Осмеянная. Я вернусь и отомщу! (СИ)

Глава 25 Коварство…

Я наблюдала за Лаурой ровно до тех пор, пока не зашел преподаватель, и в сердце всё сильнее закрадывалось подозрение.

Что-то не так! Лауру словно подменили!!!

Возможно, это даже к лучшему, что она не знает о моем «воскрешении». Я бы хотела разобраться с тем, что видят мои глаза…

— Вероника Лефевр!

Мое имя, произнесенное старческим голосом, заставило вздрогнуть. Оказалось, что преподаватель давно сидит за столом и просматривает список адептов. Кстати, этого учителя я видела впервые. В этом месяце он заменял преподавательницу по основам лекарского искусства (мы проходили этот предмет вскользь).

А я, наверное, числилась по записям, как новенькая, вот меня и вызвали первой.

Проклятье! Не хотелось бы светиться раньше времени. Лаура не может меня не узнать…

Но пришлось подняться на ноги.

Седовласый старик с блестящей лысиной и очень худой — посмотрел на меня испытующе.

— Ну надо же, — протянул он, причмокивая губами. Боже, какой же он древний!!! — Вашего отца зовут Леон? Правда? О, это же мой ученик! Я хорошо его помню. Он был отличником, хотя и любил озорничать…

Слушать об отце было интересно, но напряжение только нарастало. Вот бы меня уже отпустили и разрешили присесть!

Но не тут-то было.

— Выходите сюда к нам, барышня, — улыбнулся преподаватель, сверкнув магически отполированными вставными зубами.

Я повиновалась, вышла и развернулась к аудитории.

— Расскажите нам, пожалуйста, какие самые важные правила при оказании первой помощи человеку, пораженному магическим ударом средней тяжести…

Я начала рассказывать, работая с подсознанием: все эти правила знала наизусть, но глаза невольно отыскали среди адептов Лауру и впились ей в лицо.

Подруга… была бледна, как мел. Она смотрела на меня, как на привидение, и, думаю, в ее глазах, я им и была.

Значит, узнала.

Еще бы! Мы выросли вместе, спали в одной кровати, ели за одним столом…

Она знает меня, как никто, и вот я стою перед ней — живая-живехонькая, с легкими изменениями на лице, которые делают меня лучшей копией самой себя.

Да еще и имя такое же!

Когда закончила рассказывать, преподаватель похвалил и сообщил, что я точно дочь своего отца. Мол, тоже буду отличницей, лишь бы не озорничала. Отпустил, и я отправилась на свое место, продолжая чувствовать на себе пристальный взгляд со спины.

Когда занятие подошло к концу, Лаура, ожидаемо, подошла ко мне и остановилась около стола. Я намеренно не поднимала взгляда, заставляя ее первой начать разговор.

— Здравствуйте… Вероника, — ее голос дрогнул на моем имени. — Меня зовут Лаура Брингетти. Скажите… мы с вами в прошлом не встречались?

Я про себя хмыкнула. Какой осторожный и продуманный вопрос!

Медленно подняла глаза и посмотрела в лицо подруге своего детства.

Лаура совершенно не изменилась. Она всегда отличалась тонкой красотой, которую любили художники и люди искусства. Было что-то в ее облике таинственное, нежное, заставляющее думать, что перед вами прекрасная нимфа с богатым внутренним миром…

Но сейчас ее черты были искажены страхом. Самым настоящим страхом… передо мной.

Нет, не этот страх глубоко поразил меня. Не ее полнейшая растерянность заставила почувствовать легкую тревогу. Меня побеспокоило… моё собственное злорадство, как будто я была рада, что подруга потеряла покой.

Что это? Месть за то, что она так быстро забыла меня и даже не пришла проведать мою мать? Или это нечто большее, выползающее из недр моего подсознания?

Я не могла вникать в себя слишком глубоко, не сейчас, но постаралась сделать максимально удивленное лицо. Кажется, все эти годы во мне жила актриса, а я об этом даже не подозревала.

— Здравствуйте, Лаура! Меня зовут Вероника Лефевр, приятно познакомиться!

Я привстала и протянула руку, давая понять, что вижу ее впервые. В роли дочери рода Лефевр всё так и было…

Лаура подала свою руку — холодную, тонкую, слегка дрожащую. Она всматривалась в мои черты с какой-то ненормальной жадностью, пытаясь понять, не обманывают ли ее глаза.

Но найдя в моем взгляде лишь полную уверенность, Лаура наконец отступила.

