Падение летающего города 8. Путь возмездия

Глава 22 Бесстрашные пленники и падший ублюдок

На улице были всё те же мороз и солнце. Дикие нюхачи, радостно урча, повалились в сугробы и начали кататься в снегу.

Диаба направился в сторону храма Морской Матушки. Спрашивать, куда и зачем мы идём — бесполезно. Как и все властные люди, он не пояснял своих намерений своим пленникам.

Навалявшись, дикие нюхачи пометили территорию, оставив в снегу жёлтые дыры, и бросились за нами. Вожак, приглаживая растрёпанную причёску, чинно зашагал рядом с Диабой, остальные держались позади.

У дверей храма было оживление. Сразу три летающих башни приземлились рядом, отворили ворота и выбросили сходни.

Многочисленный отряд выучек выстроился шеренгой перед входом в одну из башен. Вдоль шеренги ходил вождь в чёрной маске и меховом халате, что-то объясняя. До нас долетели обрывки слов на ач-чийском.

Диаба ускорил шаг и вдруг глухо закричал сквозь маску:

— Говори на дивианском, болван!

Вождь с заметным акцентом ответил:

— Так ведь не все понимают, Владыка. Я не виноват, что некоторые вышли из Здания Обучения, так и не выучив язык Дивии!

— Ты — вождь выучек. Ты должен не только отдавать им приказы, но и продолжать учить их, как отец родной. А если кто-то не понимает, лишай звания выучки и отправляй на дополнительное обучение.

— Да, Владыка, — поклонился вождь.

Диаба раздражённо продолжил:

— Сколько раз вам твердить: дивианский — это не язык летучих угнетателей, а наш язык, украденный ими.

— Да, Владыка. Но некоторые выучки забываются и переходят на языки своих царств.

Тем временем вожак диких нюхачей забеспокоился и замедлил шаг, явно не желая приближаться к скоплению людей. Даже заскулил и остановился. Его стая держалась ещё дальше, нервно переминаясь с ноги на ногу.

— Надо привыкать, — сказал Диаба таким тоном, с каким разваривают с собакой или ребёнком. — Вы равные нам люди.

— Страх. — Ответил вожак.

— Страх — не надо. Я — защита. — Диаба перешёл на его стиль общения.

— Я. Один. Они. Там. — Ответил наконец вождь и показал на своих сородичей.

Диаба положил руку на плечо дикарю, и они медленно зашагали вперёд.

Обернувшись, Диаба пояснил мне:

— В некоторых низких царствах диких нюхачей истребляют, вот они и боятся вооружённых людей.

Я пожал плечами, показывая, насколько мне безразлична судьба каких-то там нюхачей.

— Ты разве не прочитал о том, как Чуари жила среди их племени? Как она изучила их повадки и способы общения? Это было весьма поучительным для неё опытом в постижении некоторых тайн прошлого.

— Не читал.

И мысленно добавил: «И навряд ли буду, так как проматываю подобные свитки на фиг».

От толпы выучек и колдунов отделилась фигура, не похожая ни на выучек, одетых в громоздкие доспехи, ни на колдунов, носивших толстые халаты, и направилась навстречу Диабе.

Вожак остановился и подозрительно заурчал. Я присмотрелся и тоже захотел заурчать. Фигура была вся в чёрном и обтягивающем. На лице — маска без глаз и рта, переходящая в гладкий шлем.

Когда Акана Ситт — а это была, несомненно, она — подошла к нам, я обратился к дикому нюхачу:

— Я слышал, что ты и твои сородичи любите кидаться дерьмом? Не могли бы вы забросать её?

Дикий нюхач, конечно, не понял ни слова, а только разгладил пробор на голове и… застенчиво спрятался за Диабу.

А тот простёр к Акане руку и сказал:

— Нюхачи помогут тебе выследить убийцу вождя.

— Не нужна мне помощь от такой грязи! — вскричала она.

— Это не предложение, а приказ.

— Я сказала, что найду убийцу, значит — найду. И никакие грязееды мне не нужны для этого!

— Ты не уберегла вождя! — Диаба повысил голос. — Его убили прямо на улице Свободной Вершины, когда он шёл из своей купальни в храм Морской Матушки.

— Я не думала, что такое возможно. Это было неожиданно.

— Остальные вожди теперь боятся выйти на улицу… То есть, переживают, что не смогут работать во славу Свободной Вершины с прежней самоотдачей.

— Его убийца — высший, — сказала Акана. — Скорее всего, кто-то из тех, кого вы упустили живым из подводного храма. И если бы вы не сожрали мёртвых из отряда Самирана, я бы могла сказать, кто именно.

