Я заберу тебя у смерти

34

Моя голова лежала у Саши на коленях. Он задумчиво перебирал мои растрепавшиеся волосы и слушал.　

— И вот он остался там. Понимаешь? А я… Эх… Нужно было остаться, но он же сам сказал…　

— Всё правильно ты сделала. Он знал как надо. А мужика своего стоит слушать.　

— Да, уж, — я всхлипнула и перевернувшись уставилась в его внимательные глаза. — Ты понимаешь, он правда мой. И я просто не могу его бросить и уйти. Мне очень нужно его найти. Сашенька, помоги. А?　

Он криво усмехнулся и утвердительно мотнул головой.　

— А с Вадимом у вас чего? Неужели правда он… — я с удивлением воззарилась на смутившегося Крыса. Зрелище было занятное.　

Знакомый сочащийся злостью голос прорезал затянувшуюся тишину:　

— Ты решила под каждого лечь? Шлюха! А ты, брат? решил мою женушку попробовать? Я не рановато пришёл?　

Сашка медленно поднялся, заслоняя меня собой и обманчиво расслабленно поигрывал травинкой в пальцах.　

— Остынь, Дик. Ты переходишь черту.　

— Черта эта случайно не между её ног? Ты меня не учи…

Мой защитник метнулся к Вадиму и вмазал ему в челюсть. Я отползла к огромному валуну и прижалась к прохладной поверхности. Мужики обменивались хлёсткими ударами и я, трясясь от страха, подтянула к к себе сброшенный Сашей пояс с ножами и, найдя короткий широкий нож, поднялась на ноги. Как раз вовремя. Дикий сидел у сперника на спине и стискивал его шею. Меня он не замечал. Я подступилась и двинула рукоятью по затылку ничего не подозревающего законника. Он всхранул и завалился набок. Сашка тяжело выполз из под его ног и растянулся на траве, тяжело дыша.　

— Вот теперь я правда удивлён, чего ты не осталась с Лимом в пустоши.　

— Знаю, — я села рядом, смахивая манжетом кровь с его рассечёной брови, — ты бы справился сам.　

— Конечно!　

— Но со мной вышло быстрее, — прошептала я, стирая грязь с его щеки, — Скажи мне, Саш, ты помнишь какие у нас с тобой были отношения, там?　

— Отношения? — его глаза распахнулись в непритворном удивлении. — Какие отношения?　

— Мы друзья? — я закусила губу и науверенно промямлила. — Ну или кто друг другу?　

— Вер, я не могу вспомнить ничего конкретного…　

В этот момент Вадим завозился, болезненно застонав и я, тяжело вздохнув, подошла к нему, проверяя кровящую рану на голове.　

— Сильно ему досталось?　

— Жалеешь его?　

— Конечно.　

— Странная штука эта ваша мужская дружба, — я оторвала ленту ткани от туники и обернула голову, прикрывая рану.

— Это не дружба, — я вздрогнула от Сашкиного голоса прозвучавшего прямо над моим ухом, — он мой брат.　

Лысый отработанным движением проверил зрачки Дика, скривился и достал из сумки флягу с водой. Поднёс её к губам мужчины и заставил его глотнуть. Вадим закашлялся и пьяно отмахнулся, но Крыс грубовато встряхнул его за плечи.　

— Ты как?　

— Ммммм…　

— Понятно.　

Сидя чуть поодаль, на прохладном камне, я растерянно переваривала информацию. Меня убил брат моего мужа. То что убил, я не сомневалась. Вспоминая состояние измочаленного тела, я даже не питала илюзиий. Элементарых знаний анатомии достаточно, чтобы понять, что кровь толчками, выходящая с пеной изо рта, свидетельствует о пробитых лёгких, неспособность пошевелиться и странное онемение тела не вызывали оптимистичных прогнозов. А это парение над телом… Брррр… Даже думать жутко. А может и правда не нужно об этом думать. Ведь здесь действительно не важно, что происходило там. Всё не так как должно быть.　

Я нужна им всем. В запретный город, туда, где располагается выход, никто не войдёт без моего сопровождения. Лим мне это чётко обьяснил. И никто не имеет права меня заставить. Я криво ухмыльнулась. Пусть только попробуют. Не позволю. Ведь даже Лимеру это не позволила. А он… Да где же он? Я ждала его все эти дни и продолжаю ждать сейчас. Если он не обьявился… Он не может, просто не имеет права меня оставить. Я не замечала, что плачу пока прохладные пальцы не пробежались по моим щекам, вытирая слёзы. Вздрогнув, я подняла глаза и Сашка виновато пожал плечами, отступая.　

