Попаданка в семье драконов (СИ)

Глава 29

– Арен, что у тебя там? – обойдя короб с сердцем сокровищницы, наступаю на Арена.

Он оборачивается, не спеша показывать то, что достал из выемки. Но я же чувствую, что он держит что-то важное…

От любопытства уже свербит.

– Да что там такое? – ухватив Арена за плечо, перегибаюсь через него…

В руке у него алый шитый золотом платок. Тонкий ажур кружева едва заметен в полумраке. Кажется, раньше на Земле платки дарили девушки в знак своей благосклонности. В крови вскипает пламя, голос меняется на рык:

– Чьё это?

– Моё, – коварно улыбается Арен.

Зарычав, выхватываю платок. Нюхаю: пахнет сандалом и мёдом. Но это сейчас. И веселье Арена мне совсем не нравится.

– Кто тебе его подарил? – внутри пылает так, что прорастают когти, я эту тряпочку вмиг порву!

– Никто не дарил, взял в гардеробной, как и многие вещи.

– Почему он тебе так дорог? Не увиливай, а то спалю его!

Арен улыбается во все зубы, глаза весёлые-весёлые. У меня от гнева распахиваются крылья. Вот теперь понимаю, почему драконы такие буйные: внутри горит от эмоций, и если сначала они были слабыми, то пламя их усиливает, превращает в пожар, выжигающий всё разумное.

– Лера, разве ты не помнишь? Это платок, которым я вытер твою слюнку при первой нашей встрече.

Ох ведь, да… Лицо и уши заливает жаром, хочется спрятать их в ладони, да хоть в этот платок. Моё появление здесь, инициация на кристалле академии, полуобморок и Арен со своим властным драконьим шагом. Моё позорное бессилие и замечание, что я пускаю слюни на наследника. Щёки пылают. Впиваюсь взглядом в алую с золотым шитьём ткань… Сердце замирает. И стыдно, и…

– Арен, и ты хранил его с тех пор?

– Да… Сначала просто держал при себе, потом, когда заклинание порядка чуть не утащило его, спрятал здесь.

Платочек и мои пальцы расплываются из-за навернувшихся слёз.

– Это так… мило, – шепчу я, и сердце трепещет. – Значит, ты с самого начала серьёзно ко мне отнёсся?

Прижимаю платочек к груди, сердце бьётся часто-часто.

Сидящий рядом с выемкой Арен разводит руками:

– Это трудно объяснить словами, и, честно говоря, я не сразу это осознал. Сначала сердце чувствует, до разума доходит не сразу.

Сердце рвётся из груди, я сжимаю платочек – напоминание о том времени, когда будущее не казалось таким страшным. О том времени, когда Арен помогал… и пугал… когда мы спорили… и когда я училась понимать драконов… когда на меня нападали, а он заступался… когда никто не мог поверить, что я стану хотя бы избранной… когда я думала сопротивляться Арену до победного, а он с тем же упорством собирался меня завоёвывать…

Слёзы скатываются по щекам.

– Это так романтично, – шепчу я. – А я даже пуговку твою потеряла. Точнее, Пушинка у меня её увела.

– Пушинка – это что-то с чем-то, я от неё даже кровать свою спасти не мог, куда уж тебе отнять пуговицу. – Арен вытаскивает из выемки тонкий браслет и улыбается. – А я твой образ сохранил.

Моя золотая проекция возникает в воздухе всего на пару мгновений.

– Не буду зря тратить заряд, оригинал всё равно лучше.

– У меня тоже оригинал, – утерев платочком слёзы, прячу его в карман на груди. – Наверное, нам пора.

– К сожалению, да. – Арен поднимается, оглядывает беседку, тахту, на которой мы спали…

– Мы ещё вернёмся, – я переплетаю наши пальцы.

– Иначе и быть не может, – поцеловав тыльную сторону моей ладони, Арен убирает браслет в карман и взмахом руки отправляет короб с сердцем коллекции лететь вперёд.

Снова под нашими ногами шуршит гравий. Арен не смотрит по сторонам, лишь выйдя в шахту лифта, оглядывается.

Всё больше цветов накрывают плёнкой. Оранжерея засыпает.

Арен прижимает меня к себе, чтобы в следующий миг на сильных золотых крыльях вместе с коробом вознести наверх.

