Дороги Пламенных

Глава 9. Эльфийские каникулы

Пламя превратилось в хлыст и ударило наотмашь, сбивая Райгу с ног. Выставить щит она не успела и кубарем покатилась по полу. Самонаводящиеся заклинания ушли мгновением раньше. От веера серпов Хиаллитэль отмахнулся тем же хлыстом. Пламенные цветы попали в цель, но не причинили ему никакого вреда. Эльф поморщился, пережидая, когда схлынет поток пламени Райги, развеял хлыст и сказал:

— Ну, хорошо. Сегодня ты меня достала.

Девушка поднялась на ноги и подозрительно посмотрела в черные глаза Хиа.

— А ты мне точно не поддавался?

— Точно, — с легкой улыбкой заверил он. — Сам виноват. Отвлекся. Подумал, что пламя ты потратишь на защиту.

Райга вздохнула.

— Что не так? — спросил эльф.

— Мне все равно до тебя далеко.

Она покрутила правым запястьем. Благодаря снадобьям и магии Меллириссиэль укус ёи ее почти не беспокоил. Но для управления воздушной магией как будто требовалось больше усилий. Зато раны от зубов да-ёи, наконец, почти затянулись.

Хиаллитэль подошел чуть ближе и поправил ее:

— У меня больше опыта. А у тебя — вихрь. Было бы интересно сразиться с тобой этак через полгода. Ты же приедешь к нам снова?

Надежда, которая прозвучала в его голосе, была приятна Райге. Она неопределенно пожала плечами.

— Если магистр Лин захочет. И если разрешит хлайе Линмэритэль.

Эльф улыбнулся и направился к двери:

— Я попрошу их обоих. Об этом не переживай.

Райга на прощание скользнула взглядом по закопченным стенам тренировочного зала и пошла следом.

Хиаллитэль был одним из тех, кто с удовольствием проводил время с ней. Как только лайе Меллириссиэль разрешила, они начали сражаться. Райге нравились тренировки с эльфом. Он виртуозно использовал заклинания и всегда бил в полную силу, не жалея ее. Разумеется, девушка проигрывала раз за разом. Но сражаться с Пламенным, который был сильнее ее и одновременно слабее наставника, было интересно.

Хлайе Линмэритэля Райга видела большей частью за обедом и ужином. Завтракала она в компании Меллириссиэль в Цветочной гостиной. Магистр Лин пропадал в Халариэне вот уже четыре дня. С момента того разговора на террасе она не видела учителя.

У дверей Обители Хиа распрощался с Райгой и ушел. Тройняшки сегодня были наказаны за очередную проделку и сидели в своих комнатах. Идти в город одной Пламенной не хотелось. Поэтому ей ничего не оставалось, кроме как бродить по саду, рассматривая цветущие кусты и деревья. В Мерцающем лесу, казалось, царило вечное лето. Растения цвели круглый год, повинуясь какому-то своему ритму.

Райга свернула на дорожку, ведущую вглубь сада и нос к носу столкнулась с незнакомой эльфийкой. На ней было светло-сиреневое хьяллэ с орнаментом из белых лилий. Тонкие волосы цвета спелой пшеницы рассыпались по узким плечам. Такие родовые цвета и символику Райга еще не встречала. Пришелица подняла на нее изумрудные глаза и поздоровалась. Райга порадовалась, услышав неформальное эльфийское приветствие, и ответила тем же, старательно проговаривая нужные ударения.

— Ты ученица хлайе Линдереллио? — заговорила незнакомка, склонив голову к плечу.

Она кивнула и представилась:

— Райга Манкьери.

— Меня зовут Сиенриэль хаа Луйден Лиэ, — в свою очередь представилась эльфийка. — Можешь звать меня Сиен.

Райга украдкой рассматривала новую знакомую. Ей показалось, что та была юна. Она уже научилась примерно различать возраст эльфов по глазам. Девушка подумала, что Сиенриэль не намного старше Ллавена. И, самое странное, внутри нее Райга совсем не чувствовала Пламени. Ни единой искры. И при этом источник эльфийки не был выжженным, как у Сил или Эриги. Кажется, ее замешательство в очередной раз было написано на лице. Сиен улыбнулась и пояснила:

— Я не Пламенная. У меня нет стихийной магии.

Райга удивленно посмотрела на новую знакомую и переспросила:

— Нет стихийной магии? Я думала, что в Хеллемилиоране живут только Паменнные.

