Секретарь старшего принца 4

Глава 41

Забыться, сейчас бы забыться, но снимать с Дариона скрывающий чувства амулет сейчас немыслимо – рядом со мной он слишком фонтанировал эмоциями, чтобы этого не заметили Эзалон или Санаду.

На поцелуй я не ответила, и Дарион остановился, просто прижал меня к груди.

– Что случилось? – Он гладил меня по спине, явно прощупывая чешуйки, целовал в лоб. – Что тебя огорчило?

Музыка всё играла. Признаюсь – и Дарион опять скажет, что я не хочу отпускать прошлое. Нет-нет, только не нравоучения. А он вдруг извинился:

– Прости, что не уделял внимания, но так надо, не хочу тебя подставлять, не сейчас.

Казалось, рядом с ним можно спрятаться от всего, и я жалась к нему, всё сильнее понимая: он – слабость, я слишком на него надеялась, слишком привыкла к отдыху с ним, в его чувствах.

– И прости, что с Валерией много времени провожу, но защита ей нужна. Не только физическая, но и моральная.

Мелодия сменилась, и стало легче дышать. Словно металлические обручи спали с головы, и я чётче ощутила тело, мягкие, но раздражающие прикосновения, не дававшие чешуе окончательно уйти.

– Всё в порядке. – Я попыталась сесть из полулежачего положения, Дарион помог, но с колен не спустил, всё гладил по волосам, спине.

– Я не хочу тебя отпускать…

– Придётся: надо за подопечной присматривать, – я, впрочем, не спешила возвращаться в толпу.

И старалась не думать об интонациях его голоса, о самих словах.

– Ты отдаляешься, – Дарион прижался лбом к моему лбу, запустил пальцы в волосы. – Ты всегда далеко, а теперь всё дальше и дальше, и я не знаю, как это исправить. Что мне сделать? Что? Подскажи… – судорожно говорил он. – Прошу, просто подскажи, как тебе помочь, как растопить лёд, как вывести тебя из этого всего? Как сделать так, чтобы ты могла просто веселиться, просто жить?

Вот только ещё одних пьяных признаний и нравоучений о необходимости отпустить прошлое мне сейчас не хватало!

Я дёрнулась, Дарион удержал меня в объятиях.

– Не уходи, – он тёрся лбом о мой лоб. – Хочешь, я шерстью покроюсь?

– Давай без этих разговоров, – предложила я: самой не хотелось слезать с его колен и возвращаться туда.

– Хорошо.

Он замолчал. Просто держал меня в своих огромных сильных руках. Гладил по спине, плечам. И постепенно мои чешуйки возвращались под кожу.

– Тук-тук! – неровный голос Санаду прорвался сквозь музыку и плотную ткань. – Кажется, у нас проблемы.

Снова волной выступила чешуя, я подскочила, в темноте наткнулась на какие-то деревяшки. Они загремели, я пыталась удержать равновесие. Дарион подскочил, загремело громче, но меня он удержал, прижал к себе и басовито гаркнул:

– Что?

Санаду приоткрыл полог. Кровавый свет заката прополз внутрь, лёг на босые ноги Дариона и на пропылённые носки моих ботинок.

– Элоранарр танцует с Валерией, и ей ужасно страшно. Но если я один стану его оттаскивать, боюсь, он может неправильно меня понять и как-нибудь не так отреагировать, учитывая прошлый опыт нашего общения, а вокруг существа, да и Огнаду с Клэренс не хочется портить веселье.

Сердце упало: Санаду всерьёз беспокоился, и это дурной знак, хотя музыка продолжала так же отвратительно безмятежно играть.

Они медлили, глядя друг на друга. Пришлось вмешаться:

– Валерию нужно увести от него. Можно в Академию. Я это сделаю, – предложила я: что угодно, только бы сбежать от этой толпы. И желательно не в охапку с Элором.

Дарион глянул на меня. Помедлив, проворчал:

– Значит, так. Понятно. Сейчас я у всех на виду заведу Валерию в палатку рядом с экипажами и выпущу с обратной стороны, встреть её. Санаду, мне понадобится твоя помощь. И Эзалона, пожалуй.

