Я заберу тебя у смерти

65

Я наблюдала как Лимер ругался с мед сестрой. Это был каждодневный ритуал. Она абсолютно не обращала внимания на его тон, дождалась пока он проглотит таблетки и с крейсерским спокойствием удалилась.　

Мы расписались три недели назад. Всё это время мы проводили, сдавая анализы и проходя исследования. Лим стал раздражительным и срывался по каждому поводу. Я понимала, как тяжело для него давалась болезнь. Особенно бесновался он, когда наш хирург предупредил о возможных осложнениях для меня. Мой муж был готов отменить операцию и мне едва удалось отговорить его от этого.　

— В конце концов, если мы умрём, то окажемся Там, — шепнула я ему в одну из ночей, — Мне страшно остаться здесь без тебя.　

Он похудел и осунулся, боли стали интенсивнее. Помутнений больше не было, но доктор предупредил, чтобы мы не пропускали приём лекарств. Операция была запланирована на завтра. Я старалась не провоцировать Лима, который буквально кипел.　

— Вера, — он нервно теребил завязки штанов, стоя у окна, — Может перенесём… Ты какая-то бледная.　

Я обняла его со спины, целуя под лопатками. Сейчас я испытывала невероятную нежность к этому человеку, готовому ради меня отказаться от шанса жить. К моему сожалению я признала, что не люблю его. Не знаю отчего, но понимала, что привязанность, которую я питаю в нему не имееет общего с любовью. Я надеялась, что со временем у меня получится ответить на его чувства.　

— Родной, всё будет хорошо. От живого донора прогноз благоприятнее…　

— Это я и так знаю, — раздраженно бросил он, — Этот вариант изначально был наиболее желателен..　

В этот момент вошёл наш доктор для консультации и осмотра и я оставила Лима, сославшись на дела в городе. Он нетерпеливо отмахнулся, отпуская меня без лишних объяснений.

— Ночь вы должны провести в клинике, — напутствовал меня врач в догонку.　

Я лихорадочно отыскала в сумке телефон и уже из такси позвонила Храму.　

— Нам надо срочно встретиться, — отчеканил он, едва услышав мой голос.　

Мы договорились встретиться у меня дома. Я зашла в квартиру и открыла окна, чтобы выветрить затхлый запах. Наскоро приняв душ, я переоделась с тренировочные штаны, растянутую, но удобную футболку и, обернув голову полотенцем, села на кухне с чашкой крепкого кофе и купленным по дороге круасаном. Через несколько минут в дверь позвонили, а затем нетерпеливо постучали. Я подбежала к двери и, не глядя в глазок, распахнула её. На пороге стоял высокий крепкий мужчина с седыми волосами, проницательным взглядом карих глаз на отмеченной суровой красотой лице. Даже в джинсах и футболке он смотрелся по деловому собранным и прямая осанка заменяла деловой костюм с галстуком. Я невольно засмущалась своего небрежного вида, босых ног и мокрых прядей нерасчесанных волос рассыпанных по плечам.　

— Вам кого? — недружелюбно спросила я, скрестив руки и скрывая намокшую трикотажную ткань откровенно обрисовавшую грудь.　

— Вероника Вольская?　

Бархатный голос прокатился по моим нервам и отозвался вибрацией где-то внизу живота. Нервно сглотнув я нащупала ключи в замочной скважине и, вынув их, зажала в кулаке. Он, видимо заметив мои манипуляции, отступил на полшага и выставил перед собой ладонь.　

— Меня предупредили, что вы можете нетривиально отреагировать. Михаил дал мне ваш адрес. Он вас не предупредил, что я заеду?　

— Нет.　

— Позвоните ему.　

Я захлопнула дверь, прижавшись к ней спиной, схватила телефон с полки в прихожей и дрожащими пальцами набрала номер Храма. Через пару гудков он ответил.　

— Миша, ты ко мне кого-то направил?　

— Забыл предупредить, — сокрушенно признался он, — Впусти мужика. Я скоро буду. Выдохнув, я нерешительно открыла дверь.　

— Извините. Я стала немного нервной в последнее время, — не поднимая глаз, я отошла в сторону, пропуская гостя, — Может в качестве извинения я сварю вам кофе?　

