Разбитые песочные часы

ГЛАВА 41

Пещерный комплекс на Оаху

— Вот он. Взламывай люк, Рико, — шёпотом произнёс Хак, поднимаясь по лестнице. — Я чувствую запах океана.

Рико взобрался выше; его нос уловил совсем другой запах — запах разложения.

— Ты чувствуешь океан, а я — смерть. Я не тороплюсь. Сиди там спокойно: я не собираюсь быть укушенным, чтобы ты смог увидеть солнце.

— Справедливо, — отозвался Хак, жуя жвачку, которую прихватил по пути из торгового автомата.

— А, понятно, — протянул Рико, надеясь, что Хак спросит, в чём дело.

Хак попался на удочку:

— Что понятно, приятель? Что ты увидел?

— Вот это! — ответил Рико и сбросил вниз тушу сильно разложившегося кота прямо на Хака.

— Чёрт! — взвыл Хак. — Ты проклятый латиноамериканец! Не думай, что я это так оставлю. Я тебе ещё покажу, когда вернёмся, вот увидишь!

— Успокойся, дружище. Было смешно, — хихикнул Рико с нарочито сильным кубинским акцентом, очень похожим на акцент Тони Монтаны.

Хак поморщился.

— Чего злишься? Я же говорил, что работал в санитарной службе.

Хак рассмеялся и потянулся вверх, пытаясь схватить Рико за ногу, чтобы стащить его на пару ступеней вниз — и заодно сбить с него спесь.

— Ты переживаешь за Гриффа? — спросил Хак.

— Переживаю, Грифф — мой друг. Но я должен сохранять оптимизм. Возможно, он ещё жив. Не позволю этому сломить меня. Хочу вернуться и закончить то, что мы начали.

— Аминь. Готов отправиться туда и надрать китайцам задницы, — выкрикнул Хак; его голос эхом разнёсся вниз по лестнице и по туннелю.

Где-то в темноте туннеля, далеко впереди, что-то лязгнуло.

— Ты что-то уронил? — спросил Рико, возясь с дверью аварийного выхода, ведущей наружу.

— Нет, звук был из туннеля. Наверняка одна из тварей, ставлю на это.

— Секунду. Эта самодельная отмычка никак не хочет лезть в замок, — сказал Рико, снова подгибая полоску металла, чтобы она вошла в механизм большого латунного навесного замка.

— Вот что бывает, когда делаешь отмычку из алюминиевой банки, глупый мексиканец.

— Твоё имя отличается от слова «правда» всего на одну гласную, знаешь? Может, я и глупый, но я знаю, как не приставать к своим родственникам, деревенщина из «Избавления».

— Это жестоко, приятель. Я всё ещё в долгу перед тобой за кота. Не думай, что все эти шутки заставят меня забыть.

— Надень капюшон, поднимайся сюда и заткнись, деревенщина. Я только что вскрыл замок. Сейчас дёрну рычаг и открою дверь. Готов?

— Да, давай. Я готов.

Хак поднял оружие в положение «наготове». В радиационных капюшонах скапливалась влага, когда первые лучи солнца проникли в дверной проём. Вид открывался удручающий. Год назад это был рай с буйной зеленью, но теперь картина стала куда мрачнее: вся растительность погибла, а деревья были повалены к северу — прочь от эпицентра взрыва, потрясшего Гонолулу.

Ни один из них не осознавал масштабов разрушений на острове, когда прошлой ночью они укрывались в этом убежище.

Они находились на вершине холма над пещерой и туннелем и с этой точки могли видеть океан вдали. Хак заметил повреждённые антенны в форме мячей для гольфа на некотором расстоянии, а также более мелкие антенны прямо возле двери.

Они стояли на крутом выступе: внизу, с южной стороны, виднелся заражённый вход в пещеру, а с северной — отвесная скала высотой около сотни футов, у подножия которой лежали остатки джунглей.

Рико достал водонепроницаемый блокнот и начал зарисовывать обстановку, чтобы потом доложить Рексу. Хак взял бинокль и принялся наблюдать за входом в туннель внизу. Он лёг на живот и осторожно подполз к краю. Рико инстинктивно схватил Хака за ноги.

— Ну, что там видно?

— Похоже, там целая толпа этих чёртовых ходячих мертвецов, — ответил Хак.

Рико приподнял ноги Хака на несколько дюймов над землёй, слегка напугав его.

— Кончай дурака валять, — резко бросил Хак.

Он продолжил осматривать местность внизу в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь им выбраться. Хак замер, перестал водить биноклем и напряжённо свёл плечи.

— Э-э… Рико. Дружище, мне жаль.

— Что?.. Грифф?

— Да, брат. Оттащи меня назад. Прости, приятель.

Рико оттащил Хака от края за ботинки и сел, на мгновение поддавшись отчаянию, прислонившись к ржавой двери технического сарая.

— Что ты увидел, Хак? — в голосе Рико звучала интонация человека, который не хочет слышать ответа.