Я нервно хмыкнула: о да, два менталиста – идеальный способ отвлечь Элора от чего угодно. Но довольно жестокий.

Ладно, главное, эта отвратительная свадьба для меня закончится.

Я вышла под кроваво-красное небо и двинулась к дальним палаткам, даже не глядя в сторону гостей и танцплощадки.

Ближе всего к стоянке экипажей была чёрная, я встала за ней.

«Ещё немного, и всё закончится», – вдали от толпы мне было лучше. Свободнее.

Ещё бы Элор не творил всякое. Вот зачем он явился? Лежал бы, покрывало пропитывал запахом, но нет, сначала «я люблю тебя» и «не уверен, что Валерия моя избранная», а теперь снова к ней лезет. Впрочем… то, что синхронизация магических источников пары обязательно сопровождается любовью – это сказки. Даже у драконов всё не так просто, хотя избранная дорога, как своя жизнь.

В небе вспыхнули фейерверки. Я вздрогнула от грохота и вспышки, а когда проморгалась – попятилась, потому что на меня шёл раздувшийся громадный магический паразит, и золотые глаза горели в полумраке, а на золотых кисточках ушей вспыхивали голубоватые разряды.

– Спокойно, – я отступила на шаг.

– Ошаа, – выдала зверюга и замерла, навострив уши.

– Спокойно, – раздаётся бас Дариона по ту сторону палатки.

Валерия что-то говорит, но за музыкой не разобрать, я слишком далеко от палатки, и пушистый паразит смотрит на меня настороженно.

– Что он тебе сказал? – это Дарион.

И опять невнятный ответ.

– Понятно… Тебе надо уйти.

Затрещала прорезаемая когтями ткань. Я смотрела на медвежьи когти, расширяющие проём в стене палатки.

– Я его задержу, – пообещал Дарион.

Запутавшаяся в подоле Валерия с трудом пролезала в разрезанную щель. Пушинка резко подскочила и боднула, толкая меня к ней. Я схватила Валерию, вытягивая её наружу.

– Иё, – обрадовался паразит. – Иёём.

А Валерия смотрела на меня испуганно. Такой… ребёнок, право слово. Свалилась на мою голову. Точнее, на руки. Я отпустила её и кивком велела следовать за мной.

Зачем я в это ввязалась? Будто мало дел. У меня на руках и так драконёнок есть, а теперь вот это иномирное дитя.

Я шла, не оглядываясь, и в глубине души надеялась, что Валерия проявит упёртость и останется там, но вскоре сквозь отдаляющуюся музыку услышала сопение и тяжёлые, сбивчивые шаги. Дорога и впрямь была в колдобинах, но я и в закатном сумраке их рефлекторно обходила, а перепуганной Валерии не хватало реакции.

Музыка становилась всё тише и тише – какое блаженство!

Впереди похрапывали кони живые, а зомби-кони стояли неподвижно и тускло отсвечивали выпирающими костями скелетов.

Среди всех экипажей только двуколка была готова к поездке, и, к счастью, в упряжи стояла зомби-кобыла, а ими управлять проще простого.

Подняв складную крышу двуколки, я оглянулась на свою обузу: Валерия была бледна, глаза казались огромными от волнения, она слегка дрожала, и даже шикарное платье не избавляло от ощущения, что она просто потерявшийся ребёнок, ну или подросток на худой конец. Перепуганный и нуждающийся в помощи.

Подхватив её под локоть, я помогла Валерии залезть в двуколку и устроить пышный подол. Помедлив, накинула на её напряжённые плечи лежащий рядом плед и села с ней, взялась за вожжи.

– Охо-хо. – Паразит взобрался на подставку для багажа. – Еаль.

Солнце почти село за горизонт, и всё вокруг неумолимо окутывала тьма.

Валерия настороженно следила за мной. Я дёрнула вожжи, и скелетообразная кобыла рванула вперёд по кочкам и ухабам.

Нас трясло на этой ужасной дороге через поле так, что клацали зубы. Я направляла лошадь, но не знала, что делать.

Принцу Арендару, с какой стороны ни посмотри, избранная нужнее, хоть он и поганец тот ещё.