— Да какое нам дело, кто это? Кем бы он ни был, хотя бы самим Гуро Каалманом, явившимся к нам из своих пророческих снов, он не должен быть здесь!

— Необходимо проводить досмотр башен, прилетевших из далёких земель.

— Мы обыскиваем все башни после посадки.

— Значит, плохо обыскиваете. Я же предупреждала, что искатели Дивии могут пробраться и спрятаться на ваших башнях, обойдя любые меры защиты.

Акана отвечала Диабе с покорностью, но что-то в её тоне заставило меня усомниться в её искренности.

Диаба похлопал вожака диких нюхачей по голове и сказал:

— Служить. Искать?

Вожак стукнул себя в грудь, подтвердив получение задания.

Диаба показал на Акану:

— Искать. Вместе. Она.

Вожак неуверенно зарычал на неё.

— Надо. Иди за ней. Служить.

Постоянно приглаживая волосы, вожак нехотя подошёл к Акане и принюхался к ней. Она брезгливо содрогнулась.

Вожак повернулся к стае и обратился к ним с речью, состоявшей из лающих и завывающих звуков. Стая ответила ворчанием.

Вожак снова стукнул себя в грудь. И перешёл к Акане. Его мимика весьма красноречиво показала, что он готов идти за ней, но делает это без уважения.

Бормоча дивианские ругательства, Акана зашагала по дороге, за нею — вожак, за ним — стая неандертальцев, одетых в обтягивающие туники. Словно команда по греко-римской борьбе, шла за странно одетым тренером.

✦ ✦ ✦

Ещё во время службы в отряде Маджи я слышал о диких нюхачах — племени существ, похожих на людей, но живущих как звери. Низкие использовали острый нюх этих гоминидов, чтобы вычислять высших невидимок.

Считалось, что выдрессированный нюхач чуял и определял местоположение невидимки в радиусе до тысячи шагов. Нюхачи доставляли некоторые хлопоты разведчикам, но и они разрабатывали какие-то хитрости для скрытия запаха. До сих пор живо помню тот солнечный день в зарослях на пустыре, когда Илиин учил меня и Хаки прятать от нюхачей нечистоты.

Во время разбора битвы за Портовый Город я слышал, что во дворце царя обнаружили стаю нюхачей, одетых в лохмотья женской одежды. Судя по всему, гоминидов, замаскированных под женщин, водили по городу или дворцу, и когда те реагировали на невидимого разведчика, помечали его и отслеживали. После этого стало немного понятнее, каким образом сиабхи обманули нашу разведку — для них невидимки не были невидимками.

Непосредственно в сражениях дикие нюхачи не замечены. Оно и понятно — они боялись скоплений людей, а от грохота озарений, наверное, метались как кошки во время новогодних фейерверков.

Я сильно испугался за Эхну. Она перехитрила Акану Ситт, которая не подозревала о её присутствии в Свободной Вершине. Но как перехитрить диких нюхачей? Надо предупредить её, пока неандертальцы не напали на след. Кажется, убийство вождя было глупым поступком…

— Мне надоело, — сказал я Диабе. — Можно, я вернусь домой?

— Нет.

— Но я не понимаю, зачем ты показал мне производство коричневого дыма, Здание Обучения, дикие нюхачи… Каким образом эти достопримечательности повысят твоё доверие ко мне?

— Пошли в храм, — приказал Диаба.

— Опять будешь отбирать и давать озарения? — догадался я.

— Не сегодня.

Пришлось подчиниться и идти за Диабой. Выучки и грязные колдуны почтительно расступались, уступая ему дорогу.

Поставив ладонь козырьком над глазами, я посмотрел на статую Морской Матушки.

Когда я в первый раз её увидел, то не придал большого значения. Ну, богиня и богиня, мало ли что там низкие себе понапридумывали. Но после чтения мемуаров Чуари хотелось внимательнее её изучить. Особенно я хотел рассмотреть её лицо, но Статуя Морской Матушки на крыше была такой большой и стояла под таким ракурсом, что я смог увидеть только нижнюю часть её грудей.

Культ Морской Матушки не вязался с тем, что Чуари постоянно ругала священников и религию. Можно было бы понять, если бы в богини её записали после смерти, но Чуари стала Морской Матушкой при жизни. Обожествление, кажется, было её инициативой, направленной на быстрое переманивание царей низких царств на свою сторону.

Внутри храм Морской Матушки был таким же, как в последнее посещение. Под потолком висели всё те же лозунги. Только от воды в пруду поднимался пар, окутывая ракушку, отчего обстановка немного напомнила купальню.