— Вам не за что извиняться, Ника… — меня никто до него так не называл, но это было приятно.　

Он задержался напротив и, казалось, хотел поправить упавшие мне на лицо волосы, но одернул себя и прошёл на кухню. Я свернула волосы узлом на затылке и, на ходу подхватив карандаш, закрепила его. Не зная как вести себя с этим человеком, я неловко протиснулась к плите и поставила на плиту турку. Он выжидающе рассматривал меня, отчего я отчаянно покраснела и дрогнувшей рукой рассыпала кофе на стол.　

— А давайте я займусь этим сам, — он мягко отодвинул меня в сторону и усадил на стул, — Кстати меня зовут Максим Дальний.　

— Красивая фамилия, — я стушевалась под его контролирующим взглядом и пригубила остывший напиток.　

Аксим осторожно забрал из моих пальцев чашку и выплеснул содержимое в раковину.　

— Я сварю для вас свежий, — пояснил он, и неожиданно поинтересовался, — А почему вы не сменили фамилию?　

— Слишком много времени бы ушло на смену документов и…какое ваше дело! — я возмутилась, вскочив, и села обратно под его спокойным взглядом.　

— Если бы вы стали моей женой, я бы не позволил, — он поставил чашку передо мной, — и хотел, чтобы каждый знал, что вы моя женщина.　

— Нас поджимают сроки, — я блаженно втянула аромат и прикрыла глаза, — Божественно…　

— Зачем вам это? — задумчиво спросил он спустя пару минут созерцания.　

— Вам не понять, — отрезала я, взглянув на экран взвизгнувшего телефона, — Может вы обьясните зачем Храм вас пригласил?　

— Михаил? — я согласно кивнула, — Я не хотел бы начинать без него.　

Я протянула ему аппарат где на дисплее было сообщение от Храма, о том что тот застрял в пробке. Максим помрачнел и я поймала себя на мысли, что мне очень хочется снова увидеть как он улыбается. Он вздохнул, поднял с пола оставленную там ранне сумку планшет и вытащил из неё пластиковую папку.　

— Ника, я частный детектив и был нанят вашим другом для выяснения обстоятельств нападения на вас.　

Я похолодела от неясных предчуствий и сцепила ладони в замок перед собой на столе.　

— Михаил не смог мне обьяснить каким образом в этом оказался замешан другой ваш приятель, Александр, но эта информация, как ни странно, оказалась полезной. Ника, то, что я вам сообщу является конфиденциальной информацией.　

— Ближе к делу, у меня на сегодня запланированы дела, — я сжала ладони крепче.　

— Около года назад вы обратились в банк крови для сдачи крови и подали заявку на вступление в регистр потенциальных доноров костного мозга. Несколько месяцев назад вы стали донором костного мозга.　

— Всё верно.　

— К сожалению ваш материал оказался слишком хорош.　

— В каком смысле?　

— Женщина которая получила его оказалась близкой родственницей человека, который крайне заинтересован в вас, как в доноре для себя. Вы имеете с ним уникальную совместимость и он готов пойти на многое чтобы получить доступ к интересующему его органу.　

— Какому органу? — непослушными губами шепнула я.　

— Печень. Так вот, этот индивид пытался нанять Александра для…　

— Моего убийства, — спокойно продолжила я и мужчина сдержанно кивнул.　

— К тому моменту, ваш друг имел финансовые трудности, но, к вашей удаче, его брат погиб, оставив солидное наследство и, так называмый заказ, был снят. Потом были повреждены тормоза на вашей машине, совершно проникновение в вашу квартиру, — я изумлённо вскинулась и Максим протянул мне фотографию… Щебета, — Этот человек проник к вам ночью, но не причинив вреда ушёл. Я встретился с ним, но так и не понял, почему он отступил.　

— С ним всё в порядке?　

— Вы беспокоитесь…　

— Ответьте! — приказала я и встряхнула головой, теряя импровизирванную заколку, — У него брат младший и они хорошие люди…　

— Вы незнакомы! — он смутился, — То есть, по моим сведениям…　

— Ответьте мне.　

— Я не причинил ему вреда, — сдержанно сообщил детектив.　

— И Мише говорить не нужно. Он не станет миндальничать, — я запустила пятерню и растрепала волосы источающие аромат ванили, — Пожалуйста продолжай.　

