и спрятал тяжёлый «Узи» обратно в сундук.

Погода в первые выходные октября решила порадовать школьников. Тяжёлые тучи, из которых лились непрекращающиеся ливни всю предыдущую неделю, наконец, уступили место лёгким белым облачкам; низко стоящее солнце заливало основательно промоченную землю последним теплом осени. Грязь на дороге между замком и деревней успела слегка схватиться, но, конечно, ей было далеко до полного высыхания, поэтому Джеймс отдал предпочтение высоким кожаным ботинкам на рифлёной подошве. На подошву налипнет глина, но, по крайней мере, есть шанс удержаться на ногах и не поскользнуться на раскисшей тропе. Поверх обязательной мантии Джеймс набросил лёгкий плащ, а в руки взял зонтик: прогноз погоды, переданный ему утром из Лондона, обещал семидесятипроцентную вероятность лёгкого дождя в течение дня. «Вальтер» удобно устроился на пояснице, откуда Бонд мог с лёгкостью выхватить его сквозь специально сделанные отверстия в плаще и в мантии.

Разумеется, зонтик тоже был не простой. Спицы были изготовлены из титанового сплава и заточены до бритвенной остроты; балансировка позволяла как драться им во вращении, так и метать на приличное расстояние; в полой центральной трубке зонтика скрывалась обойма метательных дротиков со снотворным и выстреливающий их баллончик с углекислым газом; а чёрная ткань, по виду — шёлк, обеспечивала приемлемую защиту от огня и пуль до тридцать восьмого калибра включительно. Джеймс спросил у Кью, защищает ли этот зонтик ещё и от дождя. Кью долго жевал губами, а потом признался, что это экспериментальный прототип, ещё не прошедший всех испытаний. «Очаровательно», — скривился Бонд, но зонтик взял.

— Ну, ты идёшь? — балдахин отодвинулся в сторону, пропуская внутрь рыжеволосого Рона Уизли. За ним маячили маячки Фреда, Джорджа и Джинни. — Давай быстрей, там Жаба рвёт и мечет из-за своего желания сопровождать нас всю дорогу до Хогсмида, и грозится оставить здесь всех, кто через пять минут не будет стоять во дворе.

— Ещё минутку, — попросил Джеймс, захлопывая сундук и вынимая проволочку из незаметного отверстия слева от замка.

— А это что такое? — сунулся любопытный Рон.

— Это такое устройство, защищающее мой сундук от повышенного внимания, — словоохотливо ответил Джеймс, пробегая пальцами по крышке сундука. Тонкие пальцы нажимали на различные элементы покрывающей крышку резьбы, и из-под крышки слышались лёгкие щелчки. — Если кто-то не в меру любопытный попробует открыть сундук до того, как я вернусь, я об этом немедленно узна́ю.

— Мы же в Хогсмиде будем, — поднял бровь Джордж. — Как же ты узнаешь, что кто-то открыл сундук?

— Я услышу, — оскалился Джеймс. — И вы тоже услышите. Вся округа услышит. Я зову эту систему «любопытная Варвара», — добавил суперагент, ласково поглаживая сундук.

— О, охранная система на основе вопиллеров! — ухмыльнулся Фред. — У нас была подобная идея, но мама запретила нам над ней работать, когда мы установили прототип на дверь туалета и забыли его отключить. Но система ведь сработала, да, бро?

— Ещё как сработала, бро! — поднял сжатый кулак Джордж. — Проблема в том, что мама открыла дверь в пять утра. Вследствие побочного эффекта от испытания, до полудня ни у кого не возникало позывов к посещению этого заведения. А мама, оказавшаяся в эпицентре, ещё два дня открывала любые двери телекинезом из дальнего конца коридора. Зато стиркой штанов нас завалили по самое «не хочу», помнишь, бро?

— Ещё бы не помнить, бро, — расплылся в мечтательной улыбке Фред. — Мы тогда придумали стиральную машину на основе беличьего колеса, в которое — за неимением белок — запихали садовых гномов.

— И как? — поинтересовался Джеймс, одёргивая плащ.

— Да что «как»… — погрустнел Джордж. — Мы знали, что садовые гномы панически боятся воды, поэтому рассчитывали, что беличье колесо, погруженное в блюдечко с водой на полдюйма в самой нижней части, будет вращаться без остановки, пока им хватает сил. Но мы не знали, насколько эти мелкие безобразники двужильные… И мы не сумели точно отцентровать барабан стиралки. Когда его раскрутило до пятисот оборотов в минуту, он сорвался с креплений и пробил стену. Вода во все стороны, бельё усеивает огород, мыльные пузыри поднимаются в безоблачное небо классическим грибом, и посреди всего этого стоит мама, залитая грязной водой по пояс снизу и облепленная мокрыми подштанниками по пояс сверху…

Фред непроизвольно потёр ягодицы. Тяжела стезя изобретателя.

Профессор Амбридж, она же Жаба, в вырвиглазно-розовом плаще и с неизменным чёрным бантом на макушке, собирала школьников в замковом дворе. Хогсмид решили посетить почти шесть сотен учеников, то есть практически все, за исключением первых и вторых классов. Справиться с такой толпой возбуждённых долгожданным походом школьников было бы непросто даже аврорам Министерства, уже не говоря об одной учительнице, которой, к тому же, не горели желанием помогать другие преподаватели.