Было очень жарко, но я не стал снимать свои шубы, так как это был слишком долгий процесс. Диаба тоже не разделся. Только сбросил обувь и заставил меня разуться.

Потом повёл меня к берегу пруда, где стояло пятеро голых людей, четверо мужчин и одна женщина. Руки они отчего-то прятали за спину. Окружив их полукольцом, стояли выучки в доспехах и вооружённые копьями. Несколько грязных колдунов, держа наготове «Ледяные Копья», ходили туда-сюда. Когда у одного из них копьё вырабатывало срок жизни и таяло с ледяным звоном, он тут же создавал новое.

Из-за облаков пара, поднимавшихся от пруда, я не сразу разглядел, что ноги голых людей опутаны цепями, а руки за спиной скручены вязками. Все они были исхудавшими и едва держались на ногах.

Все они разного возраста. У самого старшего мужчины была густая седая борода, растрёпанная и неухоженная. У самого молодого борода и усы росли клочками. Кое-где их тела покрыты кусками свалявшейся грязи с пучками жёлтой соломы, очень похожей на ту, какой была выстлана моя тюремная клетка в каменной башне.

Нет сомнений, это — дивианцы.

✦ ✦ ✦

Мы подошли ближе.

Лица пленников покрыты грязью, перемешанной с потом, но почти все они показались мне смутно знакомыми. Если бы мой Внутренний Голос не был обнулён, он сейчас напомнил бы, когда я их встречал, и как их звали. Но и без Голоса ясно: раз они мне знакомы, то, скорее всего, они небесные воины.

Пленники скользнули по мне равнодушным взглядом, так как для них я ничем не отличался от остальных низких. Я снял капюшон и убрал с лица шарф. Видать, я так изменился за это время, что никто меня не признал. Что тоже странно, так как Внутренний Голос иногда напоминал имена знакомых людей, даже если они были в масках, определяя их по жестам и росту.

Впрочем, седобородый недоверчиво прищурился и спросил:

— Ты прирождённый житель?

— Да, уважаемый.

— Ещё один падший ублюдок.

— Такой же пленник, как и вы.

Тут вмешался Диаба. Он был в маске, но по тону голоса понятно, что он впал в игривое и саркастичное настроение:

— Ну-ну, Самиран из рода Саран, зачем ты обманываешь уважаемых людей? Ты не пленник. Тебе просто некуда бежать, ха-ха. Ха-ха-ха.

Выучки и грязные колдуны подобострастно засмеялись. Из облаков пара вышли ранее не замеченные мной Глашатаи Просвещения с раковинами на боках, и тоже засмеялись.

Когда Диаба назвал моё имя, все пленники посмотрели на меня. Видать, их Голоса были подавлены, поэтому они не получали подсказок.

— Меня зовут Ашур, — нехотя сказал седобородый.

— Прости, уважаемый, но я не могу вспомнить обстоятельств нашей встречи. Мой Внутренний Голос всё забыл.

— В первый раз мы виделись почти четверть поколения тому назад. Ты был младшим учеником и состоял в отряде славного рода. Ты и твои товарищи служили подручными небесной стражи во время налёта на притон, расположенный на Ветроломе Моваха.

Я моментально вспомнил памятное для меня событие и того небесного стражника, бывшего нашим старшим на время операции. Помнится, я гордился, что открыл растение-дверь, перегородившее нам дорогу на вершину ветролома.

— Велика летающая твердь, а все друг друга знают, — усмехнулся Диаба. — Я тоже помню ту несчастную для нас ночь, когда вы захватили одну из наших немногих башен, способных долететь до Дивии. Мы только начали наши полёты на ветроломы, чтобы скупать грибную муку и получать слепки скрижалей. Этой башней управлял один из моих внуков. Вы его убили.

— Скоро, неуважаемый, и тебя убьём, — заявил Ашур и без слюны плюнул в Диабу.

Остальные пленники повторили его сухой плевок. У женщины слюна нашлась — жалкая белая капелька повисла на ткани халата Диабы.

Я испытал жалость к этим несчастным. Им казалось, что они проявили бесстрашие и выказали презрение к падшему и низким грязеедам. Когда-то и я точно так же обращался к Диабе, точно так же сплёвывал и называл его неуважаемым. Как же я был недальновиден! Диаба в сотни раз опаснее, чем сейчас казалось Ашуру и остальным пленникам. И опасен не только своим умом, но умом Чуари Гонк.