— Не надо, Вера. Не могу видеть женские слёзы. Найдём мы его, — я поймала его ладонь и судорожно стиснула.

Уже на следующий день я сидела в столовой вместе с четырьмя законниками и Доком. Вадим сверлил меня тяжёлым взглядом. Я делала вид, что не замечаю этого. Сёмка подкалывал Сашу и тот беззлобно отвечал ему, но им не удавалось развеять тяжёлую атмосферу.　

— Значит, хочешь, чтобы я сводил тебя на случку к Лиму, — лениво протянул Дик, сминая в руке ложку, как будто она была из фольги.　

Я сощурилась, затем разозлилась и как можно естественней лучезарно улыбнулась.　

— Заодно благословишь. А то вдруг без твоего одобрения оргазмы были не те…　

Стол был отброшен в сторону и между нами встали все присутствующие.　

— Я убью его! — ревел он, пытаясь добраться до меня.　

Я метнулась у самой стены и неожиданно для всех оказалась за его спиной. Меня то никто не удерживал. Дик развернулся и я подскочила, уткнувшись в его ключицы лицом.　

— Перестань, — забормотала я так, чтобы слышал только он, — перестань мне мстить. Я не могу заставить себя вспомнить тебя. Не могу забыть его. Дай мне последний раз его увидеть. Я проведу вас всех. Я… Без него. Ты же знаешь. Он безымянный. Не заставляй меня сбегать и прятаться. Я смогу.　

Я подняла взгляд, встречаясь с серыми глазами. Красивое лицо, искаженное болью и ненавистью, не давало мне ответа и я двинула кулаком ему в грудь, вскирикнув:　

— Мне нужно умолять тебя?! — я рухнула как подкошенная на колени обхватывая его лодыжки и со злобой продолжила. — Ты этого хочешь? Сделаю!　

Трясущимися пальцами я вцепилась в ремень на его штанах, пытаясь его расстегнуть и он ошарашенный отшатнулся.　

— Ты же этого хочешь. Давай! Я буду послушной, сопротивляться не стану! — я истерично хохотнула и вскочила на ноги, — Ну что же тебе нужно?　

Вадим смотрел на меня, словно видя впервые.　

— Без тебя мне никто не решается помочь. Но кроме вас, — я обвела всех рукой, — найдутся провожатые.　

— Чем расплачиваться с ними будешь? — процедил мой супруг.　

— Обьедками Лима. Так ты теперь это называешь? — я села на стул и глухо процедила, — Не поможете мне- можете забыть про выход. Это моё последнее слово. Не хотите по хорошему. Не надо. Я найду Храма. Он…　

Договорить мне не дали. В следующую секунду меня впечатало в стену высоко над полом. Я клацнула зубами прокусив язык. Моё лицо было на одном уровне с лицом Дикого. Он прохрипел, вжимая меня в стену на каждой фразе:　

— Я помогу тебе. И мы уйдём. С тобой. Вместе.　

Когда он выпустил меня, я осела на пол грудой дрожащий мышц, обхватила себя руками, но не плакала. Просто судорожно вдыхала и подвывая выдыхала. Кто-то пытался меня поднять на ноги. Я отмахнулась и медленно поднялась сама. Размахнувшись, врезала себе по щеке. Помогло. Истерика отступила. Прояснившимся взглядом окинула застывших в шоке законников и бледного Дока.　

— Могла бы попросить я бы сам тебе… — решился пошутить Рыжий.　

— Тронешь- убью, не посмотрю что ты мой брат, — обречённый мёртвый голос даже меня на секунду испугал. — Хватит с меня чужих кулаков. Били, убили… Хватит.　

Я запахнула разорванную на груди тунику и отряхнула запыленные штаны. Взяла у Седого протянутый плащ и неожиданно зависла.　

— Ты надеюсь не мой отец? — конечно он не мог им быть- слишком молод, старше меня лет на восемь не больше, просто мне хотелось стереть остутствующее выражение его лица.　

— А почему "надеюсь”?　

— На представляю, чтобы мой отец позволил моему насильнику дышать, — я сплюнула на пол с удивлением заметив кровь во рту, — Вы все здесь мне по-своему родные, но почему то единстенный, кто поставил бы его сейчас на место, мне похоже никто. И он единственный с кем я хочу отсюда уйти.　

Меня не остановили. Да, кто-то двигался следом, пока я не достигла лазаретм, но в камеру я зашла одна. Добралась до кровати и, сунув под подушку нож, я забылась поверхностным сном. Док вошёл и, неловко потоптавшись рядом, тихо вздохнул и пристроился на кушетке.