Я заберу тебя у смерти

21

В этой комнате я жила одна. Лимер приносил еду, брикеты с углём, мыло, чистое бельё, одежду. Забирал грязное и мусор. Я демонстративно отворачивалась от него и игнорировала любое к себе обращение. Он обречённо вздыхал и уходил, закрывая меня снаружи. Через пару недель или месяцев я готова была лезть на стену. Мне хотелось выйти хоть куда-нибудь. А ещё хотелось общения. Хотя бы с ним. Конечно, он сволочь и поступил со мной дико…это слово отдавлось во мне головной болью…но может он просто дошёл до отчаяния. Ведь я действительно не подпускала его к себе. Сейчас я старалась придумать ему достойные оправдания, но на самом деле я придумывала повод для себя начать общаться с собственным…мужем. Может мне стоит узнать его поближе? К тому же он единственная моя защита здесь и мой пропуск во внешний мир. Ну, не сидеть же мне вечно в этом каменном мешке! Я огляделась. Обстановка наскучила до омерзения. Я сдвинула огромную кровать и плетёное кресло к стене. Сердце бухало в груди как сумашедшее. Стала я какой-то мармеладной — устала от небольшой нагрузки. Мои мышцы ещё ныли после того отравления. Сев на пол я тихо заплакала от стыда и обиды.　

Именно в таком жалком состоянии меня застал мой благоверный. Я так истосковалась по человеческому теплу, что практически сама прижалась к его груди, когда он опустился рядом. Он мягко гладил меня по спине, шепча что-то ласковое, отчего я сильнее вцепилась в его рубашку. Лим усадил меня в кресло и сел у ног поставив их на своё бедро. Он осторожно массировал мои ступни, не поднимая глаз. Я перестала всхлипывать и рассматривала молчащего мужчину. Ещё в первую встречу я отметила, что он красив, словно крупный дикий…ой…кот. Роскошное тело и лицо созданное для греховных мыслей. Внезапно он вскинул глаза вверх и я шумно втянула воздух. Меня только что застали за откровенным разглядыванием своего мужа. Я часто повторяла про себя свой статус при Лиме, пытаясь смириться с этим. Получалось слабо. Ну, никак я не могла поверить что это дикое… ой… порою злобное великолепие — мой муж.　

— Мне уйти? — слабая соблазнительная улыбка тронула тонкие губы и я выдохнула, вдруг сообразив, что не дышала, — Это твой ответ?　

Мне хотелось возмутиться, но Лим скромно потупил взор и горько заметил:

— Тебе же плохо одной здесь. И мне. Да я просто с ума без тебя схожу, — он нежно прикоснулся щекой к моей лодыжке и потёрся о покрывшуюся мурашками кожу. — Просто давай попробуем всё сначала. Я не буду на тебя давить. Давай знакомиться заново.　

Он опять поймал мой взгляд и я, не найдя в себе сил ответить хоть что-то, просто кивнула головой. Мужчина просиял и, легко подскочив, мазнул поцелуем по моему виску. Я вскрикнула от того, как он легко подхватил меня на руки и закружил, прижимая к груди. Впервые за долгое время, нечто тёплое растеклось в моей душе и, не замечая собственной заблудившейся улыбки, я обвела дрогнувшими пальцами контур его скул. Мне показалось что они должны быть острее. Дикость….ой, блин, да когда уже перестану делать себе больно.　

СПУСТЯ…КАКОЕ-ТО ВРЕМЯ　

Я волновалась. Лим должен был придти уже давно. В сотый раз я поправила тунику, пригладила волосы, догрызла ноготь. Хотя смазанные петли двери не скрипнули, я ощутила движение воздуха, стремительно развернулась и впечаталась в надвигающуюся фигуру мужа, разворачивая его лицом к свету.　

— У тебя всё хорошо? — я жадно осматривала его и не видела следов борьбы и крови. — Ты цел?　

— Ну, если ты меня так встречаешь, то значит у меня всё просто замечательно, — он усмехнулся, прижавшись, с шумом втянул воздух из моих волос и хрипло добавил, — Просто были сложности. Я торопился к тебе, милая.　

