По эту сторону. Дом с секретом и дверь в мечту. Часть первая

Глава 13. Обоснованная спешка

Артём Коростелёв не очень понял, почему его бывшая однокурсница Татьяна срочно попросила о встрече, но уж точно возражать не собирался!

Они не виделись с момента окончания института, и, если честно, Артём об этом жалел. Собственно, он вообще считал, что Татьяна среди его сокурсниц в его группе единственная подходит для работы ветеринаром.

Нет, само собой, были и другие умные и талантливые девушки, но как можно работать ветом, если так реагируешь на рептилий?

– Такую красоту видеть и так верещать… – недоумевал Артём. – Я ж не эфу принёс на пары!

Справедливости ради надо сказать, что пугались не все, но даже те, кто не боялся, так или иначе проявляли недовольство. А чем, спрашивается? Ну, чем?

– Да всего-то шнурок маисовый! Редкая морфа, доброжелательный, ручной, как котёнок, а девочки фыркают! Только Таня и понимает, какие они классные!

От общих интересов уже было недалеко и до симпатии, но, увы и ах, Артём, погруженный в учёбу и своё хобби, слишком долго раскачивался, а когда дозрел до идеи пригласить куда-нибудь приятную девушку, выяснилось, что она уже замужем!

Нельзя сказать, что этот факт ранил его сердце, нет… ну, девчонок вокруг хватало, да и тех, кому змеи нравятся, он со временем нашёл, так что недостатка во внимании он не испытывал, но почему же не встретиться с Таней, особенно, если она сама попросила о встрече, да ещё у него дома?

– Тань! Да, ты прямо красавицей стала! – немного невпопад выдал Артём вместо «привет, я рад тебя видеть», увидел Татьянину улыбку, которая и в институте было изумительной – тёплой, словно ласковое утреннее солнышко, а потом…

Потом сколько не пытался припомнить подробности Таниного визита, ничего у него не получалось. Нет-нет, ничего этакого не было – в этом он был точно уверен – они разговаривали, но вот о чём точно? Вроде, его о змее спрашивали, ну, о том, по поводу которого была с Таней переписка. Но кто именно спрашивал?

– С кем она пришла-то? – недоумевал Артём, пожимая плечами, – Несколько человек было… кажется.

Почему-то на столе обнаружился его старый ноутбук, который не работал уже с год, Артём машинально его включил и подзавис – ноут не просто работал, он просто летал!

– Скорость выше, чем у моего нового! И кто мне его починил? Ну, уж точно не Таня! Интересно… может, я с гостями чего-то выпил и так среагировал? А из чего пили и что именно? Я, вроде, ни от чего так не выключался.

В его комнате, где одна из стен была превращена в сплошной стеллаж с террариумами, наблюдали за ним его любимцы – змеи и ящерицы. Причём ему показалось, что в бесстрастных обычно взглядах он различает некое сочувствие, мол, да… хозяин, ну и гости у тебя были, а ты, как последний выползень, ничегошеньки и не помнишь!

В конце концов, по здравому размышлению, Артём решил, что раз он помнит только Таню и ощущения от этих воспоминаний исключительно приятные, то надо бы у неё и спросить, как и чего было.

– Татьяна всегда была очень… понимающей. С ней на любую тему можно говорить. И потом… кажется, обручального кольца у неё уже нет…

Он сосредоточился и точно припомнил, что как раз когда он открывал входную дверь, Таня поправляла ремешок сумки на плече – кольца не было!

Разумеется, он и в соцсетях попытался её найти, но поиски успехом не увенчались.

– Ладно, просто позвоню и приглашу куда-нибудь, только на этот раз три года ждать не буду! – хмыкнул он, благополучно засыпая под такие привычные и уютные для него шорохи, доносящиеся из террариумов.

В отличие от Артёма, его гости вовсе не собирались на отдых.

На самом деле визит к Таниному сокурснику много времени не занял – Крылана запросто освежила память хозяина квартиры, вежливо уточнив, с какого устройства велась переписка по поводу того самого полоза.

Артём исполнительно выдал старый ноутбук, честно признавшись, что он совсем не работает, и вообще-то его надо было бы продать на запчасти, но ему всё было как-то лениво, вот он и не избавился от лишнего…

– Вран? – Соколовский разглядывал питомцев любителя рептилий, одобрительно отмечая, что содержит-то он их образцово, да и вообще, ящерицы, змеи и даже здоровенные мохнатые пауки живут значительно комфортнее своего хозяина. – Сделать можно? Или не справишься?

– Сейчас… – Врану отчаянно хотелось доказать собравшимся, что он тоже чего-то может. – Если сломалось железо, надо будет смотреть, что именно нужно менять, – пробормотал он.

Правда, через несколько минут успокоился – поломка была несложная, его знаний и умений с лихвой хватило, чтобы мало того, что реанимировать ноутбук, но и заставить его работать ощутимо шустрее, короче, хозяину жаловаться не придётся. Правда, этот самый хозяин ничего и не вспомнит… Вон, сидит, только глазами моргает, правда, не отводит их от Татьяны!