— Я не живу здесь, — пояснила эльфийка. — Мой супруг приехал в Обитель Пламенных по торговым делам и взял меня с собой. Мы с Симиринлио совсем недавно поженились и не хотим разлучаться даже на пару дней. Лайе Меллириссиэль любезно разрешила мне прогуляться по саду, пока я жду его.

На лице Сиен появилось смущенно-мечтательное выражение. “Симиринлио… — повторила про себя Райга. — Где-то я уже слышала это имя.”

Эльфийка явно заинтересовалась Райгой и начала расспрашивать ее про жизнь в Алом замке и тренировки. Глаза эльфийки горели таким неподдельным интересом, что Райге пришлось ответить. Взамен Сиен сама с удовольствием рассказывала о том, как проходила ее учеба в эльфийской школе магии в Тейлиоране, откуда она была родом. Тут уже Райга не смогла сдержать своего любопытства и жадно расспрашивала новую знакомую об учебе.

Их разговор прервало появление высокого золотоволосого эльфа с темно-серыми глазами. На нем красовался мужской вариант такого же сиреневого хьяллэ. Сиен тут же бросилась в его объятия. Эльф посмотрел на нее влюбленным взглядом, погладил по голове и представился:

— Симиринлио хаа Луйден Лиэ. Вы — ученица хлайе Линдереллио? Лайе Меллириссиэль попросила проводить вас к ней. Подождешь меня здесь еще немного? — последние слова были обращены к Сиенриэль.

Имя эльфа снова показалось Райге смутно знакомым. Она пошла следом за ним. Сиен осталась в саду, ждать возвращения своего супруга. Райга и Симиринлио вошли в замок. Эльф сдержал шаг, чтобы пойти рядом с девушкой и заговорил на языке королевства:

— Не ожидал, что хлайе Линдереллио приведет сюда свою ученицу. Глава Рода хаа Лларион Лэ очень не любит людей.

— Вы хорошо говорите на нашем языке, — уклонилась от ответа Райга.

— Я веду торговые дела с вашим королевством, — улыбнулся эльф. — Поэтому и знаю ваш язык. Сиэнриэль, наверное, впечатлена вашим источником. Она никогда не покидала Мерцающего леса и не видела людей. И вихрь у человека.

Райга поймала его внимательный взгляд и подумала, что этот эльф, должно быть, гораздо старше Сиен. Его возраст она определила бы как близкий к возрасту Цанцюритэля. На языке упорно вертелся один вопрос, но задавать его незнакомому эльфу она все же сочла неприличным.

Ее размышления были прерваны появлением магистра Лина. Он вышел из-за поворота коридора. Кажется, он только что прибыл из Халариэна. На поясе учителя висел серебристый хаотаки. Эльф смерил своего сородича таким взглядом, что Райге стало не по себе.

— Что ты делаешь рядом с ней? — в голосе наставника прозвучала угроза.

Симиринлио замер и осторожно ответил:

— Ваша мать попросила меня проводить девочку в Восточное крыло.

— Держись подальше от моей ученицы, — холодно бросил магистр и развернулся. — Идем.

Последние слова были обращены к Райге. Девушка торопливо распрощалась с новым знакомым и поспешила за учителем. Когда их уже не могли слышать, она спросила:

— Кто он такой? Его имя показалось мне смутно знакомым.

Учитель покосился на нее и нахмурился.

— Симирин? Мелкая сошка из рода, который ведет торговлю с людьми. Дальний родственник известного тебе Эллехио. Наверное, приехал по делам к Линмэ-лаэ. У него даже стихийной магии нет, только эльфийская.

В его голосе прозвучало высокомерие и превосходство. Девушка задумчиво спросила:

— Вы его за это так не любите?

— Нет, — отрезал эльф.

— Мне они довольно милыми показались, — заметила Райга. — И он, и его жена. Кстати, у Сиен ведь тоже нет стихийной магии. Наверное, поэтому они вместе. У вас же говорят, что выбирает источник.

Магистр резко обернулся к ней и несколько мгновений сверлил девушку мрачным взглядом.

— Откуда ты это знаешь? — наконец, бесстрастно спросил он.

Пламенная удивленно ответила:

— Ллавен рассказал.

Магистр холодно проговорил:

— Пора этому мальчишке научиться держать язык за зубами.

Ученица бросила на него еще один недоумевающий взгляд и спросила:

— Это страшная эльфийская тайна?

— Нет, лишние сведения. Для людей.