— …И помните: в случае магического нападения вы должны, во-первых, сохранять спокойствие, а во-вторых, предпринимать методы самозащиты, указанные в главах 7 и 8 «Теории защитной магии» Уилберта Слинкхарда, — надрывалась Розовая-Жаба-Под-Мухой. — Тщательно законспектируйте выдвинутые к вам претензии, запишите применённые к вам заклинания, а потом на уроках мы рассмотрим поступок нападавших с морально-этической точки зрения. Ни в коем случае не ввязывайтесь с ними в драку, а отступите, сохраняя порядок, на территорию школы и поставьте в известность меня лично.

— А если это будут Пожиратели Смерти? — подняла руку незнакомая Джеймсу девочка с галстуком Пуффендуя.

— Нет никаких Пожирателей Смерти! — взорвалась от ярости Долорес Амбридж. Очевидно, эту речь она произносила уже не в первый и не во второй раз. — Не существует больше никаких Пожирателей Смерти! — Стоявший неподалёку от неё Северус Снегг поморщился и ушёл в замок. — Но если на вас всё-таки нападут эти мифические Пожиратели Смерти, постарайтесь, чтобы осталось как можно больше следов, особенно кровавых, и тогда представители департамента охраны магического правопорядка непременно во всём разберутся!!! И пригласите этих Пожирателей Смерти зайти ко мне, я выдам им медаль за очистку генофонда магической Британии от генов тупизны и бредогенерации!

Драко Малфой с широкой улыбкой пихнул локтем Гойла.

Большие часы на часовой башне захрипели и пробили девять ударов. Красная от злости Амбридж взмахнула волшебной палочкой, и ворота замка открылись. Школьники выстроились в длинную очередь, а в воротах встал Филч, постоянно сверяющийся со списком учеников, получивших разрешение родителей или опекунов посещать деревню. Список был длинный, и очередь продвигалась не быстро. Джеймс знал, что у Гарри Поттера было законное разрешение на посещение Хогсмида, подписанное Сириусом Блэком, но всё равно напрягся, когда Филч едва не обнюхал его. Однако всё было в порядке, и завхоз позволил Джеймсу пройти.

Большую часть пути до Хогсмида Джеймс Бонд помалкивал, рассматривая окружающую местность. Коническая хижина Хагрида по-прежнему выглядела покинутой, но бахча рядом с ней пузырилась огромными тыквами; очевидно, к Хэллоуину тыквы станут размером с небольшой автомобиль. Дорога, продетая в проём ворот, была обычной грунтовкой; узкие колеи, наезженные колёсами карет, не оставляли сомнений, — автомобили по этой дороге не ездили. Джеймс лениво размышлял, почему руководство школы не заасфальтирует или хотя бы не замостит эту дорогу. Если вся территория школы накрыта антиаппарационными чарами, то учителям, решившим в середине учебного года навестить родственников, надо топать аж за ворота. По грязной и заснеженной грунтовой дороге? Ладно, допустим, за одежду можно не беспокоиться, её домовые эльфы отчистят. Но тут же можно банально поскользнуться, упасть и сломать себе что-нибудь. Неужели учителей это не волнует? Видимо, не волнует. Скорее всего, как Дамблдор снял антиаппарационный щит у себя в спальне, так и другие учителя имеют отнорок на территории школы, из которого можно аппарировать. Или, что равновероятно, они пользуются сетью летучего пороха, не заморачиваясь с аппарацией.

Гермиона, пробившаяся к Джеймсу, шепнула ему на ухо:

— Ну что, ты подумал о том, что мы тебе предлагали?

— Да, подумал, — одними губами ответил ей Джеймс.

— Это хорошо. Мы с Роном прикинули, кто из ребят может захотеть обучаться настоящей защите, и кое-кто проявил интерес. Я назначила сбор в «Кабаньей голове». Это трактир на задворках Хогсмида, по-моему, подозрительное место. Там собираются те, кто не хочет быть на виду. Ученики обычно туда не ходят, и нас не подслушают. Здорово я придумала, правда?

Мысленно Джеймс шлёпнул себя ладонью по лицу, закрывая глаза, но внешне он никак не проявил своих чувств:

— Гермиона, скажи, если в паб, известный тем, что в нём собираются люди, не желающие привлекать внимания, и куда крайне редко заходят ученики, вдруг внезапно набьётся десяток школьников, — как по-твоему, это может привлечь чьё-нибудь внимание? Пока ты размышляешь, я задам другой вопрос. Как ты думаешь, через сколько минут Долорес Амбридж будет поставлена в известность, что группа школьников уединилась в баре с очень плохой репутацией?

Гермиона осеклась и сбилась с шага.

— Так что же делать?

— Ничего, что уж тут сделаешь, — безмятежно ответил Джеймс. Они как раз прошли мимо колонн, увенчанных статуями крылатых вепрей, и повернули налево, на дорогу к деревне. Порыв ветра ударил им в лицо. — Сделай вид, что тебе на глаза упала чёлка, поправь её и, пользуясь тем, что твоё лицо полуприкрыто, оглянись и посмотри, сколько человек наблюдают за нами. Только быстро, у тебя будет не больше трети секунды, любая задержка привлечёт внимание. Конечно, было бы лучше, чтобы ты зажала в ладони крошечное зеркальце и не крутила головой, но, думаю, ты и без него справишься.

— Наблюдают за нами?! — охнула Гермиона.

— Ну, скорее, за мной, — самокритично признал Джеймс, продолжая безмятежно шагать по грунтовой дороге. — Но мы с тобой о чём-то шепчемся, поэтому за тобой будут наблюдать тоже.

Гермиона наклонилась вперёд, и тугая плеть волос хлестнула её по глазам. Девушка тряхнула головой, заправляя выбившуюся прядь под шапку.