Стена встаёт на место, но на этот раз за ней что-то пощёлкивает, скрежещет.

– Всю шахту заполнит каменной породой, – поясняет Арен. – Чтобы трудно было обнаружить сокровищницу в случае, если башню разрушат.

– Это тоже идея Линарэна?

– Да.

– Продуманный он.

– Лера, если драконы дерутся – могут горы пострадать, не то что здания. Но надо признать, к системе защиты Лин подошёл основательно, учёл даже возможность перебоев с магией, чего не было у прошлой системы.

– Возможно, подсознательно он чувствовал, что всё может так обернуться, – следом за Ареном выхожу из ванной. – Ведь его вторая половина могла знать о печати и о том, что ожидает нас в случае её разрушения.

– Возможно, – Арен проводит меня мимо гардеробной. – Вещи нам доставят слуги. Надеюсь, ты не возражаешь, если часть украшений и подаренные тебе вещи тоже останутся здесь? Они будут под защитой…

Подаренные вещи. Браслет от озаранского короля, который можно использовать как магический резерв. На мгновение при мысли о том, чтобы дать его Нике поносить, во мне просыпается нечеловеческая жадность, прямо каждая клеточка тела требует запрятать всё поглубже и никому не давать, но я одёргиваю себя.

– Мне надо забрать браслет из Озарана, – твёрдо произношу я. – Хочу дать его Нике. Поносить, пока не разберёмся с магией.

Арен приподнимает брови:

– Дать кому-то попользоваться своими драгоценностями?

– Да! Подруги именно так и поступают! Ника бы мне тоже дала. Она и давала – платье, например, – вспоминая, как она подарила мне платье, потому, что размер не подходит… она ведь могла его переделать, магия позволяет увеличивать вещи, хотя это сложнее, чем уменьшать. Но Ника отдала мне его деликатно, чтобы я не чувствовала себя слишком обязанной. – Я не жадный драконище, мне для подруги не жалко. Вот.

В сумраке мерцают глаза Арена. Он неопределённо хмыкает:

– Ты не драконище, а прекрасная драконесса. Добрая и щедрая.

Надеюсь, так и останется, а то сокровищеозабоченной становиться не хочется.

***

«Да что это такое! – возмущённо причитает Пронзающий. – Какое неуважение!»

«Это ни от кого не зависит!» – подвывает Рассекающая.

Я лишь крепче вцепляюсь в короб с цветком. Арен обнимает его поверх меня, прижимает к восьмигранному коробу, укрывая крыльями, пока магия телепорта швыряет нас из стороны в сторону, перекручивает, норовит вывернуть наизнанку.

«Ещё немного, – звучит в мыслях голос Арена. – Мы почти на месте».

ХРЯСЬ!

Магический вихрь схлопывается, и мы с Ареном оказываемся в воздухе. Он распахивает крылья, короб тянет вниз, но не так сильно, как при обычном падении. Вокруг него столбами искр взвивается магия – похоже, заклинание, которое его левитировало, плохо работает. Арен быстро хлопает крыльями, нас подхватывает ветер и помогает опуститься на выложенный каменными плитами двор.

«Не нравится мне эта ваша телепортация, неудобная», – бубнит Пронзающий.

Ветер гудит в заострённых зубцах стены. Сам замок с высоченными шпилями будто вырвался из скалы, устремился в небо, но она охватила его основание и не пускает улететь. Запрокинув голову, разглядываю немыслимо высокие башни-пики… есть в них что-то знакомое, будто я видела их. Но где?

– Ты в порядке? – Арен пробегается ладонями по моим плечам, бокам, бёдрам. – Не ушиблась?

Короб с цветком парит рядом. А я всё смотрю на шпили… Где я их видела, когда? Может, на картинке? Нет… вживую. Я летела к ним.

Вспомнила!

Когда у меня сломался браслет, и Арен подошёл – тогда, глядя ему в глаза, я почувствовала восторг полёта, драконьи крылья за спиной, и как вынырнула из облаков к такому вот замку с высокими шпилями.

– Этот замок стоит на отвесной скале? – сипло спрашиваю я.

– Да.

Невероятно, что я увидела этот замок раньше, чем оказалась здесь. Было ли это прозрение будущего или воспоминания Арена? Или в Эёране таких замков хватает?