Меллириссиэль ждала их в светлой просторной комнате, окна которой выходили на маленький пруд в саду. Мать Пламенных сидела за светлым столом в плетеном кресле и наблюдала за пташками за окном. Перед ней лежал белый хаотаки с гардой в виде языка пламени. Магистр Лин приветствовал мать коротким кивком, опустился в кресло и указал ученице на соседнее. Райга послушно села, а эльф обратился к матери:

— Пожалуйста, больше не посылай за ней Симиринлио.

Эльфийка укоризненно взглянула на сына, поправила подол черно-золотого хьяллэ и сказала:

— Он сегодня уедет. И он не сделал ничего плохого, ты же знаешь. Ему просто не повезло.

Райге показалось, что при упоминании о Симирине, Меллириссиэль будто едва сдерживает смех.

— Знаю, — нахмурился магистр.

— Айллиэцзай уже прошел, — мягко напомнила ему мать.

— Ай. ли… чего? — заинтересованно переспросила Райга.

— Мы собрались здесь не для того, чтобы обсуждать Симиринлио и Сиенриэль, — раздраженно сказал наставник и кивнул на белый хаотаки, который лежал посреди стола. — Достань его из ножен.

Райга послушно взялась за белую рукоять, вытащила клинок из ножен и на вытянутых руках протянула наставнику. Эльф склонился, чтобы рассмотреть меч получше, но даже не попытался прикоснуться к нему. Райга скользнула взглядом по причудливой линии, отделяющей закаленную часть клинка от незакаленной. Магистр, казалось, остался доволен осмотром и заявил:

— Тебе нужно научиться хотя бы защищаться им.

Ученица ответила ему мрачным взглядом.

— Я целый год училась владеть мечом. Если помните, то все мои потуги были весьма жалкими.

— Теперь у тебя два глаза. Ты можешь научиться сражаться левой рукой.

— Не хочу.

Эльф вскинул бровь и холодно сказал:

— Кажется, о твоих желаниях я не спрашивал. Следующие полгода я буду учить тебя сражаться на хаотаки. Начнем, как только вернемся в Алый замок.

Райга недовольно нахмурилась, но спорить не стала. Молча вложила клинок в ножны и отдвинула в сторону.

В этот момент дверь распахнулась и на пороге появился Линмэритэль. Райга отвесила ему все подобающие поклоны и старательно произнесла приветствие. Тот снизошел до кивка, но в ее сторону даже не взглянул.

— Звала? — обратился он к сестре.

— Да, — улыбнулась Меллириссиэль. — У нас с Линде есть к тебе просьба.

Линмэритэль обошел стол, опустился в кресло напротив Райги и сказал:

— Я слушаю.

Белый хаотаки он не удостоил даже взглядом. Магистр Лин обернулся к своей ученице и приказал:

— Покажи руку.

Райга послушно выложила на стол прокушенную ёи ладонь. Повязку уже сняли, и черные пятна вокруг затягивающихся ранок приковали взгляд эльфов. Даже глава рода несколько мгновений рассматривал руку девушки, а потом поднял глаза на Меллириссиэль и сказал:

— Предсмертный укус ёи. Что дальше?

— Ты можешь помочь, — многозначительно посмотрела на него эльфийка.

— Она — человек, — высокомерно заявил Линмэритэль.

Несколько мгновений в комнате стояла тишина, а потом наставник попросил:

— Ради меня.

Глава Пламенных сначала раздраженно посмотрел на племянника, затем бросил на Райгу холодный взгляд. Девушка попыталась убрать прокушенную ладонь, но магистр перехватил ее руку и прижал к столу. А затем вопросительно посмотрел на Линмэритэля. Тот еще раз смерил Райгу холодным и высокомерным взглядом, и нехотя положил свою руку поверх ладони девушки.

— Терпи, — сказал он.

Вокруг их рук вспыхнуло пламя. Райга напряглась, ожидая боли и еще чего угодно. Но вокруг шрамов она ощутила только легкое пощипывание. Когда огонь погас, и эльф убрал свою руку, все увидели, что черные пятна пропали. Девушка спросила:

— Это все?

Линмэритэль посмотрел на нее с легким удивлением.

— Да. А что, не больно?

— Ну… Нет.

Во взгляде эльфа появился интерес. Прикрыв глаза, он какое-то время смотрел как будто сквозь Райгу. Девушка уже знала этот взгляд — так эльфы изучали ее источник. Наконец, Линмэритэль сказал:

— Размах впечатляет. Особенно для человека. Она же несовершеннолетняя верно?

Магистр Лин бесстрастно ответил:

— До ее совершеннолетия чуть больше двух месяцев.

Глава рода хмыкнул, поднялся и ушел, не прощаясь. Райга удивленно посмотрела ему вслед.