— Я увидел то, что осталось от храброго сукина сына, который принял бой. Похоже, он бросил осколочную гранату и прихватил с собой ещё нескольких.

Оба мужчины сидели на вершине холма, ощущая тепло гавайского солнца сквозь защитные костюмы — небольшая роскошь, если учесть их нынешние условия жизни на борту подводной лодки.

Хак проверил свои цифровые часы, щурясь на потускневшие цифры из-за севшей батареи, которую уже никогда не заменят.

— Рико, прошёл уже час. Нам пора идти.

Рико встал и резко снял с плеча свой M4, удивив Хака. Большим пальцем правой руки он снял оружие с предохранителя и начал стрелять по тварям внизу навскидку. Он уложил десяток мертвецов, но это никак не повлияло на общую массу — около пятисот существ продолжали бродить, изнывая под тропическим солнцем. Рико повесил карабин на плечо и вошёл в сарай, за дверью которого находились люк и лестница, ведущая вниз.

Отверстие лестницы напомнило Хаку колодец его бабушки и то, как в детстве она всегда предупреждала его держаться от него подальше, иначе он может туда упасть. «Вода там холодная, мальчик, и полна мёртвых белок», — шутила она. Большую часть времени он пил из ручья.

— Рико, наверное, стоит связаться с лодкой по радио, прежде чем спускаться в эту яму, — дать им знать, что происходит.

Рико кивнул.

— Это «Песочные часы», передаю донесение об обстановке, — сказал Хак.

— «Песочные часы», чертовски рад вас слышать. Продолжайте донесение, — отозвался голос Кила в тонком наушнике.

— Объект в порядке, спутники недоступны. Комми докладывает, что доступ к спутникам заблокирован и они управляются другой стороной. Выполняем вторичные задачи. Приём?

— Понял, хороший доклад. Слушай, насчёт Гриффа, он…

— Мы знаем, — перебил Хак. — Мы сейчас наверху, собираемся спускаться. Планируем выбраться сегодня ночью. Увидимся на лодке, «Песочные часы», конец связи.

— Принято, «Песочные часы». До скорой встречи.

• • •

Хак первым спустился по лестнице, внимательно прислушиваясь к звуку, который они слышали раньше. Он направил карабин вниз, продолжая спуск. Достигнув пола туннеля, они опустили маски и двинулись обратно к месту, где ждали Рекс и Комми. До турникетов было несколько сотен ярдов — достаточно, чтобы глаза успели перестроиться с солнечного света на приборы ночного видения.

Добравшись до металлических ворот, Рико потянул за ручку. Она не сдвинулась с места.

— Нас заперли снаружи — придётся вскрывать, — сказал Рико.

— Ладно, я займусь этой проклятой штукой, а ты попробуй связаться по радио. Может, у Рекса оно включено — он не так далеко отсюда. Сигнал может пройти через несколько стен.

Рико нажал на тангенту микрофона и стал ходить взад и вперёд между торговыми автоматами и воротами, пытаясь поймать сигнал в разных местах.

Что-то шевельнулось где-то в темноте.

— Хак? Ты это слышал? — спросил Рико, бегом возвращаясь к воротам.

— Что?

— Здесь кто-то есть. Не знаю, насколько далеко, но, без сомнения, это что-то жуткое, и оно движется сюда. Поторопись! — шёпотом произнёс Рико, стараясь не создавать лишнего шума. В туннеле звук распространялся в непредсказуемых направлениях.

Замок неожиданно поддался, и Хак ввалился внутрь.

— Мы внутри, Рико, — шевелись!

Рико вгляделся в черноту туннеля. Его ПНВ обеспечивали видимость всего на несколько метров в полной темноте. Там что-то двигалось — Рико это чувствовал. Он попятился с поднятым оружием, прошёл через ворота и закрыл их за собой. Они двинулись бок о бок по проходу обратно к Рексу и Комми.

— На обратном пути это станет проблемой, приятель, — предупредил Рико.

— Не понимаю как. Здесь кромешная тьма, а эти твари не видят в темноте.

— Да, но мы не знаем, как эта радиационная дрянь на них действует. Может, всё изменилось.

— Ой, заткнись! Мы выберемся. У дверей пещеры всего несколько дюймов зазора. Эти твари туда не пролезут. Если кто-то и есть здесь с нами, то один-два, максимум. Грифф не подставил бы нас так, приятель.

Слова Хака возымели нужный эффект — настроение Рико заметно улучшилось.

Они открыли люк и вошли в комнату, где их ждали Рекс и Комми.

— Вы долго пропадали. Что видели? — спросил Комми. Его рюкзак был закрыт, снаряжение аккуратно уложено и готово к выходу.

— Мы нашли выход. Это, наверное, хорошие новости, — мрачно произнёс Хак.

— Выкладывай, Хак. А плохие новости какие? — потребовал Рекс.

— Ну… Грифф… не выжил. Он взорвал гранату и прихватил с собой примерно полдюжины. От него мало что осталось, но это точно он там лежит.