Но Элор… это же… Элор! Я не привыкла действовать против него. Он, в конце концов, мне ближе всех! И укрывать избранную от дракона – преступление!

А с точки зрения безопасности следует держать его подальше от Валерии, чтобы с Арендаром не схлестнулись, только… ему же больно.

В любом случае Элору будет больно.

– Куда едем? – Валерия сцепила руки на пледе.

– В Академию, – на ухабе мой локоть в очередной раз врезался ей под рёбра.

– А Элоранарр меня там не выловит?

Она была так искренне напугана, и я всё никак не могла избавиться от ощущения, что рядом со мной требующий защиты ребёнок.

– Нет, я позабочусь об этом, – пообещала я: всё равно ведь надо сдерживать поползновения Элора.

– С помощью менталистики? – уточнила Валерия, искоса на меня поглядывая.

Надеялась определить реакцию по моему лицу? Ну точно наивное дитя.

– Санаду сказал? – уточнила я и добавила: – Или Дарион?

Надо и за ним приглядывать, а то интриги дело такое – в них и любовь разменная монета.

– Санаду… – призналась Валерия и всполошилась: – Там же Ника! Её надо забрать.

– Пусть веселится.

– Но Дарион сказал, что Санаду любит студенток, а Ника одна…

– Санаду её не тронет, там всё сложнее и не так. – Я мотнула головой, не желая вдаваться в подробности. – Тебе не о ней надо беспокоиться, а о себе.

– Ты отвадишь Элоранарра? Ментально ему прикажешь оставить меня в покое?

– Нет.

– Но ты менталист!

Как будто это что-то решает!

– А он старший принц! – напомнила я. – На нём защита от ментальных воздействий такого уровня, что даже Санаду может не осилить, а я… Мои ментальные способности ограничены защитой. Очень хорошей, практически непробиваемой, но защитой. Меня воспитывали как ментальный щит будущего мужа.

Я практически неосознанно выдала привычную легенду о способностях рода.

– И ничему другому ты за столько лет не научилась?

Чуть не поперхнувшись воздухом от такого бестактного вопроса, я процедила:

– Не твоё дело. Просто прими как факт: я не могу заблокировать мысли Элоранарра о тебе. Только воззвать к его разуму и долгу.

– Почему ты не сделала этого сейчас?

О да, представляю себе картину: я при такой толпе командую Элором. Ещё и с помощью голоса. Отличный же способ в тюрьму загреметь, прямо мечтаю.

Мы, наконец, добрались до нормальной дороги, и зубодробительная тряска прекратилась.

– Потому что Элоранарр – старший принц, и за ним постоянно присматривают, – напомнила я очевидное и припустила кобылу.

– И? – после паузы выдала Валерия.

– Они принцы, Валерия! – Я обречённо вздохнула. – Интриги – неотъемлемая часть их жизни, и я не уверена, что заточение Арендара в Башне порядка не часть какой-нибудь интриги, направленной в том числе против Элоранарра. А мне меньше всего хочется привлекать к себе внимание. Тем более из-за тебя, я тебя даже не знаю. И так пришлось просить Дариона вмешаться.

Что ж, я тоже втягиваюсь в игру «заработай очки влияния на возможную будущую императрицу»: мне не помешает, если она осознает как ценна моя помощь и будет чувствовать себя немного мне обязанной. А Элора – хоть немного жертвой обстоятельств, потому что конфликт между ним и ею в императорской семье совершенно ни к чему.

– Спасибо, что помогаешь, – благодарности в её тоне не было, всё занимала тревога. – Но что делать?

– Не знаю. Я буду наблюдать. Но… – Я медлила, не зная, предупреждать её или нет. Я правда не хотела, чтобы Валерия ненавидела Элора, но она недостаточно понимала ситуацию, и это могло закончиться плохо. Очень плохо. И в то же время если скажу, она испугается. Поджав губы, я думала. Валерия ждала, глядя на меня, и… ну девчонка девчонкой. Мотнув головой, я всё же предупредила. – Элоранарра считают поверхностным и абсолютно преданным семье. Но это маска. За шуточками скрываются глубокие чувства, и больше всего на свете Элоранарр мечтает отнюдь не о благополучии семьи и империи.