— Я насчитала пятерых, — ответила она. — Амбридж, Снегг, МакГонагалл, Филч, Малфой.

— Ещё Вектор, Трюк, Гойл, Джинни Уизли, Чжоу Чанг, Пэнси Паркинсон, Полумна Лавгуд, тот странный мальчик из Слизерина и, я подозреваю, нескольких я ещё просто не сумел вычислить, — признал Джеймс.

— И что им нужно, по-твоему?

— Не что, — по виду Джеймса нельзя было сказать, что предмет разговора хоть в малейшей степени его волнует, — а кто. Я. Все они каждые несколько минут проверяют, где я нахожусь. Ну, Джинни и Чжоу могут интересоваться мной, потому что они — девушки, а я — нет, но я не смею подозревать Аргуса Филча или Долорес Амбридж в интимных посягательствах на мою особу. Значит, среди всех этих топтунов есть наблюдатели, которых я интересую не как крайне привлекательный юноша, а как носитель какой-то информации, как обладатель каких-то секретов или знаний. Скажи, по-твоему, если они заметят, что мы с тобой поговорили, и после этого ты начала носиться среди толпы школьников, беседуя то с одним, то с другим, это может привлечь внимание? Чёрт, да твоё поведение позволит просто вычислить всех, кто заинтересован в моих «уроках», ещё до первого урока.

Гермиона подумала.

— И что ты собираешься делать?

— Ничего, — безмятежно ответил Джеймс, продолжая шагать. — Если я не пытаюсь скрыться, то и топтуны станут расслабленными. Когда мы доберёмся до деревни, школьники разбегутся по трактирам, и следить за мной станет сложнее, вот тогда наступит момент попытаться стряхнуть хвост.

— «Топтуны», «стряхнуть хвост»… — повторила Гермиона. — Ты говоришь, как… Детектив.

— Ха! — в глазах суперагента вспыхнули весёлые искорки. — Это ты ещё не слышала, как говорят настоящие силовики.

— Совершенно верно, не слышала. Я вообще с полицией дела не имела, только иногда они приходили к нам и обвиняли маму и папу в применении пыток. Те показывали им дипломы врачей-стоматологов, и полицейские уходили, потому что стоматологам разрешается пытать людей за их счёт… Интересно, а ты-то откуда знаешь сленг полицейских? Опять остатки… Той личности?

— Ага. — Джеймс шагал по-прежнему, размеренно, спокойно. — Так когда ты договорилась встретиться в «Кабаньей голове»?

— Минут через двадцать.

— Ладно. Тогда давай пройдём мимо вон того магазинчика, там целая куча народу…

— Это же «Зонко», магазин волшебных шуток и проказ! Конечно, там будет много школьников, ни один другой магазин не продаёт навозные бомбы!

— И хорошо. Мы просочимся через толпу у витрины, потом свернём вон в тот паб…

— Это «Три метлы», самый приличный трактир в деревне.

— Да всё равно, хоть четыре. Важно, что у неё два входа, в гостиницу и непосредственно в бар, и есть большое зеркало над стойкой, — мы войдём в один вход и выйдем из второго, а по пути сможем заметить, следует ли за нами кто-нибудь. А выйдя из второго входа, сразу свернём за угол и пойдём задворками. Рон?

— Да, Гарри? — длинный рыжеволосый парень ревниво втиснулся между Джеймсом и Гермионой.

— Ты, уж прости, слишком заметный. Поэтому тебе придётся идти сразу в «Кабанью голову».

— Ладно, — Рон поджал губы, но счёл, что сейчас не время спорить. — Я ещё Фреда и Джорджа с собой прихвачу.

— А они тоже собираются прийти на нашу встречу?

— Конечно. И Джинни, разумеется!

Джеймс вздохнул:

— Я почему-то так и думал. Кто ещё?

Рон и Гермиона переглянулись:

— Да так… Полумна, братья Криви, Кэти Белл, Ли Джордан, сестрёнки Патил, Хана Аббот, ну и ещё там по мелочи…

Джеймс мысленно схватился за голову. Насколько он знал Рона, «ещё там по мелочи» означает человек пятнадцать. Вдобавок к тем, кто уже был назван, общее число участников легко перехлестнёт за две дюжины. Учитывая выбранное Гермионой место, нет никаких шансов сохранить эту встречу в секрете. С тем же успехом можно было разослать всем следящим за ними лицам персональные приглашения.

— Ясно. Забываем про попытку уйти от слежки. Такая толпа, учитывая четыре огненных маяка, — без обид, Рон, — не может остаться незамеченной. Раз те, кто за нами следят, всё равно узнают, куда мы направляемся, не имеет смысла скрываться. Идём прямо туда. Гермиона, веди.

Свернув с главной улицы магической деревни, троица прошла несколькими закоулками и вышла к покосившемуся, запущенному многоэтажному зданию подозрительно закопчённого вида. На ржавой скобе над дверью висела облезлая деревянная вывеска с изображением отрубленной головы кабана, с которой текла кровь на белую скатерть. Вывеска скрипела на ветру. Троица остановилась перед дверью в нерешительности.

— Идём? — робея, сказала Гермиона. Джеймс сделал шаг вперёд, открыл дверь.

Изнутри потянуло табачным дымом, животными и подгоревшими котлетами. Воздух был настолько спёртым, что его можно было резать кусками и продавать в качестве лекарства для пострадавших от гипероксии. Джеймс, которому по долгу службы приходилось посещать и более опасные места, бесстрашно переступил порог.

