Я заберу тебя у смерти

26

Приходилось терпеть, пока лекарь разглядывал мои зрачки и горло и мял подживающую кожу на предплечье. Но когда он стал стягивать с меня тунику, я, со всех оставшихся у меня сил, вмазала ему по морде. Неожиданно крепко вышло. Он опрокинулся на спину, но бодренько поднялся. Я напряглась, когда он засунул руку под полу куртки и вытащил оттуда настоящую плеть.　

— Ааааааа, прибью, мразь паскудная, — взвыла я, швыряя в старика его чемодан с инструментами, подушку, тарелку и тяжёлую кружку.　

Посуда въехала ему в глаз. Он, взвизгнув, развернул плётку и, замахнувшись, прытко двинулся в мою сторону. Я перепрыгнула постель и вжалась в стену. Отступать было некуда. А сил, чтобы сопротивляться даже старику, у меня реально не осталось. Лимер появился внезапно. Схватив лекаря за шкирку, встряхнул и выволок из комнаты. Я осела на пол, не в силах двигаться. Когда рядом опустился Лим и попытался поднять меня я капризно захныкала.　

— Хозяин. А можно я тут в уголочке поживу?　

Я теперь всё время звала его только так. Психовал рабовладелец знатно. Он обречённо вздохнул и, грубовато взяв меня в охапку, усадил на кровать.　

— Я больше не оставлю тебя с ним наедине. Не бойся.　

— Ох, хозяин, с моим здоровьем я скоро и от крысы не смогу отбиться. Забили бы вы животинку на мясо. Да и шкура у меня местами непорченная, — склонив голову набок, я сменила тон и съязвила снова, — Боюсь, что до конца жизни кроме тебя больше никого не увижу…

Он со злостью толкнул меня на постель и прижал крепким телом. Я прикусила нижнюю губу в ожидании. Не признаюсь же я этому гаду, что жду его прикосновений, как наркоман дозы. Что вырываясь и костеря его по чём зря, млею от его запаха. Я проверила всё в этом помещении и моры не нашла. Но зная эту сволочь, могу предположить, что он эту дрянь подкладывает в пищу. Голодать я пробовала. Упала уже к вечеру и Лим насильно затолкав в меня еду, пообещал в следующий раз меня связать. Я зависла, вспомнив шивари, и не решилась его провоцировать.　

— Пусти, — мне и самой мой голос показался приглушенным.　

Лимер мучително долго всматривался в моё лицо, подушечками пальцев обводя мои сжатые губы. Дрожь зародилась где-то внизу живота и прокатилась сладкой волной, выгибая тело. Мужчина довольно усмехнулся, вдавливая меня в матрац и ловя ртом моё неровное дыхание.　

— Ненавидишь меня?　

— Прошу тебя…　

— Ты хоть понимаешь о чём просишь?　

Он лизнул мою шею и я коротко вскрикнула, вцепившись в его волосы и притягивая к себе крепче. Его мускусный аромат щекотал ноздри. Близость горячей кожи заставила меня извиваться, прижимаясь плотнее к его практически неподвижному телу. Я обвила ногами его за талию и укусила за шею. Мужчина заметно содрогнулся и резко перекатился на спину, увлекая меня за собой. Я охнула, ощутив каменную плоть, упирающуюся в моё бедро. Прищуренные чёрные глаза изучающе разглядывали моё полыхающее лицо. Упираясь в его плечи, я не могла не пробежаться по ним пальцами, наслаждаясь их упругой мощью и не сдержавшись, тихо простонала:　

— Что ты со мной делаешь…　

— Пока ничего, — иронично приподнятая бровь и соблазнительная улыбка выбили из меня воздух, — Ты должна меня попросить.　

— Ччто?　

Лимер заправил выбившиеся пряди волос мне за ухо, опаляя прикосновением и я не удержалась и потёрлась щекой о его руку.　

— Милая, я жду…　

Я встала на колени, разместив их по его бокам, медленно вращая тазом, подняла руки и потянулась, прогибаясь в спине и запрокидывая голову. Лимер напрягся и я удовлетворённо хмыкнула. Сбросив его руки со своих бёдер, я закинула их ему за голову и, опираясь на них, прижалась грудью к его вздымающейся. Лим уже не выглядел таким самоуверенным. Я поцеловала его приоткрытый рот и, резко прихватив губу, оттолкнулась. Желание захлестнуло меня с головой и эта самая голова закружилась. Меня наверно повело, потому что широкая ладонь подхватила меня под спину. Мужчина сел, разместив меня на своём жёстком паху, слегка покачивая и потирая второй ладонью через ткань мою напрягшуюся грудь. Я укнулась ему в шею и блаженно замерла. Плевать на мору. Пусть все эти эмоции навязаны мне, но в данный момент они единственное, что заставляло моё сердце биться. Я отстранилась, чтобы встретить пылающий взгляд и потерлась носом о его небритую щёку. Он прерывисто дышал.　

— Лим, — зашептала я, теребя ворот его рубахи, — я…я…　

Он мягко потянул мою тунику, снимая её через голову.　

— Будем считать это просьбой…　

— Нет, — растегивая его штаны, пробормотала я и обхватив горячий член, прижавшийся к упругому животу пальцами погладила его по всей длине.　

Лим зашипел сквозь зубы.　

— Вот это можно считать просьбой, — оскалилась я на ответ на его бешенный взгляд.　

— Ты же сама хочешь, — простонал он.　

