Мой невозможный дракон

Глава 1

Несколько дней назад

С самого раннего утра меня изводило дурное предчувствие.

Необходимо было к нему прислушаться, чего я не сделала. А позже сама себя обманула, решив будто пробежавший перед носом и перед самым выходом из дома чёрный кот к везению, хотя отлично помнила, что после встречи с этой бесстыжей усатой мордой день неизменно шёл наперекосяк!

— Да чтоб тебя! Демонова тварь! — буркнула, недобро уставившись на гордо задранный хвост с налипшей серо-белой паутиной. — Не мог повременить, пока уйду?

Демоново создание по кличке Демон остановилось. Кот будто понял меня, медленно развернулся и вылупился огромными янтарными глазищами.

Минуту мы буравили друг друга взглядами: я его — недовольным, он меня… ироническим? Или почудилось?

Демон шагнул в мою сторону, сощурился и выше задрал грязный хвост. Решил ещё раз пройти передо мной⁈ Собственно, это кот и совершил. Неспешно и вальяжно.

— Вот же скотина! — Невероятно возмущённая, отступила, уставилась на животное тяжёлым взглядом. Мысленно прокручивала варианты отмщения. Молоко — не получит! Остатки рыбы — тоже! Входная дверь в доме, в котором снимала комнату, — больше приоткрытой не останется, и кое-кто будет ночевать на улице!

Демон застопорился у лестницы, из-под которой выскользнул пару минут назад, обернулся и взглянул на меня. Почудилось, что в кошачьем взгляде мелькнуло… пренебрежение?

Вот зараза! Кот фыркнул так, будто усмехнулся.

Я приуныла, поскольку сейчас самое благоразумное решение — остаться дома и не высовывать нос, но… именно сегодня я не могу прислушаться к голосу разума.

Бросила задумчивый взгляд на лестницу — возвратиться в комнату, которую снимала, и вылезти через окно? Третий этаж, имеется пожарная лестница…

Ощутила себя дурой. Загнала паршивое предчувствие подальше и решительно вышла из дома. Грохнула дверью перед усатой мордой, которая собиралась прошмыгнуть следом. Злорадно ухмыльнулась, довольная маленькой местью.

В тот момент, конечно, я и предположить не могла, что преждевременно торжествую, а вершиной моего нереального «везения» сегодня станет одиночная камера в городской тюрьме…

Отправилась на встречу к Эндрю, которого в узких кругах знали, как Кастета. Главаря городских карманников по имени называла только я. И то с глазу на глаз. Кастетом же его прозвали из-за стальных кулаков, — казалось, Эндрю никогда не снимает с пальцев кастеты. Но последними он не пользовался. В кулачных же боях, в которых часто участвовал, выигрывал благодаря силе, хитрости и ловкости.

Кастету отдам любопытную вещицу, которую вчера, наконец, заполучила. По его же наводке. Охотилась за ней несколько недель, — сложность заключалась в том, что её владельцем являлся дракон, а к этим ящерам особо близко не подступишься. Если получалось, то после прощайся с жизнью.

Так полагали многие. Поэтому за дела, где замешаны интересы драконов, мало кто брался, а подобные услуги стоили чрезвычайно высоко.

У меня заказы получалось исполнять пятьдесят на пятьдесят. Моему везению дивились, и только я знала подлинную причину успеха — неистовое желание мстить драконам. Каждому. При любой возможности. Отсюда — отчаянная смелость.

Кстати, ни разу Демон не появлялся передо мной, когда после удачно справлялась с заданием. А если видела его задранный черный хвост, на дело можно было не идти. В последнем «мероприятии» везение оказалось на моей стороне. Теперь надо произвести бартер — поменять ворованную цацку драконов на неи. Я планировала выручить за неё не меньше пятисот золотых неев, так как была в курсе расценок чёрного рынка.

