Стань светом в темном море. Том 3

ГЛАВА 177

КРУГ ЛИЦ, ПОДЛЕЖАЩИХ ЗАЩИТЕ

Часть 1

Похоже, последняя реплика Со Чжихёка озадачила сектантов.

Повисла тишина, а потом кто-то крикнул:

— Который из них?

Хороший вопрос. В коридоре лежат трупы трех азиатов, все изуродованы до неузнаваемости. У одного горло перерублено так, что сквозь кровь виднеются белые шейные позвонки. У второго все лицо изрезано вдоль и поперек. А третий получил пулю — и в грудь, и в лицо. Все трое примерно моего телосложения. И хорошо еще, что все в обычной одежде, — не разберешь, кто из них инженер, а кто дантист, только устроившийся на Подводную станцию. Теперь понятно, почему Со Чжихёк решил соврать, — в такой ситуации это действительно может сработать.

Но что, если последователи Церкви Бесконечности знают меня в лицо? Тогда обман мгновенно раскроется. Перед глазами всплыло лицо Тайлера. Если кто-то из сектантов бывал в Deep Blue, то наверняка запомнил, как я выгляжу.

Интересно. Судя по их растерянности, моя смерть не входила в их планы. Впрочем, если меня убьют, я просто вернусь в исходную точку. В ту же самую комнату, в то же утро. Но что будет с остальными? С теми, кто останется здесь, в этом времени?

Чон Санхён уставился в планшет, а потом сунул его под нос Со Чжихёку. На экране висело сообщение.

[Инженерная команда «Ка», Пэк Эён]: Продолжайте действовать в соответствии с изначальным заданием.

Судя по всему, сообщение отправил Син Хэрян из-под учетной записи Пэк Эён.

Со Чжихёк чуть повернул голову, мельком глянул на экран, поморщился и, не отводя взгляда от передней линии, сказал Санхёну:

— Спроси, что подарить на новоселье: лампу с переключателем или часы с таймером.

— Это вообще что за бред? И почему спрашивать должен я?

— А кто? Я с винтовкой наперевес еще и по клавиатуре стучать должен? Давай спрашивай: что лучше — атмосферная подсветка или здоровенные часы?

В следующую секунду со стороны сектантов послышались крики:

— У всех троих лица в кашу!..

— Мы сами еще разбираемся! Не мешайте… и вообще заткнитесь, путаете только! — гаркнул в ответ Со Чжихёк, причем так громко, что Чон Санхён вздрогнул и, ворча, принялся стучать по клавишам.

Ответ пришел с небольшой задержкой: «часы».

Со Чжихёк тяжело вздохнул и сказал:

— …Ладно. Слушайте сюда. Все, кто сейчас у меня за спиной, бегут к «Офиону». Ясно?

— В спортзал, что ли? А почему именно туда? — с недовольной миной спросил Карлос, которому план явно не понравился.

— Есть идеи получше? Там хотя бы стены бетонные. Пули не пробьют.

— Мне тоже уходить? Может, я могу чем-то помочь? — спросил я.

Со Чжихёк секунду раздумывал, потом, не отрывая взгляда от коридора, покачал головой:

— Уходите. Здесь от вас толку все равно не будет.

Вот черт. Вроде бы логично, но как же больно слышать…

Чон Санхён вытаращил глаза и воскликнул:

— Ай, да сдай ты его — и дело с концом! Что за цирк из-за одного человека?! Ты же сейчас спрашивал, жива Эён или нет, да? Так ведь?

— Жива. Так что заткнись. Ни звука. Пока я тут прикрываю, быстро валите, — отрезал Со Чжихёк и заорал в сторону сектантов: — Эй! Один из этих троих — точно Пак Мухён. Хотите — выходите и проверяйте!

Он махнул в нашу сторону рукой, как будто прогоняя стайку птиц. Только вот мы не птицы — разлететься в разные стороны не могли, поэтому просто переглянулись и неохотно поползли следом за Карлосом.

Поглядывая на все уменьшающуюся спину Со Чжихёка, Туманако с тревогой спросила:

— А ничего, что мы его бросаем?

— Он же сам сказал, чтобы мы сваливали! — огрызнулся Чон Санхён.

Ким Чжэхи посмотрел на него с притворным изумлением:

— Подумать только! Наш Санхён вдруг начал прислушиваться к другим. Сплошные чудеса сегодня. Хён гордится тобой. Такой взрослый стал — не узнать.

— Ты меня за кого держишь?!

— За кого, за кого? За напарника, который никогда не слушается.

По мере отдаления от выстрелов мы постепенно превращались обратно в прямоходящих, будто иллюстрируя ход эволюции: сначала ползли так низко, что казалось, вытирали животом всю пыль на полу, потом перешли на четвереньки и, только убравшись на изрядное расстояние, решили наконец встать на ноги. Я поднялся, игнорируя боль в сбитых коленях и покрасневших ладонях.

Ким Чжэхи спокойно оглядел всех и с ленцой спросил:

— Что теперь? Пойдем в «Офион»?

Выглядел он так, словно происходящее вообще его не касается.

Пока остальные молчали, каждый погруженный в свои мысли, он повернулся к Чон Санхёну:

— Значит, Эён ранена? Слушай, Санхён, ты понял, что имелось в виду под «лампой» и «часами»?

— Вообще ни разу. Пусть сами с этим разбираются.