— На самом деле, поиски начались с пресловутого букета, присланного вам.　

— Только не говорите… — я вскочила и отвернулась к окну, чтобы не показывать страха, который поглощал меня.　

— Цветы вам прислал тот же человек, который отчаянно нуждается в вашей печени.　

— Ответьте мне, Максим, — с наигранной бравадой спросила я разворачиваясь к нему, — Попытки убить меня ещё будут?　

— Полагаю, что нет.　

— В таком случае я считаю нецелесообразным продолжать этот разговор, — я швырнула чашку в мойку, разбив её на куски и, попытавшись вытащить их, порезалась.　

Максим подскочил и обернул кровоточащие пальцы льняной салфеткой.　

— Перикись на полке, — шепнула я и он быстро открыл бутылочку, плеснув жидкость на ранки. Розовая пена стекала с кожи в сток. Мужчина удивительно трогательно держал мою ладонь и слегка дул на ранки. Я боролась с необходимостью разгладить на его лбу хмурую складку и, встретившись с ним взглядом, замерла.

— Ты должна знать, — не отпуская мою ладонь, он не позволил мне сдвинуться с места, прижав меня к стене возле раковины, — Это важно.　

Настойчиво отодвинув его в сторону, я снова села на стул и отвернулась к окну. В отражении стекла я видела, что он стоит за моей спиной. Он положил руки на мои плечи и слегка сдавил.　

— Ника…　

— У меня завтра операция. Мне нужно многое успеть.　

— Ты не должна…　

— Не смей указывать мне, что делать, — я сбросила его руки и встала к нему лицом. Максим не отступил и мы стояли вплотную, ощущая дыхание друг друга.　

— Ты так его любишь? Вы же знакомы меньше месяца!　

— Я не могу его предать.　

— Дура! — он встряхнул меня, так что зубы клацнули, — Ты можешь умереть во время операции! Ты же поняла! Поняла, что это он и всё равно становишься жертвой. Зачем?　

— Чтобы он, наконец, выжил!　

— Даже ценой…　

— Перестань, — я уткнулась ему в грудь и обхватила за талию, — Мне страшно. Но если я этого не сделаю добровольно, он убьёт меня…так или иначе.　

— Я помогу тебе, — он обхватил моё лицо и поднял кверху, — Я не позволю ему тебя обидеть.　

— Ты не понимаешь. Это мой долг.　

— Ничего ты не должна!　

— Так должно быть, — вывернулась я из его рук и вытащив из папки фотографию Лимера, обвела изображение пальцем пачкая его кровью из пореза, — Мы в ответе за тех кого… Ты не видел как его корчит от боли. Не видел страха в его глазах. Уходить туда страшно. Даже когда знаешь, что тебя ждёт там. Он привык быть сильным. Он не знал, что это я.　

— Он готов был убить незнакомого ему человека…　

— Я думаю это сейчас не существенно. Этого не было.　

— Ты веришь, что он тебя любит?　

— Сейчас в это верит он, — я посмотрела Максиму прямо в глаза и грустно улыбнулась, — Спасибо за заботу, хотя я не понимаю ваших мотивов. Оставьте это дело.　

— Вам решать, что делать с этой информацией.　

— Вы хороший человек, — я прошла мимо в сторону выхода и встала на пороге, ожидая когда он подойдёт.　

— Вы совершаете ошибку.　

— Максим, вы даже не представляете как много вы не можете понять. Для меня это быть может единственный способ стать свободной.　

Поддавшись странной потребности, я приблизилась и поцеловала его в уголок губ, а он захватил мои губы в глубокий поцелуй. Он оказался горячим, сладким, с ароматом кофе и мятной жевательной резинки. Это казалось правильным несмотря на всю абсурдность происходящего. Я застонала, уперевшись в его грудь и толкая от себя.　

— Нет!　

— Прости, — на его лице не было раскаяния.　

— Тебе пора, — я распахнула дверь и он вышел, окинув меня цепким взглядом. Он хотел что-то сказать, но я покачала головой и прошептала:

— Не надо…,- когда он не дожидаясь лифта сбежал по лестнице я продолжила уже для себя, — Я не могу передумать…нельзя…нельзя…