Внутри было совсем не так, как в «Трёх мётлах», большом баре, теплом и сияющем чистотой. Трактир «Кабанья голова» представлял собой убогую, грязную комнатку, чем-то насквозь пропахшую, скорее всего козлами. Окна эркера покрывал такой слой сальной грязи, что дневной свет едва просачивался в комнату, и освещалась она огарками свечей, расставленными на грубых деревянных столах. Пол, на первый взгляд земляной, оказался каменным, с вековыми наслоениями грязи. Джеймс вспомнил рассказ друзей о том, как Хагрид выиграл здесь драконье яйцо у незнакомца в капюшоне. «В „Кабаньей голове” встретишь много всякого чудного народа», — любил приговаривать Хагрид, по словам Рона. Джеймс ещё удивился, почему Хагриду не показалось странным, что незнакомец прятал лицо, но теперь он увидел, что здесь, похоже, было принято его прятать. У одного из посетителей голова была вся обмотана грязными бинтами с щелью на месте рта, куда он вливал стакан за стаканом какую-то жгучую дымящуюся жидкость. У окна сидели двое в капюшонах — и если бы они не разговаривали с сильным йоркширским акцентом, Джеймс, пожалуй, принял бы их за дементоров. А в тёмном углу возле очага сидела колдунья в густой чёрной вуали, достававшей до туфель, и виден был только кончик её носа, поскольку выпирал из-под вуали.

Джеймс окинул быстрым взглядом интерьер и прошёл к барной стойке:

— Сливочное пиво с медовым ликёром, смешать, но не взбалтывать.

Бармен взглянул на Джеймса с таким видом, словно своим предположением, что в этом заведении продаются слабоалкогольные напитки, тот оскорбил его до глубины души, но достал несколько пыльных бутылок и начал смешивать коктейль.

— Пожалуйста, ещё две бутылки сливочного пива, — пискнул Рон, облокачиваясь на барную стойку.

— Детишки, а почему вы не в «Трёх мётлах»? — вздёрнул губу бармен.

— Потому что у вас тихо и спокойно, — ответил Джеймс, поворачиваясь к барной стойке спиной и опираясь об неё локтями. — Потому что мы решили внести посильный вклад в экономику этого заведения, — если вы, конечно, не против. И потому, что в этом баре никто не интересуется чужими делами, и никого не волнует, почему мы здесь, а не в «Трёх мётлах».

Ведьма, закутанная в вуаль с головы до пят, закашлялась. Гермиона устремила на неё пытливый взор, пытаясь понять, не является ли та переодетым лазутчиком.

Колокольчик у входной двери звякнул, и внутрь стали просачиваться школьники — бледные и испуганные интерьером. Первыми вошли Невилл с Дином и Лавандой, за ними сразу — Парвати и Падма Патил вместе с Чжоу Чанг и одной из её вечно хихикающих подруг, потом одна и с мечтательным видом, словно забрела сюда случайно, Полумна Лавгуд; потом Кэти Белл, Алисия Спиннет и Анджелина Джонсон, Колин и Деннис Криви, Эрни Макмиллан, Джастин Финч-Флетчли, Ханна Аббот, девочка из Пуффендуя с длинной косой — Джеймс не знал её имени; три парня из Когтеврана — насколько помнил суперагент, их звали Энтони Голдстейн, Майкл Корнер и Терри Бут; Джинни Уизли, а за ней высокий курносый блондин, в котором Гарри узнал игрока команды Пуффендуя. Замыкали процессию Фред и Джордж Уизли со своим другом Ли Джорданом — у всех троих были большие бумажные мешки с товарами от «Зонко».

— О, а вот и остальные, — прокомментировал Джеймс. — Бармен, ещё два ящика сливочного пива. Что же ещё делать студентам в увольнительной, кроме как надираться до жуткого бодуна напитком крепостью в четыре градуса. Всем привет, заходите, заходите, я рад вас видеть! Бармен, здесь есть какая-нибудь зала, где нам бы никто не помешал?

У бармена, увидевшего вламывающуюся в его берлогу толпу малолеток, отвисла челюсть. Такой популярности «Кабанья голова» не знала с момента своего создания. Против всех ожиданий, он не выглядел обрадованным:

— Зря вы сюда пришли, — наклонился он к уху Джеймса, безошибочно выделив главного. — Вы ж дети. Вы даже защититься не сможете, если что.

— Сможем, — не поворачиваясь, лениво отмахнулся Джеймс. — Нас очень подробно проинструктировали, что делать, если на нас нападут. Боюсь, в случае реальной атаки нам найдётся, чем удивить нападающих. К слову, заведение застраховано?

Бармен вновь изменился в лице. Если раньше он был просто недоволен неожиданными клиентами, то сейчас он буквально пришёл в ужас:

— Конечно, застраховано! Но… Это же Фред и Джордж Уизли, разве нет? На них страховка не распространяется, все повреждения, причинённые ими, списываются в форс-мажор, потому что они хуже стихийного бедствия!!!

Рон расплылся в улыбке. Вот это было настоящим признанием заслуг семьи Уизли!

— Короче, уважаемый, — вновь развернулся к бармену Джеймс, — есть у вас тут какой-нибудь закуток? Или нам располагаться прямо здесь, заняв половину места и мешая остальным клиентам нашей непринуждённой беседой на повышенных тонах? Нет, иначе мы не умеем, мы же школьники!

Бармен нахмурил брови, но быстро сдался и махнул рукой:

— За дверью лестница. Один этаж вверх, там будет общая комната гостиницы. Располагайтесь в ней. Стульев, правда, не хватит, ну ничего, на полу посидите, небось не приклеетесь, если газетку подсте́лите.