Цацка была занятная и особенная — магический родовой артефакт с неведомыми пока свойствами. Незнакомыми для меня конечно. Драконы точно знали об особенности браслета — не случайно охраняли его, как дитя родное.

Выглядела моя добыча как изящное женское украшение из белого золота с выгравированными рунами и несколькими плоскими драгоценными камнями. Мне неизвестными. Молочно-белыми. Надевался артефакт на предплечье — многие драконицы имели пристрастие к подобным браслетам.

До места, где я обычно меняла чужое на уже своё, я неизменно добиралась долго. С большой осмотрительностью. Первоначально на своих двоих шла, привычно петляла и проверяла, нет ли слежки. Дальше, удостоверившись, что нет, нанимала экипаж для поездки в пригород нашей столицы — Кестон.

Кестон не отличался высоким уровнем жизни, многообразием престижных школ, клубов, парков и ресторанов. Это было тихое место, в котором Кастет несколько лет назад решил приобрести небольшой отдельно стоящий дом, окружённый садом с высокими густыми деревьями. Соседи считали, что рядом с ними поселился делец средней руки. Никто их, естественно, не переубеждал в обратном.

Когда добралась, постучала особенным стуком в калитку, за которой располагался сад, а к дому змеей извивалась дорожка. Дверь открыл Роб, один из телохранителей Эндрю, сегодня, выполняющий обязанности привратника.

Подозревала, что среди предков Роба затесались древние орки, уж очень он их напоминал: такой же громадный, страшный, плешивый, с гигантским пузом и лютым взглядом. Не все знали, что под этой наружностью скрывалось довольно доброе и чувствительное сердце. Да и нежная душа имелась в наличии.

— Где таскалась? — привычно «ласково» встретил меня верзила.

— И тебе доброе утро, Роб! — широко улыбнулась я.

«Орк» внимательно и придирчиво осмотрел меня, схватил за плечи, покрутил туда-сюда, словно куклу, и привычно вздохнул:

— Что Кастет выискал в тебе, ведьма? Худа, языкаста, вечно шаболдаешься где-то!

— В смысле? — Наигранно возмутилась, уперев руки в бока. — Что значит где-то⁈ Я на деле была, на которое меня отправил твой обожаемый Кастет.

Роб отрывисто процедил:

— Нет твоего полюбовника, вертихвостка. Он вчера тебя дожидался, а поздно повечеру ушёл. Злобный и раздражённый. Пока не возвращался.

Непроизвольно ругнулась. Вслух. Смачно. Не стыдясь. Потому что расстроилась. Что теперь делать с ворованным браслетом? Вчера я не смогла увидеться с Кастетом — еле-еле сбила драконьих прислужников со следа.

— Цацку пока оставь, — прищурился Роб, хмуря кустистые брови, нависшие над выпуклыми глазами. — Кастет так велел, если пожалуешь. Позже отдашь.

— Когда? — скривилась я. — А сейчас что делать? Бродить по городу с краденой вещью? А если дракон разыщет меня?

Я, конечно, хорошо заметала следы, но в облаках не витала и самой умной себя не считала. Понимала, что рано или поздно меня схватят.

— Делай, что сказали!

— Слушай, Роб, шастать по городу с этой безделушкой… — начала я.

— Не спорь, ведьма! Оставлять её нельзя. Кастет знает, что я всё могу перепутать, поэтому заставил повторить слово в слово.

— Подстава, — буркнула я.

— Не выдумывай! — То ли хрюкнул, то ли рассмеялся «орк», я всегда гадала, когда он издавал этот странный звук. — Кастет знает, что драконы ни разу не напали на твой след, поэтому не боится за тебя.

— Всё когда-то бывает в первый раз, — философски отозвалась.

— Не нагнетай! И не спорь. Приходи вечером. Кастет помнит о твоей потере в этот день. Сказал, хочет поддержать тебя.

