Я заберу тебя у смерти

52

Было тепло. Ровное дыхание опаляло висок и широкая ладонь стискивала моё бедро, закинутое поверх обнаженного мужского торса. Я рассматривала мужчину сквозь ресницы, боясь потревожить его сон. Просто я банально не знала, как меня с ним вести. Наверно я была очень пьяна, раз не знаю с кем проснулась в одной постели. Такого ещё со мною не было, но это не повод сходить с ума. Стоило признать, что он был привлекателен опасной и немного дикой красотой неприрученного самца. Короткие седые волосы, грубовато очерченное лицо, тёмные штрихи бровей над широко расставленными глазами, обветренные, губы слегка приоткрытые во сне. Оценила я и кельтский рисунок, покрывающий его руки и грудь. Переплетение гармонично прорисованных линий стекало и на спину, но увидеть мне это предстояло чуть позже. Если доживу. Эта мысль была абсурдной, но заставила меня оглядеться и замереть от страха.　

Я была в подземелье. Вокруг возвышались каменные стены с провалами проходов и в центре распологался очаг с настоящим костром. Понимание, что мой кошмар оказался не сном, а явью, обрушилось волною. Наверно я застонала вслух, потому что мой визави распахнул глаза, одновременно крепче обхватывая меня. Нервно хихикнув, я упираласьладонями ему в грудь.　

— Раздавишь.　

— Прости, — сонный голос с приятной хрипотцой, вызвал лёгкую вибрацию за грудиной, — Ты как?　

— Странный вопрос, — смутилась я, пытаясь отстраниться от твердеющей части его тела внизу его живота. — Может обьяснишь почему мы лежим почти голые в обнимку в… кстати где мы?　

Покрутив головой, я нахмурилась, к собственному удивлению, узнавая каменный мешок. Однако решила до поры не признаваться в этом.　

— Здесь ты в безопасности, — словно забывшись, он поглаживал большими пальцами мою шею. — У тебя был приступ. Что-то вроде эпилепсии. Я решил проконтролировать…　

— Контроль больше не нужен, — ядовито улыбнулась я, приподняв брови.　

Максим сделал вид, что не понял намёка и перевернулся на спину, укладывая меня сверху. Я остро ощутила, что под широкой рубахой абсолютно голоя.　

— Кто меня раздел?　

— Ты была в крови.　

— Ты!　

Я попыталась освободиться, но мужчина позволил только сесть ему на живот, крепко держа меня за талию. Продолжая извиваться, я упёрлась ягодицами в его напряжённую плоть и, истерично пискнув, отодвинулась.　

— Нам надо поговорить, — суровым тоном произнёс он, что не очень то вязалось с жадным выражением на его лице.　

— Ты не мог бы отпустить меня…　

— Нет, — категорично заявил он.　

Закусив губу, я жалобно вздохнула и затравлено огляделась.　

— Насиловать будешь?　

— Что?!　

Я как можно натуральнее всхлипнула. С тщательно скрываемым торжеством ощутила как он содрогнулся и, мягко ссадив меня на кровать слегка, приобнял за плечи, устраиваясь рядом.　

— Не бойся, Верочка, милая. Я тебя не обижу. Просто боюсь, что ты глупостей наделаешь. Убежишь. А здесь много разных людей и кто-то может причинить тебе вред.　

Подняла на него удивлённые глаза, — прохладно поинтересовалась:　

— А по какой причине ты относишься ко мне как к обделённой интеллектом?　

— Эээээ…　

— Не смей делать из меня убогую. И приказывать мне не стоит. И вообще… У меня муж есть! — зачем-то выпалила я.　

Он изучающе смотрел на моё смущённое лицо.　

— Врёшь, — безапеляционно заявил он, наклонившись к уху.　

— Ну, то есть жених, — продолжала тонуть я.　

— Как зовут?　

— Мммм…　

— Опять врёшь, — со сдерживаемым весельем констатировал он.　

— Есть любимый мужчина, — чуть не плача, добавила я и уронила голову, сама понимая как жалко звучит моя ложь. — Я люблю…　

— Потом раскажешь, — пробормотал Макс, склонился к моему лицу, надавливая на подбородок, заставив приоткрыть рот и скользнул языком внутрь.　

Трепыхнувшись в обхвативших меня руках, я замерла от ощущения дежавю. Сама не заметила, что отвечаю ему и, обхватив за шею, притянула к себе. Он сдавленно стонал, стискивая меня крепче. Но внезапно отстранился и, тяжело дыша, уперся лбом в мой лоб. Закрытые веки подрагивали от напряжения.　