— Спасибо, многоуважаемый, — кивнул Джеймс и выложил на стойку два галеона. — Это задаток, за остальное расплачу́сь позже. Рон, хватай второй ящик! Ребята, я рад всех вас видеть, а сейчас — двинули на второй этаж!

Бармен проследил за подростками, качая головой. Это не помешало ему подхватить оба галеона одним движением и бросить их в ящик кассы, открывшийся сам собой.

Общая комната гостиницы, очевидно, задумывалась чем-то вроде факультетской гостиной. Это была почти квадратная зала, с окнами, выходящими на четыре стороны здания. К сожалению, этим сходство и ограничивалось. Окна были ещё более грязными, чем на первом этаже, — Джеймс Бонд пришёл к выводу, что там они выполняли роль витрины, позволяя убедиться, что внутри в самом деле располагается питейное заведение, тогда как на уровне второго этажа прохожие ходят редко, и, следовательно, окна можно не мыть вообще никогда. В зале имелось два колченогих стола и несколько стульев, которые приличный хозяин постеснялся бы выставить на помойку. Камин, расположенный в южной стене, не разжигался уже несколько лет; кочерга намертво приржавела к подставке. (Джеймс мимоходом удивился, потому что кочерга была медной, а медь, как известно, не ржавеет, но, с другой стороны, если её достаточно долго не мыть…) Стены были обиты дубовыми досками. Их, конечно, попытались обстругать, но у плотника из инструментов явно были только топор и лом, поэтому доски выглядели так, словно их грызли. Пол был каменным, но многовековые наслоения пыли и грязи не позволяли сказать о нём больше ничего. Джеймс подозревал, что если сюда привести археологов, они без труда смогут раскопать в этой грязи стоянку людей эпохи неолита.

В целом, это была как раз такая зала, в которой полагается принимать налоговых инспекторов, выпрашивая скидку в связи с плачевным экономическим положением.

Фред и Джордж разожгли захваченные снизу масляные лампы, слегка рассеяв мрачный полумрак. Гермиона открыла окна, предпочитая выстудить комнату, но открыть доступ свежему воздуху.

Школьники, галдя, расселись вдоль стен, подстелив под себя разорванный на листики экземпляр «Ежедневного пророка». Полумна выбрала лист с фотографией Корнелиуса Фаджа и тщательно уложила его носом в грязь.

Пока народ рассаживался, Джеймс поймал Гермиону за руку:

— Ты говорила, что придут всего несколько человек.

— Две дюжины — это тоже «несколько», — безмятежно улыбнулась она.

— И о чём, по-твоему, я должен буду с ними говорить?

— О, не волнуйся, сначала говорить буду я. — Гермиона ловко открыла свою бутылку сливочного пива и сделала глоток из горла. — Эй, ребята, попрошу внимания!

Шум в зале уменьшился. Два с лишним десятка пар глаз уставились на Гермиону, стоящую в центре комнаты, и на Джеймса, стоящего позади и левее неё. Джеймс пожал плечами и отхлебнул свой коктейль. Гермиону ожидает большой сюрприз…

— Так вот… Хм… — начала Гермиона, внезапно смутившись. — Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались. Так вот… У Гарри возникла идея… — Джеймс поперхнулся своим коктейлем. — То есть у меня возникла идея, что тем, кто хочет учиться Защите от Тёмных искусств, было бы полезно… То есть по-настоящему ей учиться, а не той ерунде, которую преподаёт Амбридж… — Голос Гермионы зазвучал сильнее и увереннее. — Потому что это никакая не защита, а пустые разговоры. («Вот именно», — сказал Энтони Голдстейн, и Гермиона заговорила еще смелее). Ну, и я подумала, что стоит взять это дело в свои руки. — Искоса взглянув на Джеймса, она продолжала: — В смысле, учиться защите как следует, не теоретически, а настоящими заклинаниями…

— Но сдать защиту от Тёмных искусств на СОВ ты, надеюсь, тоже хочешь? — сказал Майкл Корнер.

— Конечно, хочу. Но не только. Я хочу действительно овладеть защитой, потому что… Потому что… — Гермиона набрала в грудь воздуха. — Потому что Лорд Волан-де-Морт вернулся. Фред, откачай Рона.

Реакция была мгновенной и предсказуемой. Подруга Чжоу взвизгнула и пролила на себя пиво, Терри Бут вздрогнул, Падма Патил поёжилась, а Невилл как-то странно тявкнул и попытался выдать это за кашель. Все при этом выжидательно уставились на Джеймса.

— Такой, по крайней мере, план, — сказала Гермиона. — Если хотите участвовать, надо решить, как нам это провернуть…

— Где доказательство, что Вы-Знаете-Кто вернулся? — воинственным тоном сказал светловолосый игрок Пуффендуя.

— А какие доказательства тебя устроят? — вступил в разговор Джеймс. — Чёрная метка над твоим домом? Личный визит Лорда Волан-де- Фред, приготовься — Морта? Заверенное у нотариуса свидетельство трёх уважаемых Пожирателей Смерти?

— Ну, россказни одного истосковавшегося по вниманию Мальчика-Со-Шрамом уж точно не могут считаться доказательством, — фыркнул пуффендуец.

— Но Дамблдор ему верит! — выкрикнул Рон.

— О, да. Но вот в чём загвоздка: а кто верит Дамблдору? — парировал блондин, поворачиваясь к рыжеволосому Уизли.