Она выжала из себя робкую улыбку и неестественно кротким и нежным голосом произнесла:

— Ах простите! Я спутала вас с другим человеком…

Я едва не заломила бровь. Почему она ведет себя не так, как обычно вела себя в моем присутствии? Лаура всегда выглядела уверенной и сильной, утверждала, что ей любое море по колено, что она ненавидит лицемерие и что она всегда и всюду совершенно нелицеприятна к людям.

Я верила ей. Я считала ее образцом, потому что не видела в себе подобной силы, но сейчас предо мной предстала совершенно другая девушка — испуганная, слабая и робкая.

Где же сила? Неужели все её слова в прошлом были ложью?

Снова боль. Душевная, острая, незажившая…

Мне казалось, что внутри что-то ломается, рушится, трещит по швам. Прежняя жизнь всё больше казалось фарсом, а я самой себе — очень глупой и слепой.

Ещё не понимала, в чем была слепа, но чувствовала это, поэтому окончательно решила играть роль с Лаурой и дальше.

Прозвенел сигнал, и перерыв между занятиями закончился. Лаура вернулась на свое место…

Весь оставшийся день я бросала на нее подозрительные взгляды и замечала, что она продолжает наблюдать за мной. Поняла, что для сохранения своей тайны должна вести себя максимально отстраненно, поэтому сразу же после окончания занятий поспешила прочь, заметив, что Лаура снова дёрнулась в мою сторону.

Значит, муки её не оставили.

Что ж, посмотрим, что будет дальше.

Однако, не успела дойти до лестницы, как из соседнего коридора послышался шум.

— Ты наступила мне на ногу, — возмутилась какая-то ученица. — Кажется, у меня теперь будет как минимум перелом…

— Хватит! — ответил ей раздражённый девичий голос. — Давай по делу! И быстрее, а то я спешу…

— Так может… уединимся где-то для разговора?

— Нет, пару слов, и разбежались. В общем, не очень хорошая новость: мой братец-идиот заложил драгоценности матери и поставил всю сумму на то, что Эрик Фонтейн и Вероника Лефевр переспят в течении последующих четырёх недель. Совсем выжил из ума! Я уже устроила ему такую взбучку, что он до конца жизни её не забудет, но отменить ставку невозможно. А мы не должны потерять эти деньги, понимаешь? Моя семья и так на грани, а тут еще и это! В общем, мы должны сделать так, чтобы эти двое действительно переспали. Я не отступлюсь, пока не устрою этого! Самый лучший способ — это опоить афродизиаками и приворотным. Кстати, у меня сегодня была отличная возможность для этого, и я ею воспользовалась. Эрик Фонтейн готов! Пока был в столовой, я ему капель десять в чай вылила. Туда же бросила заговор-приворотное, чтобы он не полез ни к кому, кроме этой Лефевр… С ней сложнее. Она питается исключительно у себя. Ишь ты, цаца какая! Может, подкупить ее слуг? Но я, как на зло, на мели…

— Ты что??? — ужаснулась вторая. — Опаивать других — это преступление! Так нельзя!!!

— Да с чего бы? Думаешь, эта родовитая высокомерная дрянь до сих пор девственница? Не смеши! Да у неё на лице написано, что она та еще потаскушка… В общем, я не могу пустить по миру свой род только из-за братца с его тупостью и из-за призрачного благородства. Фонтейн и Лефевр и так переспят. Днём раньше, днём позже — какая разница? Ты видела, как между ними искры летят? Такие друг друга не пропускают…

— Но всё же…

— Никаких «но»! Сегодня Фонтейн будет искать свою «суженую» для весьма интересного дела. Мы за этим проследим и зафиксируем. А завтра выигрыш будет нашим!!!

Сказать, что я была шокирована, это ничего не сказать. Что творится в этой Академии??? Упасть еще ниже было невозможно! Столько коварства и гнусности я не встречала ни разу в своей жизни. Хотя нет, Амелия со своей сворой недалеко от них ушла. Кто же они такие? Может, я их знаю? Вот бы посмотреть в бесстыжие лица! Хотелось ворваться в этот мерзкий разговор и наорать на циничных студенток, но… в другом конце коридора появился преподаватель. Я отвлеклась на него, а от девчонок уже и след простыл… Проклятье! Что же теперь делать? Бежать к Эрику и рассказывать об услышанном?

Ага, сейчас начну объяснять что-либо, а он решит, что я соблазнять его пришла. Нет уж! Ни за что не стану обращаться к такому человеку ни по какому поводу! Хватит уже. Однажды обожглась, больше не буду…

Нужно просто закрыться у себя и никуда не выходить. Эрик перебесится и успокоится, а планы ушлых адепток будут разрушены. Как же узнать их имена?