Я заберу тебя у смерти

66

Когда я добралась до клиники, сгущались сумерки. Я долго изучала оставленные Максимом документы и приняла, как мне казалось, правильное решение. Бросить Лима я не могла. Это было бы подло. После всего что я видела, каждый день живя с его страданиями, осуждать его становилось сложнее, но и жизнь потом с ним я себе не представляла. Однако, как только вошла в палату мужа, то поняла, что моим планам потребуется корректировака. Лимер соскочил с кровати и, ничего не говоря, с оттягом ударил меня по лицу. От неожиданного толчка я упала на пол. К моему ужасу, он резко вздёрнул меня на ноги, возвращая в вертикальное положение и громко закричал:　

— От тебя несёт другим мужиком! Шлюха! Кто он?　

Я забилась в его руках и получила ещё один удар, от которого снова оказалась на полу. Сгрупировавшись, я ожидала продолжения, боясь кричать. Совсем близко раздался шипящий голос:　

— Я тебе доверял…　

— Прошу, Лим, если увидят как ты меня бьёшь нам операцию отменят, — взмолилась я, пытаясь его образумить. Справиться с ним один на один, дадж с ослабленным и больным, я не могла.　

— За те деньги, что я плачу они и сердце у тебя вырежут, — злобно выплюнул он, но всё же отошёл от меня и закрыл дверь изнутри, — Вставай.　

Я поднялась по стене, вытирая кровь с разбитой губы и пискнула, когда он приблизился и притянул меня к себе.　

— Я весь день тебя ждал. Я подумал, что ты меня бросила. Ты не брала трубку. Ты, — он грубо тряхнул меня, впечатывая спиной о стену, — Ты не была рядом, когда должна была.　

— Лим, ты делаешь мне больно, — хныкнула я и он резко отшатнулся, словно очнувшись.

— Боже, что же это? Девочка моя…　

— Не подходи, — я выставила между нами ладони, — Я хочу, чтобы ты меня услышал. Если ты опять ударишь меня, я завтра откажусь ото всего и сделаю тэту, чтобы когда ты опять умрёшь вслед за мной, не вытаскивать тебя оттуда.　

Он остолбенел, а затем рассеянно мотнул головой.　

— Я всё знаю. Как ты нанимал людей, чтобы убить меня. И прислал цветы, зачем-то.　

— Я же не знал, что это ты, — потерянно обхватив себя за плечи, пробормотал он.　

— Лимер которого я знала отпустил меня, чтобы спасти. Он бы не стал убивать невинную девушку.　

— Ты не понимаешь…　

— А если бы я не согласилась на свадьбу?　

Он замешкался на мгновенье и этого было достаточно. На негнущихся ногах я прошла и села в пластиковое кресло за стол. Мужчина стоял неподвижен и громко дышал. Я не могла повернуться к нему и положила голову на сложенные на столе руки.　

— Я люблю тебя, Вера.　

— Недостаточно сильно, чтобы оставить в живых. Лим, — я сдерживала слёзы не пуская истеричные ноты в голос, — Я отдам тебе кусок своей плоти…　

— Спасибо, — он подошёл и встал на колени, обхватив мои руками.　

— Но у меня есть условие, — я подняла голову и встретилась с его напряжённым взглядом, — Ты оставишь меня…　

— Нет! — горячо зашептал он, — Мы начнём всё сначала. Я всё исправлю.　

Я отрицательно мотнула головой и отодвинулась назад вместе с креслом.　

— Я хочу жить своей жизнью. Пообещай мне Лимер, скажи, что отпустишь меня навсегда и я выполню обещание.　

— Как я смогу без тебя…　

— У тебя будет часть меня. Вроде это неплохая цена за мою свободу, — я криво усмехнулась.　

Он поднялся, понурив плечи подошёл к кровати и забрался под одеяло.　

— Я сделаю то о чём ты просишь, — безжизненным голосом произнёс он и я увидела в его глазах поражение.　

— Спасибо.　

Я вышла из его палаты и прошла в свою. Медсестра дала мне таблетку снотворного на ночь и я отключилась, чтобы проспать всю ночь без снов и терзаний.　

Утром я зашла к Лиму. Он сидел у окна и казался отречёнрым ото всего. Немного угловатый от потерянного веса, с пересушенной желтоватой кожей, он оставался тем же красивым мужчиной, от которого женщины теряют голову.　

— Лим, — позвала я несмело.　

— Только ты меня так называешь. Я буду скучать по этому.　

Я обняла его со спины и прошептала на ухо:　

— Не будешь. У тебя впереди будет целая жизнь.　

— Знаешь, — он поцеловал мою ладонь и прижал к своей груди, — Ты ведь права. Я не достаточно люблю тебя и не достоин. Только я не настолько сильный, чтобы отказаться от твоей помощи.　

— Я и не жду этого, родной.　

— Родная? — он затаил дыхание.　

— Навсегда. Мы никогда не будем чужими. С этого дня и навсегда.　

— Я так тебе благодарен, — он перетянул меня к себе на колени и я устроила голову на его груди, — Я тебя не заслужил.　

Он гладил меня по волосам, я тихо пела ему странеую песню о драконе и похищенной девице и ощущала его улыбку. За нами пришли, сделали премидикацию и одели в одноразовые рубахи.　

— Мне не страшно, — мы лежали на кровати соприкасаясь лбами и я выводила несмываемым маркером на внешней стороне мощного предплечья его имя.　

— Да, ты оптимистка, — улыбался он, наблюдая за моими манипуляциями.　

— Хочешь мира готовься к войне, — я всучила ему маркер и он пописал меня тоже.　

— Можно? — он обвёл мои губы пальцем и, соглашаясь, я прикрыла глаза.　

Лимер нежно целовал меня и я млела от удовольствия, не анализируя, не замечая минут, не думая о грядущем.　

— Я буду ждать тебя, если ты передумаешь и дашь мне шанс, — пробормотал он.　

— Не трать время напрасно. Ты имеешь право на счастье, а не на ожидание его.　

Нас положили на каталки и повезли следом друг за другом. Лимер неожиданно негромко запел. Я счастливо засмеялась, когда в коридоре операционной его голос, отталкиваясь от стен, наполнил пространство.　

— Ты лучшее что было со мною, ведьма.　

— Я заберу тебя снова если уйдёшь. Слышишь?　

— Да.　

— Не бойся, родной, я с тобой.　

На прохладной простыне операционного стола, под ярким светом лампы, с катетером в вене, под прицелом камер и несколькими медиками вокруг я всё ещё улыбалась. Я сделала правильный выбор.