— Он не…? — спросил Рекс.

— Нет, он точно мёртв. Я бы не оставил его иначе, — сказал Хак, глядя в пол. Он слишком устал видеть боль в глазах своих товарищей.

Рико вытащил блокнот из кармана и показал Рексу схему местности наверху.

— С северной стороны крутой обрыв — метров двадцать пять, может, тридцать. Южная сторона — над дверями туннеля, где Грифф… был, — Рико перешёл от печали к гневу. — Мне всё равно, что ты решишь, босс. Если хочешь спуститься с южной стороны и перестрелять их всех, я с тобой.

Рекс был поражён внезапной переменой настроения Рико.

— Нет, мы пойдём с северной стороны и выберемся отсюда целыми. Боеприпасы — наш главный ограничитель. Удалось выйти на связь по радио?

— Подтверждаю, — отозвался Хак, жуя новую пластинку жвачки. — Они знают про Гриффа, видели с небесного глаза. Сообщил им, что мы выдвигаемся обратно к лодке сегодня ночью. Что тут произошло?

— Комми снова пытался взять спутники под контроль. Безрезультатно. Кто-то другой держит бразды правления, — Рекс оглянулся и увидел, что Комми собран и готов к выходу. — Куда-то собрался?

— Да, убираться отсюда, и побыстрее. Я сделал всё, ради чего нас сюда послали. Разведданные записаны на два DVD в моём рюкзаке. Отдам один тебе перед уходом — на всякий случай. Они дублируют друг друга.

— Хорошая идея. Хотя если ты не вернёшься, я, пожалуй, останусь здесь. Старик Ларсен привяжет меня к рубке и будет хлестать антенной по яйцам, если мы потеряем наш высокоприоритетный актив.

Хак рассмеялся так сильно, что выплюнул жвачку. В его воображении капитан был одет как генерал Паттон, но вместо хлыста у него была автомобильная антенна. Он расхохотался ещё сильнее, согнувшись и покраснев.

— Не так уж смешно, Хак, — Рекс подошёл, стащил со стола засохшую жвачку Хака и повернулся к Комми. — В любом случае, что с отслеживанием?

Комми ответил быстро, словно читая по сценарию:

— Отслеживание оборвалось на Аляске. Я не смог пройти дальше файервола. — Он туго затянул лямки рюкзака и вернулся к терминалу. — Я отключаю мейнфрейм. Сомневаюсь, что сюда кто-то ещё придёт, но есть вероятность, что системы могут нам понадобиться в какой-то момент.

— Мне всё равно, скачивай хоть порно и поджигай всё подряд — мы здесь закончили, — Рекс отошёл в центр комнаты, чтобы изложить план. — Выдвигаемся, когда солнце сядет. Внутри должно быть чисто, а Комми знает это место. Рико, ты и Комми найдите где-нибудь верёвку — четыре отрезка, если получится. Если не найдёте, будем выкручиваться. Мы с Хаком пока здесь всё удержим.

— Принято. Пошли, Комми.

Они оба сбросили тяжёлые рюкзаки, взяв с собой только оружие. Никто из них не испытывал воодушевления перед предстоящими двенадцатью часами — путешествием обратно через полосу мертвецов, опоясывающую остров.

Подводная лодка «Вирджиния»

Декабрь

Я стану отцом! Я?! Хотя команда находится на суше, в десяти милях от нас, посреди местности, напоминающей Хиросиму после бомбардировки, я всё равно не могу перестать улыбаться. Хорошие новости — отличные новости. Лучшие новости со времени прошлого Рождества. Прошёл почти год с тех пор, как мир погиб, и я узнаю, что дал начало новой жизни.

Сообщение от Тары было простым, но оно навсегда изменило меня: «МЫ БЕРЕМЕННЫ».

Я ходил взад и вперёд, казалось, целый час, счастливый и улыбающийся, не замечая, что происходит вокруг. Я не был на подводной лодке у берегов Гавайев — я витал где-то в облаках!

Перейдём к более насущным делам.

Солнце зайдёт через пару часов, и произойдут две вещи:

У меня появится ещё один шанс передать ретрансляцию Крусоу.

Я буду поддерживать эвакуацию из Кунии.

Крусоу так обрадовался и гордился за меня, когда передал новости от Тары. Забавно, что я никогда с ним не встречался, а он узнал о ребёнке раньше меня — из-за ретрансляции. Трудно поверить, что он так далеко, в совершенно иных условиях. Разница температур между нами — сто сорок градусов, и всё же мы находим повод для радости в своих обстоятельствах. Сегодня я радуюсь больше, чем он!

Имена для будущего ребёнка:

Если будет мальчик — что-то сильное, например Александр.

Если девочка — например Лилиан… или… нужно придумать ещё одно имя для девочки.

Чёрт, мне нужно жениться, когда вернусь. Моя мать убила бы меня, если бы узнала, что я стану неженатым отцом… Моя мать…