– Надо занять место в сокровищнице, – напоминает Арен.

Ощупав кобуру с Пронзающим, перевязь с Рассекающей и маленький пистолет в великоватой кобуре, которую мне доставили из оружейной, киваю.

Этот старый замок отличается от праздного императорского дворца. Сразу чувствуется, что там, в большой цитадели, дела чаще решали словами, опирались не только на обычную силу, но и на силу авторитета, там всё кричало о достатке, богатстве и уверенности в своих силах. Этот маленький – в сравнении с дворцовыми площадями – замок, сразу видно, принадлежал воинам, готовым в любой момент огрызнуться, пустить в ход клыки и зубы: узкие бойницы-окна, заострённые шпили, позволяющие подлететь и приземлиться лишь в одном месте на дворе, там же стена с острыми краями – на такую в драконьем виде не присядешь.

Внутри никакого золота, везде серый камень, коридоры с усиленными каркасами, раздвижные каменные двери толщиной в метр – если такие путь преградят, не скоро их выбьешь.

– Зачем эти медные и стальные штуки? – указываю на висящие по бокам раздвижных дверей металлические капсулы.

– Для обороны. Быстро расплавить их можно только драконьим пламенем с магической составляющей. Точные пропорции огня и магии известны лишь нашей семье, если заплавить этими составами двери, выломать или прожечь их очень сложно.

– Предки у тебя были воинственными.

– Просто хотели жить, – грустно улыбается Арен, поводя рукой, чтобы короб с сердцем его коллекции вписался в поворот лестничной клетки.

Ступени выбиты в скальной породе, спиралью спускаются в освещённый магическими светильниками зал. Выходящие в него три двери так велики, что через них может пройти полноразмерный дракон. Арен выходит на середину пола и ударяет его каблуком.

Золотые искорки пробегают по серому камню. СКРИП! Прямо перед Ареном открывается ещё одна лестница, уходящая вглубь скалы.

– Сокровищница, – Арен сжимает мою руку и вместе с коробом тянет за собой в темноту.

Как-то некстати вспоминаются его мечты запереть меня в сокровищнице. Но я… верю, что сейчас он этого не сделает. Тихо постукивают по ступеням мои каблучки. Прямоугольное отверстие в полу закрывается, отрезая нас от холодного магического света. Сбавляю шаг, ощупывая лестницу прежде, чем переносить вес. Лишь теперь видно, что внизу тоже свет – тусклый, мерцающий. Он очерчивает громадную дверь, посверкивает на полу неровными бликами.

А ещё там кто-то глухо, угрожающе рычит.

Крепче сжимаю руку Арена. Он шепчет:

– Не успели.

Но всё же тянет вниз, к источнику рыка.

Под ногой металлический звякает. Снова. Вместо твёрдых каменных ступеней теперь что-то скользящее, перетекающее.

Что я, собственно, трясусь? Подняв руку, формирую на ней магию и разжигаю дыханием. В свете огня вспыхивают россыпи золотых и серебряных монет. Ими услан пол и основание лестницы.

– Зачем это? – изумлённо спрашиваю я.

– Подстилка высыпалась. Не обращай внимания, внутри ещё больше. – Арен обхватывает меня за талию. – Не поскользнись только.

Под его ногами монетки сдвигаются почти беззвучно. Это сколько же здесь денег валяется? И после этого они не хотят пожертвовать на ремонт Академии?

– Р-р-р! – доносится злобное рычание из-за двери.

Арен толкает её ногой. Весело звенит золото и серебро, пока створка вгрызается в драгоценную подстилку.

Просторный круглый зал озарён огненными сферами.

Рычит золотой дракон, упирающийся задом в стену и что-то прикрывающий крылом. У другой стены скалится Видар, защищающий гору ящиков огненным щитом с родовой меткой, очерченной его именем.

Линарэн тоже здесь – стоит в расчищенном от монет месте напротив двери, рядом со столом и стеллажом с папками.

– Я старше! – Видар смотрит на дракона исподлобья. – Имей совесть!

– Моя сокровищница! – рычит император.

– Напоминаю! – Линарэн касается своего горла, и голос его звучит оглушительно. – Для нас сейчас важнее действующая лаборатория, это подземелье подходит для неё лучше всего.

– Нам тоже нужна сокровищница, – заявляет Арен, от удивления огонь в моей руке гаснет.