— Так, ребята, достаточно, — топнул ногой Джеймс. — Как я понимаю, вы пришли сюда послушать, что на самом деле произошло той июньской ночью, во время финала Турнира Трёх Волшебников.

Хор голосов, канючащих «Нет, конечно, ни в коем случае», оставил общее ощущение полной поддержки озвученного Джеймсом предположения.

— Я не смогу удовлетворить ваше любопытство, — поднял руки вверх Джеймс, следя за тем, чтобы не пролить свой коктейль. — Как вы все уже знаете, я потерял память. В самом начале августа на меня с братом напали дементоры. Факт нападения дементоров подтверждён двумя целителями, в больнице святого Мунго и в нашей школе. И если мадам Помфри ещё можно обвинить в преследовании интересов Дамблдора, то Максимилианус Гиндельштейн никак под это определение не попадает.

— А доказат… — опять начал пуффендуец, но Джеймс снова поднял руку и усилил голос:

— Я не буду рассказывать вам, что произошло в ту ночь, когда погиб Седдрик Диггори. Я не помню. Эти знания уничтожены сильным темномагическим колдунством, и я никогда не смогу вспомнить, что тогда произошло. Поэтому мне приходится основываться точно на тех же данных, что и вам. И, исходя из этих данных, я могу твёрдо утверждать: Волан-де-Морт вернулся.

На этот раз шок был сильнее. Подружка Чжоу Чанг сумела упасть на пол, — потрясающее достижение, учитывая, что она сидела на газете. Школьники немедленно зашумели, призывая Джеймса выложить карты на стол и объяснить, как это получается, что из общеизвестных фактов неопровержимо следует, что Тёмный Лорд вернулся, тогда как Министерство с пеной у рта утверждает обратное.

— Но суть даже не в этом, — продолжил Джеймс, почти переходя на крик. — Суть в другом. Вернулся Волан-де-Морт или нет — это совершенно неважно. Что, в нашем мире, кроме него, отморозков не хватает? По-вашему, всех Пожирателей Смерти переловили и отправили в Азкабан? Так Сириус Блэк доказал, что и из Азкабана можно сбежать. Более того, он пробрался не куда-нибудь, а в «Хогвартс», в мою спальню, и разрезал балдахин над моей кроватью. Вы понимаете, что это означает? Это означает, — Джеймс поймал глазами взгляд агрессивного блондина и уставился в его глаза, наращивая давление, пока тот не опустил глаза, — что никто не может чувствовать себя в безопасности. Нигде. Даже в школе. Какая разница, воскрес Сами-Знаете-Кто или нет? Нас может убить любой из его подручных.

Джеймс моргнул, снимая напряжение, и обвёл глазами притихших школьников.

— Совершенно неважно, вернулся Лорд Волан-де-Морт или нет. Многие из его последователей до сих пор на свободе. В нашей школе преподаёт Северус Снегг, Пожиратель Смерти с Чёрной Меткой на руке. В нашей школе учатся Малфой, Крэбб, Гойл. Их родители проходили по делу Пожирателей Смерти, их судили, но улики были слишком шаткими, а адвокат Малфоев — уж слишком ушлым. Дело развалилось. Однако, — Джеймс поднял палец, — улики были. Кто может поручиться, что Гойл не получит приказ от своего старика и не явится в наши спальни, чтобы убить нас?

— Я поручусь, — выкрикнул Ли Джордан из заднего ряда. — В тот момент, когда Гойл запомнит, с какой стороны берутся за волшебную палочку, ему дадут специальную награду школы — за совершение выдающегося поступка!

Дружный смех разрядил атмосферу, но Джеймс не позволил себе даже улыбнуться.

— О, Ли, у меня для тебя новость, — продолжил суперагент, когда смешки затихли. — Гойл сейчас учится на пятом курсе. Это означает, что материал предыдущих четырёх курсов он усвоил достаточно хорошо, чтобы получить проходную оценку на экзамене. Ты понимаешь, Ли, это означает, что Гойл знает трансфигурацию достаточно, чтобы профессор МакГонагалл поставила ему проходной балл! А у тебя по трансфигурации сколько? Да, возможно, Гойл не гений, но, смею тебя заверить, он знает, с какого конца браться за волшебную палочку. Поэтому я предлагаю тебе задуматься, зачем он поддерживает имидж тупого громилы. Не для того ли, чтобы усыпить нашу бдительность?

Джеймс снова обвёл взглядом собравшихся. Кажется, ему удалось безраздельно завладеть их вниманием.

— А самое главное — для того, чтобы отделать тебя, Ли, как котлету, ему не понадобится никакая волшебная палочка. Вы видели его руки? Он может завязать кочергу в узел. Клянусь, я видел, как он помогал профессору Стебель переносить кадки с пальмами-камнеедками. Это двадцатигаллонные бочки, на четыре пятых заполненные влажной землёй, и сверху ещё двухметровое дерево торчит. Я потом попробовал поднять одну такую кадку. Без «вингардиум левиоса» и без «локомотор», просто хотя бы с места сдвинуть. Знаете, сколько я смог её пронести? Три фута! А эта громила таскала их из дальнего конца теплицы в зимний сад! За один присест — без остановок и без магии!

— Ну да, он сильный, — скуксился пуффендуец. — Но мы-то умнее.

— Может быть, да, — кивнул Джеймс, — а может быть, он специально ведёт себя, как тупой балбес, чтобы вы думали, что вы умнее. А на самом деле умнее — он. И, пользуясь тем, что вы все считаете его тупицей, он в любой момент сможет сделать с вами всё, что захочет. Потому что вы не готовы к умным поступкам с его стороны. Потому что вы даже не подумали защищаться. Потому что вы уверены в своей безопасности: ведь вы же умнее!

