Истинная для мужа - предателя (СИ)

Глава 56

Стул опрокинулся. Крик. Женский, пронзительный, как стекло под ножом.

— Доктора!!! — закричали сразу несколько голосов.

Я обернулась.

Рядом со столом лежал мальчик. Лет тринадцати. Бледный, изнеженный, в дорогом камзоле с гербом Лочестеров. Его губы посинели. Грудь судорожно вздымалась, но воздух не доходил до лёгких. Он схватился за грудь, пытаясь кашлять.

Я не раздумывала.

Вырвалась из рук мужа. Пробежала через весь зал, не обращая внимания на возмущённые возгласы, на шуршание шёлков, на чьё-то «Как несдержанно!», на чьё-то «Но ведь этикет!..»

Оттолкнула графиню в розовом. Наступила на шлейф баронессы. Послышались возмущённые вскрики, но мне было плевать.

Этикет? Приличия? Пусть их сожрёт дракон.

Он лежал на полу — тонкий, бледный, в дорогом камзоле, с губами, посиневшими от недостатка воздуха, и не дышал. Его глаза закатились, словно уже всё… Словно я не успела… Доктор уже склонился над ним, пальцы на горле — безнадёжно.

— Увы… — прошептал он. — Сердце остановилось. Слишком быстро… слишком внезапно… Он подавился…

Но меня не интересовал вердикт доктора.

Нить.

Золотая, тонкая, уже почти прозрачная. Я искала ее глазами, и она проступала в воздухе.

Она оторвалась, как осенняя паутинка, и полетела вверх. Тонкая, легкая, почти невесомая.

Она летела вверх — стремительно, безвозвратно, будто судьба решила: «Хватит».

В последнюю секунду я прыгнула и сжала кулак в надежде, что успела, достала, поймала.

Каблук надломился, но я не обращала внимания на подвернутую ногу. Я радовалась всем сердцем, что видела нить чужой жизни в своей руке.

Пальцы сжали оба конца — тот, что шел из груди мальчишки, и тот, что ускользал в небо.

Я почувствовала, как мне не хватает воздуха. Словно в горле что-то застряло. Словно я не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Ну началось! Зверский приступ кашля едва не заставил мои легкие вывернуться наизнанку.

Но нить я не отпустила. Хоть пальцы дрожали, но я пыталась стянуть ее, как вдруг пошло тепло. Знак на шее вспыхнул, а из пальцев полился золотой свет, соединяя нить воедино.

Мальчик закашлялся, грудь его заходила ходуном, а потом он что-то мучительно проглотил.

Я почувствовала, что я сама как рыба, выброшенная на берег. Мне не хватало воздуха. От этого в ушах послышался звон, перерастающий в гул, обвела взглядом толпу и рухнула на руки мужа.

— Дыши! — кричал он, надавливая мне на грудь. — Дыши!

Он склонился ко мне, вдувая в мои легкие воздух, а я почувствовала, как выпускаю его из себя. Как он со свистом проходит сквозь мои легкие. Спазм сжал горло, а я не могла сама вздохнуть.

“Там ничего нет… Ты просто переживаешь его смерть… Ты взяла ее на себя…”, — убеждала я себя.

Но от этого дышать легче не становилось.