– О чём же?

– Найти свою избранную. Это его главная цель и самое сильное желание. Ради этого он пойдёт на всё.

Съёжившись, Валерия обхватила себя руками и зажмурилась. Нерешительно помедлив, я продолжила:

– В отношении тебя Элоранарр пока не уверен. Если бы верил, что ты его избранная, его бы ничто не остановило.

– Он говорил, что я могу подходить из-за его сходства с Арендаром, так что Элоранарра останавливает?

Разговаривать об этом было неприятно, и в целом разговаривать не хотелось. Я вгляделась в отсветы огней далеко впереди. До Академии было ещё прилично.

– Он не знает, правильно ли понимает свои чувства, – повторила я. – Он сравнивает своё восприятие тебя и то, как драконы чувствуют пару, то, как тебя воспринимает Арендар.

– А как меня воспринимает Арендар? – голосок Валерии зазвенел, в нём вспыхнула надежда.

Представила принца Арендара, делящегося со мной такими подробностями… Жуть.

– Наследник не доверяет мне настолько, чтобы вести при мне столь личные беседы.

– А Элоранарр тебе, значит, настолько доверяет, что подобное обсуждает?

У меня дёрнулся уголок губ:

– Да.

– А ты не можешь быть его парой?

Кажется, я начала понимать, за что её хотели убить, и дело было не только в симпатии к ней Арендара. И если она действительно избранная, ей будет очень сложно с таким вспыльчивым характером.

– Нет, – на голосе моё внезапное озарение не отразилось. – Я присутствовал на последнем дополнительном отборе, артефакт не признал во мне избранную.

– Жаль, – выдала Валерия с превеликим сожалением.

Чешуя снова рванула наружу, но я успела её сдержать. Вроде она не сказала ничего особенного, вполне логичное с её стороны желание сбагрить на меня лишнего ухажёра, но это бы значило… в этом случае умирал бы не просто близкий, но всё же чужой мне дракон, а избранный. Я бы каждый день жила с ощущением его умирания, в предчувствии нестерпимой боли, в ужасе…

– Мне нет, – произнесла я, чтобы избавиться от разливающегося внутри холода.

– Почему?

Тактичность – это, похоже, не про неё. Или в их мире все такие жутко прямолинейные?

– Это моё личное дело. – Я не сводила взгляда с медленно приближающейся Академии. Внутренности по-прежнему будто слегка подморозили. Какое счастье, что артефакт Аранских на последнем отборе Элора не признал меня избранной – второй раз потери я бы не пережила, я бы с ума сошла уже сейчас, я бы… я бы…

– Ясно… – голос обхватившей себя руками Валерии вырвал меня из оцепенения. – А что делать с платьем? Поможешь его вернуть?

Я не сразу сообразила, какое отношение имею к её платью, а потом поняла, что платье досталось ей от Элора.

– Элоранарр испортил твоё платье, это возмещение ни к чему тебя не обязывает.

– И всё же мне неприятно…

О, эта юношеская гордость!

– Оставь эмоции: у тебя нет денег на новое. Брать в долг у пройдошливого партнёра тоже не слишком хорошая идея. Попроси его продать платье за три процента от выручки, сможешь купить себе пару нарядов попроще.

– Спасибо за совет.

Дальше ехали молча. Возможно, следовало активнее налаживать отношения, но я устала от разговора, от противоречивых эмоций: с одной стороны Валерия раздражала, как потенциальный источник огромных проблем, с другой мне её было даже жалко. Моё воспитание тоже делало меня чужой в обществе, но если меня к этому и мимикрии готовили с детства, то её выкрали в другой мир без подготовки.

Темноту наступившей ночи украшали огоньки светлячков, Валерия тихо сидела рядом и будто не дышала, погружённая в раздумья. Удивительное спокойствие природы, размеренный цокот копыт должны были упорядочивать мысли.

А я не могла выкинуть из головы жуткую мысль, что сейчас Элор мог быть моим избранным и умирать от неизвестного проклятия. И пусть этого не случилось, меня терзал страх.

Дорога выходила к стене Академии, тянулась вдоль неё до центральных ворот.