В комнате воцарилось гнетущее молчание.

— Совершенно неважно, вернулся Лорд Волан-де-Морт или нет, — продолжил Джеймс. — Защищаться всё равно надо уметь. А чтобы уметь защищаться, надо тренироваться. И это именно то, чего профессор Амбридж нам и не позволяет делать. Мы не сможем отбиться от Гойла параграфами из законов о допустимой самообороне. Они просто рикошетируют от его лба. Против него надо применять что-нибудь более действенное. «Остолбеней», «Петрификус Тоталус» или кирпич замечательно подойдут.

После секундной паузы школьники зашумели. Им надо было поразмыслить над словами суперагента, но в этом возрасте подростки органически неспособны думать молча. Джеймс не мешал им, воспользовавшись моментом, чтобы допить свой коктейль.

— Гарри, это правда, что ты можешь вызвать телесного Патронуса? — выкрикнула девочка с длинной косой.

— Да, в форме оленя, — подтвердила Гермиона.

— А ты правда убил василиска мечом из кабинета Дамблдора?

— Понятия не имею, — пожал плечами Джеймс.

— Правда, — вмешалась Джинни. — Я сама видела. По крайней мере, последствия. Поверьте мне, если надо уничтожить редкое, уникальное животное, то Гарри Поттер — тот, кто вам нужен! Помните, как он уделал дракона в прошлом году, на первом задании Турнира?

Джеймс почувствовал укол стыда. Он старался не причинять вред животным, по мере возможности. Школьники продолжали шушукаться. Наконец, Чжоу Чанг решилась:

— Думаю, я выражу общее мнение, если скажу, что мы все согласны, — мы хотим брать уроки у Гарри. Гарри, ты поможешь нам изучить боевую магию?

Шум мгновенно стих. Две дюжины пар глаз вновь уставились на Джеймса, теперь уже с надеждой.

Джеймс аккуратно поставил чашку на подоконник.

— Не-а, — наконец, ответил он. — Не помогу.

Зал взорвался.

— Тихо, тихо! — Джеймсу снова пришлось начать топать ногами, чтобы угомонить недовольных. — Ша! Ша, я сказал! Рон, не смотри на меня так, словно я только что сказал, что квиддич хуже бейсбола. Нет, я не буду помогать вам изучать магию!

Суперагент выдержал ещё одну паузу.

— Во-первых, я не вижу причин взваливать на себя обязанность преподавать магию людям, большинство из которых с рождения жило в магическом мире. Это всё равно, что мне, человеку, преподавать плавание русалкам. Во-вторых, всем моим знаниям магии всего два месяца, и получал я их из книг. Вы, безусловно, справитесь не хуже, если перестанете лениться и начнёте по-настоящему вкладывать силы в учёбу. В-третьих, я вам для этого просто не нужен; всё, что нам надо знать для СОВ, есть в библиотеке. Что вам действительно нужно — это место, где вы могли бы тренироваться. Ну и в-четвёртых, я не сказал, что я вам совсем не помогу. Я не буду учить вас магии, это верно, но магией ведь мир не исчерпывается! Я предлагаю вам присоединиться ко мне в занятиях физической подготовкой.

Школьники снова расшумелись:

— Погоди-ка, но если не заниматься магией, то какой вообще смысл во всей этой ерунде? Физическая подготовка?! — громко хохотнул приснопамятный блондин из Пуффендуя. — Какой толк от физической подготовки в магической битве? Выжимание тяжестей, бег, приседания, — тьфу! Всё, что противник должен сделать, — это лишь палочкой взмахнуть! У маглов даже шутка такая есть, «никогда не убегай от волшебника, умрёшь уставшим».

— Но умение быстро бегать понадобится, если догнать хочется тебе, — тихо сказала Полумна, однако никто не отреагировал на её замечание.

— Прости, как тебя зовут? — добродушно поинтересовался Джеймс.

— Захария Смит.

— Захария, можно попросить твоей помощи в небольшой демонстрации?

— Только без рук! — Блондин настороженно поднялся со своего места и прошёл вперёд, осторожно переступая через сидевших перед ним подростков.

— Как скажешь. Без рук, так без рук. Пройди сюда и встань напротив меня. Прижмись спиной к стене. Отлично. А теперь, Захария, не будешь ли ты так любезен вытянуть правую руку горизонтально вдоль стены? Слегка раздвинь пальцы и прижми ладонь к стене.

Захария повиновался. Джеймс вновь повернулся к школьникам:

— Вы можете думать так же, как он: «кому нужна физическая подготовка, когда противнику достаточно всего лишь палочкой взмахнуть!» Но, видите ли…

Джеймс выбросил руку вперёд; почти одновременно раздался громкий хлёсткий удар. Между пальцев правой руки Захарии вырос серебристый шип метательного ножа. Захария вытаращил глаза: его пальцы от ножа отделяли буквально несколько миллиметров.

— …Противник не взмахнёт палочкой, если вы обездвижите его руку[140]. Спасибо, Захария, ты можешь сесть.

Захария попытался выдернуть метательный нож из дубовой доски. Тот засел крепко. Джеймс подошёл к нему, положил руку на плечо, отодвигая пуффендуйца в сторону, а второй рукой легко, не напрягаясь, выдернул нож.