Эти пленники ещё будут благодарить Создателей, если их отправят на работу в Нутро Отшиба или в Кузницу Победы, а не порубят на куски, приготовив из них замороженные бифштексы для грязных колдунов.

— Да, Самиран, всё так, — посмеиваясь, сказал Диаба, обернув ко мне свою маску. — Вот за это мы и прозвали их носогордыми.

Я с силой провёл по лицу рукавицей, жалея, что не надел маску. Видать, размышления отчётливо отразились на моём лице, и Диаба без труда распознал их.

— Стоя по уши в грязи, лишённые озарений, носогордые продолжают думать, что они — высшие, а мы — грязь под их ногами. Очень немногие из так называемых высших понимают, что выбранный ими Путь завёл не туда.

— Что с ними будет?

Диаба махнул рукой. Ко мне подошёл один Глашатаев Просвещения с шкатулкой в руках. Вынул из неё кристалл озарения и протянул мне.

Внутренний Взор показал, что это «Правдивая Беседа» светлой ступени, созданная неизвестным мастером из сословия «Способствующих Равновесию».

Зажав кристалл в кулаке, спросил:

— Почему я?

— Ну как же? — радостно вскинулся Диаба. — Я слышал, что ты допрашивал захваченных в плен героев Свободной Вершины? И добился от них чуть большего, чем я рассчитывал. Ты отличный дознаватель.

— Не разумнее ли, если их допросит кто-то из вождей?

— Нет, Самиран. Допрашивать будешь именно ты. А я оценю добытые тобой знания.

— А если я не хочу?

— Попробуй. Не захоти.

Я сделал последнюю попытку уйти от навязанной ответственности:

— Но я не знаю, что именно спрашивать. Что ты хочешь узнать от них?

Диаба ответил без смеха в голосе:

— Допрашивай, как врагов. Как если бы от этого зависела твоя жизнь.

Прекратив сопротивляться, я пустил грани кристалла по нужным линиям и обвёл вокруг лица Ашура овал света.

✦ ✦ ✦

Угрозы Диабы, даже высказанные полушутливым тоном, нельзя игнорировать. Я обязан выведать у Ашура и остальных пленников наиболее полезные для Свободной Вершины знания. Поэтому я не стал хитрить и тянуть время, спросил прямо:

— Знает ли Совет Правителей, где расположено царство Свободной Вершины?

— Мне ничего такого не известно.

— Какие приготовления в воинстве Дивии произвёл Экре Патунга для подготовки к нападению на Свободную Вершину?

— Да откуда мне знать, чем занят господин Патунга? — искренне ответил Ашур. — К тому же, уважаемый, сам подумай, кто допустит его к управлению воинством?

Тут я удивился:

— Разве Экре Патунга не первый старший воинства Дивии?

— Нет. Теперь первый старший у нас господин Кохуру.

— Который из них?

— Рено Кохуру.

— А Патунга?

— Они приняли их старшинство.

— Между ними была родовая война?

— Нет.

— А кто второй старший воинства Дивии?

— Господин Патунга.

— Да поглоти тебя грязь, называй имена! Этих Патунга много.

Я сам не ожидал, что буду так резок к Ашуру. Будто он и впрямь мой враг. Это было странно, так как недавно я искренне жалел его и хотел хоть как-то помочь. «Правдивая Беседа», как положено любому озарению, работала в две стороны, то есть немного воздействовала и на меня.

— Котахи Патунга, — испуганно поправился Ашур. — Уважаемый и светлейший господин Котахи Патунга.

Я повернулся к Диабе:

— Видишь, мои знания об обстановке в Дивии устарели за это время.

— У нас у всех устарели. Продолжай допрос.

Я вернулся к Ашуру:

— То есть Кохуру и Патунга не враги?

— Они заключили первый в истории их родов договор о нерушимой дружбе и союзничестве.

Удивительные новости!

— А как это восприняли другие воинские рода?

— Да мне откуда знать? Мне такое не сообщают. Я простой небесный стражник, из семьи, подчинённой роду Нефеш.

Я сам додумал, к чему мог привести союз заклятых врагов.

Теперь ни один воинский род не превзойдёт их объединённые усилия в Совете Правителей. Да что там воинские рода? У Кохуру и примкнувшим к ним Патунга сложилось такое большинство в Совете Правителей, которое перевесило в голосовании коалицию Гуро Каалмана, учителей и торговцев. Наверняка, Поау примкнули к этому союзу, так как им некуда было деваться.