Не разрывая обьятий, я откровенно млела от его тепла, уткнувшись в ямочку между ключиц. Это казалось таким родным. Через мгновение напряглась от привычной вспышки боли и, запрокинув лицо, встретила внимательный взгляд.　

— Больно?　

— Почти нет.　

— Лекарство пила?　

Я кивнула, соврав и нехотя отошла, увлекая его за собой. Он нахмурился рассматривая еду на столе.　

— И ничего не ела.　

— Сложно нагулять аппетит в клетке.　

Охнув от резкого движения, я оказалась на его коленях. Горячие ладони обхватили моё лицо и я окунулась в ночь его усталых глаз. Он тяжело дышал, сжимая челюсти и я завороженно следила как ходят желваки под кожей, покрытой лёгкой щетиной. Мы сидели в кресле в напряжённой тишине, не разрывая зрительного контакта и, отбросив сомнения, я положила пальцы на его лицо, скользя по стиснутым губам, разглаживая нахмуренный лоб, гладя брови, скулы, постепенно стирая с него выражение боли и бессилия. Он ослабил хватку и я, склонясь, потёрлась носом о его щеку и осторожно поцеловала уголок его расслабляющегося рта, скользя по раскрывающимся обветренным губам.　

— Прости меня, — прошептала я в солёную кожу, зарываясь пальцами в его густые волосы и прижимаясь подбородком к его виску, — ты устал, а я тут схожу с ума от безделия. Просто мне тяжело быть здесь взаперти.　

Лимер болезненно простонал и нехотя ссадил меня с колен, как бы случайно проведя руками по моей спине и ягодицам. Я вздрогнула от болезенного спазма внизу живота и отвернулась чтобы он не заметил моего состояния. Знаю, что я уже не невинна и мы вроде как женаты, но почему-то после того приступа я избегала близости и Лим не принуждал меня. Правда, часто сквозь сон я ощущала его лёгкие прикосновения и слышала шумное дыхание, но стоило мне зашевелиться — мужчина замирал. Я старалась его не провоцировать: переодевалась, уходя за ширму, спала одетой. Хотя во сне туника сбивалась, обнажая меня вплоть до груди. На днях я проснулась от странного покалывающего ощущения чужого присутствия и задохнулась, увидев пристальный полный голода и мрака взгляд на хищном лице. Поняв, что я не сплю, он прикрыл меня смятой простынёй, обводя контуры тела полыхающей ладонью и, скривившись словно от боли резко, вкочил, направляясь в купальню. Я скорчилась на кровати, обхватив живот и стонала сквозь стиснутые зубы. Ну, не святая я и законы плоти никто не отменял. Конечно, было бы проще, если бы эта преграда между нами не стояла. У меня было стойкое ощущение, что если я сама потянусь к нему, то перестану быть пленницей. Он будто не доверял мне, словно ждал предательства. Но мне не чем было ответить. В самой глубине своего запертого от воспоминаний сознания хранилось сомнение в правильности происходящего.

— Давай ужинать, милая.　

К Лимеру вернулось хорошее настроние. Он задумчиво улыбался, цепляя вилкой кусочки сочного мяса и протягивая мне через стол. Я решившись сделать первый шаг передвинула плетёное кресло ближе к нему. Он удивленно вскинул брови.　

— Мне холодно.　

— Рядом с камином?　

— Дальше от тебя. Но, — я неуверенно закусила губу, — если ты против…　

Он довольно хмыкнул и придвинул кресло вплотную.　

— Я не против.　

Делясь с ним хрустящим хлебом я позволяла ему каждый раз слегка прихватывать кончики моих пальцев зубами. Отпив вина, он неожиданно сгрёб меня в охапку и пересадил на свои колени. Я замерла в ожидании. Лим склонился к моему лицу и вытолкнул в мой рот вино, смешанное с его собственным вкусом. Я сглотнула.　

— Вкусно, — и широким движением лизнула его губы.　

— Будешь ещё есть? — низко прохрипел он.　

— Больше не хочу.　

