— Вы мне не указ! — выдохнула я, схватив со стола свадебный каталог — тот самый, что Леонора листала над моей кроватью. — Если я хочу помогать людям, я буду им помогать! Точка!
Я бросила каталог ему под ноги. Как вызов. Как напоминание.
— Можете и дальше выбирать со своей Леонорой свадебные платья! — Голос дрогнул, но я не дала ему сломаться. — В вас совершенно нет ни тепла, ни сердца! Вы просто чудовище, которое пытается делать вид, что оно человек! В этом вся ваша драконья натура!
Он не ответил сразу.
Поднял каталог. Медленно. Почти бережно. А потом бросил его в огонь. Пламя вспыхнуло, пожирая бумагу.
Он шагнул ко мне. Так близко, что я почувствовала пульсацию знака на шее.
— Да, может быть, я и чудовище, — прошептал он, и в этом шёпоте — не оправдание, а признание. — Но с чего ты решила, что у чудовища нет чувств?
Его пальцы коснулись моей шеи. Мягко. Сладко. Осторожно. И каждое его прикосновение вызвало внутри ответ. Я подняла руку и положила ее поверх знака, словно прикрывая его.
— Почему ты думаешь, что мне было плевать? — Его дыхание обожгло мне висок. — Я пришёл… попросить прощения.
Я подняла глаза. Хотела сказать «поздно». Хотела ударить. Оттолкнуть. Близость его тела была невыносимой.
Его руки сплетались на моей талии. И сейчас мы напоминали те две нити в храме судьбы. Одна нить оплетает другую…
Я подняла брови, пытаясь скрыть, как дрожат мои колени.
— Я хочу, чтобы ты простила меня, — выдохнул он, глядя прямо в глаза. — За ту боль, которую я причинил.
Он взял мою руку и поднял ее, оставляя поцелуй на моем запястье… Я чувствовала движение его губ, чувствовала, как внутри что-то стонет от мысли, как близко он сейчас. Меня словно околдовало, и не могла пошевелиться.
Один шаг. Одно слово. И все может быть иначе… Мне нужно просто сказать: «Прощаю!».
— Одно слово… — Слышала я шепот возле моих губ. — Одно твое слово…
— Нет! — Простонала я, отталкивая его от себя. Сердце все еще бешено колотилось. — Я не могу тебя простить! Не могу!
Мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Чтобы снова восстановить привычный ритм дыхания.
Что же я наделала?