– Заморочен-то заморочен, а пялится только так, – машинально заметил Вран.

Он провозился бы значительно дольше, если бы Артём с помощью Крыланы не вспомнил точную дату и название форума, на котором видел изумительной красоты змею.

Покопаться в самом форуме и найти пользователя, который и был владельцем редчайшего полоза, а потом выяснить о нём всё, что только можно, тоже проблем у Врана не вызвало, благо человек особо не шифровался.

– Есть… – Вран кивнул на экран. – Нашёл.

– Что именно? – скучающим тоном уточнил Сокол.

– Всё нашёл. Телефон, адрес в Москве, по которому ему доставки осуществляют, последняя вот только сегодня была, кучу других данных.

– Где-то информация об этой змее ещё была?

– Да, он сейчас переписывается с несколькими коллекционерами по поводу продажи. Хочет за змея прилично – у него в принципе цены ого-го какие, а тут уникальный экземпляр, скорее всего, новый неизвестный вид. Он было хотел её учёным показать, но не может объяснить, откуда её взял, поэтому перекупом решил сбагрить и заработать. Правда, мужик довольно честный – пишет, что змея больна, и точный диагноз поставить не могут, и вообще, ему всё хуже и хуже. Хотя… если за такие деньги продать больную змею, с него самого шкурку спустят!

– Чудесно, что всё выяснилось. Ну, поехали? – Крылана с готовностью встала, собираясь заканчивать визит. – Или сначала позвоним и договоримся о визите как покупатели?

– Нет… ощущение у меня такое… надо всё делать быстро! – Соколовский вообще-то интуиции доверял. А как только он узнал о змее, эта самая интуиция просто-таки в голос требовала спешить, изо всех сил торопиться!

Именно поэтому он и сорвался с места – потому что чётко понимал – чуть промедли, будет поздно! Надо спешить!

***

Когда приличный заводчик рептилий никого не ждёт, он и к двери имеет полное право не подходить, мало ли кто названивает в домофон!

– Никого нет дома! – заявил он в ответ на настырный звонок.

Правда, звонящий не успокаивался, и хозяин квартиры просто отключил звук у домофона – мало ли кто чего хочет? Ему лично ничего не надо, и он не нанимался открывать двери курьерам и прочим мимопроходящим личностям!

Однако игнорировать стук форточки, внезапно распахнувшейся в кухне, он уже не мог.

– Что за… – возмутился он, узрев средних размеров ворона, переступающего лапами по его подоконнику. – Пшёл вон!

– Да счас! – ответил ему ворон, приведя хозяина квартиры в шоковое состояние.

Шок превратился в транс, когда ворон спрыгнул на пол, рухнул на бок и поднялся на ноги уже черноволосым и черноглазым типом с неприятным, слишком пристальным взглядом.

– Чего ты стоишь с веником в руках? – мрачновато уточнил Крамеш, – Меня уже не вымести, я крупноватый объект… Да поставь ты веник и иди открывай!

– Нда… а охватец у этого типа такой… неслабый! – констатировала Таня, оглядывая террариумы, а их было гораздо, гораздо больше, чем в квартире у Артёма. – И вот же жук какой!

– Что такое? – поинтересовался Сокол.

– Вот это, это и это – краснокнижные рептилии. И вот тут. Ой, и здесь! Да он вообще, что ли?! Вконец совесть потерял? Понятно, почему он так тихушничал с полозом – слишком много у него такого, чего держать запрещено – они же редчайшие!

– Понятно… – процедил Соколовский, прикидывая, что у добросовестного владельца он купил бы змея, а этому… – Ну, значит, по заслугам ему и оплата будет!

Он даже к Крылане обращаться не стал, сам занялся:

– Утром ты обращаешься в зоопарк и сообщаешь им о том, что у тебя живут краснокнижные рептилии! Обратишься к… – Соколовский много кого знал, в частности, был знаком и с зоологами, которые спасают погибающие виды животных. – Передашь им всех редких, кроме… где у тебя необычный смарагдовый полоз с золотистой полосой по спине?

– Там, но он болен! – послушно отозвался хозяин квартиры, указывая на один из террариумов, к которому тут же метнулась Таня. – Я его продать хотел, но он того… почти совсем.

– Да уж и без тебя знаю! – отмахнулся от него Сокол. – Про остальных всё понял?

– Всё! Всё сделаю! – пообещал коллекционер.

– Так, запомни! Больше ты не покупаешь никого из редких животных. Контакты продавцов таких рептилий сейчас напишешь и отдашь вот ему! – Сокол кивнул на Крамеша. – Всё, садись и пиши, недосуг мне с тобой… А! Да… оплата тебе ещё! С этого моменты ты становишься старательным и очень щедрым спонсором террариума Московского зоопарка!

Хозяин квартиры исполнительно кивал, впитывая каждое слово незваного гостя, а тот уже шагнул к указанному террариуму и вопросительно воззрился на Татьяну, которая, надев перчатки, вытянула безвольно висящего в руках змея.

– Ему плохо совсем. Правда, возможно, это его обычное состояние в последнее время, но рисковать, по-моему, не стоит!