Помнит он… Мне что с того? Этот день я всегда провожу с Даришей, своей подругой, и Эндрю это прекрасно знает. Что нашло на него? Или соскучился?

— Ладно, у меня куча дел. — Сама открыла калитку, довольная тем, что догадалась экипаж не отпускать.

«Ай да Демон! — хмуро подумала. — Вот сволочь! Утро явно не задалось из-за тебя, чёрная ты морда!»

— Запомнила насчёт вечера? — хмуро прилетело в спину.

— Передай, что приду завтра.

— Рискуешь, Нина. — Голос Роба прозвучал неожиданно серьёзно. — Кастет может быть очень злым. И мстительным. Давно по лезвию ножа ходишь.

Я знала это. Как и то, что Эндрю мог быть злым со всеми, но только не со мной и ни тогда, когда мы наедине. Он поймёт, если не приду, хотя для вида, может, и наорёт. Может даже руку поднимет… Престиж главаря, как-никак. Репутация, чтоб её!

Но только поднимет, не опустит. Ни разу Кастет не обижал меня физически. Знал, что со мной так нельзя. Да и не в его принципах бить женщин.

В экипаже стала размышлять, куда теперь идти и что делать? Как-то некстати Эндрю подставил меня, ведь лучше всех знает, что ворованные цацки нужно быстро скидывать, а не таскать с собой.

Не придумала ничего лучше, как оставить браслет там, где он находился — на предплечье, под рукавом блузы. С ним и пойду в ресторан, в котором работала официанткой моя подруга Дариша Сервик.

Не сейчас, конечно. До оговорённого времени в запасе несколько часов, да и некоторые вопросы до вечера нужно решить.

Уже давно сложилась традиция, что в этот день — очередную годовщину со дня смерти родителей и сестры — мы с Дарой вместе. Потому что пережить его в одиночку и не свихнуться до сих пор сложно.

Несколько лет назад именно Дариша приняла это решение, когда нашла меня на крыше чужого дома и подумала, что я решила покончить с собой.

Я же не помнила, как там очутилась и что собиралась сделать. Иногда под всплеском сильных эмоций со мной происходили подобные казусы.

— Нина! Нина! — в тот раз хлопала меня по щекам Дара, на которой лица не было. — Слышишь меня? Что ты задумала, дурная? Зачем забралась сюда⁈

Я с удивлением озиралась по сторонам, не в состоянии вспомнить хоть что-то. Внешний вид Дары, её испуганный взгляд привели меня в чувство.

С того дня в день годовщины смерти родителей, когда дурные эмоции зашкаливали, подруга стала присматривать за мной, как курица за птенцом.

К Дарише я заявилась раньше назначенного часа, поэтому пришлось ждать в коридоре у кухни.

Дара протараторила, что обслужит последний столик и будет свободна. Шепнула, что сегодня в ресторане особые гости, которых я терпеть не могу. Поэтому из-за драконов все очень нервные начиная от директора и заканчивая уборщицей. Попросила меня нигде не шастать, иначе ей влетит, потому что посторонних быть не должно.

Но когда Дара вышла из кухни с подносом в руках, лицо её побледнело, на нём мелькнули растерянность и досада. Подруга сунула мне поднос, который я ловко подхватила, и побежала по коридору, на ходу причитая:

— Зачем я съела те зелёные сливы⁈ Уже и зелье выпила, а не отпускает!

— Кто-то слишком любит неспелую кислятину, — вздохнула, оперлась плечом о стену коридора и поудобнее перехватила поднос. Довольно тяжелый, с пузатым хрустальным графином, наполненным рубиновой жидкостью, и четырьмя стаканами.

Я стояла, ждала подругу и думала о том, что последние годы Дариша Сервик и её родители заменяют мне семью.

Ровно восемь лет назад драконы сожгли мой дом и родных.

Случайно.

Сражаясь на дуэли.

И совершенно безнаказанно.