— Прости его, — вздохнула Меллириссиэль. — Он не любит людей. Но, кажется, ты его заинтересовала. Как и многих здесь.

— Это точно, — согласилась Райга. — Иногда появляется ощущение, будто у меня на лбу горят буквы “ученица хлайе Линдереллио”. Куда бы я не пошла, меня все знают. А я не знаю никого.

— Ты — единственный человек здесь, — терпеливо пояснила Мать Пламенных. — Поэтому все знают, кто ты. Да и новости у нас распространяются быстро. Эйле.

После этого она удалилась. Учитель и ученица остались вдвоем. Магистр бесстрастно спросил:

— Тебе здесь не нравится?

— Нравится, — ответила Райга. — Даже жаль, что через три дня мы вернемся в Алый замок.

— По друзьям не скучаешь? — продолжил допрос наставник.

— Бывает, что скучаю. — призналась Райга. — Вы тоже меня здесь своим вниманием не балуете.

Магистр коротко улыбнулся:

— Что, и по мне скучала? Я думал, Хиаллитэлю удастся тебя занять.

Райга вздохнула и поправила подол бордового хьяллэ.

— С ним интересно. Но и у него, и у тройняшек есть другие дела. И во владении магией Хиа намного сильнее меня.

— Как и я.

— Да. У него здесь есть преимущество — он не сдерживается.

Тут Райга прикусила язык и подумала, что неформальная обстановка располагает к общению, и она уже говорит то, чего не следовало бы.

Магистр многозначительно посмотрел на нее и сказал:

— Не сомневайся, я тоже не буду сдерживаться, когда мы вернемся. Возможно, это научит тебя не лезть на рожон.

Девушка покосилась на свою правую ладонь и спросила:

— Мне теперь ничего не грозит? Хлайе Линмэритэль выжег то, что оставил ёи?

— Да. — холодно ответил магистр и поднялся. — У меня есть дела в городе. Зайди вечером, должна быть магпочта из Джубирана. Райтон мог что-то написать.

Но Райтон не написал ни в тот день, ни в другой. За оставшиеся три дня девушка успела насладиться отдыхом, эльфийской едой и сражениями с Хиа. Магистр Лин остался в Обители Пламенных, как и обещал. Райге иногда разрешалось сопровождать его, когда он отправлялся по своим делам в город. Один раз они снова поднимались на Башню Зрящего, уже днем. Время отъезда неумолимо приближалось.

Утром в воскресенье Райга прогуливалась по саду в ожидании того, что за ней придет магистр и они отправятся в Алый замок. Она остановилась у стены, чтобы рассмотреть необычный узор на камне, когда позади нее раздался знакомый голос.

— Как ты находишь Хеллемилиоран?

Пламенная резко обернулась. В двух шагах от нее стоял Хаэтеллио. Сердце ушло в пятки. Но в этот раз во взгляде эльфийского принца не было неприязни. Он смотрел на нее очень спокойно. Райга поспешно поклонилась и приветствовала его на эльфийском. Принц сделал шаг вперед, а потом серьезно и тихо заговорил:

— У меня есть к тебе просьба. Но о ней никто не должен знать.

— Хорошо, — осторожно ответила девушка. — Какая?

Он протянул ей узкую шкатулку с изящным орнаментом на крышке.

— Передай это Ллавену. Я нашел это в вещах его матери. Шкатулка предназначена ему. Если ее попытается открыть кто-то другой, содержимое будет разрушено.

Райга осторожно приняла шкатулку из его рук и спрятала за пазуху.

— Я передам ему. Об этом никто не узнает, обещаю.

Хаэтеллио какое-то время задумчиво смотрел на нее.

— Что-то еще? — спросила Райга.

Эльф огляделся по сторонам и будто решился.

— Да. Это займет одно мгновение. Прости, но я должен кое-что проверить.

Он произнес какое-то заклинание, сделал замысловатый пасс и протянул руку девушке. Она невольно отшатнулась и уперлась спиной в стену. Хаэтеллио положил пальцы ей между ключиц. Они были ледяными. Зеленое свечение на мгновение ослепило ее и погасло. На лице Хаэтеллио было написано непередаваемое облегчение. Он неожиданно погладил ее по голове, утешая, и сказал:

— Прости. Все хорошо. С твоим источником все отлично. Я не хотел тебя пугать. Рассчитываю что ты передашь шкатулку Ллавену, а Линдереллио не узнает о нашей встрече.

С этими словам он бросил на ее многозначительный взгляд и попрощался. Райга долго и задумчиво смотрела ему вслед.