Охранники собирались было подойти, но посмотрели на меня и стушевались, остались на местах. Их взгляды провожали нас до самого поворота с центральной площади на аллею к общежитиям.

Ну всё, ещё немного, и я избавлюсь от своей эпатажной обузы…

– А как же моя охрана? – спросила Валерия, оглядываясь на меня.

– Дарион позаботится, чтобы они тебя нашли, – пообещала я, понимая, что, возможно, она просто боялась идти к себе одна, боялась встретить там Элора, ведь он легко мог миновать наложенную на комнату родовую защиту.

Валерия с самым несчастным видом посмотрела на вход.

Ядовитый паразит – мрачно на меня.

Вздохнув, пошла провожать Валерию.

Гвардейцы действительно ждали возле двери.

Валерия первая вошла в темноту комнаты.

Я в принципе ожидала увидеть там Элора, но к пьяному голосу Дариона была не готова:

– Ну, давай же, тяни, а то до утра её раздевать будем.

– Можно и не раздевать, – а это шептал Санаду. – Хотя так неудобно, да…

Валерия включила свет, бросилась к шторе алькова и распахнула.

Я так и стояла на месте, глядя на изножье спрятанной за шторой кровати.

– Что вы тут делаете?! – просила Валерия грозно.

Там кто-то громко всхрапнул.

– Она выпила много, – пробормотал Санаду.

– Мы её на место доставили, – Дарион.

– Но в корсете спать неудобно, – опять Санаду.

– Вот мы и пытаемся её… э… – опять Дарион. Когда он успел так нажраться? Или одного загулявшего дракона спаивал, да силёнки не рассчитал?

– Выйдите оба! – скомандовала Валерия.

– Да, этим лучше заняться девушке, – согласился Дарион.

– Они в этом лучше разбираются! – Санаду сопел. – Я сдаюсь. Помогай.

– Даже не думайте портить ей корсет! – Валерия вскинула руку и вошла в альков. – Сейчас помогу.

– Да, спаси меня, – картинно взмолился Санаду. – Как вы с этими шнурками справляетесь? Даже магией просто не представляю как, ужас какой-то.

Они там возились некоторое время.

Я ждала.

Терпеливо.

– О, только мне их не отдавай, – в голосе Санаду звучала непривычная паника. – Даже не предлагай, видеть их не хочу. Дарион, пошли, у меня там бутылка эмерского тридцатилетней выдержки.

– С этим ты сам, – велел Дарион. – Мне надо с ученицей кое-что выяснить.

Я поджала губы.

– Выясняй, – Санаду вынырнул из просторного алькова и направился ко мне. – Но если что, я и эмерское будем ждать тебя в кабинете.

По мутному взгляду было не понять, видит ли меня Санаду вообще. Я собиралась уйти с дороги, но он целенаправленно встал передо мной и взял за плечи. Вампир! Меня передёрнуло, всё внутри противилось, но я заставила себя стоять спокойно.

Всё равно я бы не вырвалась, если бы он действительно хотел меня удержать.

– Бесподобный ментальный щит, – произнёс Санаду с таким восхищением, словно этот щит – моя заслуга. Он, конечно, был моей заслугой, но Санаду об этом знать не должен.

Или?..

Или он решил, что на мне созданный Сиринами амулет?

Съёжившийся Дарион (что не помогло ему сделаться незаметнее) прокрался из алькова в арку в стене напротив.

Санаду похлопал меня по плечу и, шатаясь, вышел.

Под Дарионом, скрывшимся от моего взора, что-то скрипнуло. И он ворчливо предупредил:

– Если буду храпеть – будить даже не пытайся.

Он что, решил здесь ночевать?

– Ахал, – паразит фыркнул практически за моей спиной, и я дёрнулась.

Стоящая на границе алькова Валерия растерянно смотрела на арку, в которой скрылся Дарион.

Ну и пусть её стережёт.

Сбросив с себя абсолют, я освободила Валерию от своего ментального щита.

– Я постараюсь занять Элоранарра. – Кивнув на прощанье, телепортировалась прямо оттуда, чтобы не сотворить какую-нибудь глупость.