Крамеш остался контролировать хозяина квартиры, который писал контакты своих поставщиков, высунув от старания язык, а остальные заторопились в гостиницу.

Соколовский сидел за рулём, радуясь, что к ночи пробки рассосались и можно ехать быстро. Вран устроился рядом с Соколовским, то и дело тревожно оборачиваясь на названную сестру, а Крылана и Таня были на заднем сидении. Безвольное змеиное тело соскальзывало с Таниных колен – даже свернуться у несчастного уже сил не осталось, так что она бережно придерживала холодный чешуйчатый бок.

– А ты Сшевил разбудить сможешь? – уточнила она у Крыланы.

– Ну, конечно! – Крылана покосилась на змея, – Смотри, он, кажется, пошевелился!

***

Сил не было давно… он знал почему – яд недруга не давал ему ни жить, ни yмeрeть, а только существовать в каком-то смутно-расплывчатом мареве, в котором терялись запахи, звуки, тепло, вкус, ощущения. Оставалась только память и некое подобие жизни.

– Сссманил мою сссестру? Обманул всссех? Ну, так получай! Я-то ссснаю, кто ты на сссамом деле! Ты враг! Ты хотел вкрасссться в доверие к Ссшевил, а через эту глупышку погубить и всссех нассс! – до сих пор звучало в голове шипение брата Сшевил.

Нет, он попытался было ему объяснить, рассказать, что они же общались с раннего детства, что он не то, что обмануть Ссшевил не думал, а жизни без неё не видел!

Но уже распространялся по телу яд, стремительно забирая силы, уже не стало возможности как-то объясниться, потом торопливо уполз разъярённый родственник его невесты, и только холодные звёзды видели попытки Шшоса убраться подальше от людской дороги.

Ничего-то он не смог… только и сумел, что скорректировать размер, чтобы походить на обычную змею, но, конечно, его выдал яркий цвет. Окраска и предала его, и спасла – люди боятся змей, даже больных, раненых и обессиленных… Много ли времени требуется, чтобы прикoнчить такую, а потом беззаботно отправиться дальше, оставляя за собой растоптанную жизнь? Нет… совсем немного.

Но вот змею, словно выточенную из изумруда, да ещё с золотой полосой по спине люди не yбили. Это существо можно было выгодно продать, что они и сделали, запихав раненного Шшоса в грязный, пропахший бензином мешок и передав его в руки перекупщику, который неплохо заработал на диковинке.

Сколько их было с тех пор, Шшос не помнил, да и не пытался запомнить. Люди… они то и дело менялись, передавая его из рук в руки, удивляясь, восторгаясь, пытаясь его лечить, насильно впихивая пищу, перемещая его в новые террариумы – прозрачные короба разной степени комфортности. Эх… ему бы хоть на миг вернуть его силы! Разбить стекло, убраться подальше от чужих рук, попытаться возвратиться домой…

Но однажды он увидел, куда попал, и понял, что для него уже всё закончено – в этом мире не было ни трав, ни скал, ни звёзд… были только странные дома, огромное количество людей и холодное свинцовое небо.

Он держался только за память, закрываясь в ней, укутываясь, словно в душистые травы, в память о том, кто он, откуда, и… кого любит.

– Как она пережила то, что… что меня больше нет? Как она справилась?

У него и мысли не было о том, что ей это было безразлично – слишком давно и хорошо он знал свою невесту. Он только надеялся, что со временем она справится с тоской, может быть, хоть немного отползёт в сторону от его пути, сможет жить сама, без него, без половины души.

Его опять куда-то везли, правда, почему-то без ящика-переноски. Но теперь это было уже неважно – в последнее время он совсем ослабел, потому что его уже не очень часто кормили, решив, что раз он всё равно не выздоравливает и продать его толком не получается, то пусть как будет, так и будет.

Разговор двух людей он практически не слушал – ну, везут куда-то и везут. Ему уже всё равно, раз сбежать сил нет.

И тут он услышал…

– А ты Сшевил разбудить сможешь?

– Ссшевил? – он даже пошевелиться сумел, пытаясь посмотреть на людей, которые пусть случайно, но сказали что-то настолько для него важное.

– Смотри, он, кажется, пошевелился! – сказал один человек, кажется, женщина, он не очень чётко видел.

Татьяна во все глаза смотрела на змея, который изо всех сил пытался изменить положение тела.

– Шшос, потерпите немного, мы скоро привезём вас к Сшевил. Она вас искала всё это время, она очень вас ждёт, вы так ей нужны! – заговорил другой человек… кажется, тоже женщина, Шшос не мог это понять, зато он ясно различал другое – впервые за столько времени он ощутил тепло. Пусть совсем слабое, с трудом пробившееся через отраву, сковавшую всё его тело, но это точно было оно!

Тепло от имён – своего и невесты, от смысла слов, с трудом достигающих его сознания, тепло от сочувствия, которым был полон голос человека… кажется, женщины, но это неточно, да и неважно было, для того, кто случайно задержался на самом краю жизни, а теперь изо всех сил старался повернуть назад – к этому теплу… Не зря же оно появилось, правда?