– Важнее лаборатория!

– Никого не пущу!

– Я самый старший, у меня привилегия.

– Мне нужно тихое место для исследований.

– Это сокровищница! Моя сокровищница!

– Мне надо спрятать сердце коллекции, – рычит покрывающийся чешуйками Арен.

Мне хочется убиться об стену. Они издеваются, да? У нас конец света, а они сокровищницу поделить не могут. Драконы!

– Я ещё император!

– Требую уважения к моему почтенному возрасту! Вы молодые, сами себе сокровищницы выкопаете, а я…

Там вампиров спасать надо от истребления их же правителями, а эти чешуйчатые…

– Да кому нужны твои старые ржавые…

– Что ты сказал? – Видара окутывает пламя. – А ну повтори!

– А я дракон с денеей, я самый сильный, поэтому сокровищница должна достаться мне.

Судорожно вдыхаю. Меня просто распирает изнутри, подбрасывает вверх, расширяет – трансформация в дракона происходит мгновенно, и внутри вспыхивает пламя:

– А ну прекратили! Сейчас не до сокровищ! – мой рёв сотрясает зал, Линарэн прикрывает уши ладонями. – Каждый в свой угол сокровища запихнул, золотом прикопал и пошли мир спасать! Р-р-р!

Сердце стучит часто-часто. А золотые монеты под лапами действительно приятно ощущаются, как массажик такой. Выдыхаю – дым из ноздрей идёт. Я тоже страшная драконища. Нечего глупостями заниматься! Они бы тут ещё сокровищами мериться начали, у кого круче.

– Лера, – Арен крепко обнимает короб с сердцем коллекции. – Тут нет углов, зал круглый.

– Ну так сделайте углы себе, что вы как маленькие, – рокочу я. – Нас архивампиры ждут, не забыли? И Линарэну нужно место для лаборатории, нам нужна его помощь. А то Безымянный ужас сожрёт все ваши сокровища.

Выражения их морд и лиц… впечатляют: у императора чуть не слёзы в глазах, он под звон монет лапой прикапывает неведомые сокровища за своим крылом. Видар держится за сердце. Линарэн застыл со странным выражением лица. Арен ещё крепче обнимает короб, поглаживает.

– Ну же, собирайтесь! – шлёпаю лапой по золоту, монеты разлетаются звонким фонтаном. – А то без сокровищ останетесь!

– Лера! – Арен от возмущения округляет глаза.

– Тебе помочь угол в стене проковырять?

– Я всегда подозревал, – шепчет Видар, – что очень даже хорошо, что в правящих родах не появляются девочки, а то… были бы такими же.

Вытягиваю к нему морду, щурюсь гневно. Видар вздёргивает подбородок:

– Вот пристрастишься к сокровищам, поймёшь нас.

– Вот Эёран спасём, тогда и будем сокровищницу делить! – рычу я и разворачиваюсь к императору. – Вы же взрослый, умный дракон, правитель империи, вам о подданных надо думать. Подданные – вот ваше настоящее сокровище!

Император переминается с лапы на лапу, как нашкодивший котёнок.

– В словах Валерии есть смысл, – Линарэн поправляет гогглы. – Лаборатория сейчас нужнее сокровищниц.

Видар и император медленно разворачиваются к нему и отвечают недовольным рыком.

– Ка-рит, – стальной голос Ланабет взвивается под сводами сокровищницы. – Нам пора на встречу с вампирами.

Императрица стоит в дверях, сложив руки на груди. Из-за её спины торчит лук… а у лука глазки маленькие, бегающие.

– Ми-и-инуто-очку-у, – император неистово прикапывает сокровища золотыми и серебряными монетами, мрачно на нас косится и копает быстрее.

Звон металла отдаётся эхом.

Арен тоже, как ни странно, ставит короб и начинает быстро закапывать его монетами, поглядывая на остальных.

Зарыв сокровище, император оглядывает гору и шипит на нас:

– Я запомнил, как лежат монеты, если кто-нибудь тронет мои сокровища – покусаю. Спалю. В общем, пожалеете все.

Гордо дёрнув хвостом, император обращается в человека и с улыбкой спешит к Ланабет, раскрывая ей объятия:

– Лана, сокровище моё, я уже освободился. Прости, что задержался. Тут возникли непредвиденные большие, – он косится на меня, – обстоятельства.