— Правда? А если это что-то вроде кода? Типа — серьезное ранение или так, царапина? — предположил Ким Чжэхи, а потом обратился уже ко мне: — Доктор, как бы то ни было, сейчас командир вряд ли сможет помочь Ким Гаён.

Теперь он говорил мягко, почти сочувственно. Если Пэк Эён и правда ранена, то Син Хэрян сейчас пытается остановить кровотечение и ему точно не до меня.

Я глубоко вдохнул и сказал:

— Да. Поэтому я сам отправлюсь в Исследовательский комплекс. Кто-нибудь хочет пойти со мной?

Оставшиеся инженеры переглянулись, но промолчали. Впрочем, я ни на что не рассчитывал. Все логично.

Ким Чжэхи посмотрел на экран планшета и, листая форум станции, заметил:

— Может, уже поздно? — Он взглянул на время публикации последнего поста и пожал плечами. — Новых сообщений все равно нет.

И правда. Форум станции был завален сообщениями от Ким Гаён с мольбами о помощи, но последние десять минут она ничего не писала.

Но это ни о чем не говорило. Возможно, у Гаён сломался планшет. Или упал в воду. Это еще не значило, что она мертва. Ким Гаён, которую я знал, будет бороться до конца. И я тоже не сдамся.

Чон Санхён скривился и с явным раздражением спросил:

— А обязательно прям идти и спасать?

— Дверь заклинило. Сама она не выберется.

— А мне-то что с этого будет?

— …Ничего.

Он явно имел в виду материальную выгоду, поэтому я ответил честно: ничего. Я сейчас не в том положении, чтобы что-то обещать. Ким Гаён тем более.

— Значит, вы предлагаете нам лезть в затопленное здание просто так, да еще с риском подохнуть? Смешной вы, доктор. Что вы так убиваетесь? Гаён вам кто? Родня? Подружка?

— Нет. Мы даже никогда не встречались.

Ким Гаён действительно никогда со мной не встречалась. Даже в клинику ко мне не заходила. Но в том времени, которое помнил только я, мы вместе боролись за жизнь и спасали друг друга. Такое не забывается.

Раз уж Санхён все сводит к выгоде, я спросил в лоб:

— А если я предложу вам вознаграждение, вы пойдете?

— Обалдеть. Серьезно? — Он даже замер на секунду. — Знаете, даже за награду не хочется. А если мы все равно не успеем? А если я пострадаю? Кто потом за это ответит?

— А вы, Чжэхи? — повернулся я к другому инженеру.

Ким Чжэхи тихонько хмыкнул, немного подумал и ответил:

— Я бы с удовольствием, Мухён. Думаю, с вами было бы весело. Но знаете… я ведь не на смене, так что совать ноги в морскую воду просто так как-то не хочется. Понимаете, да?

Он улыбнулся и мягко похлопал меня по плечу.

— Не убивайтесь вы так. Если Гаён суждено выжить, справится и без нас.

Но Ким Гаён оказалась в ситуации, где без помощи не выбраться.

— А если она умрет? — не удержавшись, спросил я.

Кажется, я уже задавал Чжэхи этот вопрос.

— Ну не мы же ее убьем. Значит, и винить себя незачем, — ответил он так буднично, будто речь шла не о человеческой жизни, а о забытом зонтике.

Потом отвернулся и как ни в чем не бывало пошел дальше.

Карлос раздраженно пробормотал:

— Вот почему я терпеть не могу этих чертовых инженеров. Думают только о себе. Что эти, что те — сплошные эгоисты. Ни чести, ни совести, вообще ничего.

Интересно… В предыдущих итерациях никто из инженеров не проявлял такого безразличия, когда я просил их спасти Ким Гаён.

— С какой стати мы должны помогать другим корейцам? — возмутился Чон Санхён. — С какой стати? Еще и за бесплатно?

— В команде есть те, кто по условиям контракта обязан спасать гражданских с корейским паспортом. И вообще, разве плохо помочь человеку в беде? — возразил я.

Санхён фыркнул так, будто я сморозил глупость.

— Такой контракт только у командира, Эён и Чжихёка! И вообще, защищать они обязаны только нас — инженеров из команды «Ка»! За спасение ученого или какого-нибудь доктора, да хоть сто раз корейца, им ничего не обломится! Меня вот реально бесят такие, как вы! Сами ничего собой не представляют, но все равно лезут к нам, как зайцы в автобус, лишь бы хоть что-то урвать. Давят на жалость, чтобы втянуть других в самое дерьмо. Сами бы шли и спасали, раз так хочется! Но нет, им обязательно надо, чтобы кто-то другой рисковал, пока они в святости купаются!

— Санхён, — негромко, но твердо и предостерегающе окликнул его Ким Чжэхи.

Но Санхён уже разошелся — ткнул в меня пальцем и продолжил:

— Но ведь правда же! Этих троих наняли защищать инженеров! С какой стати другие корейцы пользуются нашими льготами?!

Что-то не сходилось. Получается, Син Хэрян, Пэк Эён и Со Чжихёк должны были защищать только инженеров с корейским гражданством?.. Они никогда не говорили об этом.

Я растерянно повернулся к Ким Чжэхи и спросил:

— Разве государственный контракт не обязывает спасать всех граждан?

Будь здесь Со Чжихёк, он, наверное, объяснил бы точнее.

Ким Чжэхи натянуто улыбнулся и ответил:

— Насколько я знаю, эти трое спасают всех подряд — просто по остаточному принципу. Но в контракте вроде бы действительно говорится только об инженерах.