Изменения расстановки сил в Совете повлекут изменения в военной стратегии Дивии. Небесные воины не будут осторожничать и беречь экономику низких царств, как это делала коалиция мирных предназначений. Они и дивианскую экономику беречь не будут — бросят все ресурсы на войну.

— А какие новости из Совета Правителей?

— Разные, уважаемый. Что ты хочешь узнать?

— Что ты слышал в последний раз от глашатаев на рынках?

— Знаешь, друг, я на рынки не хожу, этим жена занимается…

Допрос с «Правдивой Беседой» требовал точных вопросов. Так как ответы допрашиваемых всегда были прямолинейными.

— А на площади что слышал?

— На какой именно?

— Да на любой, грязеед ты паршивый!

Я с трудом подавил вспышку злости. Нет сомнений, что это — побочный эффект «Правдивой Беседы». Раньше я не обращал на него внимания, так как и без побочного эффекта был зол на пленных. Заодно понял, почему мама Самирана допрашивала меня с неоправданной резкостью.

Ашур охотно продолжил:

— На площади храма Пятого Кольца говорили, что летающая твердь начинает подготовку к большому походу в далёкие земли. Доли казны небесных воинов увеличены в два раза, а для учителей уменьшены в три раза. Для Поддерживающих Твердь долю тоже повысили. Сословию Возвращающих Здоровье посоветовали увеличить число боевых целителей и увеличить создание кристаллов «Унятия Крови».

Я посмотрел на Диабу, будто хотел сквозь маску увидеть, какое впечатление на него произвела новость о подготовке Дивии к походу, начавшемся раньше, чем он рассчитывал. Ведь это означало, что Дивия получила какие-то намёки о местоположении Свободной Вершины.

Ашур продолжал докладывать:

— Для рода Гаруджа выделена особая доля казны на постройку множества Светоносных Орлов. И ещё одна доля казны будет направлена на закупку кристаллов, необходимых для управления акрабами. Вот и всё, что я слышал в последний раз от глашатая на площади.

Судя по всему, успех созданной мною летучей кавалерии убедил старших всех воинских родов. Им давно не нравилось, что Молниеносные Соколы были слишком хрупкими, поэтому решили построить побольше Светоносных Орлов. И я признал это их решение разумным, ибо во время войны сам убедился, насколько полезны тяжёлые и более защищённые Орлы в некоторых задачах.

И так как на новые акрабы потребовалось ещё больше экипажей, то в летучую кавалерию призвали даже тех, кто ранее был признан негодным из-за неприспособленности и неуклюжести. Светоносные Орлы медленнее Соколов и менее требовательны к пилотажному мастерству.

— Это сколько же теперь быстроходных акрабов в воинстве?

— Голос подсказывает, что почти две тысячи. Но мне точно неизвестно.

Я снова посмотрел на Диабу.

Хотел бы увидеть изумление на его лице, но изумлён пока что был только я. Две тысячи быстроходных акрабов!

Наверняка, половина из них — бронированные Светоносные Орлы, против которых бесполезны методы борьбы, выработанные низкими во время войны с Портовым Царством. Светоносным Орлам не страшен «Горячий уд Подземного Батюшки» — огненные колья с пузырями горючей смолы, доставившие немало бед моему отряду на Молниеносных Соколах.

Во время прогулок по стенам Колец Свободной Вершины, я видел подготовленные огневые позиции с коломётами и тысячами «Горячих удов Подземного Батюшки». Диаба ожидал, что Свободную Вершину атакуют хрупкие Молниеносные Соколы, вместо них на Свободную Вершину налетят полчища бронированных Светоносных Орлов!

Кроме каменных башен, у Свободной Вершины, предположительно, имелись военно-воздушные силы в виде всадников на вьеввах, но этих я видел редко. Быть может, вьевв прятали от мороза, а, быть может, их было действительно мало.

В любом случае, если верить рассказу Ашура, то на этот раз Диаба и его приспешники, как те генералы из пословицы, подготовились к прошлой войне.

И они это тоже поняли. Среди вождей поднялся невнятный гомон. Один глашатай так разволновался, что задудел в раковину:

— Товарищи, нужно срочно собрать общий совет, дабы обсудить новые козни летучих угнетателей против нас!

Но его быстро осадили, мол, веди себя достойно, и не показывай страх перед носогордыми.

Не скрывая ухмылки, я сказал Диабе:

— Мне понравилось допрашивать. Что ещё спросить у уважаемого Ашура?

— Всё, что считаешь нужным, — сквозь зубы ответил Диаба.

Потом он и несколько вождей, тоже носивших маски, отошли от ракушки Морской Матушки и начали что-то обсуждать.