Как оказалось, дуэль — уважительная причина для того, чтобы не наказывать представителей высшей расы за лишение жизни трёх невинных людей — в доме спали мои родители и троюродная сестра, приехавшая в столицу поступать в колледж.

Я же в ту роковую ночь отпросилась ночевать к своей лучшей подруге Дарише Сервик. Поэтому осталась жива.

— Случилось досадное недоразумение, — с каменным лицом сообщил полицейский, чьи черты я тогда не запомнила.

— Уже ничего не изменить. Теперь будешь жить в интернате. — Судья смотрел на меня равнодушно.

Я давилась слезами и молчала, слишком подавленная всем, что случилось со мной и теми, кого любила.

— Это привилегированный интернат, — сухо добавил он, будто в тот момент для меня это имело хоть какое-то значение. — Его сиятельство милостиво оплатил твоё пребывание до совершеннолетия — до исполнения восемнадцати лет. После выпуска сможешь найти хорошую работу.

Как звали его сиятельство, а также имена и титулы драконов, виновных в смерти родителей и сестры, я так и не узнала. Их скрыли от меня и от общественности — в газеты информация не просочилась.

Имена знали полицейские — прихвостни драконов, судья и адвокат, который представлял мои интересы сначала в полиции, затем в суде, имени которого мне не сказали.

Мрачные воспоминания далёкого прошлого прочно захватили в плен, и я не сразу заметила двух мужчин, которые шли по коридору.

Одного из них я узнала — директор ресторана. Невысокий, пухленький, добродушный мужчина — мистер Питер Джойс. Правда, сейчас выглядел он неважно — бледным и испуганным. Краше на казнь идут, ей-богу!

Вторым мужчиной был дракон. Этих хозяев жизни видно за версту, их ни с кем не спутаешь, потому что все какие-то…

Меня вдруг озарило! Одинаковые они. Вот какие.

Очень высокие. Крепкие. Морда всегда кирпичом, идеальные черты лица, словно вырубленные из гранита и совершенно без эмоций. Губы плотно сжаты в тонкую ниточку, взгляд — застывший, высокомерный и ледяной, словно сама Бездна смотрит на тебя из глазниц.

Холодные ящеры, одним словом.

Медленно отлепилась от стены, невольно выпрямила спину и сжала поднос до побелевших костяшек. Застыла, не отрывая взгляда от подходящей парочки. Особенно от дракона.

Нашли? Так быстро? Кожа под украденным артефактом нестерпимо зачесалась.

Я вдруг остро почувствовала потрясающий аромат вишни. «В графине мой любимый компот, — отстранённо подумала. — Тот самый, который варят из самой спелой кисло-сладкой ягоды, сочной, тёмно-бордовой. Мама готовила такой компот. Для меня и папы».

— Уверяю вас, достопочтенный сэр Мэлвис, на кухне у нас чистота. Главный повар всегда в колпаке, халате и фартуке. Его помощники тоже. Официанты и официантки в униформе, волосы спрятаны. Уборщицы тоже всегда в форме. Волос… в том супе… Это какое-то недоразумение! — голос директора ресторана звучал отрывисто и постоянно срывался на фальцет.

— Мистер Джойс, ваш ресторан выбран императором. Для посещения…

Суп? Волос? Мэлвис? А я-то подумала, уже демон знает, что!

Стоп. Этот дракон — Мэлвис⁈

Мэлвисы — белые драконы, которые последние двадцать лет правили нашей империей. Их жизнь полностью скрыта от простого народа. Впрочем, как и остальных драконов. Но о других четырёх кланах мы хоть что-то знаем, когда те не правят: кто женился или умер, кто у кого родился, кто и с кем враждует, у кого любовница из наших. А вот о белых драконах кто и что слышал за последние годы?

Никто. И ничего.

Они жили, словно за железным занавесом. А этот белобрысый тип, значит, один из них?