— Тебе так важно…

— Да, важно! — Лим схватил меня за подбородок и сжал почти до боли, — Я не хочу одолжений. Хочу, чтобы ты признала, что тебе так же хорошо как и мне. И хочешь ты меня не меньше. И что ты…　

— Люблю тебя? — воспользовавшись его замешательством и умилившись выражению растерянности на его обычно самодовольном лице, я приподнялась, переместив его руки на свои бёдра. — Реши сам, куда меня посадить на себя или на кровать.　

Он осторожно насадил меня на свою пульсирующую плоть. Я впечаталась в его губы и с невыразимой нежностью целовала его обветренные губы, пока он направлял меня, приподнимая и снова опуская вниз. Его пальцы скользили по моей взмокшей коже, увеличивая темп движения. Мы упирались лбами, ловя стоны друг друга. Когда я откинулась назад, теряя контроль над содрогающимся телом, услышала его звериное рычание.　

Мы лежали, соприкасаясь лицами, и мне не хотелось отодвигаться. Не сознавая, что сказала это вслух я собрала испарину над его губой языком.　

— Ты со мной? — в свете затухающего камина его глаза казались бездной.　

— Пока мора не разлучит нас, — грустно пробормотала я и тут же пожалела об этом. Мне надоело спорить.　

Лим вдруг неожиданно лучезарно улыбнулся и крепко смял меня в обьятиях.　

— Ты же счастлива сейчас? — я мотнула головой не в силах врать, — Тебе… кажеться… что ты меня любишь?　

Я сглотнула и вновь уверенно мотнула головой. Он уверенной рукой поднял моё лицо и, глядя в глаза, выдохнул, словно срываясь с высоты:　

— Ты уже два месяца без моры. После того случая я дал тебе антидот и она на тебя больше не подействует, — я опешила и неверяще смотрела на него.　

И вдруг с отчётливой пугающей ясностью поняла, что сейчас он не врёт. Отпихнув его от себя и шатаясь, встала на подрагивающие ноги. Вдруг стало неуютно за то, что я раздета. Мужчина всё понял по-своему. Он резко вскочил и швырнул в меня простынь.　

— Секс из-за наркоты ты приемлешь. А когда выясняешь, что никто тебе ничего не навязывает, то…　

Я всхлипнула, сжимая перед собой мятую ткань, и не отводя от него глаз. Почти не понимая, что он говорит я отмечала тени на его лице и таяла. Непослушными ногами сделала шаг к нему и, запнувшись, упала бы если бы его руки не подхватили меня у пола. Он продолжал говорить что-то, болезненно кривясь и я положила ладонь на его рот. Лим вопросительно уставился на меня. По моим щекам катились слёзы и я не могла скрыть дикую улыбку.　

— Ты слышал меня, Лим? Получается я просто…тебя… — я прижалась к широкрй груди и обхватила его, поглаживая напряжённую спину, — Я чуть с ума не сошла… Ты не представляешь…　

— Я такой дурак, — глухо пробормотал он, поднимая меня на руки и усаживая к себе на колени, — Не верил, что ты без моры захочешь быть со мной. Прости, но было так страшно, что ты уйдёшь. От меня. Совсем. А теперь каждый день ты меня глазами убиваешь и насилуешь. Прости меня, родная.　

Слушая, я вырисовала пальцами на его шее и ключицах ннведомые узоры. Между делом слегка прихватывала солёную кожу зубами, зализывая укусы. На последнай фразе я лизнула его подбородок.　

— Лимер, ты с первой встречи меня шокируешь. Знаешь, я думаю пришло время нам просто говорить о своих желаниях и сомнениях. И раз мы уже определились, что мы…супруги, давай обсудим кое-что, что не даёт мне покоя уже очень давно.　

Он так серьёзно поджал губы, что я не сдержалась от хитрой улыбки.　

— Милый, куда ты дел те шнуры, которыми меня связывал?　

Мужчина весь подобрался и настороженно спросил:　

— Зачем тебе?　

— Почему сразу мне, — продолжая улыбаться я ёрзала на его коленях, ощущая, что мои движения не остаются незамеченными. — Не помню, чтобы умела вязать такие узлы.　

Лимер так забавно смутился, что любуясь, я перестала ёрничать.　

— Думаешь тебе это понравится?　

— Может тебе нужен этот долбанный контроль. Иногда я могу играть с тобой в покорность…думаю, что могу. Я готова попробовать…если это поможет тебе… — я запнулась и, сглотнув, заставила себя продолжить, — быть уверенней…Не играй со мной больше. В следующий раз я убью тебя, Лим. Плевать, пусть сдохну потом сама за пределами этой тюрьмы…Не держи меня здесь больше, — он ждал моих слов и я выдавила их из глотки, — любимый. Я хочу быть с тобой.　

Мой вопрос утонул в жёстком поцелуе. Лим опрокинул меня на пол и, забросив мои ноги на плечи, вошел в меня на всю длину. Я вскрикнула от неожиданности, но вцепилась в его руки, поддерживающие мои ягодицы, и прохрипела:　

— Не вздумай отстановиться!　

Он грубо врывался в мое возбуждённое лоно и я впилась пальцами в мех шкуры, на которой оказалсь. Сейчас всё происходящее обрело новый смысл. Этот иногда невыносимый мужчина принадлежал мне и был мною любим…наверно. Плевать, пусть всё неправильно и дико. Мне не нужно было притворяться, казаться, подстраиваться. Пусть всё началось неправильно. Сейчас всё встало на свои места.　

— Мой… — я металась под содрогающимся мощным телом, не способная сдвинуться и меня не пугала собственная беспомощность и слабость. С ним можно.　

Потом мы лежали в постели и молча прикасались к друг другу, словно впервые знакомясь с тактильными ощущениями.　

— Правда любишь, — удовлетворённо заявил Лим, засыпая и я, свернувшись у его бока, удивилась пронзительному ощущению дежавю.