Дом мгновенно ожил. Если до этого он спал, то сейчас свет горел везде. Джордан вошел в комнату и от ужаса замер в дверях.
— Перевязочные! - прошептала я, держа за руку телохранителя. — Все, что есть! И зелья! Он ранен!
На шум сбегалась прислуга. Все в ужасе смотрели на тела, кровь. Несколько горничных ахнули. Одна сомлела. Но я заметила, что среди присутствующих не было герцога Остервальда! Пожалуй, он единственный, кто отсутствовал.
«Значит, вот она, твоя забота! Я бы, если бы для меня человек что-то значил, бежала бы быстрее ветра! А его тут нет! Что и требовалось доказать. Все его терзания — это крокодильи, тьфу ты, драконьи слезы!»
Лакеи вытаскивали мертвецов, горничные вытирали окна, полы и меняли постель, пока мы с Джорданом заботились о ране.
— Она заживает, - прошептала я с радостью и удивлением. — Гляди! Она сама затягивается! А мы даже еще зельем не мазали!
— Ну, видимо, у нашего друга есть свои профессиональные секреты, - прошептал Джордан. — Но рану стоит промыть… Да, вы правы!
Тот самый осколок в крови лежал на столике на белой салфетке.
— Какая занятная штука, - заметил дворецкий, рассматривая ее двумя пальцами. — Надо будет посмотреть, что это вообще такое!
Я смотрела на дверь, за которой исчезала горничная с ведрами, в которых плескалась не вода, а кровь.
— А герцогу, видимо, плевать, - с горечью произнесла я, пока Джордан рассматривал оружие. — Раз он не прибежал на шум… Дескать, нанял я тебе телохранителя — позаботился. А остальное его не волнует.
— Мадам, - чуть не выронил осколок дворецкий. — Я уверен, что он… эм… просто крепко спит. Ну, драконы всегда спят крепко, насколько мне известно.
— Значит, крепко спит, пока его якобы драгоценную истинную чуть не убили, - усмехнулась я. — И если бы не телохранитель, то убили бы! Джордан, я тебя умоляю! Хватит его оправдывать! Он и слезинки не вытрет с моего лица, настолько я ему дорога. Я же прекрасно вижу его отношение. Так что давай примем как факт: то, что случилось, — это лишнее подтверждение моей ненужности. Иначе бы он был бы здесь…