Я заберу тебя у смерти

45

Домик был крохотный, в две комнаты: спальня и кухонька. Разве открытая веранда компенсировала тесноту. Обстановка однако была вполне уютная и техника современная. Всё было, похоже, выбранно из личных предпочтений хозяина. По- мужски обстоятельно и функционально. Мне понравилось. Даже удобства на улице в виде старорусского коробковидного сооружения и похожего на него с виду, но с баком наверху, душа, умиляли соответствием остальному облику домовладения. Участок ожидаемо был не более шести соток, засажанный невысокими деревцами, предположительно яблонями. Густая трава под ними радовала глаз и босые ступни.　

Приготовив свежий апельсиновый сок я забралась в шезлонг и нежилась в узорчатой тени старой липы. Звенели птичьи голоса, где-то негоромко лаяла собака, позади дома вдали раздавался чуть слышный гул пригородного вокзала. По другую сторону раскидывалось знакомое мне кладбище и торжественная тишина в округе обеспечивалась именно этим соседством. Дом здесь был единственным. Раньше это была сторожка и когда должность смотрителя упразднили, участок выкупил отец Максима. Он ценил уединенность и часто наезжал сюда. Когда он перешёл к Максу пришлось отремонтировать провалившуюся крышу, починить ограду, заменить оконные рамы, поднять завалившуюся веранду. Обновлённый дом стал надёжным пристанищем, о котором почти никто не знал и здесь его хозяин находил возможность спрятаться. А в моём случае спрятать.　

За вещами возвращаться мне не позволил Макс. К счастью у меня с собой была карта и я смогла купить себе новую одежду, на что мой новый друг долго обижался, абсолютно не принимая мою позицию независимости. Родителям я позвонила, сообщив, что отправляюсь в отпуск по горящей путёвке. Мама осторожно поинтересовалась, почему еду без Вадима и я сказала, что всё сложно. Отец, узнав, что я уезжаю, пожелал хорошо отдохнуть и только. Надо отдать должное моим родным. Они никогда не вмешиваются в мою жизнь и не пытатся мною управлять. Потягивая из щербатой кружки сок, я призналась себе, что от меня никто не требовал тех жертв, на которые я пошла в отношениях с Вадимом, более того если бы родные знали, как они меня тяготят, то сделали всё, чтобы освободить меня от общества жениха несмотря на финансовые потери, которые безусловно бы за этим последовали.　

Хлопок дверцы автомобиля вывел меня из задумчивости. Я испуганно вскинулась, запутавшись в складках шезлонга, неловко свалилась на траву и, поднимаясь, снова упала на колени, уткнувшись носом в босую ступню сорок какого-то там размера. К ступням прилагалось знакомое тело с очаровательной улыбкой.　

— Ну, наконец ты осознала мою неотразимость и встречаешь меня подобающе.　

Я возмущенно фыркнула, поднимаясь на ноги и стряхивая траву прилипшую к мягкому трикотажу шорт. Горячие пальцы скользнули по вороту футболки слегка касаясь кожи, задержавшись у линии декольте и триумфально продемонстрировали тонкую травинку, которую он тут же поместил между своих зубов. Почему-то проделанное им заставило меня густо покраснеть и забыть претензии, которые так хотелось озвучить.　

— Я испугалась, — зачем то признала я очевидный факт, скрещивая руки на груди.　

— Здесь тебе нечего бояться, милая. Это место только моё и для тебя, — я нахмурилась и он торопливо добавил, — Сейчас и до тех пор пока это актуально.　

Мотнув головой и увидев пакеты с продуктами, я воспряла. Блаженно улыбаясь, я перебирала, сидя на траве овощи, ароматную зелень, сыр, свежую выпечку. Не сдерджавшись, взвизгнула от восторга, найдя с виду обычное красное яблоко и словно кошка потёрлась о него щекой.　

— Жаль я не купил банан…　

Ехидство Макса не сбило мой настрой и я, крутнувшись, метнулась к колодцу.　

— Куда?　

— Мыть.　

— Поделишься?　

— Обойдёшся. Надо было больше купить.　

— Последнее было.　

Я недовольно заворчала, но откусив от самого румяного бока, передала плод другу.　

— Не слишком много?　

— Да и ты побольше меня будешь, — сочная мякоть мешала чётко говорить.　

— Как мне этого не хватало…　

Максим блаженно зажмурился и я настороженно потянулась к нему.　

— Где не хватало?　

— Там, где мы были… — сказал он, не задумываясь.　

— Там это где?　

— В убежище, — он распахнул глаза и пораженно уставился на меня. Надкушенный плод покатился под ноги, но это уже не было важно. Воспоминания шквалом наполнили сознание и реальность сменила полярность. Ноги подогнулись и в последний момент я успела выставить ладони, чтобы упасть, упираясь на них. Желудок болезненно скрутило и содержимое вывернулось наружу. Судорогой скрутило дрожащие мышцы, суставы дёргало и выгнуло позвоночник дугой, до угрожающего хруста, вырывая их горла животный вопль, даже отдаленно не напоминающий человеческий. Сквозь оглушительный грохот сердечных сокращений, рвущих барабанные перепонки раздавались крики, кто-то стискивал моё тело, прижимая к траве и не позволяя сломаться в безумных корчах. В мучительный, окрашенный медным привкусом крови во рту, момент в мозгу что-то со щелчком лопнуло и мир погрузился во тьму. "Наконец-то…"