— Я весь в пыли. Пойду омоюсь.　

Соскользнув с горячих колен и крепко вцепившись в его ладонь, я неуверенно замерла.　

— Может тебе нужна…помощь?　

Лимер осторожно поднял меня за подбородок и я почуствовала, что его пальцы подрагивают. Встретив его взгляд, я ощутила, что к моим щекам прилила кровь.　

— Наверно мне действительно будет тяжело без твоей…помощи.　

От его шепота по мне прокатилась волна мурашек. И я не смогла ничего сказать, только потянула его за собой. В купальне я зажгла лампу. Наверно пыталась доказать себе самой, что это реальность и я сама её выбираю. Мужчина, казалось, был растерян не меньше. Он держался за ремень, не решаясь его расстегнуть и вопросительно смотрел на меня. Оттого, что не одной мне было не по себе, стало легче. Я ободряюще ему улыбнулась и мягко взялась стягивать пыльную одежду. Он не мешал мне отбросить в сторону его рубашку, расстегнуть ремень и перевязь с ножами. Я встала на колени, чтобы снять с него сапоги, а затем спустить вниз штаны, взглянула на него снизу вверх и охнула от дикого…ой… выражения его лица. Он принял секундную гримасу боли на свой счёт и мгновенно подхватил меня за плечи, ставя на ноги.　

— Не надо мне одолжений, милая.　

Я обняла его за шею и срывающимся голосом пробормотала:　

— Не заставляй меня просить.　

Он нежно отстранил меня и я погрузилась в омут его колдовских глаз. В какой-то сумашедший момент мне повержился в них серебристый всполох и в изменчивом свете чадящих ламп лицо мужа изменилось, становясь острее, делаясь чужим и оттого невероятно желанным. Я судорожно выдохнула и, боясь передумать качнулась, страстно сминая его губы собственническим поцелуем, почти рыча от накатившей волны удовольствия. Ткань моей одежды трещала, сползая под его руками. Он грубовато шарил по моему телу жадными ладонями до сладкой боли, сминая мою плоть. Подхватив меня за бёдра, он посадил меня на край бассейна и оказался в воде между моими ногами. Я блаженно стонала, запрокинув голову и вцепившись в его волосы. Он с остервенением целовал мою шею и грудь, прикусывая до синяков. Я ощущала короткие болезненные вспышки в голове, но это уже не имело значения.　

— Я люблю тебя, — выдохнул он в чуствительную кожу.　

Обхватив ногами, я прижала его к себе. Не открывая глаз я устроила своё лицо в любимых ключицах…ой…и прохрипела:　

— Давай…сейчас…без нежности…Хочу.　

Он напрягся, через мгновенье приставил головку члена к влажному входу и стал медленно вводить его вглубь. Я недовольно всхлипнула, резко двинув тазом навстречу и насаживаясь на длинный ствол.　

— Хорошая девочка, — одобрительно тягуче проурчал мужчина, сжимая мои бёдра.　

Когда он с силой вдалбливался в моё тело, я вскрикивала в такт движениям, плотнее вжимаясь в него лицом и впиваясь ногтями в спину, взрываясь в спышках насладждения, мысленно корчась, называла его диким…　

Очнулась я, сидя в бассейне, прижимаясь спиной к его груди. Мужчина скользкими от мыла пальцами мыл мою грудь, нарочито небрежно перекатывая соски в пальцах. Своей поясницей я ощущала силу его желания. Я была благодарна ему за то, что он не говорил и не просил ответных признаний. Не была уверенна, что ему бы понравился мой ответ. Возможно я ещё не всё вспомнила. Возможно нам нужно больше времени. Возможно я поторопилась, когда оперлась на его колени, возвышающиеся по сторонам от моего тела и плавно опустилась на его жёсткий член. Только когда он гортанно застонал и одной рукой обхватил мои ягодицы, помогая двигаться, а другую завёл вперёд, скользя по моему животу вниз, я признала, что возможно приняла правильное решение решив соблазнить собственного мужа.　

Возможно я нашла путь наружу и мой плен закончится…