– Представляю, какие, – мрачно отзывается Ланабет. – Ваши драконьи замашки порой так трудно понять.

Звенят монеты под когтями Арена, смотрит он при этом на меня с таким выражением лица, словно и меня хочет так же припрятать.

Вздохнув, превращаюсь в человека и присоединяюсь к закапыванию поставленного вертикально короба. Связалась с драконом – будь опорой во всём, даже в закапывании сокровищ золотом.

Зато через десять минут мы присоединяемся к императору и Ланабет, ожидающим нас во дворе для совместной более стабильной телепортации. Линарэн подбегает к нам, позвякивая болтающимися на поясе магическими кристаллами и паучками.

– Интересно изучить архивампиров сейчас, – поясняет он в ответ на вопросительный взгляд императора.

Тот вздыхает:

– Постарайся сделать это незаметно.

Линарэн кивает. Мы подходим вплотную друг к другу. Арен сжимает мою ладонь, я – руку Ланабет, она – императора, а тот – Линарэна, которого за руку берёт Арен. Сквозь меня словно ураган проходит. Вокруг вспыхивает золотой огонь, и магия нас прямо так, не болтая, не выворачивая, уносит из старого замка и бережно ставит на белые плиты.

Мы размыкаем руки.

Шипят, бьются где-то рядом волны. Замок, в который мы попали, как с картинки: ажурные каменные узоры покрывают угловые башни, опоясывающие этажи выступы, балконы, обрамляют окна с витражами. Окружающая его стена не слишком высокая, без острых наверший. Даже в рокоте волн и крике чаек есть что-то успокаивающее. Солнце ярко отражается в витражах на торце.

В углу двора возле колодца растут деревья… стоп, они не растут, они ползают по плитам.

Эльфы.

Их не сразу видно за могучими стволами, зелёные одежды издалека слишком напоминают кусты.

Эльфы-то мне и нужны. Точнее, Беарион, только он сможет помочь. Сунув руку в карман, сжимаю подарок озаранского короля, который не успела передать Нике.

Из распахнутых центральных ворот выходит шатен в оранжевой мантии с рыжей опушкой. Под мантией у него строгий чёрный костюм, на голове – тонкий витой обруч из железа. Заметив нас, мужчина спешит вниз, раскланивается перед императором.

– Ваше величество, резиденция тщательно проверена, все ящики и бочки вывезены, чтобы исключить проникновение вестников. Слуги покинули территорию, осталась только самая надёжная охрана и представители вассальных родов. Эльфийская делегация и король Озарана уже здесь, от Пат Турина прибыли два представителя. Как только архивампиры появятся, мой родовой щит закроет всю территорию, его быстро могу снять только я, так что гарантирую: до конца переговоров нас никто не потревожит.

– Представители Пат Турина? – император приподнимает брови и оглядывает синее небо.

– Их дирижабль стоит на приколе чуть дальше. Я знаю о происшествии в Старой столице, – шатен бросает на нас с Ареном короткий взгляд. – Над резиденцией развёрнуты антиполётные заклинания, даже птица не проскочит. Я постарался предусмотреть все возможные способы нападения. Маги земли уверяют, что порода под зданием и двором цела, никто не пытается её пробить.

– Благодарю, Шарль, – кивает император.

– Зал для переговоров готов, – Шарль указывает на распахнутые двери, и на его запястье тонко позвякивают браслеты с магическими кристаллами.

Внимательнее вглядываюсь в его лицо: человек. Снимаю с себя печать и просматриваю его через дар Видящей: ничего подозрительного, магия вокруг него источает мягкий голубоватый свет – маг воды.

Поворачиваюсь к эльфам и деревьям: их, как лианами, опутывает зелёная магия земли.

«Арен, мне надо поговорить с Беарионом», – мысленно предупреждаю я и перекрываю дар Видящей: с ним я Беариона не разгляжу среди излучающих магию дубков и остальных эльфов.

– Отец, мы подойдём чуть позже. – Арен предлагает мне руку.

Как приличная невеста, опираюсь на жениха и шагаю вперёд. Кобура с маленьким пистолетом ударяет по бедру и так каждый шаг. Похоже, он не доволен тем, что его притащили сюда.