— Прости… У меня несколько месяцев не было…Я не должен был пользоваться твоей беспомощностью…　

Я разозлилась. На эту ситуацию, на то, что он считает меня слабой и недалёкой, что на моём месте могла быть любая. Ловко пробежав пальцами по его шее, я откинула от себя обмякшее тело.

— Задолбал, — я встала с кровати и потянулась всем телом, с удовольствием наблюдая за ошарашенным взглядом мужчины, — Когда целуешь девушку и она тебе отвечает- благодари, а не извиняйся. Вместо того, чтобы сделать её довольной, своими соплями ты делаешь её жалкой.　

Мне показалось, что он спрятал в глазах улыбку. Тяжело вздохнув, я подошла к огню, подложила несколько брикетов топлива и взяла стоящее на камне блюдо с едой. Вернувшись на кровать, поставила провиант и сурово спросила у Максима:　

— Будешь дурить? — он ожидаемо не шевелился. — Я не жертва и не дура. Давай нормально общаться. И не лапай меня. После всего мне очень неловко. Моргни дважды, если понял.　

После получения удовлетворяющего меня ответа, я склонилась над телом и мягко надавила на необходимые точки. Шумно выдохнув, он отмер и восхищенно воззарился на меня.　

— Мстить не будешь? — запоздало спохватилась я, когда он втянул меня на кровать, усаживая рядом.　

— Ты ни с кем не встречаешься?　

— Ээээ, нет, — растерялась я и позволила ему сжать мою ладонь в своей.　

— Выходи за меня замуж.　

Я фыркнула, закатив глаза, и стряхнула его руку, проворчав:　

— Дибильная шутка.　

— Я не шучу.　

— Макс! Ты с утра не знал своего имени, давно женщины не видел и не спал…рядом… сколько? — вспеснула руками, заметив, что он открыл ротэ- Это риторический вопрос! Я тебя не знаю. Ты меня тоже…　

— Ты…　

— Я даже не знаю, что у тебя нарисовано на спине, — привела я самый странный аргумент.　

Он подавился своей следующей фразой, молча встал и повернулся, демонстрируя роскошный разлёт лопаток и продолжение татуировки, в виде феникса раскинувшего крылья. На секунду мне повержилось, что я уже видела что-то подобное. Не сдержавшись, подскочила протянула руку и пальцами повторила плавные линии, совершенно забыв, что это кожа. Судорожный вдох заставил меня резко отстраниться.　

— Красиво, — хрипло признала я.　

— Твоя тоже.　

Я поняла, что он рассмотрел моё тело когда смывал кровь и переодевал, но всё равно смутилась.　

— И не только тэту. Ты сама…　

— Заткнись, пожалуйста!　

Он забавно сморщил нос и показался совсем юным. Невольно умилилась и была поймана на этом.　

— Нравлюсь?　

— Бога ради…　

— Так сильно? — насмешливо усмехнулся он и неожиданно помрачнел. — Вера, не злись. Просто так здорово снова быть полноценным.　

Я устыдилась своих претензий и неловко потрепала его по плечу.　

— Не бери в голову. Просто привыкла пикироваться с братом и папиными учениками. Это не всерьёз.　

Мужчина устало опустился на постамент, заваленный шкурами и согласно кивнул, когда я водрузила между нами подставку с едой. Голод у нас оказался зверским. Может это было компенсацией другого голода, но ели мы с жадностью, подсовывая друг другу куски мяса завёрнутые в широкие листья.　

Я поймала себя на любовании тем, как Макс облизывает испачканные жиром пальцы и подавилась, поразившись собственным фантазиям. Он похлопал меня между лопаток и, откинувшись на спину, блаженно закрыл глаза.　

— Тебе нравиться, Вер? Ещё хочешь чего нибудь?　

— Только воды, — ухмыльнулась я, осознав двойственный смысл его вопроса.　

— Надо поговорить, — замогильным голосом обьявил он.　

— Надо, — согласилась я, укладывая голову на его скрещенные лодыжки и вытягиваясь вдоль длинного тела.　

Макс задумчиво поглаживал мои стопы, заставляя поджимать пальцы и говорил. Об этом месте. О людях, оказавшихся здесь. О той надежде, которую давала им я. Всё сказанное было мне не чуждо и за мгновения до того как он произносил слова вслух, я знала, что это прозвучит. Ощущение дежавю кружило голову. Сама не заметила, как крепко обняла его под коленями и потиралась о ноги щекой, успокаивая и успокаиваясь.