Вдруг почему-то вспомнилось утреннее дурное предчувствие, встреча с Демоном, неудачная поездка в Кестон…

Поймала взгляд, полный ужаса, принадлежащий директору ресторана. Он переводил его с моих волос на поднос и обратно и с каждой секундой бледнел всё больше, хотя, казалось, больше некуда.

Та-ак, похоже, мои неприятности ещё не закончились.

Когда дракон обратил на меня внимание, почувствовала это каждой клеточкой тела. Вдруг испытала совершенно удивительное ощущение: словно в меня попала настоящая маленькая молния, от разряда которой тело тихонько тряхнуло. После началось лёгкое раздражающее покалывание.

До этой минуты я практически не сталкивалась с драконами. Лицом к лицу. Мои жертвы — те, кого я лишала родовых артефактов, — не считаются, так как они никогда меня не видели. Когда шла на дело, всегда пользовалась сильнейшим амулетом по отвлечению внимания. Сейчас же его, по понятным причинам, у меня не было — сегодня встречаться с драконами в мои планы не входило.

Белый дракон смотрел прямо на меня, но у меня создалось впечатление, что будто сквозь меня. Или, скорее, не так. Он словно видел и не видел меня, будто я пустое место. Мошка. Пешка. В общем, что-то незначительное. И именно «что-то».

Дракон остановился в нескольких шагах от меня. За его левым плечом замер директор Дариши, макушкой едва достающий высокородному посетителю до середины груди. Взглядом, полным совершенно нереального страдания, мистер Джойс спрашивал: «Какого… (здесь многочисленные „пи“) ты тут оказалась⁈ И именно сейчас⁈»

Чуть заметно пожала плечами — мол, случайность, и только. Невиноватая я. Я просто стояла, ждала Дару, а вы вдруг пришли.

Дракон подчеркнуто внимательно осмотрел мою невысокую фигуру. От кончиков ботиночек до макушки головы. Он медленно поднимал взгляд, сантиметр за сантиметром, уделяя внимание и скромным ботинкам, и современным брюкам, которые на фигуре сидели достаточно свободно, и закрытой до горла уродливой блузе. Особенное внимание уделил волосам, заплетённым в длинную косу до пояса, уже достаточно растрёпанную. Они у меня непослушные, слегка вьющиеся, поэтому их с трудом сдерживала любая причёска.

Я внимательно, со скрытым скепсисом, наблюдала за этим разглядыванием и заметила, как Мэлвис споткнулся о мой прямой спокойный взгляд.

По уму, нужно было скромно потупить глазки, поклониться низко и замереть в раболепной позе. Я знала это и осознавала, что до сих пор стою с прямой спиной и смотрю в глаза дракону.

Машинально отметила, что мужчина красив. Впрочем, как и все ящеры. С широким разворотом плеч — еле поместился в узком коридоре, с гордо посаженной головой, светловолосый, зеленоглазый. Породистый. С выражением на лице, характерном для всех представителей высшей расы — «Я хозяин жизни. Ты пыль у моих ног».

Невероятно бесит.

Плеснуть, что ли, компотом в надменную морду? Просто так. Чтобы убрать с его лица это дурацкое выражение.

Но свою фантазию я угомонила и стала терпеливо ждать, когда дракон свалит и перестанет меня раздражать и своим взглядом, и выражением высокомерного лица.

Время шло. Дракон безмолвствовал.

Может не испытывать судьбу? Опустить голову, не смотреть так на дракона? Но почему-то всё моё существо воспротивилось этой разумной мысли. Я почувствовала, как из самой глубины стала подниматься ярость на этого незнакомого, по сути, мужчину.

Я сжала зубы.

Этот Мэлвис один из тех, кто считает меня ничтожеством.

Из тех, кто убил моих родных.

Из-за таких, как он, восемь лет назад моё сердце разбилось вдребезги, а мир разрушился.

А возможно, этот ящер и есть один из тех душегубов?