— В хорошей физической подготовке есть ещё несколько преимуществ, — продолжил Джеймс, показывая нож притихшим школьникам. — Например, противник, думая, как Захария, не будет ожидать физического нападения. Но метко пущенный нож нельзя перехватить с помощью «Вингардиум Левиоса», и даже «Протего» его необязательно остановит. Честно говоря, — добавил Джеймс в редком для себя приступе откровенности, — достаточно сильный маг сможет отбить нож с помощью «Протего», но для того, чтобы щитовые чары отбросили тяжёлый материальный объект, потребуется влить в них намного больше сил, чем нужно для защиты от заклинаний. Учитывая, что во время дуэли магических сил никогда не бывает достаточно, думаю, с помощью ножа можно поразить большинство магов. Во всех смыслах слова. Даже тех, которые сражаются против вас, то есть когда на вашей стороне нет эффекта внезапности.

Гробовое молчание было ему ответом.

— Немагические действия не сможет отследить Министерство Магии, — добавил Джеймс, потихоньку отчаиваясь. Он решил придержать информацию о том, что Министерство не в состоянии отследить даже беспалочковую магию.

Фред и Джордж Уизли переглянулись. Затем на их лицах появилась тонкая улыбка, при виде которой Молли Уизли схватилась бы за сердце.

— А ещё, — продолжил Джеймс, отчаянно подбирая аргументы, — хорошая физическая форма всегда нравится противоположному полу.

— Ну что, я купился, — вскочил с пола Колин Криви, поглаживая нежную кожу под носом, где ещё совсем недавно красовались редкие подростковые «усищи». — Я записываюсь в твою группу физподготовки.

Эти слова прорвали плотину. Зала мгновенно наполнилась гвалтом.

— Тихо, тихо! — прикрикнул Джеймс. — Я напомню, что это не моя группа. Я там вообще не при делах. Я занимаюсь физподготовкой сам для себя. Если хотите, присоединяйтесь, но я не собираюсь быть главным. Я могу консультировать вас, советовать, как выполнять те или иные упражнения, давать какие-нибудь рекомендации, но не более того! Если вы захотите ещё и тренировать боевые или защитные чары — ради бога, но я во всём этом участвовать не собираюсь, особенно как организатор. Я даже слышать об этом не хочу.

— Но почему?!

— Потому что все наши начинания должны быть полностью легальными, а самовольная практика заклинаний выходит за эти рамки. Мы не пойдём на открытую конфронтацию ни с руководством школы, ни с Министерством, пока не будем абсолютно уверены, что сможем навязать им свою волю. Мы не будем делать ничего незаконного. Всё должно быть организовано так, чтобы комар носу не подточил. Гермиона, поделись с нами сакральным знанием устава школы!

Гермиона откашлялась:

— Устав «Хогвартса» разрешает организацию кружков по интересам и групп взаимопомощи по выполнению домашних заданий. В правилах достаточно жёстко регламентировано, что можно, а что нельзя делать в рамках группы взаимопомощи; например, отклоняться от учебной программы нельзя, поэтому нам это не подходит. Но кружок по интересам организовать вполне можно. Требуется всего лишь написать заявку, подать заявление руководству школы, приложить программу занятий кружка, список участников, и, если руководство согласится на организацию нового клуба, нам выделят помещение, определят часы для занятий и выделят преподавателя, который будет наблюдать за порядком во время встреч. Последнее меня пугает больше всего, — поджала губы девушка.

— Не страшно, с этим мы справимся. Самое главное — написать заявление так, чтобы нам пошли навстречу, — отмахнулся Джеймс и в очередной раз обвёл глазами школьников. — Теперь вы понимаете, что ни о каком углублённом изучении защитных чар мы даже заикаться не можем? И я не буду учить вас магии, потому что мы не будем ни на йоту отходить от задекларированных целей кружка.

Школьники, вскочившие было, присмирели и снова начали рассаживаться.

— Но разве целью кружка является не?.. — начал сбитый с толку Деннис Криви.

— Целью кружка, об организации которого я здесь уже битых полчаса разглагольствую, является только и исключительно физическая подготовка, — отрезал Джеймс. — Никакой магии. Назовём кружок как-нибудь позагадочнее, например, «группа поклонения здоровому образу жизни „Эндорфинная эйфория”».

— Но…

— Потому что единственный преподаватель этой школы, который хоть что-то смыслит в спорте, это мадам Трюк. А она честная, как настоящий гриффиндорец, и довольно неплохо шарит в защитной магии. И если мы сумеем раскрутить её на пару уроков, это даст нам больше, чем весь курс этики жертвы, которую нам пытается привить Амбридж.

У подростков заняло время переварить этот план. Заражённые подростковым максимализмом, они никак не могли взять в толк, что существуют ситуации, когда кратчайший путь между двумя точками — совсем даже не прямая.

— Ну так что мы решили? — требовательно спросил Джеймс Бонд.

— Я с тобой, — мгновенно ответил Колин Криви. — И Деннис тоже.

— И я! — взметнул руку Рон.

— И мы! — Фред с Джорджем подняли руки Джордана.

— Отлично. Кто хочет присоединиться к нашей группе, пропагандирующей здоровый образ жизни и умеренную физическую активность с далеко идущими перспективами физического и нравственного совершенства, пусть запишется у Гермионы, — потёр ладони Джеймс, нисколько не сомневаясь, что у девушки найдётся с собой пергамент, перо и чернила. — Только пустите меня куда-нибудь в середину списка. Помните, я ничем не отличаюсь от вас, такой же простой и незатейливый поклонник физической культуры…

Джеймс протолкался сквозь образовавшуюся вокруг Гермионы толпу, взял перо и добавил к списку участников порядковый номер и свои данные: «007. Гарри Поттер».

Загрузка...